Автор и постановщик Твик

Мигрень, которую Крэйг симулировал, чтобы остаться дома, не осталась лишь вымыслом. Очень скоро боль расцветает и превращается в нечто весьма реальное. Она пульсирует то холодом, то жаром в черепе, бьёт за правым глазом будто отбойным молотком и опускается к основанию шеи. Сидеть больно, но двигаться ещё больнее, что ставит парня в затруднительное положение.

Затруднительное положение: I. близится полдень II. Крэйг дома один, и III. он совершил огромную ошибку.

Крэйг ёрзает, очень и очень осторожно меняя своё положение на стуле. Бесконечно малое напряжение в мышцах посылает волну режущей боли глубоко в голову. Парню хочется стиснуть подлокотники, но у него хватает ума не делать этого. Это лишь усилит мучения, хотя, казалось бы, куда там ещё сильнее, однако Крэйг знает, что есть куда. Он уже проходил через это дерьмо и знает, сколько его тело способно вынести. Пока он лишь на полпути к порогу боли, которую ещё сможет стерпеть. Это может — и станет — хуже. Крэйг составляет план.

Его план: I. ему нужны таблетки, которые II. находятся на первом этаже, поэтому III. он осторожно спустится за ними, и IV. вернётся наверх, чтобы отоспаться.

Если Крэйг сделает это быстро, то всё может пройти гладко. Он уже такое проворачивал. Хотелось бы сказать, что ему никогда не придётся делать это снова, но подросток знает, что это не правда. Он всегда забывает таблетки в неудобных местах, и, как назло, мигрень бьёт наиболее ужасно и внезапно именно тогда, когда никого не оказывается рядом, чтобы помочь. За что, надо признаться, он благодарен.

Забавный Факт: Крэйг ненавидит, когда люди видят его в мучениях.

Крэйг осторожно встаёт из-за стола, не обращая никакого внимания на книгу, которую читал. Он оставляет её лежать раскрытой и выходит из комнаты. Пока что всё идёт хорошо. Присутствует только боль. Никакой тошноты, головокружения, и руки не начало покалывать, ничего такого, поэтому он всё ещё может схватить что-нибудь. Что всегда неплохо. Крэйг даже ощущает себя нормальным человеком, он всего-то испытывает очень сильную боль без видимой на то причины. Солнечный свет режет глаза. Из-за него пульсация усиливается. Парень спотыкается о собственные ноги где-то на середине лестницы. Это застаёт его врасплох, однако ему удаётся ухватиться за перила прежде, чем упасть, так что он в безопасности. Создаётся много шума, но он в сохранности. На грохот из кабинета выскакивает и вспрыгивает по ступенькам Пандора. Крэйг говорит ей перестать и остановиться и кидает быстрое «умница», когда собака подчиняется, плюхаясь на нижнюю ступеньку. Спускаясь, Такер продолжает крепко держаться за перила. Не хочется снова свалиться. Крэйг не знает, насколько надёжной окажется его хватка, если он упадёт, а как только адреналин от едва не полученной травмы спадёт, то парень ощутит значительное усиление острой боли. На мгновение Крэйг забывает о Пандоре. Он опирается на стену, когда сходит со ступеней, и с её помощью поддерживает себя в вертикальном положении. На стену можно положиться. Он её ценит. Крэйг решает, если ему когда-либо придётся произнести благодарственную речь, он поблагодарит стены за то, что они всегда были под рукой, когда он оказывался на грани падения лицом в пол. Полезные, отзывчивые стены — блять, блять, блять, голова разрывается. Нужно остановиться. Нужно передохнуть. Крэйг замирает. Резкость не лучшая затея. Боль со свистом простреливает мозг, словно… что-то тяжелое, пролетевшее мимо на огромной скорости. Какое слово здесь нужно? К чёрту, всё равно это не имеет значения. Образы лучше подходят для мыслей. Он скулит. Это стыдно, из-за чего парень ещё больше доволен тем фактом, что никто не слышит его жалкие завывания. Это проявление слабости, он знает, но как же больно. Как же больно. И на минуту это всё, о чём он может думать. Больно. Больно. Больно. На новой волне сенсорной перегрузки он снова скулит — так сильно, что боль ослепляет и обездвиживает его. Когда к телу более-менее возвращается чувствительность, и онемение спадает, Пандора кружится у стоп и тыкается носом ему в ноги, скребёт бёдра и лижет болтающуюся рядом руку. Парень бормочет что-то бессвязное. По большей части это просто ответные звуки. Невербальное «спасибо, Пан, ты действительно мне помогаешь, и я это ценю». Собравшись с новыми силами, Крэйг медленно пробирается к кухне за медикаментами. На секунду он не может вспомнить, где они лежат. Он поворачивается вокруг своей оси до тех пор, пока не теряется в головокружении и вялости, что как-то странно, потому что он — ну, вялый, в этом-то и дело. Слова перестают выстраиваться в сознании. Разум продолжает переключать изображения мест, где он последний раз видел бутылочку. Он видит цвета, видит контуры и знает, где она, он знает, но не может сопоставить изображение в голове с изображением в реальной жизни. Это правда подбешивает. Ноги грозят подкоситься. Он слишком долго стоял, терпел слишком сильную боль. Его одолевает слабость. Боль — это всё, на чём он способен сконцентрироваться. Кажется, что по венам бежит ледяная кровь. Он опирается телом на столешницу, фокусируясь лишь на преодолении нового приступа. Когда волна проходит, подросток осознаёт, что у него начала кружиться голова. Это не к добру. Как ему сосредоточиться на поиске банки с таблетками, если он даже нормально соображать не в состоянии? Нормально видеть? Что означает головокружение? Что такое… И снова колени подгибаются. Крэйг может лишь схватиться за верхушку кухонной тумбы, впившись пальцами в поверхность, чтобы не упасть. Он в порядке. Он справится. Разум властвует над материей. Только добраться. Ты знаешь где они, Крэйг, просто доберись. Просто возьми их. Просто прими таблетки. Затем иди на диван и поспи несколько часов. Пандора снова кружится у ног, и Крэйгу это не нравится. Ему это не нравится, потому что он вдруг ясно осознаёт тот факт, что в самом деле не сможет справиться. Ему хотя бы нужна передышка. А передышка означает не двигаться. Пандора, однако, эту задачу усложняет. Она продолжает тыкаться носом, из-за чего парень вздрагивает, в результате чего боль усиливается. Что она делает? Он не может вспомнить, что значит, когда она так делает. Есть ли за её действиями смысл? Он вдруг чувствует себя очень… он не… Накатывает жар, и зрение проясняется. Глаза всё норовят закрыться. Он чувствует, что ноги путаются. Пандора гавкает. Она слишком близко, в том направлении, куда собирается упасть его тело. С пустой от мыслей головой Крэйг пытается оттолкнуть её с дороги, чтобы собака не поранилась. Однако она сильнее него. Его мышцы отказываются работать. Боль слишком сильна. Ему нужны таблетки. Где они? Ноги покалывает. Руки словно онемели. Почему он всё ещё стоит? Ах, да. Таблетки. Снова, где же они? Наконец способность стоять решает покинуть Крэйга. Он падает на колени, руками опираясь на собаку. Пандора сильная и сможет выдержать вес его тела, но даже так Крэйг всё равно прилагает сознательные усилия для того, чтобы не упасть на неё. Большая часть веса приходится на колени, резко стукнувшиеся о жёсткую кухонную плитку. Пальцы зарываются в собачий мех, гладя шерсть даже несмотря на то, что подросток практически лежит сверху. В знак извинения он прижимается лбом к её шее. Крэйг медленно отпускает Пандору и сдвигается в сторону до тех пор, пока не получается целиком лечь на пол. Плитка приятно холодит голую кожу ладоней и затылок. Это немного снимает боль, но только на мгновение. Затем возвращаются потоки онемения. Он дышит. Это всё, что он может сейчас делать. Кажется, что на несколько секунд он проваливается в сон, но нет полной уверенности. Он просто знает, что, когда вновь открывает глаза, Пандора лежит сверху и лижет его лицо, как обычно бывает, когда становится настолько плохо. Как сейчас. Он это ненавидит. Ненавидит больше всего на свете. Он ненавидит чувствовать себя слабым, физически и эмоционально, и ненавидит чувствовать себя другим, физически и эмоционально. Он просто рад, что такое не случилось на публике. Это было бы грёбаным кошмаром наяву. Он бы никогда такое не пережил. Крэйг Такер, «апатичный наркоторговец» из Саус Парка (спасибо, Вэнди), хнычет и теряет сознание от боли как последняя сучка. Чувствуя себя чуть лучше, Крэйг поднимает руку, чтобы провести ей по спине Пандоры. Он ломает голову, пытаясь вспомнить определённую вещь. Спустя несколько секунд до него доходит. Парень щёлкает пальцами, указывая на кухонную тумбу, и произносит: — Кометы. Пандора соскальзывает с него и отходит к тумбе. В это время Крэйг приподнимается с пола. Он приваливается спиной к стене, изо всех сил стараясь проморгаться и избавиться от затяжной слабости. Пандора возвращается с бутылочкой лекарств в пасти. Он протягивает руку, и собака опускает баночку ему в ладонь. Крэйг гладит её по голове. — Умница, — говорит он почти неслышно. — Хорошая девочка, спасибо. Она дышит, высунув язык, и карабкается по его ногам, оказывая давление. Крэйгу не нужно просить её. Пандора просто делает это. Она прекрасно его знает. Боль снова накатывает, и парень прикусывает щёку изнутри, чтобы случайно не заскулить. Он не хочет испугать Пандору и ещё больше поставить себя в неловкое положение. Это уже нелепо. Раздражает. Он так, блин, сильно это ненавидит. Ёбаный, блять, пиздец. Крэйг снимает с баночки крышку и высыпает таблетку в ладонь. По неосторожности он запрокидывает голову, но боль быстро его останавливает. Парень шипит. Пандора скребёт колено хозяина. Крэйг кладёт таблетку в рот и дожидается, пока та растворится. Повезло, что лекарство продают в растворимой форме, иначе бы у него были серьёзные проблемы.

Забавный Факт: Крэйг не может глотать таблетки.

Последние силы он тратит на то, чтобы вернуть крышечку на место и отложить баночку на тумбу. Расслабление после стольких усилий приводит к концентрации на отчётливой, не желающей исчезать пульсации. Быстрый стук, застрявший в голове: бам-бам-бам. Крэйг опускается по стене и укладывается на пол. Затылок встречается с холодной плиткой, а спина распрямляется. Пандора извивается, забираясь ему под колени. Из-за слабости ли, но он не понимает, зачем она так делает. Пофиг. Крэйг говорит ей, что она хорошая девочка. Пандора — его герой. Её хвост стучит по полу. Крэйг закрывает глаза. Нахуй план. Он заснёт прямо здесь, посреди кухни, и насрать на всё остальное.