История болезни/Медкарта/病案本

В полицейском отчете было сказано, что следы борьбы погибшей соответствовали тяжелому противостоянию с другим человеком. Однако из-за недостатка улик прийти к полному пониманию ситуации было невозможно. После обнаружения следов и многочисленных доказательств, постановили, что в момент смерти девушка находилась в доме одна. Похоже, она страдала тяжелым психическим расстройством, поэтому у нее часто случалось раздвоение личности*. *多重人格 duōchóng réngé — мед. расщепление личности. Во время последнего приступа она была в роли другого человека, который хотел убить еще одну скрытую в ней личность, и ее не заботило то, что в любом случае погибнет она сама. Странные следы борьбы в доме, необычный способ убийства — все это было связано с ее недугом. В процессе самоубийства, воссозданным судмедэкспертом Ло, девушка сперва потеряла контроль над своими личностями, поэтому у нее появилось желание навредить себе, став и жертвой, и убийцей. Ранив себя и вскрикнув от боли, ей захотелось убежать, но тем, кто причинил ей вред, была она сама. Затем одна из личностей одержала над ней победу, поскольку «убила» остальные личности в себе. Но в тот момент душевная стабильность девушки уже находилась в плачевном состоянии, поэтому ее внутренний убийца начал склоняться к саморазрушению. Эта сторона оказалась тем, что жертва пыталась подавить, и тем, что она никогда не должна была показывать на публике. Однако зло, словно оголодавший зверь, взяло над ней верх, поэтому она почувствовала неимоверное давление. Личность убийцы отчаянно пыталась продемонстрировать свою извращенную сторону и прибегла к несколько интересным способам, чтобы сделать это… Она установила камеру в ванной комнате, спланировав запись собственной смерти. Судмедэксперту Ло, наконец, удалось восстановить видео и получить содержимое на карте памяти. Когда полицейские просматривали материал, первое, что им довелось увидеть, это искаженное изображение лица девушки крупным планом. Она начала говорить, выражая неприязнь: «Я ненавижу камеры. Да… Это все камера… она забрала мое «я». Все, кем я являюсь — ложь, мне сложно понять, чья это роль. Я каждый день играю разных персонажей, но они отнимают намного больше моего времени. Это омерзительно… Омерзительно-омерзительно! Тьфу!» Выругавшись три раза подряд, девушка оскалилась, ее милое личико исказилось в свирепой гримасе. «Эти камеры… все они забирают мою душу! Я вообще не чувствую себя живым человеком, я существую только ради того, чтобы подарить зрителям идеальный вымышленный образ, мне страшно сказать что-то неправильное или сделать то, чего не следует делать… Я слишком долго пыталась угодить этим дрянным камерам, но теперь с меня хватит!» «Я оставлю после себя самое отвратительное, я хочу записать смерть, разложение и всю ту вонь, которая будет исходить от моего тела. Ха-ха-ха-ха!» Конечно, полиция не стала обнародовать видео, а лишь опубликовала описание некоторых моментов. Актриса сказала много всего, пока записывала себя, и действовала, как все те люди, совершающие страшные жестокие поступки на камеру. Кроме того, в видео есть важная информация, которая является подсказкой для расследования Хэ Юя и Се Цинчэна. Психическое заболевание жертвы, похоже, не было врожденным и во время записи она говорила об очень странных вещах. Девушка рассказала, что для того, чтобы быть послушной на публике, словно марионетка, компания применяла к ней некоторые необычные* методы ради послушания. *非正常 fēizhèngcháng — ненормальный, аномальный. Но она растерялась и не могла внятно объяснить, в чем заключались эти негуманные методы. При этом девушка безумно смеялась и окунала голову в ванну, делая несколько глотков воды. Полиция провела расследование, чтобы подтвердить это. — «Вода повиновения», — промолвил Хэ Юй. Се Цинчэн сохранял молчание. Он просмотрел комментарии под постом, почувствовав нечто неприятное на душе. Пользователь А: «В компании Хуан Чжилуна необходимо провести тщательное расследование». Пользователь В: «Хуан Чжилун, это не сойдет тебе с рук. Посмотрите, скольких актеров он угробил!» Пользователь С: «Что значит «необычные методы»? Как они посмели применять их на своих же подчиненных? Это ужасно, что за принуждение? Им законы не писаны? Это необходимо расследовать, пусть дадут всему объяснение, иначе это просто беззаконие, прямо-таки опухоль*…» *毒瘤 dúliú — злокачественная опухоль (перен. серьезная проблема). Хэ Юй увидел, как Се Цинчэн читает комментарии, и сказал: — Почти все эти люди просили полицию провести расследование в компании Чжилуна. Их больше ста тысяч, это уже очень серьезно. Даже если у Хуана Чжилуна есть связи в правоохранительных органах, они ему не помогут. Вероятно, он поступят так же, как и Чжэн Цзинфэн, — выступят с заявлением. Через некоторое время Се Цинчэн заговорил: — Нет… Это сейчас будет слишком проблематично для него. Хэ Юй не очень хорошо разбирался в работе полиции, поэтому нахмурился и спросил: — Почему?.. — Арест Хуан Чжилуна совершенно невозможен, поскольку у полиции есть только видео от жертвы, если не считать, что она была еще и психически нестабильна. Они начнут расследование, им дадут всего лишь сутки на допрос, затем у них не будет никаких полномочий задерживать подозреваемого. Другими словами, полиция действительно может что-то выяснить, но… — Но? — Если бы у Хуан Чжилуна действительно была незаконно разработанная «вода повиновения», а его подвал и в самом деле оказался бы местом для торговлей людьми, как говорила Чжао Сюэ в видео, то уже прошло достаточно времени, чтобы он успели уничтожить улики, — c каждым словом выражение лица Се Цинчэна становилось все более напряженным. Внезапно он свернул профиль Weibo Хэ Юя и зашел в Baidu, введя в поисковую строку имя мужчины, и сразу перешел к графе «национальность». Се Цинчэн постепенно расслабился, когда он увидел, что подозреваемый по-прежнему имеет китайское гражданство. — Се-гэ, — с пониманием обратился к нему Хэ Юй. — Мм? — У Хуан Чжилуна есть новозеландский паспорт. Если бы он захотел, он бы в любой момент мог уничтожить все доказательства и сбежать из страны. Се Цинчэн вдруг замолк. Они оба знали об этом. Как только Хуан Чжилун сбежит, все улики будут уничтожены. Этот человек — огромный крокодил, на которого идет охота. На данный момент его держат взаперти, но когда он вырвется на свободу, то вода неизбежно помутнеет, он отпугнет всю рыбу и креветок в пруду, заставив их его покинуть. Гораздо труднее будет получить молекулярную формулу или образец «воды повиновения» и найти доказательства в нечистых намерениях этих людей. Се Цинчэн, наконец, вернул телефон Хэ Юю. На мгновение юноше показалось, что он хотел что-то ему сказать, но в конце концов промолчал. — У тебя есть какие-нибудь мысли по этому поводу? — …Нет, — неожиданно ответил мужчина. — Сейчас мы не можем вмешаться в это дело, в наших силах только позволить полиции продолжить расследование. Хэ Юй задумчиво посмотрел на него. Се Цинчэн был слегка сбит с толку после того, как осознал ситуацию. Некоторое время он даже не прикасался к еде, а затем промолвил: — У меня еще есть кое-какие дела, я пойду. Не торопись, сперва поешь, — договорив, он вышел из столовой. Хэ Юй смотрел на него, в то время как в его глазах медленно разрасталась толика подозрения.

***

Тем вечером Се Цинчэн вернулся на аллею Моюй. Он никого не предупредил о своем возвращении, поэтому постарался тихо открыть дверь, чтобы соседи и тетя Ли не знали о его приходе. Не включая свет, мужчина, подсветив фонариком, быстро взял какие-то вещи, затем он взглянул на часы и закрыл дверь, чтобы выйти из дома. Однако, направляясь к месту назначения, чтобы сесть в такси, он увидел чью-то фигуру в капюшоне, которая спокойно стояла в свете фонарей на узком переулке неподалеку и наблюдала за ним. Этим человеком оказался Хэ Юй, с которым он недавно попрощался. — …Что ты здесь делаешь? — Я пришел узнать, куда ты собрался в такой час. — …У меня есть кое-какие дела в медшколе, я вернусь, чтобы поработать сверхурочно. — Неужели? — Хэ Юй выпрямился и подошел к нему. — Как вовремя, тогда я с тобой. — Нет. — Не хочешь? Мне по пути. — …Сначала я должен навестить друга. — Чэнь Маня? — Нет. — Я уже давно тебя знаю, не помню, чтобы у тебя был еще один друг. — … Хэ Юй подошел поближе к Се Цинчэну и остановился перед ним. Опустив ресницы, он посмотрел на него. Мужчина не собирался ему что-либо объяснять, он хотел повернуть в сторону, чтобы избежать его, но как только Се Цинчэн попытался пройти мимо, юноша внезапно заговорил: — Почему ты скрываешь от меня правду? — … — Я вижу тебя насквозь, Се Цинчэн. Хэ Юй неожиданно схватил его за руку и с силой прижал к стене в переулке. — Ты… Глаза молодого человека потемнели. — Ты планируешь пойти в главный офис компании Чжилуна, не так ли? Се Цинчэн слегка побледнел, но все равно холодно ответил: — Что за бред? — Бред? Да ладно! — Хэ Юй вдруг выхватил его телефон, экран все еще был разблокирован, поскольку мужчина собирался вызвать такси. В адресной строке было написано: «Главный офис Чжилун интертеймент». Парень молча посмотрел на него, свет от телефона падал на его ресницы серебристо-голубым отражением, выражение лица Хэ Юя было невозможно прочесть, поэтому трудно сказать, что он чувствовал тогда — раздражение или горечь? Юноша вернул ему мобильный. — И ты называешь это сверхурочной работой? Осознав, что уже ничего не скроешь, Се Цинчэн сдался. Он слегка оттолкнул Хэ Юя поврежденной рукой, расправил рукава и взглянул на него. — Да, мне срочно нужно проникнуть в подвал офиса Хуан Чжилуна, прежде чем он все уничтожит и сбежит. У полиции должно быть достаточно улик для обоснованного обыска его территории, поэтому я хочу пойти в то место, о котором рассказывала Чжао Сюэ. — … — Возможно, ты не понимаешь, но, прошу, отпусти меня. Се Цинчэн изначально предполагал, что Хэ Юй не сможет это принять. Неожиданно, услышав его слова, свет в глазах юноши слегка вздрогнул, прежде чем он, наконец, опустил взгляд и фыркнул: — Я знал, что ты так отреагируешь. Это нормально, это просто ты, Се Цинчэн. — … Мужчина слегка удивился. — Ты на самом деле думаешь, что я не заметил? Я уже все понял еще во время ужина. — … — Тебе не нужно ничего от меня скрывать, я тебя пойму, Се Цинчэн. Я не буду мешать тебе делать это. Может, другие не поймут твой выбор, они просто подумают, что это слишком рискованно, что все напрасно, но я прекрасно знаю, что многие важные вещи в твоей жизни были разрушены этими неизвестными преступниками, и ты продолжаешь терять дорогих тебе людей в этих безумных событиях. Се Сюэ — твоя единственная родственница. Ты хочешь защитить ее. Хэ Юй осознавал, что Се Цинчэн ни в коем случае не будет сидеть сложа руки и смотреть, как здоровье Се Сюэ постепенно увядает, и она в конечном итоге превращается в такого же человека с похожим психическим расстройством, как у них. К тому же расследование дела действительно имеет вес. Если препарат RN-13 продолжит использоваться этими подпольными экспериментальными организациями и развиваться дальше, проходя через опыты на живых людях, Се Цинчэн просто не сможет оставаться в стороне. Мужчина какое-то время молчал, но потом заговорил: — Теперь, когда ты в курсе, отпусти меня. — Теперь, когда я в курсе, я пойду с тобой. — … На самом деле, это не впервые, когда Хэ Юй говорил ему нечто подобное. В первый раз Се Цинчэн услышал эти слова во время инцидента на телебашне. Тогда мужчина отчаянно пытался узнать, кто убил его родителей, но ни Чжэн Цзинфэн, ни Чэнь Мань не могли дать ему никаких подсказок, поэтому он мог только расследовать всё сам. Именно в тот момент Хэ Юй вошел к нему в комнату, протянул руку и сказал: «Я помогу тебе». Теперь он вновь заявил: «Я пойду с тобой». Раньше Хэ Юй к нему не испытывал то, что он называет «любовью», но сейчас все иначе. Позже они вместе пережили события из архивов, дождливую ночь на бесплодных холмах деревни Ицзя, и каждый раз находились на грани между жизнью и смертью, испытывая множество трудностей, поэтому Се Цинчэн не хотел проходить через это подвальное приключение с Хэ Юем. — Хэ Юй, послушай, я надеюсь, что смогу решить все сам. Ничего страшного, если я не найду доказательств или не достану образец «воды повиновения». Я делаю все это ради Се Сюэ. Ты мне уже очень помог и этого достаточно. Ты зашел так далеко, но не нужно идти дальше. — … — Возвращайся домой и отдохни, — Се Цинчэн выдержал паузу и тихо прокашлялся. — Ты всего лишь двадцатилетний студент университета. Увидев, что он собирается уходить, Хэ Юй схватил его за запястье, там, где была татуировка. — Поэтому ты ничего мне не рассказал? Пытаешься все сделать сам… потому что я молод? — … — Или потому что ты на самом деле не хочешь быть ничего никому должен? — Да, я правда ничего тебе больше не должен. Хэ Юй сильно расстроился. — Се Цинчэн, ты… У тебя аффективное расстройство*? Думаешь, можно легко пожертвовать собой и отказаться от чьей-либо помощи, верно? *情感障碍 qínggǎn zhàng’ài — аффективное расстройство, расстройство настроения. Эмоциональное нарушение, проявляющееся продолжительными периодами чрезмерной грусти, чрезмерно приподнятого настроения, или их комбинациями. Мужчина серьезно ответил: — Это очень опасное дело. Я надеюсь, ты… Молодой человек не дал ему договорить. Он протянул руку и обнял его. — Се Цинчэн, послушай меня внимательно, — глаза юноши уже покраснели. — Я ни капли не жалею, что пошел с тобой в архивы, что мы оказались заперты вместе на студии, а потом попали в деревню Ицзя. Я уже говорил тебе, ты мне нравишься. Не знаю, влюблялся ли ты когда-нибудь в своей жизни, но ты должен понять, что я не хочу подвергать тебя опасности. Если тебе сложно усидеть на месте и подождать, почему ты хочешь причинить мне эту боль ожидания и чувство беспомощности? Се Цинчэн, ты так сильно меня ненавидишь? — …Нет. — Или ты хочешь замучить меня до смерти? — …Тоже нет. — Думаешь, я буду смотреть, как ты уходишь один в подвал и рискуешь собой, в то время как я уютно устроюсь в своей спальне, займусь учебой и буду болтать с соседом по комнате? — … — Думаешь, я бы так поступил? — … Хэ Юй некоторое время смотрел на него, затем медленно выпрямился, ощущая вкус победы. Он словно смог заглянуть в сердце Се Цинчэна и увидеть, что тот хотел с ним поговорить, но не знал, как. — … — Прошу, сядь в машину. — … — Господин Се, — наконец, надавил Хэ Юй. — Ваш заказ на такси отменен, перед вами теперь новый водитель, готовый вас обслужить. Если он не сможет оттолкнуть Хэ Юя, то ему останется только протянуть белый флаг. Се Цинчэн взрослый, его нельзя было принудить. У него не получилось убедить юношу, поэтому после недолгого молчания, он стиснул челюсти и сказал: — Если ты продолжишь ходить за мной, то провалишь экзамены. Ты скатился в учебе, совсем с ума сошел*? *昏头 hūntóu — потерять голову; утратить рассудок. — Ты серьезно хочешь услышать? — прежде чем Се Цинчэн остановил его, Хэ Юй продолжил: — Меня соблазнил профессор из соседнего университета. Я так очарован, что, чем больше он меня игнорирует, тем больше мне хочется говорить с ним о любви и забить на учебу. — Профессор, вы соблазнили меня, поэтому, если я не сдам экзамены, вам придется стать моим репетитором, хорошо? Он намекал в каждой своей фразе. Репетитором чего? В чем тебе нужен репетитор? Черт, все эти уловки были лишь для того, чтобы затащить его в постель. Хэ Юй не скрывал своих намерений, а выражение его лица совсем не соответствовало тому, о чем могут думать дети. Се Цинчэн почувствовал, что спорить с ним будет слишком проблемно, поэтому проговорил сквозь зубы: — Если с тобой что-то случится, я не стану тебя спасать и позволю тебе умереть. — Тогда у меня есть условие. — Что? — Поцелуй меня, прежде чем я умру. Умереть под пионами* и превратиться в призрака — это тоже романтично. *牡丹花下死 mǔdanhuā xià sǐ — досл. умереть под пионами; перен. умереть за красивую женщину. Цитата из романа «Путешествие Лао Цаня». — … Се Цинчэн проигнорировал его и ушел, зеленея от злости и выглядя так, словно он уже его проклял. Но слова Хэ Юя не были пустой болтовней, он чувствовал, что атмосфера между ними была слишком накаленной, поскольку то, что они собирались сделать, было действительно опасно. Поэтому юноша не хотел оставаться в таком напряжении, и теперь, немного поговорив, он ощутил облегчение. Посерьезнев, Хэ Юй шел позади Се Цинчэна и следом заявил: — Если честно, у меня есть «губительная кровь», поэтому мне не нужна твоя защита. Просто позаботься о себе. — … — В больнице округа Цинли ты обещал, что не станешь жертвовать собой ради кого-то еще. Ты не можешь забыть об этом. Игнорируя его, мужчина подошел к машине. Хэ Юй припарковался неподалеку, сенсорный ключ автоматически открыл дверь. Се Цинчэн посмотрел на юношу и сказал: — Пойдем. Молодой человек отказался следовать его приказу. — Ты пообещал мне, китайцы не лгут китайцам. — …У тебя какие-то проблемы? Садись давай. Оказавшись в салоне автомобиля, Се Цинчэн заметил пакет с недоеденным гамбургером. — Ты разве еще не ужинал? — После случившегося у меня не было аппетита. Нездоровая пища иногда может быть очень вкусной, — Хэ Юй протянул ему бумажный пакет. — Картошки фри? Се Цинчэн оттолкнул пакет в сторону. Взрослые всегда так себя ведут, они не хотят, чтобы дети питались фастфудом. — Гэгэ, тогда по возвращении приготовь мне жареный рис Янчжоу, ладно? — …Езжай. Ничего не замечая, Хэ Юй продолжил: «Просто добавь туда сладеньких креветок. Я хочу, чтобы ты приготовил жареный рис Янчжоу с креветками по моему рецепту». — …Блядь, да езжай уже!