Ludos fati

— Амелия, — вдруг через полудрёму услышала девушка мужской голос, решив, что у неё то ли из-за дементоров, то ли из-за длительного пребывания в этой крошечной каморке, то ли от голода начались галлюцинации. Инстинктивно она стала пытаться отбиться от голоса, безладно размахивая руками. — Амелия, — услышала она снова. Она решила, что это с ней разговаривает дух-проводник в загробный мир, пришедший по её душу и стала ещё яростнее отбиваться от чего-то несуществующего. — Амелия, всё хорошо, — сказал мужской голос. — Хорошо? Ну да, просто отлично, — вдруг усевшись на пол, сказала она. — Кроме того, что я походу наконец-то скончалась в этом проклятом месте. — Амелия, успокойся, ты жива, — ещё раз сказали ей и она наконец-то увидела того, кто с нею разговаривал. Это был парень лет двадцати с чёрными, как смоль, волнистыми волосами до плеч и не очень длинной неаккуратной бородой. — Кто вы такой? Откуда вы знаете моё имя? — Амелия будто бы очнулась после долгого забытья. — Кто-кто, Тед я. Иначе откуда знал бы твоё имя? — сказал парень. — Какой Тед? — не поняла Амелия. — Эдвард Люпин, просто не люблю, когда меня называют полным именем. Ассоциации нехорошие, знаешь ли, — пояснил парень. — А, ясно. Но как ты... Выбрался из камеры? — спросила Амелия. — Сейчас покажу, — загадочно сказал Тед и превратился в серого волка. Волк с лёгкостью просочился сквозь прутья решётки внутрь к Амелии. Ей стало слегка не по себе от этого, но она понимала, что это — не настоящий волк, а просто анимагическая форма волшебника, так что он не должен быть опасен. Через несколько секунд в камере Амелии стоял бородатый мужчина и говорил: — Сириус был анимагом, поэтому я попробовал превратиться и у меня получилось. Дементоры не чувствительны к животным, так что я спокойненько сидел себе в облике пса. — Вообще-то ты не пёс, а настоящий серый волк, — заметила Амелия. — Серьёзно? — поднял брови Тед. — Но ведь Сириус Блэк превращался в собаку, а я по всей видимости стал Сириусом... — В том-то и дело, что ты совсем не Сириус, а всё ещё Тед Люпин. Хотя, какая разница, все вы магглолюбы на одно лицо. — Кстати, я разыскал тебя для того, чтобы предложить и тебе попробовать превратиться. Если у той, в чьё тело тело ты попала, есть анимагическая форма, у тебя тоже, скорее всего, получится превратиться, — сказал Тед. — Мерзкий грязнокровка, ты ещё и смеешь мне указывать! — неожиданно разъярённо воскликнула Амелия. — Во-первых, я тебе не указываю, а советую, а во-вторых, раз уж тебе это столь важно, то ныне я такой же чистокровный, как и ты, — спокойно ответил Тед. — Может ты и оказался в теле чистокровного предателя крови, но душа у тебя всё равно грязная, — заявила Амелия. Тед совсем не горел желанием доказывать Амелии обратное — его воспитала самая антирасистская бабушка на свете, так что ему было плевать, грязнокровка ли он, полукровка ли, или чистокровный Сириус Блэк. Более того, по недавно введённым министром магии Долорес Амбридж законам, он действительно считался грязнокровкой. Раньше полукровками называли всех, у кого хотя бы один из родителей был колдуном — не важно, какой чистоты крови. Теперь же всё было строго регламентировано: 1/4 магической крови и меньше — и ты считаешься грязнокровкой, а тех, кто рождён от магглов, но унаследовал от каких-то предков магические способности и вовсе за волшебников не принимали. Также, как и оборотней. Таким образом Тед подходил под критерии грязнокровок. Он имел право, даже был обязан учиться в Хогвартсе, где постоянно подвергался буллингу по причине своей нечистоты крови, а по его окончании имел бы право работать лишь в качестве обслуги. Впрочем, сейчас этого ещё не было. На данный момент Тед Люпин являлся Сириусом Блэком в 1981 году, и находился он тут именно для того, чтобы не дать захвату власти Лордом Волдемортом и следующему за ним беспределу свершиться. — Ладно, ладно, — сказала Амелия, осознавая, что у неё нет выхода, кроме как быть заодно с этим грязнокровкой, если она хочет выбраться из Азкабана. — Всё-таки я не хочу тут сдохнуть. Так как превращаться? — Это очень просто. Тебе лишь нужно хорошо сконцентрироваться на мысли об этом, — сказал Тед. — Очень просто? — недоверчиво спросила Амелия и принялась усиленно думать. Правда, она совсем не была уверенна в том, что думает правильным образом. — Это было ожидаемо, — по прошествии какого-то времени, вздохнув, сказал Тед. — Что ж, в любом случае тебя должны скоро отпустить. Думаю, за это время ничего страшного не случится. — Меня должны скоро отпустить? — удивлённо спросила Амелия. — Конечно, так как бо́льшая часть судов уже произошла, скоро должна быть ваша очередь, и насколько я знаю, Малфои были оправданы, так как якобы находились под Империусом, что, разумеется, не правда, но сейчас нам это лишь на руку, — сказал Тед. — В смысле? — Амелия не поняла, причём тут Малфои. — А, точно, я, кажется, не сказал этого. Короче, ты — Нарцисса Малфой, — Тедди хлопнул себя по лбу. Амелия на несколько мгновений задумалась. — То есть теперь я бабушка, ой, то есть мама своего дяди? — спросила она. — Э-э-э, наверно. А ещё ты моя кузина, то есть кузина Сириуса Блэка, да, ведь я теперь — Сириус Блэк. Это так мозговзрывательно, — сказал Тед. — А теперь прощай, злюка, увидимся когда-нибудь на свободе. Превратившись в волка, Тедди выбежал из камеры и устремился прочь, наверняка, на свободу. — Стой! — крикнула Амелия ему в след. Молниеносно превратившись в человека, Тед обернулся и уставился на девушку. — Ты сейчас сбежишь отсюда? — спросила та. — Ну да, а тебе-то что? — недовольно спросил Тед. — Если ты сбежишь, тебя объявят в розыск. Почему ты не можешь потребовать повести тебя в суд, чтобы тебя оправдали? Сириуса Блэка же арестовали за то, чего он не совершал. — Сириус Блэк сам признал себя виновным, — хмуро сказал Тед, возвращаясь. — Так скажи, что был в шоке от потери одного друга и предательства другого друга, — предложила Амелия. — В таком случае меня точно проверят сывороткой правды. И что я им скажу? "Здравствуйте, меня зовут Тедди Люпин и я из будущего"? — Тед изобразил глупую наивную улыбку. — Это нарушит правило Саюри. — Оу... Ты не умеешь сопротивляться сыворотке правды? — удивилась Амелия. — Нет конечно, только очень сильные волшебники на это способны, — сказал Тед. — Странно... Когда я была маленькая, мама давала мне зелье, благодаря которому я обладаю иммунитетом к сыворотке правды. Скорпиус, мой маленький двоюродный брат — тоже, — рассказала Амелия. — Поздравляю, — сказал Тедди и, к ужасу Амелии, снова превратился в волка и направился коридором. — Стой, пожалуйста, стой, — снова взмолилась Амелия. Пока она разговаривала с Тедом, она чувствовала себя живой, даже несмотря на то, что снаружи камеры, прямо за решёткой, в коридоре, ритмично покачивался на ветру дементор. — Я не хочу оставаться здесь ни секундой больше, — сказал Тед, вернув человеческий облик. — У меня есть... Идея. Она... Довольно странная. Но должна сработать, — неуверенно сказала Амелия. И у неё действительно была идея. — Слушаю, — незаинтересованно сказал Тед. — Если я превращусь в тебя, то есть в Сириуса, а ты в меня... — начала Амелия. — Стоп-стоп-стоп, где ты собираешься взять оборотное зелье? — прервал её логичным вопросом Тед. — Суд над Краучем и Лестрейнджами уже был? — спросила Амелия. — Хм... По логике — да, ведь в камере рядом с моей Крауч всё жалуется на своего отца, а временами визжит, как авгурей, — сказал Тед. — Но причём тут это? — Ты знаешь про ту аферу? Про то, как Барти Крауч-младший сбежал отсюда? Скоро сюда должны прийти старший Крауч вместе со своей женой, а главное — с оборотным зельем. Ты в образе волка украдёшь его у них. — Но это же не хорошо — воровать... — замялся Тед. — Ты шутишь? — Амелия, не понимая, странновато рассмеялась. — Ты понимаешь, какие будут последствия, если ты не украдёшь у них оборотное зелье? Я не говорю о нас, хотя и о нас стоило бы подумать, мы же, как ни как, избранные. Ну, там Тёмный Лорд воскреснет, ничего страшного, главное, чтобы Тед Люпин остался безгрешным. Если ты украдёшь у них зелье, младший Крауч не воскресит Тёмного Лорда, а Краучиха умрёт дома со своим любимым мужем, а не в холодной камере Азкабана с дементорами. Твоя кража будет во благо, понял? — Понял... — сказал Тед. — А ты всё-таки не такой тупой грязнокровка, как я думала, — заметила девушка. — Давай без этого, Амелия, — спокойно сказал Тед. "А то сбегу," — хотел добавить он, но понял, что вообще-то в данный момент Амелия придумывает план его амнистии. И почему эту девчонку вдруг пробило на добрые дела? — Конечно, Тёмный Лорд найдёт другие способы вернуться, но без Крауча у него их будет на один меньше, — рассудила Амелия. Тем временем Тед понял, что он совсем не понял, какой толк девушка видит в превращении друг в друга. — Ты принесёшь зелье мне и дашь свой волос, а я дам тебе свой. Ты вернёшься в свою камеру и превратишься в меня, а я превращусь в тебя, — вернулась к посвящению Теда в свой план Амелия. — Тогда в твоей камере вместо Нарциссы Малфой будет Сириус Блэк, а в моей — вместо Сириуса Нарцисса... — заметил Тед. — Но это не так важно. Зачем вообще всё это нужно? Ты так и не объяснила. — Я собиралась начать это делать прямо сейчас, — слегка обиженно сказала Амелия. — Ладно, я слушаю. — Будучи Сириусом Блэком, я смогу уговорить их организовать ещё одно судебное заседание для него, то есть для себя, где расскажу всю правду о Сириусе, ну, то есть о себе, а если меня захотят испытать сывороткой правды, я смогу ей сопротивляться. Не думаю, что это будет сложно, ибо мне и врать-то особо не надо, только говорить от первого лица, а не от третьего, как должно быть по правде, — выложила Амелия. — Вот только ты забыла, что сыворотка правды является антидотом к оборотному зелью, — обломал её Тед. — Ну да, а у меня к ней вроде как иммунитет, — обломала его Амелия. — А если нет? Ты же понимаешь, что если ты от сыворотки правды у них на глазах превратишься в себя, ну, то есть в Нарциссу, хотя ты — это Нарцисса... Ладно, не важно. Короче, тогда тебя точно посадят пожизненно, а так бы тебя отпустили, ведь вы с Люциусом типа были под Империусом. Ну, вас точно отпустят, ибо мы ещё ничего не сделали, так что ход истории не поменяется. Я-то сбегу, обернувшись собакой, тьфу, имею ввиду — волком, просто свыкся с мыслью, что я — собака, а оно вон как, оказывается. А ты как сбежишь? — С каких это пор ты обо мне волнуешься? — спросила Амелия. — Я не волнуюсь... — Тед смутился. — Просто иначе мне придётся спасать мир в одиночку. — Ладно, а тебе тогда будет нужно притвориться Нарциссой, — сказала Амелия, не заметив смущения Теда. — У тебя получится? Это не должно быть особенно сложно, ведь мы типа все слегка сумасшедшие из-за этих дементоров. — Кто-кто, а ты сейчас куда адекватнее, нежели была при разговоре с Саюри, — заметил Тед. — С Юри или с Аюри? С какой Юри? — спросила Амелия. — Саюри. Ну, хранительница Земли, которая нас сюда и закинула, — сказал Тед. — Стоп, ты имеешь ввиду, что это было на самом деле? — Амелия была взбудоражена. — Что? — уточнил Тед. — Вот это всё... Саюри... Я думала, это какой-то сумасшедший бред, приснившийся или привидевшийся мне... — сказала Амелия. — Как по-твоему ты здесь тогда оказалась? — закатил глаза Тед. — Хмм... Точно! Вот Поттер! — воскликнула Амелия. — Да ладно, я бы тоже не поверил, но как иначе мы здесь оказались? — задал риторический вопрос Тед. — Ну да... Хотя, а вдруг я реально Нарцисса, а ты реально Сириус, просто мы сошли с ума в Азкабане и теперь считаем себя другими людьми? — вдруг пришло в голову Амелии. — Мы бы ни сошли с ума одинаковым и таким странным образом, — сказал Тед. — В любом случае, нам нужно спасти мир от Тёмного Лорда, не так ли? — Да, — к удивлению Теда сказала Амелия. — Кстати, ты заканчивай с этими своими "О Поттер!", тут так не говорят, — добавил тот. — Не волнуйся, я не сбегу, но мне пора в свою камеру, в любой момент может нагрянуть аврорская проверка. Спасибо.

***

— Что я вам и говорила, — сказала Саюри Юъуйью и Ши, выключив монитор, на котором они наблюдали за Амелией и Тедом. — Люпину Азкабан не вредит потому, что он превращается в волка и сидит себе спокойно, неощутимый для дементоров. А Мильфёй это всё только на пользу пойдёт, кстати, девчонка-то не глупая, вон какую схему придумала. Но главное тут то, что придумала она её ради другого человека. Ей-то никакой выгоды нет, лишь риск. — Что ж, ты в очередной раз доказала, что твои методы приводят к успеху, — сказал Ши. — Да ты подожди, не факт, что это приведёт Амелию к успеху в победе над Волдемортом, — надменно сказал Юъуйь. — Совсем не об этом речь шла, а о том, какой прогресс произошёл в её личности, что она не то, что согласилась помочь, а даже самостоятельно предложила помощь другому человеку, составляющую для неё один только риск, — сказал Ши. — Я думал, мы тут мир спасаем, а не отдельным людям характер исправить пытаемся, — сказал Юъуйь. — Мальчики, умоляю, не ссорьтесь, — остановила их Саюри. — Это всё равно мой мир, как хочу — так и будет, своими заведуйте. — Ну и до свидания, — обиделся Юъуйь и испарился. — Ну до свидания — так до свидания, — раздосадованно сказала Саюри. — А я лишь рад, что этот дурень оставил нас наедине, — сказал Ши. — Если ты понимаешь, о чём я. — Ты хочешь мне сказать, что специально поругался с Юъуйьем? — спросила Саюри. — Что? Нет конечно, — удивился ходу мыслей Саюри Ши. — Что бы ты там не имел ввиду, мне пора на задание, в Австралию, — сказала Саюри. — Жаль... Что у них там стряслось? — поинтересовался Ши. — Исчезли все кенгуру, — ответила Саюри и растворилась. — Вот чёрт, — заметил Ши.