Боль воспоминаний

— Это твой шанс. Ты наша единственная надежда.

«Какая надежда?! Объясните мне хоть что-нибудь!»

«Мне больно!»

Слова пронеслись, словно под толщей воды. Чувство удушья не покидало его, он не понимал, почему его лёгкие, как будто, набираются водой и кислород кончается. Он кричал, но не слышал своего крика. Вокруг была всепоглощающая мгла, бесконечная и пустая. В ней нет ничего, только холод… Куда бы он не пошёл, везде его встречал только чужеродный холод… Холод… Холод…

— Твой трон ждёт тебя.

«Нет! Отпустите! Остановитесь! Я не хочу этого чувствовать!».

«Мне больно!»

Кричащие мысли, словно ветер в Мондштадте, проносились быстро, но явно. Они не давали уснуть, давили, словно тяжёлый сапог на груди. Они ранили, словно острейший меч кузнеца. Они размазывали все внутренности по земле без шанса воскреснуть вновь.

— Спаси свой народ.

«Кого мне нужно спасать?! Кому я нужен?! Остановись! Хватит меня мучать!»

«М-мне… больно…!»

Пустота, окружающая его, начала давить с ещё большей силой и он чувствовал, как кислорода не хватает. Пустота и неизвестность. Он почувствовал себя тем самым волчонком, которого только привезли на винокурню. Он почувствовал этот страх, страх неизвестности.

— Надень корону и пролей свет на подземное царство.

Глубокая ночь. На улице не осталось ни одной живой души, лишь вечный ветер свистел меж улочек города. Гробовая тишина и полумрак. На полу остался след от вина. По всей комнате разлетелись осколки бокала. Бездыханное тело покоилось на пуховой кровати.

***

Двери винокурни «Рассвет» распахнулись и хозяин вошёл в здание. По обыкновению, горничные быстро подбежали к нему, забрали пальто и одарили множеством милых улыбок. Дилюк лишь равнодушно кивнул и поднялся в свой кабинет. В кабинет господина был исключительно приватный доступ. Туда попадали единицы — люди, которых Дилюк приглашал или люди, которые Дилюка не боялись. Будем честны — не каждый хотел иметь дело с Рагнвиндром сейчас (исключая, конечно, партнëров-виноделов). Поэтому вполне ожидаемо, что наедине с ним могли оставаться только те, кому это действительно нужно было. Дилюк считал этот кабинет своей отдушиной. Здесь он спокойно мог побыть наедине с самим собой. На столе всегда стоял графин виноградного сока, а за ним — вид на виноградные поля и Мондштадт. Его башни всегда внушали некий страх, ещë с детства. Казалось, они такие далëкие, недосягаемые. Дилюк усмехнулся и сел в своë кресло. Сил заполнять какие-либо бумаги не было, поэтому он просто налил в бокал любимый сок и вытянул ноги посвободнее. Самым ценным для магната был факт того, что в кабинете до сих пор сохранилось ощущение присутствия его отца. Как будто вот сейчас он зайдëт, шутливо отчитает Дилюка за то, что тот уселся на его место и спросит, что он тут забыл. А Рагнвиндр младший весело отчеканит: «Пытаюсь быть таким же, как ты, пап!»

***

— Но! Каретка тронулась и начала тихонько подскакивать на неровной дороге. Казалось каждый камушек отдавался чëтким потряхиванием, каждая песчинка давала о себе знать. Хотя, этому не стоило удивляться — винокурня была далеко за городом и прокладывать туда дорогу магистру было некогда. Дилюк сидел напротив отца, с правой стороны боязливо оглядывался Кэйа. Мальчик мотал головой из стороны в сторону, внимательно изучал ландшафт за окном и убранство внутри. Для маленького Рагнвиндра это всë уже было в порядке вещей. Отец часто брал его с собой, когда первому нужно было уладить проблемы в своей таверне или его опять вызывали на какие-либо встречи. Обычно, они брали с собой сиделку, чтобы Дилюк не слонялся по городу один, но в этот раз Крепус решил посвятить мальчишкам весь день. — Пап, а мы только к господину Бонарту пойдëм? — Я думал ещë сводить вас на главную площадь. Сегодня последний день Луди Гарпастум, должно быть весело. Как вам идея? — хоть формально магнат и обращался к обоим мальчикам, ответ Кэйи его интересовал больше. Не подумайте, ответ Дилюка он просто знал наперëд — мальчик, не раздумывая, согласится. А вот вести ли такого пугливого Кэйю в главное скопление людей в городе, он не знал. — Конечно! Кэйа, тебе обязательно понравится! — Дилюк радостно захлопал ручками и весело посмотрел на брата, — Там будет много вкусной еды, музыка и всë веселье города! Похоже, что синеволосый не особенно был знаком с праздниками, потому что он долго смотрел на Дилюка, как будто тщательно обдумывая свой ответ. — Ну… Хорошо… — Отлично! Значит на Луди, а потом за одеждой!

***

Мондштадт встретил их приветливым, свежим ветерком и ярким солнцем, что освещало все тёмные закоулки города. После того, как рабский режим и тирания были свержены, в Монде началась новая эра — эра свободы. Городом отныне правили люди, сами решали как им жить и как улучшать их жизнь. Казалось, будто весь город был пропитан этим духом свободы. Дилюку нравилось в городе. Здесь всегда кипела жизнь. В «Хорошем охотнике» всегда было полно людей, ведь все уже наслышаны о легендарных мондштадтских оладушках. В таверне Крепуса — «Доле ангелов» — по вечерам собирались самые отважные вояки, Дилюку всегда нравилось слушать их байки, что дополнялись мерным пением местных бардов. На главной площади у статуи Анемо Архонта по выходным собирался церковный хор, на выступление которых тоже стоило зайти. Иногда, там проходили шумные выступления самых разных артистов — от фокусников до клоунов. Весь Мондштадт кипел и утихал ближе к полуночи. Но сегодня был исключительный день — даже ночью город не спал. Луди Гарпастум для жителей Монда всегда был самым важным праздником в году. Он олицетворял их дух, уникальный и ни на что не похожий — дух свободы и мужества. Каретка приехала в город как раз в самый пиковый момент, когда вся толпа шумным строем шла на главную площадь. — Папа, папа, смотри, сейчас начнётся чемпионат по полётам! Пошли быстрее! — Дилюк мигом выскочил из каретки и потащил за рукав брата. Тот явно чувствовал себя не в своей тарелке. Вокруг много людей, шум и гам, все куда-то спешат и о чём-то громко говорят. Крепус еле поспевал за шустрыми мальчишками. Они остановились в первых рядах скопившейся толпы. На самой высокой точке Мондштадта уже стояли несколько претендентов на статус чемпиона по полётам. У каждого за спиной свой планер, в глазах ни капельки страха, только решимость. И вот, они стартовали. Чемпионат всегда был захватывающим зрелищем — участники грациозно парили в воздухе, выписывая самые невероятные кульбиты. Кэйа смотрел на них, не скрывая восхищения. Он никогда не видел парящих в воздухе людей, для него это было диковинкой. — Классно? Когда-нибудь и мы с тобой сможем также! Чтобы управлять планером нужно сдать экзамен у одного из рыцарей Ордо Фавониус и после этого можно летать по всему городу! — восторженно шепнул брату Дилюк, не отрывая взгляд от планеристов. Кэйа ничего не ответил, он был слишком заворожён. Но вот, чемпионат закончился и на финиш прилетел победитель. Толпа встретила его шумными овациями, на что тот элегантно поклонился. — Я когда-нибудь тоже стану чемпионом по полётам! Слышишь, дедуль? Обязательно стану! — громко огласила девочка в красном, стоявшая рядом. Казалось ей всего года четыре, но она уже была полна решимости и тяги к авантюризму. — Обязательно станешь, девочка моя, обязательно, — ласково ответил ей дедушка.

***

Мальчики ещё долго таскали Крепуса по всему городу, рассматривая самые разные завлечения Луди. Даже Кэйа немного приободрился, прочувствовав атмосферу Мондштадта. Старый магнат только и успевал разглядывать в толпе красный хвостик, что носился меж людей в поисках новых развлечений. Так они успели побывать на концерте бродячих артистов, поесть знаменитые мондштадские оладушки, поиграть в многочисленные игры, что развернули на улицах. И только когда уже стемнело, Крепус строго сказал, что на сегодня развлечений хватит. Всё же, они приехали сюда за новой одёжкой. Вальтер Бонарт был известен в узких кругах, как искусный портной. Все светские семьи Мондштадта обязательно заказывали новые сюртуки и платья исключительно у него. Но Бонарта можно было увидеть исключительно по заранее написанной заявке — портной редко оставался на одном месте и имел страсть к смене места жительства. Крепус вошёл в дом Вальтера первым, мальчишки за ним. Дом был поистине богатым — дорогие ткани аккуратно сложены стопочкой у окна, на стене множественные зеркала напротив которых манекены. Приглушённый свет свечи добавлял этому месту ещё большей эстетики. — Крепус Рагнвиндр, ну наконец-то! Я вас уже заждался, — весело поприветствовал отца портной. На вид Бонарту было около пятидесяти лет, это выдавала седина на короткой стрижке и пышной бороде. Он был худ, даже наверное чересчур. И конечно, как и любой портной он был одет стильно и изысканно. — Прости, мальчишки затаскали меня по Луди, — усмехнулся Крепус и устало упал на стул рядом. Всё же, такие нагрузки, для магната, который привык к спокойной жизни были непривычны. — Ага-а, а вот и модели, — улыбнулся Бонарт, завидев Дилюка и Кэйю, — ну для маленького господина я уже мерки знаю, а вот для тебя, малыш, нет. Как тебя зовут? — Кэйа, мы теперь братья! — весело протараторил Дилюк. Похоже он подхватил манеру брата почти постоянно отмалчиваться, поэтому здорово помогал ему в подобных ситуациях. — Значит Кэйа. Меня зовут Вальтер Бонарт. Одёжка у тебя, мягко говоря, потрёпанная, — Вальтер оценивающе осмотрел тряпки синеволосого и пошёл за нужными предметами, для снятия мерок. — Что будем шить? — Та-ак… — Крепус выпрямил спину и немного покрутил головой. Похоже, от усталости его клонило в сон, — заказ будет, вероятно, большим. Нам нужно несколько рубашек, жилет, сюртук, сап- — В общем всё то, что ты заказывал для Дилюка, — Бонарт уже подошёл к Кэйе и начал снимать мерки. Кэйе не особенно нравился процесс, но он решил, что не будет подставлять Рагнвиндров и стерпит всё. — Да, именно. У него совершенно нет гардероба. — Хорошо, хорошо, я всё понял…

***

После того, как все мерки были сняты, Крепус отправил мальчишек на улицу, наказав не уходить далеко. Оба синхронно кивнули головой и вышли во двор. На улице уже давно стемнело, лишь фонари и луна освещали город. Людей почти не осталось, лишь прохладный ветерок гулял по улочкам и теребил листья деревьев. — Ну как тебе на Луди? Понравилось? — Дилюк сел на скамейку рядом и весело замотал ногами. Казалось, что в нём есть неиссякаемый источник энергии. Постоянно с улыбкой, горящими глазами и бесконечным количеством вопросов и ответов. — Ам… Ну… — Кэйа слегка замялся, — Было… Весело. — Просто весело? Да сегодня был, наверное, лучший день в моей жизни! Было ОЧЕНЬ весело! — засмеялся Дилюк. Кэйа лишь улыбнулся. Но вдруг, их разговор прервал тоненький детский плач. Это услышали оба и тут же пошли на звук. Завернув за угол, они увидели девочку. Она неистово плакала, утирая слёзы рукавами светло-голубого платья и периодически отбрасывая блондинистые волосы. Что странно — она сидела совершенно одна, родителей поблизости не было. Мальчики решили помочь ей и подошли. — Эй, что случилось? Почему ты плачешь? — тихо спросил Дилюк и подсел рядом с ней. — Я… Я п-потерялась… И н-не знаю г-где моя мама! — захныкала блондинка. — Ну-ну, не плачь, тебе не идёт плакать, вот совсем! — красноволосый аккуратно приобнял её и погладил по спине, — Тебя как зовут? — Д-джинн… — Я Дилюк, а это Кэйа, — и мальчик указал на брата, что задумчиво стоял напротив. — Как давно ты видела свою маму? — строго спросил он. — Н-не знаю… — тихонько ответила девочка. — Она наверняка уже тебя ищет! Давай подождём немного и она обязательно придёт! И словно по приказу, после этих слов появилась почти такая же блондинка, только намного старше. — Джинн, вот ты где! Я тебя по всему Монду ищу, пошли домой, — она подошла к дочке взяла её за руки. — П-пошли… Пока, мальчики, — Джинн помахала рукой и поспешила за мамой. — Вот и нам пора домой, — словно из ниоткуда появился Крепус, обозначая своё присутствие тяжёлыми руками на плечах у мальчишек.