История болезни/Медкарта/病案本

«…Вспомни начало учебного года, может, тогда что-то произошло?» Самое значимое, что случилось осенью — Цзян Ланьпэй, когда она чуть не расчленила Се Сюэ. — Лечебница Чэнкан, — произнес Хэ Юй. — Верно. Я немного думал о том, когда бы она могла подвергнуться воздействию RN-13. Опять же, это была небольшая доза, но сам препарат оказался уже обновленным. Затем я подумал о словах Цзян Ланьпэй, не уверен, помнишь ли ты. Казалось, Хэ Юй вновь увидел призрак той безумной женщины. Облаченная в красное платье, держащая в руке окровавленный нож над телом Лян Цзичэна. И потерявшая сознание Се Сюэ… Без сознания… Его будто поразило током, когда Се Цинчэн посмотрел на него. Парень внезапно вспомнил. — Цзян Ланьпэй говорила, что дала ей какое-то лекарство! Создалось впечатление, будто голос погибшей женщины в тот момент отразился от стен комнаты. Се Цинчэн и Хэ Юй увидели ее слова, отбрасывающие тени воспоминаний, в глазах друг друга. Женщина с хитрой улыбкой промолвила: «…Я солгала ей и сказала, чтобы она последовала за мной в кабинет, тогда я и подсыпала в ее напиток седативное… Конечно, я знала, что делаю! Меня же кормили этим каждый день. Всякий раз, когда у меня не было настроения повиноваться, скотина Лян вливал в меня эту дрянь насильно». Их будто скинули в ледяную пещеру. Жуть. Тогда все думали, что это просто обычное лекарство. В конце концов, анализ крови Се Сюэ был в порядке. Но никто не ожидал, что это будет нечто необычное. Наверное, новый вид препарата появился в лечебнице, потому что его прихватил с собой Лян Цзичэн и экспериментально вводил его Цзян Ланьпэй. Это не совсем RN-13, но лекарство явно было произведено от него, поэтому обычные анализы не показывали наличие препарата в крови. В результате у них не было шансов расследовать произошедшее. — У Се Сюэ сейчас все в порядке, но мы не знаем, каким будет ее состояние в будущем. Нам нужно получить молекулярную формулу этого препарата или же его образец. Другого выхода нет. Се Сюэ нужно пройти лечение. — Ты говоришь мне об этом, потому что хочешь, чтобы я помог тебе, да? Се Цинчэн ответил не сразу, он продолжал щелкать зажигалкой. Мужчина рассказал обо всем Хэ Юю не только потому, что парень первый позвонил ему и спросил о Се Сюэ, но и потому, что тот сможет использовать свои способности и таким образом они достигнут больших результатов. Тем не менее, просить помощи у Хэ Юя было довольно неудобно. С тех пор, как обнародовали видео Се Цинчэна, их отношения превратились в катастрофу и никогда не станут прежними. Но теперь, когда они, наконец, прекратили все это, мужчина не был уверен, что хочет вновь иметь дело с Хэ Юем. Он некоторое время обдумывал ситуацию, а затем посмотрел на него и сказал: — Если не хочешь… — Считаешь меня бессердечным? Се Цинчэн замешкался. — Я не это имел в виду, — он сделал паузу и добавил: — Прости, я не хочу быть тебе должным. Сердце Хэ Юя сжалось, а выражение лица помрачнело. Он просто не знал, из-за чего больше расстроен — из-за того, что Се Цинчэн так себя ведет или из-за своих поступков в прошлом, которые привели к этому. Спустя мгновение, парень сжал челюсти и промолвил: «Се Цинчэн, почему… Почему ты не уверен во мне?» Мужчина спокойно сказал правду: «Потому что мы теперь не связаны отношениями». Молодой человек почувствовал, будто его ударили по голове, глаза стали ярче, а зверь в груди заревел. Это казалось ему чем-то абсурдным и смешным. Однако даже сейчас Се Цинчэн все еще мог сказать ему те же самые слова, что и четырнадцатилетнему Хэ Юю. «Между нами только отношения врача и пациента. Когда они закончатся, мы уже никак не будем связаны». И теперь человек, с которым он много раз делил постель, говорит ему, что все кончено, это сейчас уже не имеет никакого значения. Глаза Хэ Юя покраснели, словно были запятнаны ненавистью и горечью от обиды. Нахмурившись, он тихо сказал: «Надеюсь, Се Цинчэн, ты помнишь. Мы одного вида. То, что касается RN-13, касается и меня. Даже если бы ты не попросил меня, я бы помог». Сказав это, парень резко поднялся. В последнее время он хотел побыть наедине с Се Цинчэном. Когда он действительно встретил его, то почувствовал не только сильный запах сигарет, исходящий от мужчины, но и аромат свежего антисептика. Хэ Юй наблюдал за тем, как он играет с зажигалкой и думал, что хочет обнять его, поцеловать и даже заняться с ним любовью, как раньше. Но теперь молодой человек мог лишь слышать его слова, которые были настолько холодными, что могли навредить сердцу, истекающему кровью от боли. Однако Хэ Юй мог лишь приказать ему замолчать. Раньше Се Цинчэн был его лекарством для успокоения. Теперь он стал ядом, пропитывающим воздух вокруг. Хэ Юй чувствовал, что если продолжит так мучиться, то потеряет контроль и навредит кому-нибудь. Поэтому он пытался остаться равнодушным, остановился на мгновение и с безразличием промолвил: — Я ухожу. — Подожди. Парень повернулся и сурово посмотрел на мужчину, но глубоко в сердце он находился в ожидании. — Мои сигареты. Хэ Юй замер. Его темные брови приподнялись от гнева. Он достал пачку сигарет, которую забрал ранее, а затем смял ее и бросил в мусорное ведро. Только и можешь, что курить! Посмотрим, что ты теперь будешь делать! Се Цинчэн: «…» После того, как Хэ Юй пошел домой, он выпил много успокоительных, чтобы подавить эмоции и перестать думать о словах мужчины. Только когда ему стало немного легче, он открыл блокнот и начал делать записи по поводу случая с Се Сюэ. Сперва юноша думал, что расследовать это дело будет не так уж и сложно, но после того, как он сложил два плюс два, то обнаружил, что Се Цинчэн действительно оказался в не очень хорошем положении. Подобраться к RN-13 практически невозможно. Прежде всего, Се Сюэ получила дозу лекарства в лечебнице Чэнкан. Цзян Ланьпэй знала, что это за препарат, потому что Лян Цзичэн использовал его на ней, чтобы затуманить ее разум. RN-13 вообще не должен был находиться в пределах досягаемости лечебницы. Вероятно, Лян Цзичэн отвечал за использование этого препарата. Но он уже мертв, а лечебница Чэнкан закрыта, так что у Хэ Юя не было возможности найти кого-то, кто бы знал больше информации. Парень взял ноутбук и начал искать подробности. Как и ожидалось, сын Лян Цзичэна, его жена и другие партнеры психиатрической больницы либо погибли в результате пожара во время инцидента с Цзян Ланпэй, либо умерли вскоре после произошедшего. Никого не осталось. В таком случае следовало искать тех, кто был знаком с Лян Цзичэном. Хэ Юй имел связи в некоторых бизнес-кругах, а Се Цинчэн мог бы попросить Чэнь Маня и Чжэн Цзинфэна о помощи, но уже прошло много времени с того происшествия, поэтому вряд ли у них получится добиться каких-то результатов. Очевидно, что Лян Цзичэн общался с разработчиками препарата не напрямую, поэтому те хорошо постарались, чтобы убрать все улики. Ни один знакомый со стороны мужчины не вызывал никаких подозрений. Пока Хэ Юй не наткнулся на Ша Хуна. Пятидесятилетний Ша Хун был заключенным и содержался в Шанхайской тюрьме №1. Двадцать лет назад мужчина работал личным водителем Лян Цзичэна, но позже его уволили и он связался с наркоторговцами, затем его задержали и приговорили к пожизненному заключению. Хэ Юй немного волновался, когда искал информацию об этом человеке. Тот, кто поистине был связан с Лян Цзичэном уже был мертв. Но если судить по инциденту в университетской библиотеке, у людей, стоящими за этим, есть определенные цели. Они высокомерны. Они связывались лишь с теми, кто имел высокий статус в обществе. А вот водители, гувернантки, уборщицы даже не стоили усилий. Несмотря на надлежащий социальный статус, Хэ Юй понимал неравность общества из-за своей болезни. Он точно знал, каково это быть водителем. Мужчина, когда возил босса по делам, мог услышать какую-то информацию. Возможно, эта информация не очень-то и важная, но если бы Хэ Юй не уделял внимания мелочам, он бы не смог найти нужные подсказки. В тот же день парень организовал поездку в тюрьму, чтобы встретить Ша Хуна. Мужчина уже поседел, но гангстерский взгляд никуда не делся. Хэ Юй пару минут смотрел на него, придя к выводу, что этот человек одичал. Жизнь за решеткой изменила его внешне, но разум остался прежним. Когда юноша зашел в специальное помещение для гостей, Ша Хун равнодушно посмотрел на него. Неудивительно, ведь Хэ Юй пришел сюда под предлогом интервью для сценария. Нынче есть много людей, которые терпеливо работают над одним из своих произведений, чтобы не осталось никаких недостатков. Они хотят углубиться в свою историю, чтобы потом говорить: «Я отдал жизнь искусству». Интервью с заключенным и слежка офицера полиции как раз были достаточно большой жертвой. Ша Хун, вероятно, принял Хэ Юя за такого человека. Парень присел перед ним, достал сигарету и протянул мужчине, после того, как получил разрешение полицейского. Затем он взял одну для себя. Его длинные пальцы ухватились за тонкую сигарету и он медленно затянулся. — Разве ребенок может курить, как взрослый? — Ша Хун посмотрел на него с долей презрения. Он оскалился и улыбнулся, не имея никаких намерений работать с этим невежественным «сценаристом». Хэ Юй струсил с сигареты пепел. Его взгляд вернулся к лицу Ша Хуна. — Я здесь не для того, чтобы спрашивать вас о жизни в тюрьме. Мне нужно узнать о вашем опыте работы водителем в прошлом. Заключенным позволяли смотреть новости каждый вечер в семь часов, поэтому мужчина точно уже знал о случившемся в лечебнице Чэнкан. Он внезапно понял, что его посетитель не хотел привлекать внимание полицейских, поэтому пришел сюда под другим предлогом. Ша Хун взял сигарету, которую ему передал Хэ Юй — она лежала на столе. Затем он одолжил зажигалку и медленно затянулся. Впервые мужчина посмотрел на юношу с интересом. Они оба понимали, что им есть что скрывать. Наконец, Ша Хун улыбнулся. — Что же тебя сюда привело? — Любопытство, — ответил Хэ Юй. — Я собираюсь снимать передачу о мышлении преступников, но мне нужен был человек, который уже долгое время находится в тюрьме. У вас есть, что рассказать. Я заинтересован в вас и в людях, с которыми вы контактировали… Наркобароны, легендарный лидер казино в Макао, директор Лян, у которого вы раньше работали… Но только когда парень обмолвился о Лян Цзичэне, он стукнул кулаком по столу. В отличие от охранника, Ша Хун заметил этот жест. Он молча фыркнул, как собака. — О, я понимаю, к чему ты клонишь. Хэ Юй был доволен его сообразительностью. Обычные люди могли и не додуматься. Но Ша Хун занимался контрабандой наркотиков в течение многих лет, несколько раз ему удавалось выйти сухим из воды, он был умен. — Какая мне от этого польза? — улыбнулся мужчина. — Мальчик, я не подопытный для начинающих журналистов. Тебе придется дать что-то взамен на мою информацию. Хэ Юй затянулся еще раз. Затем бросил окурок не в пепельницу, а мимо нее. — Ах, — тихо произнес он, — уронил*. *出来了 chūláile — дословно «выходить наружу». Сказав это, парень посмотрел в глаза Ша Хуна. Во взгляде мужчины вспыхнул интерес, Хэ Юй был уверен, что он все понял. Дыхание заключенного участилось, но он не мог ничего сделать, из-за того, что за ним следили. Он напрягся, а затем ухмыльнулся. — А ты довольно проворный, пепельница такая большая, но ты кинул ее мимо? Хэ Юй осторожно вытер пепел с пальцев. — Да, — парень улыбнулся. — Давайте не будем больше о сигаретах. Перейдем к делу. Интересно, господин Ша, сможете ли вы любезно предоставить мне некоторую информацию для вдохновения? Автору есть, что сказать: Се Сюэ убеждает Се Цинчэна бросить курить: — Гэ, хватит курить, если продолжишь, я с тобой больше не разговариваю. Чэнь Мань убеждает Се Цинчэна бросить курить: — Гэ, хватит курить, это вредно для здоровья. Ли Жоцю убеждает Се Цинчэна бросить курить: — Се-гэ, не нужно, это же вредит тебе. Хэ Юй убеждает Се Цинчэна бросить курить: — Кури-кури! Ты просто заядлый курильщик! Умрешь, так тому и быть! Давай, вдыхай! Я тебя заставлю это сделать! *Берет упаковку и выбрасывает* Кури-и! Давай посмотрим, как ты это делаешь! Результат: Се Цинчэн дал Хэ Юю леща.