Вопреки всему

Когда вихрь аппарации перенес ее на пляж, колючий ветер тут же пробрался под мантию, заставляя кожу вмиг покрыться мурашками. Было что-то по-своему волшебное в зиме на берегу моря. Грозовые волны шумно разбивались о скалы, редкие снежинки падали в море, растворяясь в мутной воде, а песок громко хрустел под ногами. Мрачное великолепие деревьев, потерявших свою листву, кривые темные тени и вечно серое небо над головой. Асти несколько секунд стояла, закрыв глаза, подставляя лицо порывам ветра и одиноко пролетающим снежинкам, пока совсем не продрогла. Буря внутри понемногу утихала, но впереди ее ждала другая. На первом этаже маленького домика горел свет. Зябко поежившись, она открыла покрасневшей от холода рукой дверь и вошла в долгожданное тепло. В камине весело потрескивал огонь, яркими бликами отражаясь от ракушек, украшающих его фасад. На небольшом журнальном столике стояла румяная индейка, шоколадный пудинг и миска с овощным салатом. Со стороны кухни раздался стук. Асти сделала шаг в сторону, чтобы увидеть отделенное шторой пространство. Северус стоял к ней спиной, помешивая кипящий на медленном огне соус. — Долго ты будешь гипнотизировать меня взглядом? — наконец спросил Снейп, его голос звучал совершенно спокойно. Когда он повернулся, на его лице не было ни капли злости. — Не хочешь помочь? — Я думала, ты злишься, — тихо ответила Асти, снимая зимнюю мантию. Она аккуратно повесила ее на вешалку и прошла на кухню, откуда доносились потрясающие ароматы клюквенного соуса. — Блэк не стоит того, чтобы тратить на него свое время. Сломанный нос блохастого сгладил углы, — Северус отвернулся, чтобы вновь помешать соус и бросить в него какую-то приправу. Выждав минуту, он снова стал помешивать вязкую субстанцию и, как бы между прочим, поинтересовался: — Он жив? Асти усмехнулась и покачала головой, прислонившись бедром к рабочей столешнице. — Предполагал, что я его убью? Снейп небрежно пожал плечами. — Надежда умирает последней. Она сделала шаг в его сторону и обняла со спины. Запах можжевельника смешался с клюквой. Асти ожидала бури, но, кажется, она миновала. Северус не злился, не язвил и не закрывался от нее. Это был хороший знак. — Все знают о нас, — тихо прошептала Остин ему в спину. — Они слышали истерику Сириуса и мои слова. — Плевать, я не собираюсь отчитываться ни перед кем из них, — погасив огонь, сказал Северус. Накрыв кастрюлю крышкой, он развернулся, притягивая ее к себе. — Я не позволю этому инциденту испортить сегодняшний вечер. — Ты приготовил индейку? — улыбаясь, глядя ему в глаза, спросила Асти. — Ужин готовила Тинки, — с неохотой ответил Снейп. — Но я приготовил соус. Ее улыбка стала шире, а на душе потеплело. В этом доме на берегу Северного моря жила ее душа. Он был маленьким, но невероятно уютным. С яркими подушками на диване, украшенным ракушками камином и резным деревянным столиком в гостиной. На каменных стенах висели морские пейзажи, на широких окнах белые ажурные занавески, а в воздухе витали душистые ароматы травяного чая и морского бриза. В этом месте Асти обрела настоящий дом, которого никогда не имела, здесь она нашла долгожданный покой и безопасность. Небольшая песчаная бухта, скрытая от остального мира каменными скалами и густым лесом, стала их маленькой пристанью. — Чем же я могу быть полезна? — спросила она, позволяя Северусу крепко обнимать ее все это время. — Елка все еще не наряжена. — Елка? — Остин отстранилась и просияла, как начищенный галеон. — Ты же не любишь все эти праздничные атрибуты. — Нет, но их любишь ты. Северус взмахнул палочкой, и из маленькой подсобки вылетела темно-зеленая ель, ловко уместившаяся около окна. Следом полетела коробка с игрушками. Асти с детским восторгом наблюдала за ее полетом, а в груди разрасталось тепло. — Я только переоденусь и спущусь! — воскликнула Остин, целуя его в щеку, и поспешила на второй этаж. Сбросив с себя платье, она надела простые пижамные штаны и майку. Ей не хотелось ни наряжаться, ни доставать из закромов шкафа каблуки. Это тихий домашний вечер, а большего ей было не нужно. К тому времени как она спустилась вниз, Снейп уже украсил камин веточками остролиста и омелы. Минимальный декор добавлял скромной гостиной большего уюта. Асти вытащила из коробки с новогодними игрушками фигурку маленького ангела с пушистыми белоснежными крыльями. — Я помню ее, — покручивая в руках фигурку, пробормотала Асти, а затем перевела изумленный взгляд на Северуса. — Ты сохранил те игрушки… Мы наряжали ими елку в наше первое Рождество. Северус пожал плечами, глядя на нее с высоты своего роста, и повесил очередной изумрудный шар на елку. — И ты говоришь, что тебе все равно на всю эту сентиментальную мелочь? — лукаво улыбаясь, пропела Остин. — Это очень мило. — Ты назвала меня сентиментальным? — выражение его лица определенно того стоило, она громко рассмеялась, запрокинув голову, а затем повесила ангела на пушистую еловую ветку. — Я никому не скажу, — с самым серьезным выражением лица заверила его Асти. Северус несколько секунд сверлил ее напускным злобным взглядом, но потом смягчился. — Договорились. Думаю, мой рождественский подарок тебя удивит еще сильнее. Глаза Асти заблестели от нетерпения. Снейп театрально вздохнул, изображая напускное раздражение, в которое девушка абсолютно не поверила. Нарочито медленно, словно растягивая время, он повесил последнее украшение на елку и отошел к куче подарков, лежащих чуть поодаль. Вытянув среди свертков небольшую светло-зеленую коробку, он протянул ее Асти, опустившись на пол рядом с ней. Остин тут же разорвала обертку — терпение никогда не было ее сильной стороной. Первой ее реакцией было удивление: рот приоткрылся, но слова так и не сорвались с губ. А затем пришли слезы. Глаза предательски защипало, и она прикусила губу, чтобы сдержать накатившие разом эмоции. Изящная серебряная цепочка, несколько тонких линий образовали что-то отдаленно напоминающее паутину, создавая утонченное, но прочное плетение. Она не узнавала этот узор, но не сомневалась, что это было создано специально для нее. По середине цепочки висел кулон — навечно заключенные в смолу соцветия полуночника. Его белые лепестки казались невесомыми, словно крылья бабочки. Хрупкие маленькие цветочки, тонкий стебелек и узкие листья, едва ли больше горошины, навсегда застыли в своем лунном великолепии. Это был ее кулон, тот самый, который она бросила в этом доме семь лет назад. Воспоминания затопили ее с головой: палатка на отшибе, ветер заставляет брезент трещать по швам, грязь после вечернего дождя, пожелтевший пергамент с расчетами координат, лунный свет, пробирающийся сквозь облака, поляна, усыпанная полуночниками, мягкое свечение крохотных цветов и магия, буквально искрящаяся в воздухе. — Это… — ее пальцы аккуратно огладили прохладную смолу, чувствуя легкую вибрацию магии. — Я его немного изменил: заменил цепочку и наложил некоторые чары. Он поможет мне найти тебя в случае опасности, думаю, в наше время это полезное свойство, особенно с такой ведьмой, как ты. Асти подняла на него теплый взгляд, пропустив мимо ушей легкий упрек в свою сторону. Она знала, что так Северус скрывал возникшую неловкость, смущение, но ее это ни капли не волновало. На дне коробочки лежала фотография, слегка пожелтевшая от времени. Это был обычный снимок, фигуры на нем не двигались, а застыли навсегда, запечатлев момент, но от этого снимок лишь стал еще более ценным для каждого из них. Узкая фотобудка, маленький городок на отшибе Англии, счастливое лицо Асти, пушистая шапка, из-под которой торчат влажные от снега волосы, и хмурые глаза Северуса, сидящего на маленьком табурете перед фотоаппаратом. — Ты все это сохранил… — Конечно, думаю пришла пора вернуть это тебе, — Асти прижала к груди кулон, словно это был самый дорогой подарок на свете. — Спасибо. Это лучший подарок. Весь этот вечер, — Остин обвила рукой комнату и порывисто выдохнула, словно ей не хватало слов. — Весь этот вечер — лучший подарок. Остин потянулась к нему всем телом, обвивая шею руками и нежно целуя, стараясь без слов передать все бушующие в груди чувства. Ей хотелось распасться на атомы, настолько ей было хорошо сейчас, хотелось, чтобы он знал, как сильно дорог ей и как многое она готова сделать ради этих волшебных минут вместе. Она готова была к осуждению остальных людей, к недоверию и сомнениях, готова была пережить все сражения и войну, лишь бы в конце ее ждал любимый домик у моря, треск камина и тепло родных рук. По коже поползли мурашки, когда она услышала тихий, бархатный шёпот на ушко: — Счастливого Рождества, Асти.

***

Это неделя была самой спокойной за последние несколько месяцев, но пролетела слишком быстро, как часто бывает. Асти и Северус почти не выбирались из дома, прячась от всего мира за его стенами. Тинки доставляла им еду, они пару раз прогуливались по пляжу, когда погода позволяла, а ветер не грозил сбить с ног. В один из вечеров аппарировали в ближайший магловский городок, побродили по узким улочкам, полюбовавшись огнями и рождественскими украшениями, а потом снова вернулись домой. Вкусная еда, объятия и разговоры до глубокой ночи. Кажется, на какое-то время им даже удалось забыть обо всем, что творится в мире. — Меня не будет завтра вечером, — сказал Северус в один из дней. Асти подняла голову от книги, которую читала, уместившись на полу около камина в гостиной. — Меня ждут в поместье Яксли. — У вас будет собрание? — ужаснувшись, спросила Асти. — В Новый год? — вопрос прозвучал глупо, словно у Пожирателей должны быть законные выходные дни. Она быстро поняла всю абсурдность ситуации и добавила: — Я думала, что они будут проводить время… с семьями. Ну, у кого-то же из них есть семьи. — Это не собрание. — А что? Асти отложила книгу, глядя на него снизу вверх. Северус все еще был занят своими записями и не поднимал головы, чтобы встретиться с ней взглядом. Догадка прошибла ее внезапно, заставив приоткрыть рот и тут же закрыть. — Вечеринка в честь Нового года? — наконец спросила Остин, поняв, что большего Северус сам не скажет. — Что-то вроде того. Темный Лорд хочет собрать своих людей, чтобы отметить наступление года, который наверняка изменит историю Магической Британии. В голове Остин никак не могло уместиться то, что Пожиратели будут праздновать наступление нового года в общепринятом понимании. Рождественская ель, вечеринка, шведский стол, традиционная соленая выпечка и поздравления…. Асти покачала головой, отбрасывая внезапно нарисовавшиеся в мыслях картинки. Нет, она даже не хотела думать, что именно будет на этой вечеринке. — Хорошо, — кивнула Асти, чуть прикусывая нижнюю губу. — Я отправлюсь на Гриммо, хочу поискать в библиотеке Блэков информацию о той связи, что возникла между Гарри и… Темным лордом. Вдруг удастся что-то найти. Северус не ответил, а она вновь перевела взгляд на книгу. Но сосредоточиться на чтении никак не получалось. Строчки плыли перед глазами, а когда она прочитала один и тот же абзац в третий раз, то захлопнула книгу. В груди зарождался страх. — Будешь чай? — поднимаясь, спросила Остин, стараясь, чтобы ее голос звучал максимально буднично и естественно. Снейп оторвался от записей, внимательно посмотрев на нее, Асти отвернулась, делая вид, что убирает книгу, оставленную на полу. Его взгляд, словно рентген, прошелся по ее напряженному телу. Она чувствовала это спиной, пока ставила книгу на полку и сметала несуществующие пылинки с фарфоровой статуэтки парусника. Северус встал и, подойдя к ней, приподнял подбородок, заставив посмотреть в его глаза. — Что тебя беспокоит? — Что меня беспокоит? Серьезно? — усмехнулась Остин, она попыталась отвести взгляд, но Снейп удерживал ее подборок, не позволяя это сделать. — С чего бы начать. Я… Я переживаю за тебя. Каждый раз, когда ты уходишь, я боюсь… Но я знаю, что мы не можем это изменить. Поэтому могу только переживать и надеяться, что еще увижу тебя. Что это... не последний раз... В этот раз он позволил ей опустить голову. Северус притянул ее к себе и обнял, это единственное, что он мог сделать. Каждый из них рисковал однажды уйти и не вернуться больше. Он знал, что она чувствует, лучше чем кто-либо другой. Это было одно чувство на двоих. Асти уткнулась ему в грудь, обнимая за талию и вдыхая любимый запах можжевельника, смешавшийся на этот раз с едва ощутимыми ароматами табака. — Пообещай мне, Северус… — тихо прошептала девушка. — Что? Остин подняла голову, продолжая крепко обнимать его талию. — Что ты вернешься ко мне… Северус молчал. Глядя на нее сверху вниз. В ее огромных золотистых глазах плескалось море, и он видел свое отражение в солнечных радужках. Разве можно давать такие обещания? Разве возможно это сделать в их мире? Снейп мягко очертил ее губы кончиками пальцев и тихо-тихо прошептал: — Я всегда буду к тебе возвращаться.

***

Едва Асти переступила порог на площади Гриммо следующим вечером, как услышала приглушенные голоса, доносящиеся с кухни. Ее уверенность слегка поубавилась, она не была готова к объяснениям или новым разборкам, но оттягивать неизбежное было бессмысленно. Миновав коридор как можно тише, чтобы не разбудить сумасшедшую старуху на портрете, она вошла на кухню. Гермиона и Джинни убирали со стола, в то время как Молли раскладывала по шкафам чистую посуду. По комнате медленно кружил зачарованный веник, а пузатый чайник начинал посвистывать и плеваться паром на плите. — Асти, дорогая! — воскликнула Молли, заметив девушку. Громкий оклик заставил Остин вздрогнуть от неожиданности и выйти из тени мрачного коридора. — Добрый вечер. Я не помешала? — Что за глупости, — покачала головой Молли и отложила полотенце. — Проходи! Я уже собиралась отправить Римуса за тобой. Ушла, никому ничего не сказала. Где тебя искать? Так не делается! Мы волновались! — Я… — Асти на мгновение опешила от ее напора. В этом была вся Молли, в ее голосе не было упрека или недовольства, только искреннее беспокойство. — Простите, мне нужно было время побыть наедине с собой и успокоиться. Я не хотела, чтобы вы беспокоились. Джинни и Гермиона с пониманием переглянулись. Миссис Уизли могла кого угодно поставить на место. — Проходи. У нас как раз и чайник подоспел, — захлопотала Молли, погасив огонь взмахом волшебной палочки. — Девочки, достаньте пожалуйста чашки. — Молли, я… — договорить она не успела. Одного взгляда миссис Уизли хватило, чтобы она поменяла свое решение. — Хорошо, чай так чай. Джинни хихикнула, тут же вытаскивая из серванта две пары чашек. — У нас еще остался черничный пирог, — Гермиона помогла Молли вытащить съеденный наполовину пирог и разложить по маленьким блюдцам. Вчетвером они сели за стол, который обычно был полон народу, а сейчас казался слишком пустым и массивным. — Где ты была? Мы действительно тебя потеряли, — вновь спросила миссис Уизли. — Только Алекс твердил, что ты в порядке и в полной безопасности, — добавила Гермиона, высыпая в свою кружку ложку сахара. — Он прав. Со мной все в порядке, я была дома… — Дома? — Да, — Остин мысленно выругала себя за неосторожно брошенное слово. Ей не хотелось раскрывать подробности своего местонахождения. Не потому, что это была какая-то тайна. Просто домик у моря был чем-то особенным, спокойным, далеким от всего прочего мира. — У меня есть дом, но об этом месте никто не знает, и я не планирую это менять, — с нажимом на последнее слова ответила Асти, делая глоток чая. — Ты живешь там с профессором Снейпом? — выпалила Джинни, тут же густо покраснев. — Джиневра! — голос Молли звучал убийственно. — Все в порядке, — заверила ее Асти. Она с удивлением заметила, что не испытала раздражения или смущения от этого вопроса. Ответить было совершенно легко. — Да, мы живем там вместе, но, к сожалению, не так часто, как хотелось бы. Северус проводит большую часть года в школе, а я… то тут, то там, то здесь, — обведя рукой комнату усмехнулась Остин. Молли понимающе кивнула, помешивая чай ложкой, внезапно она подняла голову и посмотрела на Гермиону и Джинни. — Так, девочки, пойдите в свою комнату. Нам с Асти нужно поговорить. Гермиона поднялась, в то время как Джинни продолжала сидеть, делая вид, что не может оторваться от черничного пирога. Асти с трудом сдержала смешок, любопытство… оно такое. — Ну, мам. — Не мамкай, давай-давай. Посмотрите, как там мальчики. Они, наверное, разнесли весь чердак. — Чердак? — отправляя в рот кусочек пирога, спросила Остин. — Да, Римус и Алекс помогли разобрать чердак, там было столько мусора, что они провозились с ним четыре дня. Твой друг принес… — Молли нахмурилась и по слогам произнесла: — Бам-бим-бом. — Бадминтон, — поправила Гермиона, которая уже поднялась из-за стола и ждала Джинни, но та все еще допивала свой чай. — Точно, никак не запомню это смешное слово. В общем мальчишки сейчас развлекаются с играми на верхнем этаже, хоть какое-то веселье. Ну, и Сириус с Алексом вместе с ними. — Алекс все свободное время торчит здесь? — Да, они сдружились. Думаю, ему также одиноко, как и Сириусу. Асти кивнула, уставившись в чашку. Черничный пирог был потрясающим на вкус, но сейчас не лез в горло. Молли дождалась, пока девочки выйдут из комнаты и закроют за собой дверь, а потом посмотрела на Асти проницательным взглядом. — Знаешь, я считаю, вы молодцы, — искренне улыбнувшись, сказала Молли. — Северус хороший человек. Да, с крайне скверным характером, посмотрим правде в глаза, но хороший. Он никогда не подпускал никого близко… Знаешь, во время первой магической войны я была далека от дел, у меня на руках были маленькие дети, но мои братья и Артур являлись активными членами Ордена. Во время одного из рейдов Фабиона сильно ранили, проклятье было коварным и в то время мало изученным, именно Северус тогда помог найти контрзаклинание и спасти его. Кто бы что ни говорил, но никто из Ордена не знает, какой ценой ему достается роль двойного агента. Он никогда не жаловался и, упаси Мерлин, не просил помощи, но я-то видела… Молли откинулась на спинку стула, глядя перед собой. Казалась, она перенеслась в прошлое, на несколько десятилетий назад. Ее губы тронула грустная улыбка. — Северус всегда держался обособленно, на тех редких собраниях, на которых я бывала, они с твоим отцом всегда ссорились, Блэк естественно был на стороне Джеймса и часто сам выступал зачинщиком этих склок. Их вражда тянется уже многие годы, уж не знаю, с чем это связано, но реакция Сириуса вполне предсказуемая. — Да, я ожидала такой реакции, поэтому и не торопилась что-то ему говорить. Я люблю Сириуса, но это не та вещь, которую он может понять. — Уверена, Римус отреагировал куда более сдержаннее. — Для него это не новость, Римус знал о нас с Северусом и уже достаточно давно. И Алекс тоже. Я опасалась реакции Сириуса и Гарри, да и в целом выносить свою личную жизнь на обозрение всего Ордена в мои планы не входило. Молли кивнула, соглашаясь, а затем повернулась и тихо прошептала: — А Пожиратели? Они знают? Кажется, сейчас миссис Уизли задала тот вопрос, ответ на который ее беспокоил больше всего. — Да. Как вы думаете Северусу удалось вытащить меня тогда, после Турнира? На самом деле о нас знает куда больше народу, чем мне бы того хотелось. Молли с трудом сглотнула вязкий ком и сделала глоток остывшего чая. — Мне жаль, дорогая. Одному Мерлину известно, чем все это может кончиться. — Все в порядке, Молли, — с трудом выдавив из себя улыбку, ответила Асти. Ее по-настоящему тронула эта забота. В словах миссис Уизли не было лжи или тайного умысла, она была искренней, и это отозвалось в сердце девушки. — Не переживай, Сириус отойдет, — искусственно бодрым голосом воскликнула Молли. — Он вспыльчивый, но отходчивый. Правда со мной он тоже не сильно-то разговаривает, я его немного пожурила за все произошедшее. Асти искренне улыбнулась, представив картину, как Молли отчитывает Сириуса, словно нашкодившего школьника. Ей почти было жаль, что она не видела это собственными глазами. — Как он сейчас? — Ну, — Молли неопределенно пожала плечами, явно стараясь чуть приукрасить реальное положение дел. — Ходит чернее тучи, пару дней не выходил из комнаты, но в целом нормально. Алекс не дает ему скучать, и Лиз часто заглядывает. — Лиз? — Да, — она заговорчески улыбнулась. — Мне кажется, между ними что-то есть, но пока не знаю, они много времени проводят вместе. Элизабет хорошая девушка. К тому же Гарри здесь, ты же знаешь, как Сириус его любит, часто закрываются в комнате вечерами и разговаривают до ночи. — Как Гарри? — наконец спросила Асти, если честно, она боялась услышать ответ на этот вопрос. — Знаешь, мне кажется, Гарри просто сложно представить, что у тебя кто-то есть. Мальчишки, понимаешь? — Молли задумалась, чуть поджав губы. — Поговори с ним, думаю, он все поймет. Но, конечно, Северус не станет от этого его любимым учителем. Асти невесело рассмеялась, отставив от себя пустую кружку. На такой исход она даже не рассчитывало. — Спасибо, Молли, — она сжала ее руку и искренне улыбнулась. — За ваши слова, за этот разговор. Мне нужно было это услышать. — Не стоит благодарить, дорогая. Я сказала тебе правду, и сказала бы ее раньше, если бы ты не сбежала. Ты всегда можешь со мной поговорить. — Хорошо, — Асти кивнула и поднялась. — Спасибо за чай и пирог. Я пойду в библиотеку, хочу поискать кое-какую информацию. А потом… найду Гарри.

***

Северус шел к поместью Яксли, быстро минуя широкую подъездную дорожку. Со стороны казалось, что дом совершенно пуст: ни света огней, ни шума толпы, только хруст гравия и снега под ногами. Но стоило ему попасть внутрь, как по ушам резанула музыка, послышались голоса и хохот подвыпившей толпы. В зале приемов царил приятный полумрак, по периметру горели канделябры, подчеркивая темные готические стены и винтажный рисунок на гобеленах. Северус был уверен, что обстановка поместья была специально изменена ради сегодняшнего вечера. Яксли никогда не имел особой власти или денег, как например, Малфой или Лестрейнджи, но изысканный стиль комнаты говорил об обратном, словно подчеркивая особый статус своего хозяина. Каждый выслуживался как мог. Около западной стены, украшенной лепниной, стояли несколько диванов с резными ножками из красного дерева, толстый персидский ковер на мраморном полу и стол, ломившийся от закусок. Долохов, Мальсибер и Руквуд сидели за столом, шумно переговариваясь и смеясь. Чуть дальше похрапывал Гойл-старший, в руках у него так и остался недопитый стакан Огденского. Алекто Кэрроу и Селвин о чем-то спорили в центре зала, а Макнейер танцевал с какой-то девицей в длинном черном платье. Темного Лорда и Яксли в комнате не было, как и многих других Пожирателей. Мимо него проплыла официантка в коротком блестящем, словно конфетти, платье. Она остановилась, глядя на него пустыми карими глазами. Магла, не больше двадцати лет, судя по внешнему виду, и явно не отдающая своим действиям отчет. Империус. Что ж, Яксли определенно подготовился к этому мероприятию в лучших традициях прошлых лет. — Северус, друг мой! — на его плечо опустилась рука Малфоя. Снейп взял с подноса официантки стакан виски, глядя, как она неровной походкой пошла дальше по залу, ее ноги едва не заплетались на огромных каблуках, к которым она явно не привыкла. — Ужасное зрелище, — согласился Люциус, проследив за его взглядом. — Никогда не любил этих безвольных кукл. Зато Кэрроу не изменяет себе. Северус хмыкнул и отвернулся. Наблюдать за тем, как Амикус зажимает в углу зала молоденькую рыжую девчушку, ему не хотелось. — Ты знаешь, я тоже не в восторге от этого, но… сегодня праздник. Выпей со мной. Люциус отсалютовал ему стаканом и опрокинул в себя коричневую жидкость. Чуть поморщившись, он вздохнул, заметив грузную фигуру за спиной Северуса. — Пусть Новый год принесет нам новые победы и господство нашего милорда! — пророкотал Рудольфус. — Снейп! Пьете без меня! Не по-дружески это! Судя по шаткой походке и затуманенному взгляду, Лестрейндж опустошил уже приличный запас Огденского этим вечером. — Эй, ты? — он поманил к себе официантку, которая тут же подошла к нему, глядя перед собой немигающим взглядом. Взяв очередной стакан, он звонко шлепнул девчонку по ягодицам, отчего она дернулась и разлила большую часть дорогущего алкоголя по подносу. — До чего они покорные, — хмыкнул Руди, расплываясь в улыбке. — Люблю таких послушных. — После твоей дорогой жены не удивлен, — буркнул Малфой, но Лестрейндж даже не посмотрел в его сторону, притягивая к себе официантку и поглаживая ее спину. — Если хочешь взять ее, Руди, иди в приватные комнаты! Не хочу наблюдать за твоими слюнями здесь, — поморщился Люциус. Он поставил на поднос девушки пустой стакан и кивнул Снейпу, зовя его за собой на диван. — А что, Малфой? Хорошенькие маглы ниже твоего достоинства? Совсем зажрался в своем Министерстве? — хохотнул Руди. — Трахать кукл никогда не было моим фетишем! — отрезал Люциус, с явным отвращением. Малфой не врал, он был одним из немногих, кто не любил подобные вечеринки и трофеи в виде молоденьких магловских женщин. Насилие никогда не привлекало Люциуса, и хотя он не мог похвастаться безупречной репутацией, и за его плечами было немало грехов, он избегал подобных развлечений. Когда мог. — Ты всегда был аристократом до мозга костей, Люциус. За их спиной раздался хриплый смех, от которого по спине ползли липкие мурашки. — Мой Лорд, — Люциус склонил голову, поворачиваясь к повелителю. — Прошу меня простить... Я... Темный Лорд, кажется, не был заинтересован в этом разговоре. Он лишь махнул Малфою рукой, заставив того замолчать, и посмотрел на Рудольфуса. Как бы ни был пьян Лестрейндж, он все понял и тут же исчез, утащив за собой и несчастную официантку. — Что вам известно о Сэмюэле Мартере? Вопрос Темного Лорда застал Малфоя врасплох. Он нахмурился, бросив быстрый взгляд на Снейпа. Краем глаза он видел, как в зал вошел бледный, но довольный Яксли, а следом пританцовывающая Беллатриса. — Начальник Аврората, крайне необщительный, на контакт особо не идет, в отделе пользуется уважением, на коротком поводке у Фаджа, — ответил Люциус, четко перечисляя известные ему факты. — Он был заместителем начальника в Международном Штабе, затем после отставки Гампа Фадж сам лично пригласил Мартера на его место, — тихо ответил Северус, постукивая пальцем по стакану, словно размышляя. — В то время когда Штаб работал в Англии, Фадж его на дух не переносил, но потом что-то изменилось. Он довольно не плохой аврор, хватка и чуйка у него имеется, подозрителен, на контакт не идет, друзей, насколько мне известно, нет. — Твоя девчонка работала в Штабе? — прищурившись, прошипел Темный Лорд. В красноватых глазах мелькнул интерес. — Да, они работали вместе. — Мне нужны его слабые места. Мартера надо убрать до конца весны. Мне нужен свой человек в кресле начальника, авроры не должны стать мне помехой. — Отличное решение, мой господин. Я постараюсь выяснить, где живет Мартер, уничтожить парнишку не составит труда. — Составит, Люциус! — отрезал Темный Лорд. — Нужно сделать это тихо и не вызвать подозрений. Выясни о нем все, что можно: кто его защищает, почему Фадж так держится за него. Мне нужны сведения. Малфой кивнул. — Я все сделаю, мой Лорд. Темный Лорд перевел взгляд на Северуса и протянул ему конверт, запечатанный сургучной печатью. — От тебя я тоже жду сведений. Твоя девчонка наверняка знает его слабые места. Выясни все. — Я все узнаю, мой Лорд, — чуть склонив голову и взяв конверт, ответил Северус. Не сказав больше ни слова, Темный Лорд покинул поместье, не обращая внимание на своих последователей. После его ухода обстановка заметно изменилась. Казалось, даже воздуха вокруг стало больше. Послышался смех и звон стаканов. Малфой заметно расслабился, но все еще настороженно хмурился, покручивая фамильный перстень на пальце. Снейп не торопился открывать конверт, то, что Темный Лорд не сказал ни слова, означало, что задание секретное. Это был хороший знак. Он убрал его во внутренний карман и одним глотком допил виски, осевший на языке горечью. Из боковой двери вышел застегивающий брюки Рабастан. На его лице застыла пьяная усмешка. — Давай выпьем, — буркнул Малфой, отворачиваясь. Он явно был напряжен, но не спешил делиться собственными опасениями. — Нельзя покидать вечеринку так скоро.