Господин горных дорог.

На лес постепенно опускался вечер. Природа, разбушевавшаяся под воздействием разгневанного огненного шамана, окончательно успокоилась. Ничто не нарушало покоя двух негромко беседующих мальчиков, единственным посторонним звуком было потрескивание костра, создающее приятный фон. Йо рассказывал другу о своих чувствах. О том, что дома стало совсем тяжело находиться, что он совсем запутался и потому перестал заниматься, как следует. Несмотря на то, что братик слышал его мысли, кое-что юный шаман спрятал слишком глубоко внутри, неосознанно запретив себе даже думать об этом. Следовало разобраться в ворохе из чувств, прежде чем продолжить тренировки. Длинноволосый шаман слушал внимательно, не перебивая и не задавая вопросов. Он наблюдал за тем, как с каждым произнесенным словом к юному Асакуре приходит облегчение. Наконец, выговорившись, Йо умолк и протянул руки к огню, завороженно разглядывая пламя. - Давай начнем все сначала,- тихо произнес он после недолгого молчания.- Я правда буду стараться. Мне... мне стало легче. Я больше совсем не злюсь. - Знаешь, злость - не такое уж плохое чувство, если направить его в правильное русло,- задумчиво отозвался огненный шаман.- Но такой путь совсем не для тебя, ты другой. Я рад, что ты смог освободиться от этих эмоций. Скажи, я ведь не поранил тебя?- внезапно встревоженно спросил он, оглядывая Йо с головы до ног.- Я поступил слишком опрометчиво и жестоко, решив преподать тебе урок. - Со мной все в порядке,- уверенно произнес мальчик.- Спасибо, что помог... помог мне стать прежним. - Не за что,- мягко произнес шаман, заправив выбившуюся прядь непослушных волос маленькому Асакуре за ухо.- А теперь нам с тобой нужно многое обсудить, прежде чем ты отправишься домой. Все вернулось на свои места: огненный шаман принялся расхаживать вокруг костра, освежая в памяти Йо знания о шаманах древности. Все сводилось к тому, что после достижения спокойствия в душе юный шаман должен был вновь вернуться к тренировкам с сакурой со всем возможным терпением и усердием. Йо эмоционально поклялся, что простоит в обнимку с деревом столько, сколько потребуется, и впредь будет беспрекословно слушаться своего братика. - Мы с тобой - хорошая команда,- с на редкость довольным видом заключил длинноволосый.- Вместе мы справимся. - Разве в хороших командах ругаются друг с другом?- расстроенно пробормотал все еще искренне ругающий самого себя за безобразное поведение Йо. - Конечно! И после ссоры связь становится лишь крепче,- назидательно опроверг все сомнения малыша его наставник.- Ведь мы оба сделали из произошедшего выводы и больше не будем так поступать друг с другом. Более того, в знак укрепления нашего союза я хочу кое-что тебе пообещать. - Что?- взволнованно всплеснул руками Асакура.- Расскажи скорее, не тяни! - Я не хочу, чтобы ты боялся меня,- серьезно изрек братик, внимательно глядя на мальчика.- Хочу, чтобы рядом со мной ты чувствовал себя раскованно и спокойно. Именно поэтому я больше никогда не буду читать твои мысли, только если ты сам меня не попросишь. Это обещание не на один день, не пустые слова - это навсегда, до самого конца. Все, что захочешь - ты скажешь мне сам. А вдобавок я научу тебя, как защищать свой разум от нежелательного вторжения. Конечно, такой опытный менталист, как я, разрушит любой барьер, но на жизненном пути тебе могут все же встретиться довольно неприятные личности, пусть и не с такими умениями. Скажу сразу: для меня это будет нелегко, особенно в первое время, но я сделаю это ради тебя. - Тебе не нужно пересиливать себя ради меня,- жалобно произнес Йо, поднявшись с земли.- Я не хочу быть... неудобным. - Даже сейчас я уже не могу знать, говоришь ты правду или пытаешься меня успокоить,- рассмеялся огненный шаман и обнял юного Асакуру.- Прими этот подарок, Йо Асакура и цени его по достоинству. Я же сдержу свое слово. - Спасибо,- мгновенно прижавшись к источающему тепло шаману, прошептал донельзя счастливый Йо.- Спасибо тебе. *** Они взяли перерыв на сутки. Йо было приказано как следует выспаться, окончательно привести себя в порядок и настроиться на усиленные тренировки. Судя по всему, работы будет вдвое больше, но это даже радовало маленького шамана. Он чуть было не потерял своего друга и точно упустил бы свою возможность стать настоящим сильным шаманом, если бы братик вовремя не заставил его очнуться. Первым делом Йо извинился перед мамой. Кейко, все это время упорно делающая вид, что ее материнские чувства не были задеты, вздохнула с облегчением. Ее ребенок, кажется, самостоятельно пережил трудный личностный кризис. Нежно прижав дитя к себе, она приняла его извинения и выслушала нескончаемый поток обещаний больше себя так не вести. Разобравшись с этой немаловажной миссией, юный Асакура проспал до обеда, воспользовавшись так удачно подвернувшимся отъездом бабушки и дедушки. Они в последнее время зачастили с поездками, но у Йо с его внутренними переживаниями и заботами совсем не было времени обращать на это внимание. - Мам, а куда ездят бабушка с дедушкой?- с аппетитом уплетая завтрак, плавно перетекший в обед, поинтересовался мальчик. - По делам, дорогой,- отозвалась Кейко. Она как раз мыла посуду, поэтому Йо не видел ее лица и не смог заметить, как оно исказилось при упоминании родителей.- Ничего такого, о чем тебе бы стоило волноваться. Ты ведь уже взрослый и занимаешься самостоятельно, верно? - Да, мама,- гордо произнес шаман. - Только вот почему не дома?- невольно выдав свое беспокойство, спросила Кейко. По счастливому стечению обстоятельств, она так же, как и ее сын, не могла взглянуть на него и подметить, как он нервно теребит палочки в руках, формулируя достойную отмазку.- Ты целыми днями стал пропадать в лесу. Не отлыниваешь? - Мне просто лучше думается на свежем воздухе. Легче сосредоточиться!- усилием воли выровняв дыхание, уверенно ответил Йо, твердо решивший защитить свои тайные тренировки любой ценой.- Дома меня так и тянет пойти прилечь, а там я даже не замечаю, как за тренировками пролетает время. - Ну, хорошо,- расслабилась мама.- Смотри только, не гу.. занимайся допоздна. Ты все еще растешь и тебе нужно ложиться спать вовремя. - Конечно! Таким образом, семейное спокойствие между матерью и сыном было восстановлено. Больше к этому вопросу уже не возвращались. Впервые за долгое время они провели вместе законный выходной, разговаривая на отвлеченные темы и играя в ханафуду*. Йо по-настоящему отдохнул, поэтому даже не смог сразу уснуть, предвкушая завтрашнюю тренировку. Ему отчаянно хотелось доказать братику, что он не ленивый растяпа, который только и умеет, что обижаться на весь мир, а прилежный ученик, который еще многого достигнет. После того, что произошло между ними, он был просто обязан проявить себя с самой лучшей стороны. Отдельную полочку в его мыслях занимал дар его юного наставника. С одной стороны, было немного обидно, что он не сразу узнал об этом, а с другой... он мог его понять. Поставив себя на место братика, Йо осознал, что вряд ли смог бы рассказать о таком, просто побоялся бы реакции. Судя по всему, не только Йо нуждается в нем, но и огненный шаман не хотел потерять его. Взаимоотношения с людьми никогда еще не раскрывались для маленького Асакуры с такой стороны, ведь до этого у него была лишь его семья, которая, так или иначе, в любом случае оставалась на его стороне, даже если он делал что-то не так. Огорченно отметив про себя, что в какой-то момент Йо совсем забыл, что братик - не его мама, которая всепрощающе принимает его в свои объятия, и позволил себе вести себя так, словно его друг будет бесконечно терпеть глупые детские капризы. За такое недостойное поведение Йо было ужасно стыдно. Однако, он прекрасно понимал, что исправить ситуацию можно будет лишь поступками: на словах извинения и клятвы стараться уже были принесены, а длинноволосый шаман милостиво их принял, дав Йо шанс проявить себя. И он обязательно воспользуется им с умом. *** Тренировка началась с того, что Йо осознал, что испытывает стыд не только перед братиком и мамой, но и перед почтенным деревом сакуры. От огненного шамана не ускользнуло настроение Асакуры, и он предложил мальчику извиниться. - Ты уже извинился передо мной и нам обоим стало легче. Попробуй поговорить с сакурой, если нужно, так тихо, что даже я не услышу. Она обязательно примет тебя, если ты будешь искренен,- с этими словами наставник отошел на приличное расстояние, оставив Йо наедине с исполинским деревом. Он был не совсем уверен, с чего начать. Какие именно слова произнести, как доказать, что ему очень жаль за свой поступок... Отбросив сомнения, Йо с размаху впечатался в мощный ствол лбом. От столкновения с крепкой корой в глазах начали скакать веселые искорки, а по лбу потекло что-то теплое, но Асакура не обратил на это ни малейшего внимания. - Прости меня, почтенная сакура! Я так виноват перед тобой! Я не должен был срываться на тебя, я был так не прав!- вопреки советам братика во все горло завопил Йо, покрепче обхватив сакуру обеими руками и зажмурившись.- Пожалуйста, позволь мне потренироваться с тобой еще! Я хочу услышать тебя... Прости меня и дай еще один шанс, пожалуйста! Наблюдающий за этим перформансом на почтительном расстоянии огненный шаман не удержался от смешка. Йо полностью перекроил его совет, но все же пошел верным путем: его чувства были кристально чисты, он открыл свою душу преклонному дереву, искренне извинившись перед ним, пусть и довольно своеобразным способом. Шаман отчетливо видел, как ветви дерева ненадолго склонились, словно кивнув в знак примирения. Однако, мальчик этого не увидел. Издав еще один смешок, наставник вернулся к нему. - Достаточно,- длинноволосый шаман аккуратно похлопал продолжавшего отчаянно голосить мальчишку по плечу. Йо умолк и открыл глаза, c удивлением обнаружив, что рассек себе лоб в попытках, в прямом смысле этого слова, достучаться до сакуры.- Я обработаю твою рану и ты продолжишь тренироваться. Необязательно было ранить себя, чтобы доказать искренность своих намерений, знаешь ли... - Ничего, мне совсем не больно!- упрямо воскликнул юный шаман и, поудобнее обхватив ствол дерева, прижался к нему кровоточащим лбом. Братик вопросительно изогнул бровь.- Я не собираюсь останавливаться из-за этой... царапины. Давай начнем! Огненный шаман не мог не восхититься настойчивостью, с которой Йо отказывался оторваться от дерева и принял решение не вмешиваться. Рана и правда не была опасной для жизни, а сбивать решительный настрой мальчугана вовсе не входило в его планы. Отступив назад, шаман прикрыл глаза и нараспев принялся читать мантры, вкладывая в это еще больше усилий, чем раньше. Юного Асакуру требовалось поддержать, как следует, позволив его внутреннему шаману раскрыться. В этот день они не прерывались даже, чтобы перекусить. Йо не издал ни звука, размеренно дыша, а длинноволосый шаман не посмел его прервать. В горле уже пересохло, Асакура не подавал никаких внешних признаков того, что достиг чего-нибудь, но его наставник был готов поклясться, что что-то определенно изменилось. Оставалось лишь ждать. Солнце уже готовилось зайти за горизонт, когда Йо внезапно ослабил хватку и рухнул на траву. Взволнованный шаман подбежал к нему, испугавшись, что детский организм не выдержал такой нагрузки и ребенок попросту свалился в обморок. Однако, склонившись над мальчишкой, он обнаружил его безмятежно сопящим. Уставший юный шаман провалился в сон, даже не успев рассказать, что с ним происходило во время тренировки, а на его лбу не осталось ни царапины, лишь следы запекшихся струек крови. Уже второй раз за этот удивительный день длинноволосый мальчик был в изумлении. Огненный шаман приблизился к сакуре, склонил голову в легком кивке. Задумчиво приложил ладонь к стволу, прикрыл глаза и застыл в таком положении еще на несколько минут. Затем резко распахнул их и обратил восторженный взгляд на посапывающего ученика. Йо Асакура сладко спал, даже не представляя, какую милость ему оказала сама природа, проникнувшись его искренностью и целеустремленностью.