Perfectly imperfect

— Ванька, вставай, мы приехали почти, — Серёжа тормошил друга за плечо, но тот никак не реагировал. Ваня прислонялся виском к холодному стеклу, дремал. Причём, как оказалось, достаточно крепко. — Вань, — Горошко более аккуратно начал будить его, но обхватил плечи уже двумя руками. Янковский пошевелился, как будто недовольно вздохнув, приоткрыл глаза. Сначала не понял, где находится, чуть выпрямился, потупив взгляд в кресло перед собой. Повернул голову в сторону.

Я снова стою на твоём этаже

На памяти телефона уже десятки закатов

Надеюсь, будет последний: я очень жду этой даты

Найти бы выход и сбежать из этой ебанной крыши

Я громко буду кричать, меня никто не услышит.

Серёжа маячил перед глазами, и, кажется, пытался что-то сказать ему. Янковский вынул наушники. — А? — Говорю, вставай, соня, — усмехнулся парень. — Мы приехали. Ваня развернулся к окну и увидел, как они въезжают на территорию лагеря. — Я что, весь путь проспал? — Ага, — усмехнулся Горошко. — Зато, видимо, сегодня ты будешь весел как никогда. — Надеюсь, — подросток едва улыбнулся, но не потому, что Ваня был не рад оказаться здесь, а просто из-за столь резкого пробуждения, когда он ещё не выспался. — Ребята, поздравляю, мы доехали! — прозвучал громкий голос Тихона. Вот кто-кто, а он точно выспался. Подростки радостно захлопали и загалдели. Долгая дорога была пережита. — Сейчас потихоньку выходим из автобуса, разбираем свои вещи, торопиться некуда. Мальчики помогают разгружать чемоданы. Так как вы самые старшие из всех детей, что будут здесь, вы все в одном отряде, я отойду, узнаю наш корпус и пойдём раскладываться там. Документы проверим чуть позже, а еще я напишу нам в группу, во сколько проведём мини-собрание. Ребята начали вставать со своих мест, тянуться за ветровками и рюкзаками, что лежали на верхней полке автобуса. Ваня смотал свои наушники, положил их в карман и вышел из транспорта одним из последних, вместе с Серёжей. Они начали помогать раздавать чемоданы, выкатывая их к владельцам. — Это чей? — громко спросил Юра. — Мой, — ответила Люба. Насонов поставил чемодан рядышком, а Ваня начал вести его из толпы. — Люб, я понесу, — сказал он девушке. — Ой, спасибо большое, Вань! Разборки были не очень долгие, и уже через пятнадцать минут ребята двигались в сторону корпуса, в котором им необходимо было провести двадцать один день. Ваня с жадностью разглядывал всё, что было в округе. Сразу подмечал какие-то красивые места, которые хотелось бы запечатлеть на бумаге, чтобы навсегда оставить в памяти это место. Санаторий был большой. Просто гигантский. Застроен, в первую очередь, был конечно же большим количеством корпусов. Они все были новые — беленькие, со вставочками разноцветных квадратиков, одноэтажные. Только один корпус — двухэтажный, это оказался медблок и по совместительству то место, где нужно было проходить лечебные процедуры. Ещё Ваня увидел столовую, спортплощадку и площадку с горками и каруселями для ребят помладше, большую сцену на улице, с лавочками перед ней. Они убирались, так что, как Ваня решил, их будут выставлять перед всякими концертными мероприятиями, а в остальное время эта часть будет использоваться для активных игр или дискотек, если погода позволяет. Далее виднелась небольшая площадка, с которой открывался вид на море. Яновский посильнее втянул носом воздух, вспоминая, как пахнет соленая вода. Вид был красивым, все ребята смотрели именно туда, девчонки сразу же начали фотографировать море, записывать кружочки и видео, пока Тихон всех подгонял, словами, что они ещё успеют нафоткать всё это позже. От площадки отходила широкая лестница, которая, скорее всего, спускалась прямо к пляжу. Подростки преодолели и её, перед тем как попасть в свой корпус. — За мной! — Серёжа легонько ударил Ваню по плечу, двигаясь вперёд по коридору. — А чё так далеко? — в ответ закричал ему парень. — Так у нас самая дальняя комната! Чтобы шуметь можно было, — последнюю фразу Горошко сказал тише, с ехидной улыбкой на лице. — Давай, Ванёк, тут идти-то всего нечего! Янковский закатил глаза, но всё же пошёл дальше. Тем более другие ребята уже тоже начали вваливаться в корпус, из-за чего он тормозил движение.

***

— Так, дорогие мои, прекращаем шушукаться и слушаем меня некоторое время, — Тихон хлопнул ладонями, как обычно, таким образом, привлекая внимание учеников. — Сюда вы приехали не только хорошо отдохнуть, перед тем как окончательно окунуться в подготовку к экзаменам, но и поправить своё здоровье. Поэтому я надеюсь, что все ваши сигареты и алкоголь, которые вы привезли с собой, останутся нетронутыми. Не забывайте, что это детский лагерь. И не очень хотелось бы видеть детей, распивающих здесь такие напитки, — мужчина прервался на пару секунд, оглядывая притихших подростков, которым было что скрывать. — Теперь пройдёмся по распорядку дня. В целом он каждый день будет почти одинаковым. Ранний подъем, завтрак, лечебные процедуры и какое-то мероприятие, либо подготовка к нему. Немного свободного времени, обед, и, внимание, тихий час! Понимаю, все уже взрослые, спать не хочется — но хотя бы по комнатам посидите тихо, чтобы случайно своими оргиями не разбудить других детей, — раздался нескладный смех, — а я напоминаю, с нами через дверь начинается коридор, где совсем малыши живут, и с ними Дмитрий Юрьевич. Они-то точно будут спать, — улыбнулся Тихон. — На тихом часу у кого-то будут продолжаться лечебные процедуры, массажи всякие и так далее, ну это смотря кому какое лечение выпишут. После сончаса у нас полдник, чуть-чуть обучения, лагерные мероприятия, ужин и дискотека. На поздний ужин можете ходить по желанию, там в основном дают снежок или чай можете заварить, с какими-нибудь сладостями и печеньками. — Охуеть тут кормить будут, — на ухо Серёже прошептал Ваня. — Ага, представляешь, сколько всего вкусного! И ещё даже тарелки за собой мыть не надо. — Наконец-то чуть в весе наберёшь, — Саша, улыбаясь, осторожно тыкнул в бок Янковского, от чего тот шикнул и наигранно недовольно посмотрел на парня. — Ребят, для большинства из вас эта поездка станет последней поездкой в санаторий будучи детьми. Поэтому мне бы хотелось, чтобы вы отдохнули по полной, — историк не прекращал улыбаться, пока говорил это. — Если будут какие-то проблемки, как всегда, можете обратиться ко мне, разберёмся вместе.

***

Столовая была светлая и просторная, с окнами чуть ли не до пола. Казалось, она вмещает в себя миллион человек. Старший отряд пришёл одним из самых первых, занял свою зону со столиками, радостно переговариваясь, предвкушая наступающую смену. — Это чё, нужно всё это съесть? Янковский с ошарашенным видом смотрел на блюда, находящееся рядом с ним. Это была тарелка борща, на второе — пюре с куриной котлетой, овощной салат и компот. Для Вани естественно такое количество еды было слишком большим. В последнее время он жил на каких-то перекусах, либо маленьких порциях, выпечки бабы Лены. В школе он тоже особо не ел, хотя Тихон следил за этим, и на совместные занятия всегда приносил булочки и соки. Но этими булочками можно было только набрать лишние килограммы (Ваня не набирал), но полноценной едой они не являлись. Поэтому, можно сказать, Янковский ел достаточно мало: утром — кружку кофе, за уроками в школе следовала сразу подготовка к ЕГЭ, а потом работа, из-за чего хорошо пообедать не получалось. Оставался только ужин, а когда он наступал, Ваня часто был уже слишком уставшим, чтобы задумываться о еде. — Если не всё, то хотя бы половину, — парень дёрнулся, когда почувствовал ладони на плечах, его друзья, сидевшие рядом, засмеялись. — Тихон Игоревич, не пугайте. — Извини, Ванько, — педагог не отошёл от него, только оставил руку на одном плече. — Просто хочу, чтобы вы все, и ты, в том числе, хорошо поели, потому что ближайшее время мы проведём на осмотре. Вам выдадут список процедур, которые будете проходить на протяжении двадцати дней здесь. — У-у-у, мы наверное с этим долго маяться будем, — заметил Юра. — Думаю, часа за полтора точно управимся. Но в ваших же интересах, чтобы прошли всё побыстрее. Нам ещё название для отряда нужно выбрать, лидера, девиз и так далее. А потом свободное время будет до вечера. Перед дискотекой приветственное слово от администрации лагеря, ну и дальше танцевать до ночи. — Уже жду не дождусь всего этого, — Саша отвлёкся от обеда, начав потирать руки друг о друга, как будто задумал какое-то дело. — И я, — Тихон улыбнулся им. — Но пока, чтобы было силы, нужно поесть, и тебе, Вань, тоже, — мужчина наклонился ниже, сказав эту фразу ему на самое ухо. — Да понял я, понял, — Янковский почувствовал, как по спине побежали мурашки. Он взял ложку и попробовал немного борща, предварительно подув на него, чтобы слишком горячо не было. На удивление, борщ оказался вкусным, а желудок, который был пустой с самого утра, сразу как-то подуспокоился.

***

— Прошёл всех врачей? — Ага. Устал уже, как собака, — Янковский чуть ли не упал рядом с историком. Почему-то в коридоре сидели только они. — А где остальные? — Да у вас освободилось пока только человек пять. Все в корпус пошли, я попросил их не шуметь сильно. — А… Понятно. Я Серёжу подожду и других наших, — вторую фразу парень сказал достаточно быстро, как будто боялся, что Тихон может прогнать его так же как и всех в комнату. — Вместе тогда посидим, — мягко улыбнулся мужчина. — Какие процедуры назначили? Как вообще всё по здоровью? — Ну… Не сказать, что хорошо, но и не сказать, что плохо, — неуверенно ответил парень. — В основном у меня с глазами проблемы. Я совсем недавно линзы себе купил и вот… Назначили несколько аппаратов, которые должны чуть улучшить зрение. Ваня неловко замолчал, больше не зная, что сказать. — Могу карточку твою посмотреть? Янковский понимал, что мог спокойно ответить «нет» на этот вопрос, но почему-то отказ давать не хотелось. Из-за этого парень протянул медицинскую карточку в руки своего учителя, а тот открыл её, читая, что написали врачи. — Худющий ты, Ванька, — изрёк Тихон, немного хмурясь в лице. — Сам знаю. Ваня поджал губы, когда подумал о том, как каких-то полчаса назад взвешивался. Сначала узнал свой рост — 177. Вроде звучит, что он достаточно высокий, хотя на деле большинство парней выше его. А потом Янковский встал на весы, пока рядом с ним копошилась женщина в возрасте, записывающая показания. — Шестьдесят один, — она записала это, и Ваня сразу понял, что что-то не так. — Мало для твоего роста. Недобор веса. Что ж это у тебя так? — Не знаю, — Янковский неуверенно потёр шею. — Я… Честно, я очень мало ем. Не успеваю просто. Школа, подготовка к экзаменам и всё остальное. — Голодных обмороков не было? — Нет, — соврал парень. — Хорошо… — врач поставила ещё одну заметку. — Точнее, это плохо. В твоём возрасте важно полноценно питаться. Особенно в этот тяжёлый год, когда много сил на учебу уходит, а вас стресс на каждом шагу преследует… Постарайся как можно больше съедать в столовой еды, не пропускать приёмы пищи. Думаю, у тебя хотя бы чуть-чуть вес выше станет. Через недельку зайдёшь ко мне, ещё раз взвесишься. — Окей, — Ваня забрал свою карточку и поспешил выйти из кабинета. — А врач что сказал? — Янковский вырвался из своих воспоминаний, когда услышал голос педагога. — Сказал, приёмы пищи не пропускать и стараться есть всё по максимуму. У меня же… у меня же эта херня началась, потому что я просто поесть не успеваю в течение дня. — А за обедом ты сколько съел? — М… Весь борщ и немного второго. Компота выпил. Больше не лезло ничего. — Это уже хорошо, — Тихон незаметно поглаживал его по спине. — Будем тебя потихоньку лечить, лисёнок. Ваня улыбнулся.

***

— А на дискотеку обязательно идти? — как-то вынужденно проныл Янковский, пока в его комнате словно бушевало торнадо. Парни носились туда-сюда, разглаживая рубашки, причёсываясь, брызгаясь дезодорантами и духами. А Ваня лежал на кровати, неуверенный в том, что хочет пойти на первую лагерную дискотеку. — Конечно Вань, ты чё? — удивленно посмотрел на него Юра. — Это же самое крутое, что есть в лагере! Янковский ничего не ответил, скорее как-то даже вымученно улыбнувшись. Поэтому на улицу всё же пришлось выйти. Сегодня было не очень холодно, а потому дискотека проводилась около сцены. Когда ребята подошли туда, уже собралось большое количество народу, играла какая-то популярная музыка. Парни полезли в самую толпу к одноклассникам, и хотя Ване не хотелось этого делать, он сделал то же самое. Простоял правда там недолго. Отошёл, когда по ощущениям стало не хватать воздуха, присел на одну из лавочек и просто смотрел на то, как веселятся друзья. Заметил, как Серёжа начал что-то нашёптовать на ухо прошедшему к нему Дмитрию Юрьевичу, а тот широко улыбался, слушая его. Незаметно для всех Янковский сделал фотографию этих двоих. Решил пока не отправлять её Серёже. А потом к нему подбежал раскрасневшийся Саша. — На тебя девчонка смотрит. — Что? — Девчонка на тебя смотрит. Глаз оторвать не может. Тёмненькая такая, из отряда помладше. — Оке-ей, — Ваня протянул эту фразу и едва приподнял уголки губ, смотря на Сетейкина. — Что-то не так? — Да не сказать, что мне хотелось здесь начинать с кем-то встречаться. Не сказать, что я по девочкам. — Да ладно тебе, нахрен сразу встречаться, — Саша легонько хлопнул его по плечу. — Просто общаться начни. На медляк позови. А дальше будь что будет. — Ладно, — Янковский согласился с другом только для того, чтобы он отстал от него. Если ты зовёшь человека на медляк, значит, как минимум, показываешь, что он тебе не безразличен. Может, он нравится тебе, либо хотя бы кажется привлекательным. А Ване мало кто нравится. Тем более в последнее время. Он даже не стал искать эту девочку глазами. Просто встал с лавочки и пошёл в сторону корпуса. Хотел пораньше лечь спать, пока у него есть возможность соблюдать распорядок дня здорового человека.