В плену у боли

Время бежало настолько быстро, что Гарри не успел опомниться, как на них посыпались контрольные и разговоры о СОВ. Всего через две недели Гарри вместе с Северусом должен был уехать в поместье Принцев, а после к ним обещали присоединиться Драко и Гермиона. В воскресенье выдалась прекрасная снежная погода, так что Гарри, подхватив Гермиону, решил воспользоваться возможностью сходить в Хогсмид, чтобы всё-таки выбрать какой-нибудь подарок опекуну. Он хотел взять с ними ещё и Драко, но тот сказал, что они позже встретятся у мадам Розмерты. – Гарри, а ты хоть приблизительно знаешь, что дарить? – задумчиво спросила Гермиона. – Понятия не имею, – рассмеялся Поттер, – Редкие книги возможно, но не думаю, что ему это понравится, у него столько книг, что он не успевает читать их. – Мы с Драко недавно говорили об этом… – осторожно начала девушка, опасаясь чего-то, но не увидев никакой реакции, кроме заинтересованности, продолжила, – Что, если тебе подарить ему что-то, связанное с вами? Может какой-нибудь перстень, с надписью отец? Гарри остановился как вкопанный и задумался. На самом деле, это бы показало Северусу, что я начал воспринимать его как отца, но с другой стороны, я бы хотел подарить ему что-то более стоящее. – Это интересное предложение, Гермиона, но я думаю, что нужно было бы что-то ещё. Девушка пожала плечами и пошла вперед, витая в своих мыслях. – А что будешь дарить своему Дракону? – шутя спросил Гарри у подруги, отчего та покраснела. – И ничего он не мой, – пролепетала Грейнджер. – Да брось, я вижу, как вы друг на друга смотрите. Поверь, я не буду против, если вы начнете встречаться. – Ты серьезно? – Ну да, а что тут такого, – пожал плечами Поттер, – После того, как мы начали дружить с Драко, моя жизнь стала спокойнее, как раз из-за того, что мне больше не с кем враждовать, – рассмеялся он. – Посмотрим, – неоднозначно ответила девушка, – В любом случае, он мне этого не предлагал. Но если тебе так интересно, я уже купила подарок на прошлых выходных. Я подумала, что будет забавно подарить ему кулон с его созвездием, – тихо засмеялась Гермиона. Гарри думал, что ответить на это, но так и не нашел, что сказать. Перед глазами всплыл магазин с письменными принадлежностями и в его голове, как-будто что-то щелкнуло. – Нам нужно сюда, – сказал мальчик и потянул подругу за собой. Магазинчик был не очень большим, но довольно уютным. Везде летали свечи, на выбор были предоставлены пергаменты разного размера, разного цвета, где-то была даже полка с прыткопишущими перьями. Но это было всё не то. Учитывая, что с Северусом Гарри теперь общался не так часто, как хотелось бы, учитывая плотный график с квиддичем, учебой и подготовкой к СОВ, хотелось бы что-то такое, чтобы Гарри мог быть всегда с ним на связи. Зачарованный перстень – это конечно хорошо, но не совсем то, что было нужно. – Что-то ищите, молодой человек? – перед Гарри возникла полненькая улыбчивая женщина в очках. – Да, наверное. Я не знаю, у вас есть какие-нибудь зачарованные дневники, чтобы вести переписку на расстоянии? – Хм… – нахмурилась женщина, – Кое-что я вам предложить могу. Есть зачарованные пергаменты… – начала она, но Гарри её перебил. – Пергамент не подходит, нужно что-то более презентабельное. Это подарок, понимаете? Женщина задумчиво посмотрела на мальчика. – У меня есть то, что вам нужно, – сказала она и махнула рукой, призывая Гарри пройти за ней. Женщина достала с верхней полки два красивых дневника, отделанных золотым орнаментом и изумрудными камнями на корешке. Внутри были белые страницы и на каждой была еле заметно нарисована руна. В конце были листы для заметок, но сколько бы Гарри не листал, их все не становилось меньше. – На них заклинание незримого расширения. Он никогда не закончится. Так же эти руны – она ткнула на одну из них, – Защищают от чтения посторонними. Переписка никуда не исчезнет, но вам нужно будет капнуть свою кровь и кровь того, кому вы подарите второй экземпляр, чтобы дневник вас признал. Но это дорогое удовольствие, поэтому их никто не покупает. – Сколько? – спросил Гарри, уверенный, что он купит их в любом случае, какой бы ни была цена. Накануне он послал запрос в банк Гринготс и попросил ему выписать чек на сто пятьдесят галеонов, чтобы не тратить на подарки деньги, которые ему выделяет Северус. – Тридцать галеонов. Но вам я сделаю скидку в два галеона, если возьмете, – устало ответила женщина, – Все-таки дорогие товары в Хогсмиде не так популярны из-за того, что здесь в основном одни студенты. – Я беру. Вы сможете упаковать? – спросил Поттер. Через десять минут Гарри уже выходил из магазина, уменьшая подарок на ходу. Гермиона ждала его снаружи и немного пританцовывала, чтобы немного согреться. Тогда Гарри предложил подруге зайти в Три метлы, чтобы выпить по стаканчику сливочного пива и подруга с радостью согласилась. Она просила Поттера показать, что он купил в подарок своему опекуну, но мальчик попросил отложить это до возвращения в Хогвартс. Очень уж ему не хотелось случайно испортить дневник, несмотря на то что это был его экземпляр.

***

Три метлы гудели, как улей, наполненный пчелами, жаждущими меда. Воздух был плотным от смеха, шепота и звонких ударов кружек о деревянные столы. Гарри Поттер сидел в углу, его зеленые глаза блуждали по комнате, но мысли были далеко. Сливочное пиво в его руке казалось теплым, как будто оно впитало в себя всю тяжесть его мыслей. На него вдруг навеяли воспоминания, когда они Золотым Трио проводили здесь время. Теперь всё изменилось. Рона не было рядом, и это было странно, но не невыносимо. Гарри, наверное, даже отвык от своего бывшего друга. Возможно, только возможно, что когда-то их пути снова пересекутся. Но точно не сейчас. Гермиона сидела напротив, ее каштановые волосы были слегка растрепаны, а на губах играла улыбка, которая казалась одновременно теплой и загадочной. Она говорила что-то, но Гарри ловил только обрывки фраз. Его внимание привлекло движение у входа. Компания Слизеринцев, состоящая из Драко, Панси и Блейза, весело ввалились в паб, стряхивая с себя снег. Драко сразу заметил гриффиндорцев и помахал им. Гарри в ответ помахал ему, предлагая сесть рядом с ними, параллельно глядя на реакцию Гермионы. И судя по её улыбке, она была совсем не против такой компании. Драко подошел к их столу, его плащ слегка блестел от растаявшего снега. Он улыбнулся, и в его глазах мелькнул тот самый огонек, который всегда заставлял Гермиону слегка краснеть. Она опустила взгляд, будто изучая узоры на деревянной поверхности стола, но уголки ее губ предательски подрагивали. – Присаживайся, – предложил Гарри, отодвигая стул. – Мы как раз обсуждали, как Пожиратели Смерти могли бы улучшить свои навыки маскировки.  Драко фыркнул, снимая перчатки.  – Спасибо, Поттер. Но, думаю, они уже достаточно хороши в этом. Иначе тебя бы уже не было здесь, – он бросил взгляд на Гермиону, и его голос стал чуть мягче, – Грейнджер, ты выглядишь… как всегда, блестяще.  Гермиона подняла глаза, и их взгляды встретились. Она почувствовала, как тепло разливается по ее щекам, но не отвела взгляда.  – Спасибо, Малфой. Ты тоже… не так ужасен, как обычно.  Гарри закатил глаза, но улыбка не сходила с его лица.  – Твои друзья не хотят к нам присоединиться? – спросила Гермиона, оглядываясь на Слизеринцев. – Блять, забыл, – пробормотал Драко и Гарри фыркнул, – Блейз, это Поттер, Поттер, это Блейз, – чернокожий волшебник усмехнулся и протянул руку Гарри, которую тот пожал, не раздумывая. – Как-будто мы все здесь не знакомы между собой, – закатила глаза Гермиона и к её удивлению, услышала в ответ слова Панси. – Вот-вот, Грейнджер дело говорит, а ты, как обычно устраиваешь цирк, – со смехом сказала темноволосая девушка, тыкая пальцем под ребро Малфоя и усаживаясь рядом с Гермионой, – И тем не менее, раз уж у нас своеобразный кружок дружбы, давай знакомиться снова. Я Панси Паркинсон, – она протянула руку Гермионе. – Гермиона Грейнджер, – с серьезным видом сказала гриффиндорка и пожала руку в ответ, а потом рассмеялась. – Всё, забудьте, что я о ней говорила год назад, она классная, – смеясь сказала Панси. Гарри только покачал головой. Как он раньше не замечал, что слизеринцы такие же, как и они. Да, они хитрее и изворотливее, но они остаются такими же подростками, как и все вокруг. Наверное, он всё же повзрослел. Те же Джордж с Фредом спокойно общаются со всеми факультетами, а он все эти годы поддерживал межфакультетскую войну. Три метлы продолжали гудеть, как живой организм, наполненный энергией и тайнами. Гарри отхлебнул из кружки, но его внимание уже не принадлежало напитку. Оно было приковано к Драко, который, казалось, намеренно задерживал взгляд на Гермионе дольше, чем это было необходимо. Его серебристые глаза, холодные, как зимний рассвет, теперь светились едва уловимым теплом, которое, казалось, растапливало лед между ними. Гермиона, чувствуя этот взгляд, слегка наклонила голову, позволяя каштановым локонам упасть на лицо, словно пытаясь скрыть румянец, который разливался по ее щекам. Она взяла свою кружку, но пальцы слегка дрожали, выдавая ее волнение.  – Ты что, Грейнджер, нервничаешь? – Драко наклонился вперед, его голос был тихим, но настолько близким, что она почувствовала, как мурашки пробежали по ее спине.  – Нервничаю? – она подняла бровь, пытаясь сохранить спокойствие. – Ты, должно быть, шутишь, Малфой.  – О, я всё вижу, – он улыбнулся, и в его улыбке было что-то хищное, что-то, что заставило ее сердце биться чаще.  Гарри, наблюдая за этим, едва сдерживал смех.  – Вы двое, кажется, забыли, что я здесь, – он сказал, поднимая кружку в их сторону.  – Ты всегда здесь, Поттер, – Драко бросил на него быстрый взгляд, но его внимание снова вернулось к Гермионе. – Но иногда лучше быть незаметным.  Гермиона закатила глаза, но улыбка не сходила с ее лица.  – Ты невыносим, Малфой.  – А ты обворожительна, Грейнджер, – он ответил, не моргнув глазом.  Панси, сидевшая рядом, фыркнула.  – Мерлин, Драко, ты сегодня особенно противный. Может, хватит уже флиртовать с Грейнджер?  – Я не флиртую, – он сказал, но его глаза говорили обратное.  – Конечно, нет, – Панси покачала головой, но улыбка на ее лице была шире, чем обычно, – А Блейз у нас тогда белее снега, – на это мулат рассмеялся, а потом постарался втянуть Гарри в разговор о квиддиче, чтобы дать своему другу возможность пообщаться с Гермионой.  Девушка почувствовала, как тепло разливается по ее телу. Она не могла объяснить, что именно происходило между ней и Драко, но это было… приятно. Год назад она и подумать не могла, что Малфой может быть таким интересным. Точнее, что ей будет с ним интересно. Просто делать домашние задания вместе в библиотеке, просто ходить к озеру втроём, просто сидеть в компании Слизеринцев в Хогсмиде. Всё это было чем-то новым, но в тоже время таким захватывающим и приятным, что Гермиона ни за что бы не хотела этого лишаться.  – Может, мы выйдем на улицу? – предложил Драко, его голос был тихим, но настолько уверенным, что она не смогла отказать.  – На улицу? – она подняла бровь. – Там же снег.  – Именно, – он улыбнулся. – Идеальное место для приватного разговора.  Гермиона посмотрела на Гарри, который только пожал плечами, словно говоря: "Решение за тобой".  – Хорошо, – она сказала, вставая. – Но, если ты замерзнешь, не жалуйся.  – Брось, я же волшебник, – ответил Малфой, – При мне всегда волшебная палочка, – двусмысленно сказал он, и, увидев смятение Гермионы, добавил, – Чтобы наложить согревающие чары, конечно же.  Они вышли на улицу, и холодный воздух обжег ее кожу. Снег падал мягкими хлопьями, окутывая все вокруг белым покрывалом. Драко шел рядом, его плечо слегка касалось ее, и она чувствовала, как тепло его тела смешивается с холодом ночи.  – Так, о чем ты хотел поговорить? – спросила она, стараясь звучать спокойно.  – О нас, – он сказал, останавливаясь и поворачиваясь к ней. Его глаза были темными, как ночное небо, но в них горел огонь, который она не могла игнорировать.  – О нас? – Гермиона подняла бровь, но сердце уже билось так сильно, что она едва могла дышать. Задумывалась ли она о том, что они могли бы быть парой? Конечно, задумывалась, но по Драко никогда нельзя было сказать, заинтересован он в ней или нет. Хотя, так думала только Гермиона, а вот Гарри уже давно заметил, что между ними летают искры. Девушка никогда не выглядела такой счастливой, даже когда в прошлом году за ней ухаживал Крам. – Да, – он шагнул ближе, и теперь они стояли так близко, что она могла чувствовать его дыхание. – Я думаю, мы оба знаем, что, между нами, что-то есть.  Гермиона почувствовала, как ее тело напряглось, но она не отступила.  – И что ты предлагаешь? – ее голос был тихим, но уверенным.  – Я предлагаю… – он наклонился ближе, его губы были так близко, что она могла почувствовать их тепло, – узнать, что это такое.  И в этот момент, когда их губы почти соприкоснулись, она почувствовала, как мир вокруг них исчез, оставив только их двоих в этом белом, снежном мире. Это был не просто поцелуй. Это был её белый поцелуй, который она так себе и представляла. Несмотря на то, что в прошлом году за ней ухаживал Виктор, она понимала, что у неё нет к нему никаких чувств, поэтому не стала давать ложные надежды. – Я думал, что я сделаю это в более романтичной обстановке и в более подходящее время, но… Я не хотел ждать. Знаешь, ты ведь понравилась мне тогда, еще в поезде. Но идеалы, вбиваемые мне в голову ещё дедом, были сильнее меня. А сейчас, я понял, что, если понадобится, я оставлю всё, ради тебя.  Гермиона ничего не ответила, лишь притянула его к себе и снова поцеловала.

***

Вечер в поместье Принцев был тихим, лишь треск дров в камине нарушал безмолвие. Снег за окном падал густыми хлопьями, окутывая сад белым покрывалом. Гарри, сидя на полу перед камином, разбирал коробку с ёлочными игрушками. Северус стоял у окна, наблюдая за метелью, его чёрный силуэт резко выделялся на фоне белоснежного пейзажа. – Думаешь, Драко и Гермиона не передумают приехать? – спросил Гарри, не отрывая взгляда от игрушки в руках, – А то они только начали встречаться, я боюсь, что мы их не отлепим друг от друга, – тихо засмеялся Поттер, радуясь за друзей. – Драко слишком горд, чтобы нарушить обещание, – ответил Северус, не поворачиваясь, – А Гермиона… она ни за что не упустит шанс провести время в библиотеке Принцев. Гарри на это лишь засмеялся. – А Сириус, он… Он не связывался с тобой? – внезапно спросил Гарри. – Да придёт твой крестный, куда денется, – фыркнул Северус. На самом деле Сириус уже договорился с Северусом, что придёт завтра, но это должно было быть сюрпризом. Он последние два месяца провел на другом континенте по делам Ордена и прибыл только вчера на Площадь Гриммо. Пускай Снейп ненавидел что-то утаивать от своего подопечного, но Блэк так просил, что профессор зельеварения сдался и согласился на эту авантюру. – Эти игрушки выглядят новыми, – озабоченно произнес Поттер, – Неужели ты купил их для меня? Северус приподнял уголки губ и кинул взгляд через плечо на Гарри. – Я же говорил, я давно не праздную Рождество, – уклончиво ответил он, но Гарри всё понял. Гарри протянул руку к коробке, вытаскивая стеклянный шар, который переливался в свете огня. Он повертел его в руках, наблюдая, как искры света танцуют на его поверхности. Северус, наконец, оторвался от окна и подошёл к ёлке, взяв в руки ветку, чтобы поправить её. – Этот шар… он похож на тот, что был у моих родителей, – тихо произнёс он, и его голос дрогнул, словно струна, натянутая до предела. Северус, всё ещё стоявший у окна, медленно обернулся. Его чёрные глаза, обычно такие холодные, смягчились. – Ты помнишь их ёлку? – спросил он, и в его голосе прозвучала нотка чего-то, что Гарри не мог сразу распознать. – Не совсем, – признался Гарри, опуская взгляд. – Но у меня есть фотографии. И… иногда мне кажется, что я чувствую их присутствие. Особенно в такие моменты. Северус подошёл ближе, его тень накрыла Гарри, как тёплое одеяло. Он протянул руку, взял шар из рук мальчика и поднял его к свету. – Твоя мать любила такие игрушки, – сказал он, и его голос был тихим, почти шёпотом. – Она говорила, что они напоминают ей о звёздах. – Ты знаешь, – начал Гарри, глядя на шар, – я никогда не думал, что Рождество может быть таким… спокойным. Всё время было либо с Дурслями, либо в Хогвартсе, где всегда что-то происходило. А тут… тишина. Северус остановился, его чёрные глаза скользнули к Гарри. Он не ответил сразу, словно взвешивая слова. – Тишина – это не всегда плохо, – наконец произнёс он, – Иногда она даёт возможность услышать то, что обычно остаётся незамеченным. Гарри кивнул, но в его глазах мелькнула тень сомнения. Он положил шар на пол и потянулся за следующей игрушкой – маленькой фигуркой феникса, которая, казалось, светилась изнутри. – А ты… ты никогда не думал о том, чтобы завести семью? – вдруг спросил мальчик, не поднимая глаз. Северус замер. Его пальцы сжали ветку ёлки так, что костяшки побелели. – У меня есть семья, – ответил он, и его голос был твёрд, но в нём сквозила какая-то странная мягкость, – Ты здесь. А о другом сыне и мечтать нельзя. Гарри поднял глаза, и их взгляды встретились. В комнате стало тихо, только треск камина нарушал молчание. Гарри почувствовал, как что-то сжалось у него в груди, он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Северус первым отвёл взгляд, снова занявшись ёлкой. Он взял фигурку феникса из рук Гарри и повесил её на ветку. – Это красиво, – тихо сказал Гарри, глядя на то, как игрушка качается, отражая свет. – Заканчивай давай, – усмехнулся Снейп и потрепал его по волосам, – Ценитель прекрасного.

***

Утро перед Рождеством в поместье Принцев было тихим, как затаившаяся кошка, готовящаяся к прыжку. Снег за окнами лежал пушистым одеялом, а в камине потрескивали дрова, словно шептали друг другу зимние секреты. Гарри спустился в гостиную, где уже пахло свежей выпечкой и хвоей. Северус сидел в кресле перед камином, читая какой-то новый справочник по зельеварению. – Выглядишь так, словно всю ночь лазал по дымоходу, – фыркнул профессор Зельеварения, глядя на зевающего подростка. Гарри усмехнулся, подходя к столу. – Именно этим я и занимался всю ночь, это же лучше, чем спать на мягкой двуспальной кровати, — парировал он, наливая себе чай. В этот момент камин вспыхнул изумрудным пламенем, и из него, как два акробата, выпрыгнули Драко и Гермиона. Драко, как всегда, был одет с иголочки, но сегодня его волосы были слегка растрепаны, словно он только что с кем-то дрался. Или целовался… Гермиона, напротив, выглядела как всегда собранно, но немного размазанный блеск на губах выдавал их с потрохами. – Привет, Гарри, – улыбнулась она, сбрасывая с плеч плащ. – Профессор Снейп, спасибо, что разрешили нам приехать. – Не благодарите, мисс Грейнджер, – ответил Северус, закрывая книгу, – Когда мы наедине, можете называть меня Северус. – Спасибо, проф… Э-э-э, Северус, – покраснела Гермиона. Драко подмигнул Гарри. – Ну что, Поттер, готов к тому, чтобы я снова обыграл тебя в шахматы? – Только если ты готов к тому, что я снова напомню тебе, кто выиграл последний раз – парировал Гарри, улыбаясь. Гермиона покачала головой, но в ее глазах светилось одобрение. – Вы двое как два петуха, которые не могут решить, кто главный на птичьем дворе. Северус поднял бровь. – Гермиона, могу я вас так называть? Ваша метафора, как всегда, точна, но я бы предпочел, чтобы мой дом не превратился в арену для петушиных боев. Гарри и Драко переглянулись, и в их глазах вспыхнул огонь соперничества, но в этот момент из столовой донесся запах свежих булочек, и все, как по команде, устремились к столу. – Северус, – начала Гермиона, когда они уселись за стол, – Я хотела сказать, что вы действительно замечательный опекун для Гарри. Он стал спокойнее. Северус на мгновение замер, словно слова Гермионы были неожиданным подарком, – Спасибо, Гермиона, – наконец произнес он, и в его голосе прозвучала едва уловимая теплота, – Хотя я бы не стал преувеличивать свои заслуги. Гарри улыбнулся, чувствуя, как в его груди разливается тепло. – Ну, ты точно лучше, чем твои зелья, – пошутил он, и все засмеялись. Драко, не упуская момента, поднял бокал с апельсиновым соком. – За то, чтобы этот день был таким же ярким, как Гермиона в библиотеке. Гермиона покраснела, но улыбнулась. – И за то, чтобы ты, Драко, наконец научился шутить без сарказма. Гарри поднял свой бокал, чувствуя, как в этот момент они все стали частью чего-то большего, чем просто друзья. – За Рождество, – сказал он, и в его голосе звучала искренность, которая заставила даже Северуса слегка улыбнуться, – Чтобы всё прошло спокойно, а не как в предыдущие годы, когда праздник перетекал во что-то на грани жизни и смерти, – засмеялся он. Драко непонимающее посмотрел на Гермиону. – Я потом тебе расскажу, – шепнула девушка на ухо блондину.

***

Камин в поместье Принцев пожирал поленья с ненасытностью дракона, золотые языки пламени лизали каменную кладку, оставляя за собой жаркие следы. Гарри откинулся на спинку стула, наблюдая, как Драко ловко перемещает шахматную ладью, словно полководец, ведущий армию к неизбежной победе.  – Мат в три хода, Поттер. Ты играешь, как гиппогриф на коньках, – усмехнулся блондин, переплетая пальцы с Гермионой под столом.  Гарри фыркнул, но его глаза сверкнули азартом. – Ты просто боишься, что если я выиграю, то потребую твою любимую мантию в качестве трофея.  Северус, сидевший в кресле с книгой, поднял взгляд, словно сова, застигнутая светом фонаря. – Если вы продолжите этот фарс, я превращу шахматные фигуры в гремучих змей. Проверите, чья стратегия окажется лучше тогда.  Гермиона закатила глаза, но губы её дрогнули в улыбке. – Вы все ведёте себя, как первокурсники, перебравшие сливочного пива. Драко притянул к себе девушку и уткнулся носом в её волосы. И в этот момент камин снова вспыхнул.  – Сириус! – Гарри бросился в объятия крестного. – Не ждал меня, Сохатик? – спросил Блэк, потрепав крестника по волосам, – Как я мог пропустить наш первый семейный праздник? – А ты, Блэк, как всегда, появился с шумом урагана, – произнёс Северус, но в его голосе не было привычной кислоты. Сириус рассмеялся и подошёл к камину, где Гарри, Драко и Гермиона уже устроились на диване, словно три птенца в гнезде. – Ну что, детки, готовы к празднику? – спросил он, подмигнув. – Если праздник включает в себя победу над Драко в поимке снитча, то я более чем готов, – ответил Гарри, его глаза сверкнули, как два изумруда в свете огня. Драко фыркнул. – Мечтай, Поттер. Я тебя обыграю с закрытыми глазами. Гермиона покачала головой, её губы изогнулись в улыбке, которая могла растопить даже лёд Северуса. – Вы двое такие дети, – прошептала она, но в её глазах светилось одобрение. – Прежде чем вы продолжите этот бессмысленный спор, – сказал Северус, низким и бархатистым голосом, – Я предлагаю всё-таки пообедать. Иначе я превращу снитч в лягушку. – Угрозы, Северус? – Сириус поднял бровь, его глаза сверкнули, как звёзды на ночном небе. – Предупреждения, Блэк, – ответил профессор, но в его глазах промелькнула тень улыбки, – И я думал, ты придёшь с утра. Сириус развел руками и усмехнулся, устремившись к столу. – Дела-дела. Вечно какие-то хлопоты, заботы, – пропел Блэк, на что Снейп лишь закатил глаза. На этот раз домовики превзошли сами себя. На столе стояла фаршированная индейка, картофельный пирог, кукурузные лепёшки разных видов, салат из морепродуктов, шоколадный пудинг, вишневый штрудель и конечно же свежесваренное какао и глинтвейн. – Как прошел твой семестр? Я хотел написать письмо, но с этим возникли проблемы, – спросил Сириус, обращаясь к Гарри. – В целом неплохо, – пожал плечами мальчик, – По ЗОТИ, заклинаниям, трансфигурации и УЗМС превосходно, остальное – выше ожидаемое. А вот по прорицаниям слабо. Жду не дождусь шестого курса, когда можно будет отказаться от этого предмета, – Гарри скривился, – Она постоянно предсказывает мою смерть и мне это надоело. Мне кажется, что, по её словам, я даже сходить в туалет не могу спокойно, там меня тоже поджидает смерть. – Я вообще не могу понять, для чего ты туда записался, – проворчал Драко. Гарри пожал плечами. – Мы с Роном просто ткнули наугад. Если честно, я бы хотел в следующем году выбрать Нумерологию. Гермиона говорит, что это интересно. А вот насчет УЗМС я ещё подумаю, не хочется обижать Хагрида, да и в целом, если так разобраться предмет важный. Гермиона задумчиво посмотрела в тарелку. – Я, наверное, буду отказываться от УЗМС, – сказала девушка, – Я хочу взять алхимию, если они наберут достаточное количество учеников. – И кем бы вы хотели стать в будущем, Гермиона? – полюбопытствовал молчавший до этого Северус. – Ну, я еще не решила. Профессор Макгонагалл вроде будет раздавать в следующем семестре брошюры с профессиями, я бы хотела их изучить. Меня прельщает работа в Министерстве, но… Я ведь магглорожденная, – усмехнулась девушка, – Такой сброд туда не пускают. Да и непонятно, как все повернется с Волан-де-Мортом, – Все, кроме Гарри вздрогнули, – Это все лишь иллюзия тишины. Радует лишь то, что Министр верит в его возвращение, но сам он пока показываться не хочет. Такие, как твои родители, – она повернулась к Драко, – Никогда не допустят таких, как я в Министерство магии. Извини. – Не за что тебе извиняться, ты же знаешь, – опечалено ответил Драко, – Но мы, все здесь присутствующие, в тебя верим. Я верю, что когда-нибудь ты станешь Министром магии! Гарри и Сириус быстро кивнули, подтверждая слова Малфоя, а Северус задумчиво смотрел на них. – Предлагаю всё же забыть о грусти, сегодня же Сочельник! – воскликнул Сириус, – Я помню, мы с твоим отцом этот праздник обожали, – сказал он Гарри, – Я начиная с одиннадцати лет праздновал его с твоими бабушкой и дедушкой. Они приглашали много гостей, и все танцевали, а мы бегали на кухню к эльфам и втихаря стаскивали сладости, пока все были заняты, – хрипло рассмеялся Блэк. – У нас примерно так же, – кивнул Малфой, – Но последние два года родители устраивают званные ужины на Новый год. В этом году всё же решились отпустить меня к Северусу на праздники. А сами, наверное, отправятся в поместье во Франции. Кстати, Северус, – обратился он к крестному, – Мои родители передавали привет тебе и Поттеру. Они знают? Северус нахмурился. Он давно не видел ни Люциуса, ни Нарциссу и совершенно точно не рассказывал им о своей новоиспеченной семье. – Возможно, Люциус узнал от Министра, – сказал Снейп, – Но мы об этом еще поговорим. А как твои родители приняли мисс Грейнджер, Драко? Она ведь жила у вас эти два дня, я правильно понимаю? Гарри откусил кусочек штруделя и чуть не поперхнулся от удивления.  – Значит, твои родители знают? – Гарри поднял глаза на Драко, лукаво прищурившись, – И что, Нарцисса не устроила истерику при виде Гермионы в своём драгоценном особняке?  Драко фыркнул, откидывая белокурую прядь со лба.  – Мама вроде как даже рада, что это самая умная ученицы школы, а отец… Ну, он был сдержан. Гермиона покраснела, но её глаза сверкнули, как отточенные лезвия.  – Сдержан – это когда он назвал меня «неожиданным выбором» и ушёл в кабинет пить коньяк?  – Люциус всегда предпочитал отступать, когда не может контролировать поле боя, – сказал Северус, отпивая глинтвейн, – Но не обольщайтесь, он потом ещё раз поговорит с Драко, насколько тот уверен в выборе. Но, я думаю, он смирится. Сириус громко рассмеялся, развалившись в кресле с видом человека, которому чужие драмы – лучший спектакль.  – О, как я скучал по благородному лицемерию Малфоев! Ничто так не греет душу, как их попытки сохранить лицо, когда мир рушится у них под ногами.  Гарри переглянулся с Драко и шутливо приставил два пальца к виску, имитируя выстрел.  – Значит, твой отец продолжает мечтать, что ты одумаешься и впоследствии женишься на какой-нибудь чистокровной ведьме? Драко склонил голову, изображая страдальца.  – Увы, я разбиваю его отцовское сердце. Но Гермиона лучше, чем все эти чистокровные принцессы. Умнее, красивее, добрее, а самое главное, ей плевать сколько у моей семьи поместьев и галеонов на счетах. Она со мной, потому что я – это я. Гермиона улыбнулась и переплела свои пальцы с пальцами Драко, кладя голову на его плечо. – Как романтично. Аж тошнит, – пробормотал Гарри, и Сириус, услышавший это, рассмеялся. – Будет и у тебя дама сердца, поверь мне и ты тоже раскиснешь, за ручку держать её будешь. Да, Северус? Если Снейпу и хотелось закатить глаза, то виду он не показал. Он лишь молча кивнул, допивая глинтвейн.

***

Холодный зимний воздух впивался в кожу, как тысячи крошечных иголок, но Гарри Поттер не обращал на это внимания. Его глаза были прикованы к золотому блеску снитча, который носился над заснеженным полем, словно насмехаясь над обоими игроками. Драко Малфой, стоявший напротив, сжал свою метлу так, что костяшки пальцев побелели. Его серебристые волосы, покрытые инеем, блестели в свете низкого зимнего солнца. – Ну что, Поттер, – крикнул Драко, его голос звучал резко, но с едва уловимой ноткой азарта. – Готов признать, что я быстрее? Гарри усмехнулся, чувствуя, как адреналин начинает разгонять кровь по венам. – Мечтать не вредно, Малфой. Но если хочешь доказать обратное, давай, попробуй. Снитч, словно почувствовав вызов, резко взмыл вверх, оставляя за собой едва заметный золотой след. Оба игрока одновременно рванули вперед, их метлы разрезали холодный воздух с такой скоростью, что снег под ними вздымался вихрем. Гарри чувствовал, как ветер бьет ему в лицо, заставляя глаза слезиться, но он не отводил взгляда от цели. Драко был рядом, их плечи почти соприкасались, дыхание обоих превращалось в белые облачка пара. – Ты всегда был упрямым, Поттер, – прошипел Драко, его голос звучал ближе, чем ожидал Гарри. – Но это тебя не спасет. – Упрямство? – Гарри резко повернул голову, их взгляды встретились на мгновение. – Это называется целеустремленность, Малфой. Попробуй запомнить. Драко усмехнулся, его губы изогнулись в едва уловимой ухмылке. – Целеустремленность? Или просто неспособность признать, что ты не лучший? Снитч резко изменил траекторию, нырнув вниз, к заснеженным кустам. Гарри и Драко одновременно наклонились вперед, их тела почти слились с метлами, когда они устремились за ним. Расстояние между ними сокращалось, их локти почти соприкасались, дыхание становилось все тяжелее. Гарри чувствовал, как сердце бьется в такт с каждым движением, каждый мускул напряжен до предела. – Ты близко, Поттер, – сказал Драко, его голос звучал почти как вызов. – Но не достаточно. Гарри не ответил. Его рука протянулась вперед, пальцы почти коснулись холодного металла снитча, но в последний момент Драко резко рванул вперед, перекрывая ему путь. Их метлы столкнулись, и оба игрока на мгновение потеряли равновесие, но ни один из них не сдавался. Гарри почувствовал, как плечо Драко прижалось к его и вдруг его шрам взорвался болью. Гарри пытался держаться за метлу и пытался приземлиться, но боль была на столько сильной, что он почти терял сознание. – Поттер, твою мать, что с тобой? – крикнул Драко, но шатен ему не ответил, лишь сильнее вцепился в метлу, стараясь оставаться в сознании. Холодный воздух резал легкие, но Гарри едва замечал это. Его рука дрожала, пальцы судорожно сжимали рукоять метлы, а шрам на лбу пылал, как раскаленный металл. Он едва удерживался в седле, мир вокруг него плыл, смешиваясь в калейдоскопе снега и неба. Драко, обычно такой самоуверенный, теперь смотрел на него с неподдельной тревогой. – Поттер! – его голос прозвучал резко, но в нем слышался страх, – Ты выглядишь, как будто тебя только что вытащили из могилы. Что, черт возьми, происходит? Гарри попытался ответить, но слова застряли в горле. Вместо этого он почувствовал, как его тело теряет контроль, метла начала крениться в сторону. Драко, не раздумывая, бросился вперед, его рука схватила Гарри за плечо, чтобы удержать его от падения. – Держись, идиот, – прошипел Драко, – Если ты свалишься сейчас, Северус меня заживо сожрет. Гарри попытался улыбнуться, но это вышло скорее как гримаса боли. – Не думал, что ты так боишься Снейпа, – прохрипел он, чувствуя, как сознание начинает уплывать. – Я не боюсь, – огрызнулся Драко, но его рука на плече Гарри сжалась сильнее, – Просто не хочу, чтобы ты испортил мне каникулы своим геройским самоубийством. Они медленно начали снижаться, Драко почти тащил Гарри за собой, его метла едва выдерживала двойной вес. Снег под ними кружился, как бешеный вихрь, а ветер выл, словно предупреждая о чем-то. Гарри чувствовал, как его тело становится тяжелее, а сознание ускользает, как песок сквозь пальцы. – Держись, Поттер, – голос Драко звучал уже не так уверенно, – Мы почти у цели. Они приземлились на заснеженную лужайку перед поместьем Принцев. Драко почти сбросил Гарри с метлы, но тут же подхватил его, не дав упасть. Его руки были крепкими, но в них чувствовалась дрожь, которую он явно старался скрыть. – Северус! – крикнул Драко, его голос прозвучал громче, чем он, вероятно, планировал, – Твой подопечный, кажется, решил устроить шоу! Дверь дома распахнулась, и на пороге появился Северус Снейп. Его черные глаза мгновенно оценили ситуацию, и он двинулся вперед с такой скоростью, что снег под его ногами вздымался облаками. – Что случилось? – его голос был холодным, как лед, но в нем чувствовалась напряженность. – Он просто… – Драко начал, но Снейп уже был рядом, его длинные пальцы схватили Гарри за подбородок, заставив того посмотреть вверх. – Гарри, – произнес Снейп, его голос звучал тихо, но с такой силой, что Гарри почувствовал, как его сознание на мгновение прояснилось, – Что произошло? – Шрам… – прошептал Гарри, его голос был едва слышен, – Он… болит. Снейп замер, его глаза сузились, а губы сжались в тонкую линию. Он быстро провел рукой по лбу Гарри, его пальцы были холодными, но прикосновение принесло облегчение. – Внутрь, – приказал он, его голос не оставлял места для возражений, – Сейчас же. Драко, не говоря ни слова, помог Гарри подняться на ноги. Их шаги были неуверенными, но они двигались вперед, к теплу и безопасности дома. Гарри чувствовал, как его тело дрожит, а сердце бьется так, будто хочет вырваться из груди. – Ты, черт возьми, всегда должен быть в центре внимания, да? – пробормотал Драко, но в его голосе не было злости, – Не мог просто нормально поиграть в квиддич, как все нормальные люди? Гарри попытался улыбнуться, но это вышло скорее как гримаса. – Скучно было бы, – прошептал он, чувствуя, как силы покидают его. Драко фыркнул, но его рука на спине Гарри сжалась сильнее. – Идиот, – сказал он. – Зато избранный, – пошутил Гарри, перед тем, как окончательно потерять сознание.