История болезни/Медкарта/病案本

— Твой друг? — Хэ Юй невзначай поинтересовался у Се Цинчэна, когда тот закончил разговор и вернулся в комнату. Мужчина не планировал что-то объяснять. Учитывая то, что люди, занимающие высокое положение в обществе часто имели кратковременную память, Хэ Юй, скорее всего, уже позабыл о Чэнь Мане, с которым случайно разделил трапезу. Поэтому Се Цинчэн только ответил: «Можно и так сказать». — Он недавно освободился и хотел приехать. Я отказал ему. Закончив разговор, мужчина вынес из кухни недавно приготовленную лапшу. В то время, как Се Цинчэн был занят делом, молодой господин Хэ просто стоял в стороне и наблюдал, словно барин*. У него не было намерений помогать накрывать на стол, единственное, чего он желал — расспросить о Чэнь Мане. *大爷 dàyé ирон. барин (человек из привилегированных классов). — Почему он так хотел тебя найти? — Я же сказал, он мой друг. — Он ведь довольно молод, да? Сколько ему лет? — Вы примерно одного возраста. — У Профессора Се столько друзей, которые не подходят под его вековую категорию. Разве пропасть между поколениями для вас не проблема? — … У Се Цинчэна создалось впечатление, что поведение Хэ Юя абсурдно, поэтому он тут же с грохотом опустил палочки для еды на стол и обратился к нему с холодным выражением лица: «Ты что, работник межгалактической полиции? От тебя исходят слишком дотошные вопросы. Какое ты имеешь отношение к моему кругу общения?» Хэ Юй замолк. В самом-то деле, ему действительно нечего было ответить. Поразмыслив, он понял, что вёл себя слишком импульсивно, зачем ему беспокоиться о таких вещах? Се Цинчэн поставил перед ним тарелку с лапшой, поверх которой лежала глазунья. — Ешь, я пока позвоню твоему отцу. В то же время. В одном из учебных корпусов университета в темном углу офиса ютился Чжань Юн. Дверь кабинета была надежно заперта. Со лба мужчины скатывались крупные капли пота. Он вытер их платком, но ткань уже пропиталась до такой степени, что её можно было выжимать. Его глаза-горошины, напоминающие взгляд свиньи, были прикованы к металлической двери — единственному входу в это помещение. Мужчина уже очень долго пялился на неё, с тех самых пор, как появилась фотография убитого Ван Цзянькана, ведь он знал, что будет следующим. В конце концов, Чжань Юн тоже был причастен к биологическим экспериментам, которые происходили в психиатрической лечебнице Чэнкан. Ему также доставались власть, секс и доля от сделок, разменной монетой в которых были женщины, лишившиеся рассудка. В лечебнице попадались весьма красивые девушки, некоторые из них даже являлись студентками университета Хучжоу, которых заставляли проходить медобследование. Они вели себя очень хорошо и послушно, вызывая у многих мужчин желание совершать над ними насилие, чему и способствовала атмосфера заведения. Мало кто обращал внимание на психологическое состояние этих женщин, никто не относился серьезно к их словам. Некоторых из них настолько замучили, что они забывали обо всём, что с ними сделали те мужчины. Если вдруг девушки беременели, это тоже не было проблемой. «Гости» много лет работали с Лян Цзичэном, поэтому он отлично понимал, какие меры нужно принять в такой ситуации. Этот человек знал людей, которые могли устранить все «улики». Тем не менее… Лян Цзичэн не проявлял особого желания заниматься подобными вещами! Конечно, его втянул в это дело старший брат, уговаривая и соблазняя разными источниками плотских удовольствий. Он поручил ему вести дела вместо него, сказав, что они теперь в одной лодке, что если что-то произойдет, им придется вместе нести за это ответственность. После того, как лечебница Чэнкан сгорела дотла, один человек заверил всех, что все будет зачищено должным образом, что они найдут информацию о Лян Цзичэне, а что касается остальных, то они уже мертвы и ничего не могут рассказать, поэтому переживать не о чем. Но внезапно Ван Цзянькана жестоко убили. Его фамилия и фамилия ещё одного из его братьев также были показаны в видео на телефонах, за которым последовала ужасающая инсценировка расправы в виде детской игры. Чжань Юн увидел телебашню, когда выходил из учебного корпуса. Он мгновенно испугался чуть ли ни до смерти и начал безумно метаться, в панике названивая тому человеку. Кто-то взял трубку. Он услышал очень приятную, расслабляющую музыку и невнятный голос массажистки-иностранки, которая спрашивала, насколько сильно ей ещё нужно надавить на определенный участок тела. Их жизни близились к концу. Однако этот человек всё ещё находился в спа-салоне. — Алло! Алло! — глаза мужчины практически вылезли из орбит из-за страха и ненависти. Хотя он понизил голос, но так и не смог подавить свою ярость, не говоря уже о том, чтобы взять себя в руки. — Слушаю! — Ох, — человек на другом конце провода засмеялся. — Директор Чжань, почему так поздно звоните? Есть какие-то проблемы? Чжань Юн был так зол, что кровеносные сосуды в его голове готовы были взорваться. Голос мужчины исказился: — Кого ты хочешь обмануть! Ван Цзянькан мертв! Он умер! Ты утверждал, с Чэнкан не будет проблем, говорил не беспокоиться, так что же сейчас творится! Ответь мне! — Мм… Да, так хорошо, надавите сильнее возле плеча, — мужчина разговаривал с массажисткой на английском, а затем вновь заговорил с Чжань Юном вызывающим тоном: — Брат*, лечебница Чэнкан чиста, но те проклятые собаки всё равно пытаются что-то там вынюхивать и подозревают наших людей. Они хотят учуять кровь и следовать за этим запахом прямо к нашим дверям. Так что, по-твоему, нам нужно сделать? *兄弟 xiōngdì, xiōngdi — младший брат, друг. — Тебе ведь плевать! Ты должен что-то придумать! Ты урвал от этого самый больший кусок, ты… Но мужчина, смеясь, перебил его: «Директор Чжань, большинство вещей в этом мире несправедливы. Вы уже давно выросли, как можно не понимать этого?» Чжань Юн весь вспотел. Глядя на телефон, он осознал, что от этого человека уже можно не ждать никакой помощи, более того, он может даже навредить ему. Конечно, попытка убедить тигра пожертвовать собственной шкурой* — гиблое дело. *与虎谋皮 yǔ hǔ móu pí — букв. уговорить тигра отдать шкуру; не имеет шансов на успех, безнадежный исход. Чжань Юн посмотрел на кроваво-красную телебашню, словно только очнулся ото сна. Он швырнул мобильный в заросли кустов, чтобы никто не смог его отследить, после чего помчался к учебному корпусу. Теперь он сидел и дрожал в одном из кабинетов. В университете было так много пристроек, что, вероятно, в целом можно было бы насчитать тысячи аудиторий и других помещений. Спрятавшись внутри, он даже снял с себя часы с GPS, полагая, что будет в большей безопасности. Укрывшись в этом месте, мужчина уже планировал сдаться властям. Чжань Юн решил больше не выдавать желаемое за действительное, ведь если он добровольно раскроет себя, скорее всего, ему смягчат приговор. Такой расклад можно считать лучшим, нежели конец, который встретил Ван Цзянькан, оставшись раздетым догола и задушенным до смерти. Вспомнив об этом, Чжань Юн вздрогнул. Сглотнув, ему показался силуэт Цзян Ланпэй, который покачивался перед его глазами, это женщина в красном платье и туфлях пришла по его душу. — Тьфу! — дрожа, он попытался взбодриться, тихо проговаривая: — Тьфу-тьфу! Призраков не существует! Их не существует! Но как бы он не опровергал этот факт, неожиданно… В замкнутом пространстве раздался женский смех: «Хи-хи…» Чжань Юн в испуге вскочил на ноги, черты его лица исказились. — Кто здесь?! Снова тишина. Казалось, этот мягкий звук был плодом его воображения. Дряблая и потная спина мужчины была прижата к ледяной стене. Он специально выбрал этот кабинет, так как в нем имелась лишь одна дверь и не было окон! Помещение оказалось очень маленьким, в нём даже не нашлось места для шкафа, в котором можно было бы спрятаться! Откуда же взялся этот звук? Чжань Юн так сильно вспотел, точно рыба, которую только что вытащили из воды; его сердце выпрыгивало из груди. Затем, словно в игре, где должен был произойти переломный момент, вновь заиграла мелодия: «Брось… брось… платок, спрячь за спиной у друга, никто не даст ему узнать… » Но ведь у него больше не было с собой телефона! Откуда звучала эта песня? Где-то лежал мобильный? Он утешал себя последними крупицами надежды, надеясь на то, что кто-то забыл свой сотовый в этом кабинете. Чжань Юн едва мог держаться на ногах, пытаясь найти источник звука. Слушая песню, он медленно поднял выпученные, как у лягушки, глаза к потолку… — Аааааааа!!! Мужчина закричал так громко, что его могли услышать буквально все в округе. Вентиляция! В какой-то момент дверца открылась. Внутри оказалась черноволосая женщина в красном платье, которая с равнодушием посмотрела на Чжань Юна сверху вниз, а затем слабо улыбнулась. У него было сердечно-сосудистое заболевание, в этот момент лицо мужчины побледнело, а губы посинели. Его массивная, украшенная буддийским амулетом грудь, яростно вздымалась и опускалась. Внезапно у него перехватило дыхание. Схватившись за сердце, он отступил на два шага и с шумом рухнул на землю. Потолок учебного корпуса состоял из ряда горизонтальных стропил, над которыми оставалось пустое пространство. Ученики даже привыкли к крысам и котам, которые любили там носиться. Что касается вентиляции, то она была построена слишком давно и у неё имелся люк, который закрывал вход вовнутрь. Чжань Юн об этом не догадывался, но там было достаточно пространства для того, чтобы вместить в себя человека. Открыв люк, женщина спрыгнула вниз, удерживая в руке холодный, блестящий кинжал. — Ты… это ты! Несмотря на то, что мужчина был до смерти напуган, он всё-таки узнал её лицо — оно казалось милым и кокетливым, с непередаваемой красотой и неописуемой нежностью, но в этот момент в его глазах она предстала исчадьем ада! Цзян Липин! Это была Цзян Липин! — Раз уж ты увидел меня, тебе сегодня уже не выжить, — женщина подошла к нему и улыбнулась. — Как ты хочешь умереть? От ножа? Пистолета? Это очень быстрые способы… — Т-ты с ними заодно?! Т-ты не только шлюха… но и работаешь на них!! — Верно, я с ними, — Цзян Липин сладко улыбнулась. — Иначе зачем мне так охотно проводить свободное время в компании старых и жирных подонков вроде тебя? Чжань Юн попятился — схватившись за грудь, он отполз на коленях, зацепившись взглядом за металлическую дверь… а затем… Хлоп! Он понятия не имел, откуда в нём взялись силы, возможно, это произошло из-за глубокого желания жить, но мужчина смог совершить безумный рывок, словно дикое животное, и яростно броситься к двери, вырываясь наружу. Взгляд Цзян Липин потускнел. Он сбежал? Даже если убежит, это не так уж и важно. Здесь было полно ловушек на каждом шагу, он просто выбрал другой способ смерти. Она знала, что ей незачем преследовать почти обезумевшего человека. Учитывая присутствие полиции снаружи, зачем ей было идти за ним и подкрадываться по вентиляционной трубе? — Босс, Чжань Юн сбежал из комнаты №4406, — Цзян Липин прижала жучок для связи к своим алым губам. — Он ушел в направлении третьего выхода. Я выйду через шестой, поэтому пришли за мной людей. Чуть не обмочившись от страха, Чжань Юн сбежал из этого корпуса. Полицейских привлекли его крики, и они сразу же направились к нему навстречу. Он не думал, что наступит день, когда звук сирен, пугающий его во сне, неожиданно станет похож на мелодию божественного спасения. По его лицу стекал пот, мужчина хрипло крикнул: «Помогите! На помощь! У меня есть информация! Спасите меня… Здесь убийца!» Он тяжело дышал, на его груди раскачивался буддийский амулет. Даже в тот момент Чжань Юн так и не обнаружил тусклый свет от сигнала, мигающего в крошечном отверстии этой вещицы. Ощущая вину, мужчина молился богам, но что принесли его молитвы? К сожалению, лишь демонов и монстров. Жестокий план уже давно был приведен в действие. Когда Чжань Юн опустился на колени, чтобы попросить помощи у богов, за ним уже наблюдала пара глаз, замечая его слабость и нерешительность. Это было слабое звено их организации, которое рано или поздно удалят. — Спасите меня… Спасите… — Ааааааа, помогите!! Услышав его крик, к нему немедленно подбежала группа дежурных вооруженных полицейских. В глазах Чжань Юна вспыхнул яркий свет, когда он истратил почти все свои силы, чтобы добраться до патруля, словно тонущий человек, попавший в эпицентр шторма и отчаянно плывущий к берегу. Он не хотел умирать, не хотел умирать… Он был почти у цели… Почти… Мужчина уже видел взволнованное и решительное лицо полицейского, который также приближался к нему. Плача, он протянул руку: — Спасите меня, я расскажу, я всё расскажу… Хлоп! Прозвучал оглушительный шум, от которого все волосы встали дыбом! Теперь никто не мог узнать его тайну. Настала гробовая тишина. Когда Чжань Юн пробежал мимо перекрестка, за момент до того, как он смог бы добраться до полиции, один из рефрижераторов школьной столовой, припаркованный рядом с дорогой, внезапно издал ужасающий рев двигателя. Проехав вперед, транспорт врезался в мужчину именно тогда, когда он собирался сдаться! Все уставились на случившееся с широко раскрытыми глазами — Чжань Юн мгновенно взлетел в воздух и с грохотом врезался в стену. Со слышимым треском его череп раскололся, кровь растеклась во все стороны, однако Чжань Юн испустил последний вздох ещё до того, как его тело оказалось на земле. Фары грузовика были включены, освещая труп впереди. Машина продолжила движение, давя и уродуя тело мужчины. — Капитан Чжэн! Спустя пару секунд тишины раздался крик полицейского, его голос был практически неузнаваем из-за полученного шока. — За рулем никого нет! Кто управлял грузовиком? Он начал ехать сам по себе!! Как такое может быть?! Офицером полиции, ответственным за это дело, был Чжэн Цзинфэн, ветеран криминальных дел. Он находился рядом с Чжань Юном, когда того сбили, и ему удалось очень хорошо рассмотреть всю сцену. Увидев произошедшее, старый следователь неожиданно кое-что вспомнил — дело девятнадцатилетней давности, казалось, повторилось прямо перед его глазами. Когда эти жалкие образы из прошлого внезапно промелькнули в воспоминаниях, выражение лица Чжэн Цзинфэна изменилось. — Ложитесь! Ложитесь на землю!! — закричал он во все горло. Бум!! Взрыв раздался почти в то же время, когда грузовик охватило пламя. Сразу же после этого вся передняя часть машины запылала яростным огнём. Кашляя, мужчина поднялся с земли. Он тяжело дышал, глядя в сторону наполовину вспыхнувшего грузовика, который перед этим сбил человека и прокатился по его телу… В свете танцующих огней, лицо старого следователя исказилось. Он словно вернулся в тот день девятнадцать лет назад. Эта ситуация почти в точности повторилась. Единственная разница заключалась в том, что люди, лежавшие тогда под колёсами машины, были его двумя близкими коллегами, а также приходились друг другу мужем и женой.

***

Се Пин, Чжоу Муин. «Брось, брось, брось платок, спрячь за спиной у друга, никто не даст ему узнать…» Вторая цель была мертва. И вновь наивный предательский куплет эхом разнесся через бесчисленное количество телефонов, распространяясь в небе над кампусом университета Хучжоу. Все здание напоминало пчелиный улей, который после нескольких мгновений тишины, взорвался тревожными криками учителей и учеников, оглушая своим шумом. Многие одновременно склонили головы и перепугано уставились на экраны мобильных. Маленькие электронные фигурки, стоящие за буквой Ч, замерли, далее девочка поймала мальчика, который рухнул на землю с ярко-красным носовым платком, лежащим позади него, затем электронное пламя охватило его тело, и он загорелся. Через несколько секунд видео с убийством снова изменилось. Появилось ещё одно фото, снятое крупным планом. На нём были видны языки пламени, которые поглотили переднюю часть грузовика. Труп Чжань Юна лежал перед огненным чудовищем, половина тела мужчины превратилась в месиво… — Убили ещё одного человека! — Я знаю его! Чжань Юн! Он отвечал за отдел международных отношений в школе! — Значит Ч — это Чжань Юн… Таким образом, это фото отразилось в глазах тысяч людей через экраны телефонов. Среди них оказалась, пара зорких персиковых глаз, которые в неверии широко раскрылись и смотрели на эту сцену… Все тело Се Цинчэна будто замерло. Казалось, кровь в его жилах заледенела в мгновение ока. Он и представить не мог, что в день серийного убийства увидит ту же самую сцену, где машина врезается в человека и самопроизвольно взрывается. Мужчина почувствовал, словно его схватили за горло и с силой швырнули во тьму. Фото мертвого Чжань Юна наложилось на воспоминания неизбежного кошмара. Тот ужас длился девятнадцать лет… Он так долго искал ответ, но всё было безуспешно, пришлось сдаться. Лед сковал его вены, холодная рука Се Цинчэна потеряла хватку — чашка с грохотом упала на пол и разбилась на мелкие кусочки! — Се Цинчэн, что случилось? — Хэ Юй почувствовал, что настроение мужчины изменилось. Его реакция на новое убийство отличалась от того раза, когда он увидел первое фото. Тогда Се Цинчэн отнесся к этому делу так, как поступил бы нормальный человек — он взглянул на снимок, проанализировал его и вернулся в общежитие, как велела полиция. Мужчина сделал все, что нужно было сделать, чтобы обозначить личные границы. Но с появлением фото Чжань Юна Се Цинчэн перестал обращать внимание на Хэ Юя — он даже не произнес ни единого слова и просто взял телефон, чтобы после недолгого размышления набрать чей-то номер. Затем он молча вошёл в спальню Се Сюэ, закрыв дверь прямо перед носом парня. Когда другой человек поднял трубку, Хэ Юй едва успел услышать следующую фразу: «Капитан Чжэн, это я…» Автору есть, что сказать: Как и прежде, дабы не разрушить напряженную атмосферу, мини-театра сегодня не будет.