Ты здесь чужой

Деревья слабо покачивались на ветру, убаюкивая шумом листвы. Раннее утро вступило в свои владения, накрывая город мягкими золотыми лучами солнца. Густав гонялся за бабочками во дворе своего дома. Мальчик был похож на маленькое солнышко, он словно светился радостью изнутри. Рыжие локоны залезали ему на глаза, но он не обращал на них внимания и постоянно отбрасывал назад, несмотря на то, что на его руке была лента, с помощью которой он мог сделать хвост. Густав весело прыгал и смеялся, пытаясь поймать неуловимых разноцветных насекомых. Одна из бабочек улетела за пределы двора, и Густав побежал за ней. Она летела всё дальше в лес, пока мальчик окончательно не потерялся. Он понял это только тогда, когда перед ним вырос огромный дуб, которого он отродясь не знал. Тропинка под его ногами растворилась в траве. Густав беспомощно оглядывался по сторонам и уже думал звать на помощь, как вдруг услышал какие-то странные звуки за стеной из кустов. Раздвинув ветки и немного ободрав себе рубаху, мальчик обнаружил огромную пещеру, из которой на него смотрел огромный лазурный глаз. Густав взвизгнул и юркнул обратно в кусты. — Как ты посмел потревожить мой покой смертный? — взревел искажённый человеческий голос изнутри пещеры. Густав вышел из укрытия, смущённо потирая ладони. — Я не хотел!.. — из его глаз брызнули слёзы. — Что? Стой, что ты делаешь? Прекрати это немедленно, человеческое дитя! — рычал на него дракон, показавший свою морду, но Густав от этого стал реветь ещё больше.— Тише, тише. Что с тобой? — Я… я боюсь тебя… — запинаясь проговорил мальчик. — Ты злой! — Я? — рассмеялся дракон. — Что ты, я очень даже добрый. Иначе бы я уже съел тебя с потрохами. — Густава такой аргумент не успокоил. — Пожалуйста, прекрати плакать. Я уже начинаю чувствовать себя виноватым. Как ты нашёл меня? — Я потерялся… Я бежал за бабочкой и… и… И теперь не вернусь домой! — Вернёшься, обязательно вернёшься. Я покажу тебе выход в город, хорошо? Только не плач, боже мой! — дракон наполовину вышел из пещеры и наклонил свою морду к мальчику. — Правда? — с искрой надежды в янтарных глазах спросил Густав, дотронувшись до тёмно-синих чешуек собеседника. — Угу, — кивнул дракон. — Как тебя зовут, человеческое дитя? — Я Густав Хендрикс. А ты? — Ленмирион Эрод Крэн, дитя Неба и Звёзд, сын Мехена Рагтрокнаара, Странник, прибывший с альфы Лебедя. Но для тебя просто Мири, — улыбнулся дракон и склонил голову набок. — Ого! — Густав восхищённо смотрел на чудесное создание природы. Только сейчас, когда страх уже отошёл, он мог в полной мере рассмотреть величественного дракона. Его чешуя была цвета ночного неба, переливающегося в фиолетовый, а на голове красовались четыре рога, направленных назад. Заметив, что мальчик рассматривает его, дракон гордо расправил крылья. Они будто бы были усыпаны звёздами! — Откуда ты? — с замиранием сердца спросил Густав. — Я недавно здесь, почти проездом, — усмехнулся Мири и кинул взгляд в сторону далёких гор. — Когда-нибудь я поведаю тебе свою историю, а сейчас тебе пора к родителям. Иди сейчас прямо, а как дойдёшь до ручья, поверни направо и направляйся дальше, пока не увидишь круг из пяти берёз, а потом… Хотя, — призадумался дракон, глядя в небо, — ты ведь всё равно не запомнишь, так ведь? — Густав поджал губы и замотал головой. — Тогда просто иди за этим огоньком, — Мири открыл огромную пасть, полную смертоносных клыков, и оттуда вылетел синий огонёк, размером с голову мальчика. — Скорее всего, мы больше не встретимся. Но если вдруг забредёшь в мои владения — будешь желанным гостем. Ты забавный малый. — Спасибо большое, Мири, — Густав крепко обнял его лапу, но чтобы её обхватить, потребовались бы двое взрослых мужчин. — Я вернусь, — пообещал мальчик и побежал за огоньком, растворяясь в лесной глуши. Дракон чуть слезу не пустил. Густав радостный прибежал домой, чтобы рассказать отцу о новом друге. Но его не оказалось дома, только мама, готовящая на кухне обед. Её белоснежное кружевное платье развивалось от лёгкого ветерка, дующего из открытого окна. Она напевала какую-то лирическую песенку, голос у неё был превосходный, чарующий. — Мама! — Густав подбежал к ней и обнял. — Я только что встретил дракона! — Ах, милый, — она погладила его по голове и ласково улыбнулась, — драконы — это всего лишь сказки. Их не существует в нашем мире. — А есть не наш мир? — с подозрением спросил мальчик. — Может быть и есть, — загадочно сказала мама и принялась дальше нарезать овощи. — И где же ты нашёл этого дракона? — Его зовут Мири, и он живёт в пещере в лесу. Он добрый и совсем не злой, как всегда бывает в сказках. Он особенный, он мой друг! — Густав, я же говорила тебе не ходить в лес одному, — мама строго посмотрела на сына. — Там очень опасно. — Мири защитит меня от всех! — Так, Густав, никакого Мири не существует, тебе просто привиделось. Больше никогда не ходи в лес один, ясно? — Но… — Густав! Это уже не смешно, — нахмурилась мама. Мальчик обиженно надул губки и ушёл в спальню, где забрался с ногами на кровать. Ясные глаза смотрели на таинственный лес, так и манящий заглянуть в него ещё разок. Необычайный дракон стал для Густава главной загадкой в жизни, ведь ни на следующий день, ни на следующей неделе он так и не смог найти той самой пещеры. *** К пятнадцати годам Густав возмужал: он вытянулся в рост, черты лица стали более острыми, а взгляд серьёзнее. Его семья переехала ближе к центру города, где проходила вся его жизнь. Старые увлечения сменялись новыми — лес больше не был для него мистикой, лишь местом для охоты. В десять лет отец начал учить Густава стрелять из лука, драться на ножах, а только потом доверил пистоль. Мальчику всё это очень сильно нравилось, он полюбил новое ремесло, как ничто другое в своей жизни. Безумный азарт загорался в его глазах каждый раз, когда он видел новую цель. Густав придумывал для себя хитроумные задания, чтобы больше совершенствоваться в стрельбе. Мама же учила его в первую очередь этикету, как если бы он был не сыном обычного торговца, а какого-нибудь высокочинного барона. Также мама привила у него любовь к музыке и вскоре к игре на скрипке. Густаву это давалось с великим трудом, всё же слух у него был не столь музыкален, как у его мамы. Зато упорства и трудолюбия в юноше было хоть отбавляй. Он часто разрывался между охотой и скрипкой, но чудом находил время для обоих занятий, да ещё успевал учиться письму и чтению и время свободное оставалось. Густав был на редкость смышлёным парнем, и с кем попало не заводил знакомств. Он знал, где можно подслушать последние новости, какие люди лишь распускают сплетни, а кто говорит по делу. Знал также, кто в городе лучше всех за своё ремесло отвечает: у кого коня подковать, у кого свежий хлеб купить, а кто вовсе не смыслит в сапожном деле. Густав всё меньше стал увлекаться сказаниями и мифами, находя всему логичное оправдание. А дракона он успел забыть, точнее, теперь он был просто видением прошлого. Густав стал прекрасным и образованным юношей, чьё сердце пытались завоевать местные девушки, да только сам он заглядывался лишь на одну — прелестную Найру, чья красота сбивала с ног. В свою очередь, милая особа интересовалась исключительно боевыми искусствами, ни о какой любви не могло идти и речи. Густав видел её каждый день, как она занимается с мечом в своём дворе, оттачивая и без того идеальные удары. Русые волосы были убраны в пучок на голове, а из одежды она носила лишь кожаные доспехи. Густав мечтал увидеть Найру с распущенными волосами и в простом платьице, но каким-то образом они умудрялись не пересекаться. Но в моменты, когда они всё же могли поближе познакомиться, Густав всё время впадал в ступор. Ноги холодели, сердце замирало, мозг отказывался выдавать какие-либо здравые мысли. Вместо того, чтобы поговорить с ней, он сочинял сонаты в её честь, рассказывал о своих чувствах и мыслях с помощью скрипки. Ведь музыка — это открытая человеческая душа, живые эмоции, выставленные на показ. Мама гордилась сыном, хоть и не понимала, чем было вызвано такое усердие на занятиях. Отец же иной раз выдавал подзатыльник, когда Густав летал в облаках во время охоты. Бедный парень совсем потерял голову. *** Проходя мимо таверны «Заводной гусь», из которой валил свет и вовсю звучали громкие разговоры, Густав бросил взгляд на доску объявлений. Начинающийся дождь ещё не успел размыть чернила, и парень решил перенести доску в сухое место поближе к таверне, зарубив себе на носу, что надо бы сделать для неё свою маленькую крышу. Он уже собрался уходить, но его привлёк один листок, на котором большими буквами было написано: «Охотничий турнир!». Густав постоял ещё какое-то время, читая объявление, а потом забежал в таверну из-за сильного дождя. На улице грянул гром. — Это я удачно зашёл… — буркнул Густав себе под нос и прошёл к барной стойке. Много мужиков общались, кто-то даже устроил соревнования по армрестлингу. — Добрый вечер, хозяин, — в своей учтивой манере обратился он к мужику за стойкой, протирающему кружки. — Добрый, — гаркнул хозяин, обратив на него внимание. — Я слышал о завтрашнем турнире охотников. Давно ли висит объявление? — Давече, — кивнул мужик, — уж неделю как. — Странно, — Густав оглянулся на зал. Его янтарные глаза уловили еле заметное движение в углу. Там стояла Найра и общалась с парой крепких воинов. Густав тут же отвернулся и сильно покраснел. — Плесни мне бренди, — выпалил он. — Что случилось? — усмехнулся хозяин, наливая ему напиток в небольшую кружку. — Увидел кого? — Нет, нет, всё в порядке, — Густав чуть ли не залпом выпил содержимое. — И всё же о турнире. Я собираюсь туда и хотел бы кое-что уточ… — О, так ты тоже участвуешь! — парень, сидевший на соседнем стуле приветливо улыбнулся. — Хорошо стреляешь? — Достаточно. — Моё имя Лоуренс, — он протянул свою руку. — Будем знакомы. — Густав, — он не сильно пожал её. — Видимо, я нашёл себе достойного соперника, — он улыбнулся, оскалившись так, что было видно его клыки. — Пистоль? — Предпочитаю арбалет. — Глаза Густава округлились, а его соперник засмеялся. — Не люблю запах пороха, — пояснил Лоуренс, зачесав назад чёлку. Его волосы были цвета пряной корицы. Густаву показалось, что этот парень слишком много улыбается, отчего казался ему странным. — Ты Густав Хендрикс? — Да, — неуверенно ответил тот. — Для меня будет честью одолеть такого серьёзного противника, как одного из самых лучших стрелков города, победителя прошлого турнира и ещё пяти сезонных соревнований. — Я вижу, ты хорошо осведомлён. — Пусть победит сильнейший. До встречи завтра на Светлой поляне, — Лоуренс похлопал Густава по плечу и вышел из таверны. Хендрикс ещё долго размышлял о дерзком парне, бросившем ему вызов. Яркое солнце светило вовсю. На лесной поляне в нескольких десятках метров от тракта собирались стрелки. Большинство представляли собой взрослых матёрых мужчин, презрительно смотревших на младшее поколение. Густав прочищал свой пистоль, слушая наставления отца: — Увидишь цель — сразу не стреляй, — говорил тот шёпотом. — В прошлый раз тебе подвернулась удача, но сейчас на неё полагаться нельзя. Беги сразу к Мирскому озеру — там всегда много уток. Не ходи рядом с конными, от них слишком много шума. Те, кто взяли собак, имеют большое преимущество. Но, ты же знаешь, люди слишком жестоки, поэтому от псов не останется живого места. Всегда следи за теми, кто идёт рядом. Никогда никому не попадайся на глаза и… — Я знаю, пап… — устало проговорил Густав, — не первый раз участвую. — Знаешь, не знаешь, а основы учить надо. Повторение — мать учения! — Утешенье дураков, — буркнул Густав продолжение пословицы. — Хей, привет! — крикнул Лоуренс, подходя ближе. — Готов? — Всегда, — ответил тот, собирая волосы в небольшой хвост. — Ты знаешь этого парня? — осторожно спросил отец. — Мы познакомились вчера. — Будь с ним осторожнее, — с этими словами он удалился. Последние пару лет господин Хендрикс перестал участвовать в турнирах из-за боли в коленях. Многие это знали, и не гнушались над ним, а наоборот сожалели, что потеряли такого соперника и всячески ему сочувствовали. Густав был кем-то наподобие его приемника, честно заслужив к себе уважение старших. — Итак, — прозвучал громкий голос распорядителя. Все тут же притихли. — Я приветствую вас на ежегодном турнире охотников! — участники зааплодировали. — Огласим ещё раз правила для новичков. Всю живность, что вы видите, можно убивать, будь то белка или олень. У каждого из вас есть особые шприцы с вашим уникальным цветом краски. Когда вы убили животное — вводите пигмент ему под кожу. На животном два пигмента — не учитывается. Если можете унести животное с собой, флаг в вам в руки! От оленя или лося требуются только рога. Победой является, если вы приносите, что или показываете одному из моих помощников), 1 медведя, которому также равняются: 3 белки, 8 уток, 2 оленя или лося, 10 зайцев, 5 волков, 8 куропаток, 5 лисов, 5 кабанов. Всем всё ясно? Отлично. Начало через три, два… Один! — распорядитель пальнул в воздух. Густав первым рванул с места и побежал сначала в сторону Мирского озера. По пути он ловко забрался на дерево и скрылся в листве. Он стал ждать. Под ним проносились пешие и конные участники, кто бежал, кто аккуратно шёл. Послышались первые выстрелы. Густав ждал тишины. Когда все ушли, он мягко спрыгнул на траву и медленно пошёл в том направлении, где было тише всего, и разбрасывал за собой ягоды и орехи. Он смотрел вверх, пытаясь разглядеть рыжих пушистиков. Двое таких показались ему, прыгая друг за другом по веткам. Густав достал из поясной сумки духовую трубку, в которую был заряжен дротик с самодельным усыпительным веществом. Белки остановились на одной из веток. Хендрикс глубоко вдохнул и прицелился. Дротик вылетел, закручиваясь, и попал прямо в маленькое тельце белки. Она потеряла равновесие и полетела вниз. Густав бросился к ней и поймал на лету, чтобы зверёк ничего себе не сломал, а после вытащил дротик. Белка полностью закрыла глаза. Второй и в помине не было. Со всех сторон звучали выстрелы, но все они были достаточно далеки. Густав осторожно положил зверька себе на плечо и закрепил специальным ремнём, не пережимая слишком сильно. Он прошёл около ста метров в другую сторону, достал свисток и сымитировал писк птенцов. Густав знал, что сейчас у белок сезон размножения и какой-нибудь самец точно не откажется порадовать свою избранницу таким лакомством. И правда, его догадки оправдались. Спустя десять минут прибежал ещё один рыжий зверёк, озираясь по сторонам. Густав выпустил ещё один дротик, уже вторая белка была у него на счету. Он закрепил её на другом плече. Потом он немного подождал и двинулся туда, где недавно разбросал лакомства. Некоторые из них уже кто-то растаскал, а вот парочка всё же осталась. Густав ждал недолго, третья белка появилась быстро. Она припрыгала, опасливо огляделась по сторонам и подобрала орешки. В этот момент её поразил дротик. Третьего зверька Хендрикс уже нёс в руках. Он окрасил часть их шёрстки в свой пигмент и поспешил на место старта, чтобы побыстрее доставить трофеи. Как только распорядитель увидел Густава, его глаза округлились от удивления: — Вы уже всё, господин младший Хендрикс? — Да, — Густав открепил тела белок и тоже взял их в руки. — Три белки. — Всё верно, — улыбнулся мужчина и кивнул. — В таком случае, вы являетесь победителем нашего турнира. Но как вам удалось? — Я никогда не раскрываю свои карты. И да, белок я оставлю себе. — Да как пожелаете, господин. Тогда мне надо соб… — Пождите! — орал помощник во всю глотку, задыхаясь от быстрого бега. — Подождите… — он встал рядом, пытаясь отдышаться. — Тот участник не обманул! Он и правда убил медведя, я видел это собственными глазами. Он победитель турнира. — Что?! — в один голос сказали распорядитель и Густав, уставившись на помощника. — Этого не может быть, — начал говорить мужчина. — Но тебе я не могу не поверить, — он затрубил в рог на весь лес. Тут же из-за дерева вышел Лоуренс с улыбкой до ушей. — Как дела, Хендрикс? — ухмыльнулся тот. — Успел убить нужное количество? — У Густава сжались кулаки, а желваки заходили ходуном. Он ничего не ответил. Его возмущала не сколько победа этого несносного юноши, сколько насмешливость в его голосе и движениях. — Ещё обидься на меня, вот хохма будет. Умей проигрывать, Оська! — Кто такой ещё Оська? — процедил Густав. — Ося, Оська, Осечёк — деревенский дурачок! — Густав смиренно выдохнул. — Не строй из себя того, кем не являешься, Оська. — Хорошо, — сквозь зубы проговорил Густав и отошёл в сторону, чтобы больше не видеть этих зелёных глаз, издевающихся над ним. Он недалеко прошёл и положил белок на землю, потом достал ткань и смочил её спиртом из небольшого флакончика. Он подставил её зверькам под нос, что тут же пробудило их. Они сорвались с места и разбежались в разные стороны. Густав грустно смотрел на лесную чащу. Охотники неторопливо подтягивались на поляну. — Дорогие друзья! — говорил распорядитель, когда все прибыли. — Я хочу объявить победителя ежегодного турнира. Этот парень смог побороть медведя всего лишь за полчаса от начала старта! И имя его: Лоуренс Клез! — названный вышел вперёд. Люди начали аплодировать, обмениваясь мрачными взглядами. — За честную победу я хочу вручить вам кубок и абонемент на бесплатную выпивку в течение двух месяцев и таверне «Заводной гусь»! В этот же день Густав сидел в той злосчастной таверне, потому что там готовили единственную на всю город сносную грибную похлёбку. Он предполагал, что может встретить здесь звезду турнира, но надежда на его отсутвие умирает последней. — И снова здравствуй, Оська! — Лоуренс подсел к нему с кружкой пива. — Чего грустный такой? До сих пор дуешься на меня? — Нет, это было бы глупо, — отмахнулся Густав, зачерпнув ложку похлёбки. — Я нисколько не обижаюсь. — Они посидели в тишине пару минут, глядя друг на друга. — Как ты убил медведя? — выпалил он, прервав молчание. Он встал, уперев руки в стол и навис над бывшим соперником. — Секрет, — по-доброму улыбнулся Лоуренс и подмигнул ему. Он нагло смотрел ему прямо в глаза, особенно это подчёркивалось во взгляде снизу, будто бы он специально задрал нос. Густав смотрел на него ещё несколько мгновений, но потом успокоился и сел на место. — Мне кажется, что ты сжульничал. — Я? Сжульничал? — рассмеялся Лоуренс. — Я бы не опустился до такого. Как я убил медведя? Жди, метай, беги, руби, и как Оська не тупи! — Ты точно издеваешься надо мной. — Заказывай, что хочешь. Выпивка за мой счёт! — Спасибо, — наконец улыбнулся Густав, прикинув, что этот парень может и не настолько плох и задирист. — Мир? — Мир. — Иди сюда, — Лоуренс подошёл к нему и обнял. — Я уверен, что мы ещё подружимся.