История болезни/Медкарта/病案本

Они стояли в узкой комнате для отдыха, которую только недавно прибрали, поэтому внутри не было особо много мебели — только старый раскладной диван и стул, чтобы повесить на него одежду. Всё было обставлено так, словно это какая-то «парикмахерская»*, спонсируемая местными властями. В целом выглядело весьма странно. *洗头坊 xǐ tóu fāng — досл. квартал/улица мытья головы, что в переносном значении означает бордель. Хэ Юй: «…» Се Цинчэн: «…» Беззаботно вынув свой телефон, парень повернулся к мужчине и сказал: «Почему не идёшь спать? Ты уже не молод». Лицо Се Цинчэна потемнело. — Я перешёл на тот уровень, когда мне пора уступать место? Хэ Юй чувствовал себя слишком уставшим, чтобы растрачивать энергию на препирания. — В таком случае, этот диван не выглядит слишком маленьким, а я довольно сонный, ты не против? Со стороны могло показаться, что он идёт на великие уступки. Хэ Юй ещё никогда ни с кем не спал; по его мнению, кровать — это место для отдыха, не более того. Но Се Цинчэн так не думал. Для мужчины, который уже был женат, делить кровать с кем-то ещё всегда будет немного странно. Он слегка нахмурился. — Я не устал, могу просто посидеть. Однако его лицо выглядело бледным, и даже если он принуждал себя к бодрости, скрыть измор было непросто. — Я не съем тебя, почему ты так боишься? Думаешь, я сойду с ума среди ночи и убью тебя? — Что за бред ты несёшь? Этот душевнобольной молодой человек всё-таки был чувствителен к словам. Се Цинчэн ощущал истощение. После такого тяжёлого дня, даже самый страшный зверь не убежал бы от странностей. Так как у мужчины не оставалось сил спорить с Хэ Юем, он вздохнул и сказал: «Тогда давай спать». Он прилёг на кровать, заняв только одну половину и отвернувшись лицом к стене. Через некоторое время матрас немного прогнулся с другой стороны, затем послышались звуки — Хэ Юй пытался умоститься рядом с ним. Мужчине всё ещё было немного не по себе. Ему ужасно не нравилось лежать с кем-то ещё. Особенно, если это был Хэ Юй, молодой парень с горячей кровью. Даже если они и не находились слишком близко друг к другу, он всё равно мог отчетливо слышать запах и жар, исходивший от юноши. Когда тишина внезапно осела в узкой комнатке, ему даже удалось учуять слабые звуки его дыхания. Се Цинчэн никак не мог расслабиться. Ему всегда приходилось быть кем-то вроде патриарха или защитника. Раньше, в молодости, рядом с ним спала Се Сюэ, потом это была Ли Жоцю. Все, кого он едва пустил на свою территорию, были женщинами, о которых приходилось заботиться. Но вокруг девятнадцатилетнего мальчишки имелась совсем иная аура. Эти мужские гормоны заставляли Се Цинчэна чувствовать себя не в своей тарелке. Ощущение вторжения было слишком сильным, он не привык к такому. Мужчина прикрыл глаза и подвинулся чуть ближе к краю кровати. Ещё ближе. Ещё… — Если продолжишь, тебе придётся спать на полу, — внезапный холодный голос прозвучал позади него. Хэ Юй резко принял сидячее положение. До того, как Се Цинчэн смог бы отреагировать, парень неожиданно двинулся к нему, наполовину накрыв собой его тело. Он оказался довольно близко, так что необычный аромат юности ударил в нос мужчины мощной волной. Тот широко распахнул глаза. — Что ты делаешь? Изначально парень неправильно понял причину его отдаления от себя. Хэ Юю казалось, Се Цинчэн просто брезгует им из-за болезни. Поэтому он умышленно приблизился к нему, наклонившись даже ещё ближе, едва ли не прижимаясь губами к шее. Обнажая кончики зубов, он тихо произнёс: «Моя болезнь активировалась, и я хочу заткнуть тебя и убить. Собираешься убежать?» Чёрта с два она активировалась! Хэ Юй не ведёт себя подобным образом, если вдруг у него случается приступ. Се Цинчэн знал, что парень был расстроен и намеренно высмеивал себя, поэтому он равнодушно произнёс: «Сперва слезь с меня». — Мне нужно достать телефон, — Хэ Юй не только отказался отстраняться, он наклонился ещё ниже. Вне зависимости от того, ему реально приспичило взять мобильный или нет, Се Цинчэн не мог выносить такого вмешательства в личное пространство. Хэ Юй действительно находился очень близко к нему, в какой-то момент он вдохнул воздух, вышедший из молодого тела парня. Мужчина отвернул лицо в сторону и решил немного потерпеть, однако чувство дискомфорта не покидало его. Резко вскочив и усевшись на кровати, он схватил юношу за запястье. Выгнувшись, как гепард, его лопатки раскрылись, словно крылья бабочки. Се Цинчэн с силой перевернулся и толкнул парня вниз, не произнеся ни слова. — … — Почему ты вдруг навис надо мной? Не боишься меня? — с легкостью поинтересовался Хэ Юй. — Чего мне бояться? Я учу тебя, как нужно себя вести. — … Хэ Юй больше ничего не ответил. Через некоторое время он мягко выдохнул: «Гэ, ты делаешь мне больно, знаешь?» Осознав, что отвращение Се Цинчэна возникло только из-за того, что он оказался слишком близко к нему, а не от того, что пытался убежать от психически больного человека, юноша перестал сопротивляться, позволив ему крепко схватить себя за запястья, в то время как очертания его фигуры отразились в чужих глазах. Его голос и взгляд были апатичными, такими апатичными, что это казалось чем-то нездоровым. — Ладно. Я буду хорошо себя вести. Могу ли я побеспокоить тебя и попросить передать мне телефон? Се Цинчэну совсем не нравилось принуждение, однако когда он смотрел на Хэ Юя сверху вниз, ему это показалось достаточно сносным решением. В конце концов, в тот момент ему не нравилось чувствовать вторжение и давление на себя. Таким образом, он больше не хотел тратить время на разногласия. Мужчина поднялся, огляделся вокруг, чтобы найти телефон. Вероятно, парень оставил его здесь поблизости, когда он не заметил. Се Цинчэн протянул ему мобильный. — Спасибо. Он взял его и отклонил голову назад, проводя пальцем по экрану. — Доктор Се, мы оба мужчины, у нас нет никаких проблем с ориентацией, почему вы так переживаете? Никогда раньше не спали с парнем на одной кровати? — буднично заметил Хэ Юй. — Я привык быть один, — холодно ответил Се Цинчэн. Парень засмеялся. Он всё ещё смотрел в телефон. На фоне яркой подсветки его длинные ресницы чётко выделялись и дрожали в такт каждому новому вздоху, словно были покрыты слоем льда. — Так ты со своей жёнушкой спал раздельно? В его тоне слышалась насмешка. Се Цинчэн знал, что Хэ Юй сегодня пропустил через себя все страдания душевнобольных пациентов. Неважно, насколько отстранённым он выглядел, в реальности ему всё ещё было больно. Однако не имеет значения, в каком он настроении. Мужчина не желал нести за это ответственность или становиться помойной ямой для слива его злости. Кроме того, он и сам был не в духе. Се Цинчэн взглянул на него, его глаза заледенели, когда он проговорил: «Я собираюсь поспать, поэтому не беспокой меня». Отвернувшись, он лёг обратно на свою сторону. Хотя ему и хотелось расслабиться, однако заснуть было тяжело. Хэ Юю в этом плане везло больше — он был молод и вообще не планировал закрывать глаза. Парень лёг так, чтобы ему было комфортно, посмотрел на Се Цинчэна, удивляясь тому, как этот человек мог быть таким властным и ругать его, словно он его сын. Была бы возможность, он реально купил бы свадебное платье и принудил мужчину надеть его. Только таким образом тот больше бы никогда в жизни не посмотрел на него так, как сегодня. Хэ Юю становилось скучно, поэтому он вновь открыл сайт магазина одежды и вбил в поисковик: «Свадебные платья». Всё, что ему выдало, выглядело вполне прилично, все одеяния были невероятно красивыми. Однако он чувствовал, что с их помощью ему не удастся достигнуть лучшего эффекта. Парень посмотрел на спину Се Цинчэна, затем перевёл взгляд обратно на экран телефона и добавил новое ключевое слово: «Унижение». На этот раз результаты поиска превзошли все ожидания. Чёрные и белые, шёлковые и кружевные подвязки, портупеи, прозрачные юбки — всё, о чём только можно было мечтать, полная коллекция в бесчисленном разнообразии стилей. Когда Хэ Юй принялся листать одну страничку за другой, его брови приподнимались в удивлении всё выше и выше. Это было довольно интересно. Человеческое воображение, в самом деле, не имело границ, если речь заходила об удовольствии. Каждый раз, когда какая-то вещь приходилась ему по вкусу, он подносил телефон чуть ближе к спине Се Цинчэна, фантазируя о том, как бы мужчина выглядел, если б когда-то попал в руки Хэ Юя и был связан, а затем и переодет в такие наряды. Парень уже совсем перестал чувствовать усталость. Когда он был поменьше, Се Цинчэн казался ему кем-то пугающим, однако мужское развитие всегда было таким: чем мощнее и больше нависала над людьми гора, тем больше вероятности, что после взросления им удастся её покорить. После того, как человек ступит на эти снежные вершины, только тогда ощутит зрелость и поймёт, что можно, наконец-то, взять инициативу в свои руки. Вот почему Хэ Юй ощущал, что споры с Се Цинчэном приносили ему какое-то удивительное и необычное удовлетворение. Быть может, из-за того, что он находился в восторге от увиденного в онлайн-магазине, его палец соскользнул и нажал на случайную ссылку какого-то стрима. Невероятно, но он забыл убавить громкость. В результате в этом узком помещении, площадью менее десяти квадратных метров, раздался девичий застенчивый голос: «Это сексуальное свадебное платье выглядит восхитительно. Если вы наденете его в первую брачную ночь, ваш муж потеряет контроль…». Хэ Юй: «…» Се Цинчэн: «…» Хэ Юй: «…» Он понадеялся, что его «сосед» уже давно уснул. К сожалению, тот развернулся и окинул его чрезвычайно холодным взглядом. Этот взгляд был точно таким, как в прошлом; как острое лезвие, которым он мог бы раскрыть грудную клетку и добраться до сердца. — Чем ты занят? Наблюдая за тем, к чему всё пришло, у Хэ Юя не было желания что-то скрывать. Улыбнувшись, он вежливо ответил: «Просто гуглю онлайн-магазины». — Хочешь купить свадебное платье? — А что? Мне даже посмотреть нельзя? От одного его взгляда у Се Цинчэна повышался уровень раздражения. Он усмехнулся и промолвил: «Почему именно свадебные платья? Хочешь примерить?» Хэ Юй осмотрелся вокруг и на некоторое время замолчал, раздумывая: «Если я скажу, что это для него, он сразу же убьёт меня?» Убийство в полицейском участке казалось ужасной идеей, так как это явно негативно повлияет на самих копов и их работу. — Поверь, это к тебе не относится. С маской непоколебимости на лице Се Цинчэн промолвил: «Тогда выключи свой телефон. Хватит выискивать всякую ерунду. Ты ещё слишком молод, у тебя даже не было ни одного свидания. Зачем смотреть на такие вещи?» Услышав в ответ подобный холод и увидев мелькнувшее в глазах мужчины отвращение, Хэ Юй почувствовал накатывающую грусть. Какое он имеет право вмешиваться в его жизнь? Что между ними происходит? Внезапно ему захотелось спровоцировать его. Он всмотрелся в эти цветущие глаза, потом медленно усмехнулся. Однако в его улыбке залегло глубокое значение. — Тебе не стоит беспокоиться обо мне, Се-гэ. Совсем скоро я начну с кое-кем встречаться, — он резко осёкся. — Когда придёт время, мне придётся поговорить с тобой. Ты старше меня, у тебя полно опыта, ведь ты уже успел жениться и развестись. Наверное, у тебя есть много фишек, чтобы привлекать девчонок. Поэтому когда я приду к профессору Се за советом, пожалуйста, не отворачивайтесь от меня. В этот момент у него вспыхнули глаза, а плутовство и злоба в его улыбке лишь усилились. — Но мне интересно, ты и Ли Жоцю были женаты так долго, почему же у вас так и не появились дети? Лицо Се Цинчэна мгновенно стало серьёзнее: — … Мальчишка любил притворяться перед другими, чтобы его считали культурным, образованным и воспитанным, но сейчас он походил на зверя, который вылез из пещеры и надел на себя человеческую маску. Он лениво скосил глаза и насмешливо промолвил: «Это потому что ты просто не смог?» После нескольких минут молчания Се Цинчэн ответил ему, схватив за воротник и швырнув его прямо на подушки и одеяло, пока Хэ Юй полностью не погрузился во весь этот бардак. Хотя он и планировал вывести его на провокацию, но не ожидал такой мощной реакции. Се Цинчэн был искренне зол. Это правда, что он не чувствовал тягу к сексу, иногда даже считал, что равнодушен к физической близости, но о чем вообще говорит этот сопляк? — Хэ Юй, — мужчина посмотрел на него, его взгляд и голос были приправлены осколками льда. — Ты, блядь, такой незрелый. Проговорив это, он слез с кровати, поправил одежду и ушел, громко хлопнув дверью. Се Цинчэн направился к крыльцу и закурил. Ему до ужаса не нравилось, когда кто-то упоминал Ли Жоцю, но Хэ Юй постоянно делал это, причиняя боль. Он облокотился о колонну с краю, его волосы и одежда находились в беспорядке, из-за чего вид дотошной строгости рассеялся. Как тёмные тучи, сгущающиеся в небе, толика капризности залегла меж его бровей, а глаза наполнились кровью. Выражение лица Се Цинчэна было пустым, когда он закусил фильтр сигареты грубыми, потрескавшимися губами, выпуская дым изо рта. Полицейские, проходящие мимо, не могли не посмотреть на него. Немного погодя, молодой офицер подошёл поближе с банкой пива в руках. — Что с настроением? Понял, это из-за того, что случилось в лечебнице, да? Се-гэ? Ты здесь? Вернувшись в реальность, Се Цинчэн взглянул на парня. — Чэнь Мань… Чэнь Мань являлся одним из приятелей Се Цинчэна. На самом деле, его звали Чэнь Янь, но из-за того, что он делал все дела чрезвычайно быстро, в семье ему дали прозвище Чэнь Мань*, надеясь, что он хоть немного успокоится и станет осмотрительнее. С тех пор все привыкли звать его именно так. 慢 màn — медленный. Раньше Се Цинчэн знал его старшего брата, который тоже работал в полиции и был подопечным его отца. Однако позже мужчина погиб при исполнении служебных обязанностей. В память о брате Чэнь Мань выбрал эту профессию и успешно сдал вступительные экзамены. Теперь же он медленно продвигается по карьерной лестнице. Однако до этого момента, Се Цинчэн сталкивался с ним лишь в местных полицейских участках. — Се-гэ, как ты оказался втянут в это дело? — когда парень увидел друга, его движения, наконец, замедлились. Он остановился рядом, открыл банку пива и протянул ему. — Это долгая история, — Се Цинчэн вздохнул, удерживая во рту сигарету, и взял в руки холодный напиток. Он кивнул Чэнь Маню в знак благодарности и вновь облокотился о колонну с мрачным выражением лица. Видя, что у него нет никаких намерений что-то объяснять, Чэнь Мань постоял рядом и затем сказал: «Се-гэ, ты не замёрз? Почему бы тебе не накинуть мой пиджак…» — Всё нормально, мне не холодно. Как я могу замёрзнуть в такой жаркий день. — По календарю уже осень… Мужчина постепенно начинал раздражаться, чувствуя, что этот парень был слишком болтливым и любил переливать из пустого в порожнее. — Можешь идти, мне всё равно нечего тебе сказать. Спасибо за пиво. — Уверен, что всё в порядке? — Да. Когда Чэнь Мань начал отдаляться, он успел обернуться и три раза взглянуть на Се Цинчэна. — Погоди, — тот неожиданно окликнул его, — вернись. Парень мигом пришёл обратно. Его схватили за полицейскую форму. Они оба были довольно близки и знали друг друга на протяжении многих лет, так что Се Цинчэн не выказывал огромной вежливости в его сторону. Он полез рукой к нему в карман и вытянул пачку сигарет. Хотя Чэнь Мань не курил, в участке трудно было найти людей без этой пагубной привычки, парень всё-таки имел при себе сигареты на случай, если бы ему вдруг пришлось общаться с кем-то из курящих и влиться в их компанию. Се Цинчэн разровнял его пиджак и похлопал по плечу: «Теперь можешь идти». — Ох, не кури так много, Гэ, — сказал Чэнь Мань напоследок. Мужчина вновь вернулся к игнорированию, опершись о колонну и приканчивая сигарету. Через некоторое время послышались чьи-то шаги. — Разве у тебя сегодня не полно работы? — нетерпеливо отозвался он. — Какой работы? — … Се Цинчэн обернулся и оказалось, что это был Хэ Юй, а не Чэнь Мань. Увидев юношу, выражение его лица сделалось более холодным, чем раньше. Он отвёл взгляд, не промолвив ни единого слова. Хэ Юй подошёл к нему и остановился, не смея нарушить тишину. Затем парень неохотно проговорил: «Доктор Се, извините. Простите меня за мои слова о вас и невестке, мне очень жаль…» Злость, которую Се Цинчэн всеми силами сдерживал, наконец-то вырвалась вперёд. Хэ Юй действительно бестактный человек, ему удалось полностью нарушить все границы. Мужчина, бесстрастный по натуре, должен был держать себя в руках. Однако эти извинения опять же звучали, как издевательство, которое раздражало его ещё больше. Он бы мог и дальше безэмоционально общаться с Хэ Юем, но, услышав неискренность в его словах, внутри него вскипела ярость. Это значило, что парень сам по себе никогда не был довольно честен с собой и с окружающими, он такой же, как его отец и мать. Создавалось впечатление, что он бизнесмен, которого заставляют проявить эмоции, чтобы заключить очередную сделку. В тот момент раздражение и злость достигли самого сердца, поэтому он выплеснул пиво прямо в лицо Хэ Юя. — За что ты извиняешься? Ледяная жидкость стекала вниз, но тон Се Цинчэна казался ещё холоднее. — Я не услышал даже и намека на искренность в твоих слова. Можешь притворяться перед другими, но не передо мной. Разве я уже не видел тебя в любых твоих состояниях? Хэ Юй ничего не ответил. Это впервые кто-то посмел облить его напитком, поэтому у него даже не было времени хоть как-то отреагировать. — К тому же, — яростно продолжил мужчина, — хватит говорить «сестрица». Мы уже давно развелись, и даже если бы всё еще были вместе, я тебе не брат, чтобы ты мог так её называть. Хватит меня бесить, не хочу тебя видеть! Парень на недолгое время затих. — Так и что ты хочешь, чтобы я сделал? Мне забрать свои слова обратно? Капли пива скатились между его нахмуренными бровями. Хэ Юй действительно выглядел расстроено, но всё же на его лице появилась небольшая улыбка, которая наводила лишь ужас. — Или мне встать на колени и извиниться? Тогда это будет достаточно искренне? — Тебе не нужно ничего делать. Се Цинчэн сжал пустую банку и, смотря в глаза Хэ Юя, выкинул её в мусорное ведро. — Помни, даже если я в чем-то ошибся, ты не имеешь права совать нос в мою личную жизнь. С таким больным и лживым отношением к людям тебя никто не полюбит. Разве ты не говорил, что собираешься признаться кому-то? Просто попробуй, а я посмотрю. — … — Меня не волнует, кто этот человек, если она сможет остаться с тобой хотя бы на месяц, я, блядь, возьму себе твою фамилию. Автору есть, что сказать: Мань-Мань здесь. Чэнь Мань, наш любовный соперник! Друзья, поприветствуйте офицера Чэня. Мини-театр: Ах, сегодня я не знаю, что написать в эту рубрику, поэтому давайте поговорим о Сяо-Хэ в немного другой реальности. Не воспринимайте всерьёз, я прописала это всё уже давно, но мне не понравилось и пришлось удалить/изменить. Давайте я введу вас в курс дела: мироздание роботов всегда было чем-то очень трудным для меня, поэтому приходилось бы тратить уйму времени, чтобы придумать сюжет, а у меня не такие большие амбиции, мне просто хотелось написать роман. Изначально Сяо-Хэ являлся нелегальным андроидом, его кровь была холодной, возраст для него — просто заводские настройки. В таком научном мире технологии достигли великого прогресса, поэтому, глядя на людей, было трудно определить их реальных возраст. Так, Доктор Се мог бы оказаться старше, чем есть на самом деле. Если заменить Хэ Юя на первоначальный его образ Сяо-Хэ, тогда, возможно, сегодняшний сюжет мог бы пойти таким чередом: Се Цинчэн теряет контроль, выплёскивает воду на парня, вследствие чего Хэ Юй ломается. Конец. Кстати, я реально проверяла и вводила ключевые слова в поисковик, чтобы убедиться, что выпадет нашему Сяо-Хэ. Мне как-то не удалось найти соответствующих вещей, но если бы он изменил ввод и добавил слово «кинк», ему бы посчастливилось обнаружить… Давайте сойдёмся на том, что он бы нашёл то, что хотел.