Вкус твоего сердца...

— Нет! Нет! Прошу, не надо! Я вам всё отдам, все свои деньги! Только не надо! — кричала совсем молоденькая девушка, падая на землю и отползая по земле прочь от своего мучителя. — Мне не нужны твои деньги. Мне нужна ты, моя прекрасная юная розочка, — стальным холодом ответил преследователь, наступая на пятки своей жертвы. — Ты такая красивая, натуральный рыжий цвет волос очень редкий, а у тебя еще и веснушки! Само очарование! — рука в перчатке схватила девушку за ногу и потянула на себя. — Не бойся, я позабочусь о тебе…

***

«Жестокое убийство девушки. Найден труп молодой девушки. У тела отсутствуют левая рука, правое легкое и печень». Пестрили заголовки газет, кричали радио приемники и телевизоры о найденном сегодня утром трупе. Всех жителей города предупреждали об опасности выходить вечером в одиночку. Ничего не обычного. Последние четыре года убийства стали регулярными, через каждые две недели находят несколько трупов и без вести пропавшего человека. Чаще находят убитых молодых парней и девушек. У многих из них отсутствуют органы и конечности. Жуть. Кто-то говорит, что орудует каннибал, а кто-то говорит, что убийца собирает трофеи. И то, и другое друг другу не мешает. И вот сейчас. Опять труп. — Как то не очень всё радужно, — с сарказмом прошипела себе под нос тёмноволосая девушка лет двадцати на вид. — А ты что скажешь, Ирина Павловна? — обратилась девушка к женщине, с которой делила постель. Женщина на вид лет тридцати шести встала с кровати. Сейчас на ней красовалась серая майка в обтяжку и розовые пижамные штаны — домашний, а точнее постельный наряд. Серая мелированная карешка была растрёпана, макияжа не было. Эта женщина выглядела великолепно даже так. — Что ты хочешь от меня услышать? Это всё очень страшно. Поэтому я на тебя и кричу. Если ты будешь шарахаться одна по ночам, то рано или поздно нарвёшься на этого урода и поминай как звали… — преподавательница взяла свою одежду и направилась в сторону ванной. — Ну уж извините… Работаю допоздна… И что мне с этим прикажете делать? — Менять место работы. — через закрытую дверь и включённый душ послышались крики Ирины… Через двадцать минут обе дамы уже позавтракали и были готовы к выходу. Ирина отправилась на работу первая, села в свое авто и поехала прямиком в ВУЗ, где сама преподавала и где училась её юная спутница. Наконец надев на себя свое любимое чёрное худи, Носферату взяла свой шлем и вышла на стоянку к своему мотоциклу. Первым делом она, конечно же, отправилась в любимую кофейню, где посидела около пятнадцати минут со своей подругой, которую уже по традиции подвозит до универа, а та, в свою очередь, оплачивает кофе и бензин Носферату. Услуга за услугу. И вот уже в восемь часов двадцать минут подружки сидели в аудитории. К счастью, сегодня будет четыре пары. Это на прямую связано с убийствами. Когда это происходило, в течении недели менялось расписание, и каждый день, шесть дней в неделю, было по четыре пары, а не семь, как обычно. Очень странно, ведь это ни коим образом не спасало учащихся и преподавателей от возможной встречи с маньяком. Зато такие недели можно было назвать разгрузочными, и было больше времени на работу и на себя. — Какая у нас вообще первая пара? — задала вопрос Натали своей подруге. — Анатомия. — Что в ХШН мусолили, что тут мусолим, — закатила глаза Носферату. — Мы же на втором курсе в Бурсе её изучили полностью. Думала, что приду в институт и буду спокойно себе работать, но нет, приходится изучать анатомию и тут. — Что ты ноешь? У тебя, в отличии от меня, уже второе образование. Ты четыре года в ПТУ проучилась, а я после одиннадцатого сразу сюда пришла. С такими, как я, преподы не цацкаются, а вот ты… — в шуточно-жалобной манере отвечала Анна. — Что я? — издевательски спросила Натали. — Ты уже когда пришла, то знала, как работать с животными: и с мелкими, и с крупными, и даже на производстве работала, а я вообще по нулям. — Милая моя, ты — третий курс, все ещё сравниваешь нас и жалуешься… Ты всё-таки маленькая ещё… — А ты взрослая? — по-детски надула губы Аня. — Ты всего лишь старше меня на три года. — Старше на три, а такое чувство, словно обеим по пять лет. — глупый разговор подруг прервала вошедшая в комнату, уже знакомая всем преподавательница — Александрит Ирина Павловна. Именно эта женщина преподавала такую дисциплину, как анатомия. Она действительно интересный преподаватель. Её лекции мало кто пропускал не только из-за важности предмета, но и по причине того, что она была супругой самого директора — факт, что делал эту женщину более влиятельной и властной среди учащихся. Аудитории в ВУЗЕ были не слишком крупные, из-за чего первые столы стояли прямо впритык к столу преподавателя, и наши девочки сидели аккурат напротив преподавательского стола; поэтому их разговоры Ирина Павловна не слышать не могла, за что подружки частенько огребали по шеям. — Итак, сегодня мы возвращаемся к изучению ЖКТ крупного рогатого скота. И я знаю, что кто-то это уже изучал в другом образовательном учреждении, — Ирина попыталась заткнуть Носферату, которая хотела что-то сказать. — Если ты будешь опять что-то вякать мне под руку, мигом полетишь за дверь, а ты сразу к директору, — теперь женщина указала на Аню. — Поэтому заткнулись обе. Слушаем, запоминаем и пишем. Как вы уже поняли, пары были очень веселые. Дальше были две одни из самых скучных пар: философия и зоотехния. Эти пары Натали благополучно проспала вместе с Анной. Ну вот что можно изучить на философии? А на зоотехнии? Как разговаривать с людьми и кормление коз? Эти знания Натали приобрела, учась в ПТУ, и этого ей было более чем достаточно, даже для сдачи экзаменов в конце третьего курса… А вот четвёртую пару проспать или прогулять невозможно. Особенно, если её ведет твой куратор. Особенно, если тебе нравится эта женщина и её предметы… — А сейчас какая пара? — сейчас задала вопрос уже Аня. — Профилактика. Советую надеть халат, а то она опять будет рвать и метать, — посоветовала Натали, снимая своё худи и оставаясь в одной синей футболке с глубоким декольте и короткими рукавами. На футболку девушка надела, не застегивая, белый медицинский халат с рукавами до плеч и чёрными вставками на этих рукавах и воротнике. К четвёртой паре осталось весьма мало человек: около пятнадцати из двадцати пяти. Честно говоря, подобный разброс временами удивлял Натали. Их учебное заведение было очень маленьким по сравнению с Московскими и Воронежскими ВУЗами. Этот ВУЗ можно было назвать карликом среди гигантов. Что-то я отошла от темы. Наступило время четвёртой пары, и в кабинет вошла весьма высокая женщина. Даже через её белый халат и другие слои одежды можно было сказать, что она находится в неплохой физической форме. Это была женщина вид максимум лет сорока. Русо-рыжие волосы по своей длине приближающиеся к пояснице, рыжеватые брови, голубые глаза, пухлые губы и строгий взгляд. В общем, женщина весьма эффектная. Романова Татьяна Яковлевна. Женщина поприветствовала всех учащихся. — Так, а почему вас так мало? — Обратилась преподавательница к аудитории. — Разошлись. — пожала плечами Носферату, сидя напротив преподавательского стола. — Ладно, отсутствие на паре не освободит их от экзаменов. Всё, что они пропустят, я в обязательном порядке добавлю в экзаменационные вопросы. — женщина уложила все свои вещи и подключила ноутбук к проводам проектора, что находился поодаль от стола и смотрел в сторону белого полотна, висящего специально в этом кабинете. — Так, сегодня мы продолжаем изучение инфекционных болезней лошадей. О! Пока не забыла. Мне нужен один доброволец от вас, который поедет со мной к частнику и поможет с осмотром и возможным забоем или лечением лошади… — женщина с некой надеждой посмотрела на свою группу, ожидая всё же увидеть этого энтузиаста. — Что, никого? — Но это ведь жестоко… — чуть было начала Аня, но тут же получила локтем в ребро от Натали. — Можно я? — Натали сделала максимально невинное лицо. — Я так и думала, но планировала, что кто-то другой захочет. То, что можешь ты — я знаю. Ты единственная во всей группе работала по своей специальности и пополняла собственное кладбище не только на производстве, но и в клинике. — женщина повторно взглянула в глубь кабинета, надеясь ещё на кого-то, но, увы. — Видимо вы все считаете меня жестокой… Но вы, как будущие ветеринарные врачи, должны будете не только спасать жизни любимцев, но и при необходимости усыплять их и отправлять на бойню. В нашей работе это неизбежно. После этих слов преподавательница приступила к своей лекции, а студенты слушали и пытались записывать. Постепенно время пары подходило к концу. Всё же время вышло и студенты начали расходится. — Осталась только ты? — Ну а кто еще? — Я думала, что и твоя подруга отправится с тобой. Вы всегда ходите парочкой… — Вы почти правы, но она, кроме практики, больше нигде не работала, а с лошадьми тем более. Пусть лучше учится на практике вместе со всеми, а самую опасную работу дайте мне. — Нет, сложную и опасную работу я тебе не дам. Не люблю я работать с частниками, но эта лошадь очень неплохой образец жеребости. Если она сможет самостоятельно родить, мы просто вырежем ей матку без особых последствий, а если нет, то кобыла мигом отправится на бойню. Хозяева её просто зарежут на мясо. Я думаю, это могло бы быть интересным для тех, кто с таким не сталкивался. Но, как всегда, все либо боятся, либо считают всё это жестоким. Дамы шли по коридору к выходу из здания. Они говорили не только о кобыле, но и о других животных и возможных патологиях беременности, которые могут случится в их видах. — Я хотела спросить: мы едем сейчас или когда? — Ты молодец, что спросила. Нет, не сейчас. Ты сможешь через три часа? — Татьяна посмотрела на свои наручные часы. — Да. Вполне. — Натали включила телефон и тоже взглянула на время. — Отлично, тогда на связи. Встречаемся тут. — Да, хорошо. Татьяна подошла к крупному чёрному внедорожнику Jeep Wrangler, открыла дверь и села за руль автомобиля. Мотор машины завёлся с оглушительным львиным рёвом, который не мог оставить Носферату равнодушной. Машина словно плыла по дороге. Эффектной женщине — эффектная машина. Чёрный автомобиль уже давно покинул территорию учебного заведения, а Натали так и осталась смотреть машине вслед. — Че пялишься? — позади Натали послышался голос, который заставил её повернуться. — А я думала ты ушла… — Носферату пожала плечами, глядя в лицо своей подруги. Я думаю, самое время вам описать Аню. Карпатова Анна Васильевна девушка не высокая, всего лишь до плеч Носферату, карие глаза, зелёные крашеные волосы до ушей, мужской стиль одежды, пирсинг в носу и губе, ботинки на два размера больше собственного, наушники в ушах и чёрная помада на губах. Весёлый характер и вечная улыбка. Натали частенько любит полюбоваться своей подругой. В общем и целом — девушка мечты, о чем, конечно, Носферату частенько говорит, да вот только сама Анна в это не верит. — Ага, щас. Ты думаешь, я брошу тебя на растерзание чужих баб? Что я Ирине Павловне скажу? А? — в шутку начала Карпатова. — Скажешь, что я ушла на работу. Да и вообще… Какая ей до меня разница? Для неё я не больше, чем разрядка. — Да иди ты в жопу. Я тебе о чувствах, а ты как обычно, — уже усевшись на мотоцикл, Аня ждала Носферату. — Каких чувствах? У Ирины трое детей и муж. — Да, да. Попизди ещё, ага… — Так, хватит! Давай просто поедем. Это моя личная жизнь, обсуждать её я пока не горю желанием. — Натали пресекла все попытки своей подруги продолжить разговор об отношениях с Ириной. — Тебя куда? Домой? — А ты что, со мной посидеть не хочешь? — Аня странно задала вопрос. — Мне ещё на работу и с Татьяной Яковлевной на практику сегодня. Сейчас я хотела скупиться по магазинам, поесть и немного отдохнуть. — Ну ладно, тогда домой.

***

Перед тем, как начать одеваться, Натали решила позвонить Татьяне и всё узнать. Трубку поднял уже знакомый женский голос. — Да. — Здравствуйте, Татьяна Яковлевна. Хотела узнать, всё ли в силе? — начала Натали. — Да, конечно. Буду ждать тебя на стоянке… Бросив трубку, Натали начала собираться. — Ты это куда? — Ирина вышла с кухни в гостиную. — На практику, что-ли? — Ну да. Я что… Блин, я тебе не сказала. Я с Романовой на практику. Кобыле жеребой помощь нужна. — Ты видела время? — Половина седьмого вечера. Что не так? Ирина потерла переносицу. Твердолобости Носферату можно позавидовать. — Ладно. Кто я такая, чтобы запрещать. Самое главное — будь на связи, вдруг что. — женщина подошла к девушке и поцеловала в лоб. — Ладно. — младшая не смогла скрыть румянец на щеках.

***

Девушка вышла на стоянку у своего дома. — Блять! Сука, вы издеваетесь! — начала ругаться девушка, глядя на отсутствие колес на мотоцикле. Девушка достала телефон из кармана рабочих брюк. — Ирина, сможешь отвести меня? Ответа не последовало. Женщина просто спокойно спустилась вниз и любезно предоставила пассажирское сиденье своего темно-зелёного Mercedes`а. — Почему ты такая недовольная? Злишься, что приходится со мной возиться? — начала наконец говорить Натали, когда машина начала тормозить на стоянке учебного заведения. — Нет, конечно. Просто… мне не нравится Татьяна Яковлевна… Слишком уж любезная… — карие глаза Ирины забегали из стороны в сторону в странной панике. — Она всегда такая… Стоп… Ты что, ревнуешь? — ехидная улыбка озарила девичье лицо. — Нет, — строго ответила Александрит. — Вот надо ей так поздно брать учащихся за город неизвестно на сколько в такое не спокойное время. Мне это не нравится. — Да успокойся ты. Неужели ты думаешь, что «Потрошитель» будет орудовать за городом, среди частных домов, где малейший шорох может разбудить дворовых собак? Я не думаю, что этот человек настолько глупый. — Ну а в городе? Я сейчас тебя отвезу и поеду к своим детям. Я не смогу тебя забрать. Тебе придется упрашивать Татьяну Яковлевну, чтобы она тебя домой отвезла, а иначе по темноте пойдёшь. А вдруг напорешься на этого безумца, а вдруг не сможешь убежать?! — ворох мыслей не давал покоя. Одна хуже другой. Ирина повезёт своих детей к их бабушке, именно по этому не сможет забрать Носферату. Как специально! — Да ладно тебе… — девушка положила руку на женское колено, пытаясь успокоить водителя. — Я буду по хлеще любого маньяка. Если он меня увидит, обосрётся от того, как я выгляжу и воняю после практики. — Носферату пыталась пошутить, но у неё не очень получилось. Ирина просто накрыла руку Натали своей перед тем, как девушка покинула транспорт. Не дожидаясь, когда на стоянку заедет крупный внедорожник, Ирина ретировалась. После около десяти минут ожиданий, машина Романовой ослепила своими фарами Натали. Авто остановилась прямо напротив Носферату. Из внедорожника вышла Татьяна. На ней красовалась чёрная футболка с рукавами до локтей, зауженные карго с вшитыми наколенниками в стиле милитари и высокие черные берцы, которые потрескались от времени и вечной влаги работы. Выглядела Татьяна Яковлевна так, словно собиралась на войну, особенно об этом говорили сильные мускулы рук и просвечивающийся через футболку фактурный пресс. — Ну что, студент, готов к труду и обороне? — Женщина скрестила руки на груди. — Готов! Всегда готов. — Ты пешком пришла? — задала преподавательница вопрос, осмотрев стоянку и не увидев ни единого транспорта, на котором могла бы приехать студентка. — Нет, меня довезли. — Ясно. К нужному человеку ты бы просто не смогла доехать на мотоцикле или легковушке. После дождей грязь невероятная, только на внедорожнике и проедем. — женщина подошла к пассажирской двери и открыла её, после чего махнула головой и пошла на собственное место. — Залетай, погнали. Дорога заняла минут двадцать после чего, машина остановилась напротив двухэтажного частного дома, на территории которого также находилось несколько сараев и хлевов, в которых и находилась вся скотина частника, в том числе и замученная кобылка. — Как кличка у лошади? — задала вопрос Натали у мужчины, что вышел встретить двух ветеринарных врачей. — Розочка. — поникши ответил пожилой мужчина. — Вы понимаете, она у нас уж сколько лет кормилица, столько жеребят нам принесла: все поголовно красавцы породистые… — дед вёл дам по направлению левады, где находилась пациентка. — Эта кобылка — Першерон, — начала было говорить Татьяна. — Знаешь что-нибудь об этой породе? — Практически ничего. Присутствие крови арабских скакунов наделяет першеронов сухостью, подвижностью и грацией, что абсолютно не свойственно тяжеловозным породам лошадей. Их круп массивный и широкий, но он не выглядит грузно. Тем не менее мощь и сила животного прослеживаются в каждой части его экстерьера. Першероны, по сравнению с бельгийской породой тяжеловозов, плохо передают свои качества при скрещивании. — Натали говорила чётко, хоть и сомневалась в том, что говорит верно. С лошадьми девушка работала крайне редко. Лошадь была необычайной красоты. Это кобыла породы Першерон: серая в яблоках масть, не большая, с прямым профилем и широким лбом голова; массивная мускулистая шея, маленькие ушки, приподнятая холка, крупные и немного выпуклые глаза. Эта лошадь красива по определению. Но, к сожалению, Роза была не в самом лучшем состоянии, чтобы можно было ею любоваться. Исхудавшая, грязная и потрепанная кобыла. Её внешний вид был… без боли не взглянешь. Ещё это огромное пузо. Татьяна опустила сумки со всем инструментарием и присела на корточки поодаль от бедолаги. Это было прямое нарушение техники безопасности, но Романова прекрасно знала, что лошадь не агрессивна, и даже такое грубейшее нарушение не понесёт за собой последствий. Женщина надевала перчатки и готовила все к Кесареву сечению. А вот Натали для начала хотела познакомиться с этой красоткой. Первым делом девушка окликнула животное, а уже после того, как лошадь повернулась, подошла и положила свою руку на теплое тело красавицы. — Моя ты хорошая… — в очередной раз Носферату ловила себя на мысли, что ей плевать на людей, но не плевать на беззащитных животных. Таких, как Роза. — Девочка… Красавица… — девушка начала внешний поверхностный осмотр кобылы. Наконец она дошла до задних конечностей и зада в целом. Что-то было не так. Что-то не давало покоя. — Блять! Крик разнесся по всей округе. Привлек внимание преподавательницы. — Что такое?! — Она уже давно рожает! У неё роды начались ещё задолго до нашего прихода! — Носферату прошибло осознание ситуации. — В срочном порядке нужно достать плод! Следующие шесть часов двое ветеринаров пытались достать плоды из лошади, не прибегая к хирургии…

***

Натали в усталости прислонилась к стене, руки болели, в ушах стоял до невозможности громкий звон. Руки по локоть были в крови. Кобыла вынашивала аж два плода. Они забрали все ресурсы её организма. Кесарить было нельзя в условиях антисанитарии, а клиники, которые могли бы взять лошадь, находятся в Москве. Шансов ни у лошади, ни у жеребят не было. У кобылы открылось маточное кровотечение, первый жеребенок оказался мертвым, а вот со вторым повезло. Он был крупнее, но его размеры не позволили не ранить кобылу. Зато второй плод был жив. Это оказалась кобылка. Хозяин назвал её Ромашкой. Натали была полностью недовольна работой. Она не ожидала, что лошадь будет настолько старой. Пусть было уже поздно, но кобылу, всё ещё живую, было решено отправить на мясо, а мертвый плод сжечь. — Не расстраивайся. Подобные случаи неизбежны. — глядя на дорогу, Татьяна пыталась приободрить студентку. — Я знаю и понимаю, но сталкиваюсь с подобным впервые. В своей практике я встречала подобные ситуации с коровами, но чтобы с лошадями… Это даже ещё хуже… — Это можно назвать… наработкой опыта… — женщина взяла девушку за руку, пытаясь успокоить, чувствуя ледяные пальцы. — Беспокоиться за зря слишком глупо. Машина остановилась уже на знакомой стоянке. — Тебя заберут? — Нет, я своими двумя. — Своими… Может, всё же довести? Ночи не спокойны… — Нет, нет. Я сама, — девушка поспешно выскочила из машины и побрела в сторону своего дома. Татьяна была удивлена такой скоростью, но всё же настаивать на своём не стала и просто уехала…