Звёздочка

Легенда гласит, что звёзды – это души покойных людей, что ушли на тот свет, превратившись в огоньки. Эти огоньки каждую ночь приглядывают за теми, кто им дорог. До момента, пока их помнят. Каждый погасший огонёк – это чья-то забытая или уже ненужная душа, что исчезла с неба навсегда. За ней вмиг приходят тысячи новых, ярких звёздочек, что горят и выделяются больше тех самых, почти забытых звёзд. Некоторые люди всё ещё верят, что эти души к небу провожает маленькая девочка, что скрывается за огромной луной от глаз людей и выходит лишь каждую воскресную ночь собирать души людей по всей планете. Кто-то говорит, что это лишь сказки стариков, а кто-то считает, что выдумка детей, ведь ни раз было слыхано, что кто-то из них видел ту самую маленькую девочку. Описывали её по-разному, но запомнили, как белокожую малышку лет одиннадцати. Её волосы были вьющиеся, золотые, по самые икры маленьких босых ножек, которыепо колено прикрывало белоснежное легкое платьице. Её глаза блестели розовым, словно лепестки бархатной розы после дождя. Белые реснички, румянец на круглых щеках, вздернутый носик и маленькие бледно-розовые губки. И после такого описания, прозвали её дочерью матушки Луны, дав ей простое имя – Звёздочка. *** – Ты действительно всё ещё веришь в эти дурацкие сказки? – спросил голубоглазый блондинистый мальчик, как только его друг закрыл книгу с данной историей, мечтательно прижав её к своей груди. Он гордо поднял голову, отвернувшись от столь дурацкого вопроса, громко и возмущенно фыркнув: – Ничего это не дурацкие сказки! Мама говорит, что это все правда, – в голосе явно звучала вся уверенность в правдивости истории. – Куда по-твоему души людей пропадают после смерти? – хитро улыбнулся он, прищурившись на своего собеседника, которого заставил впасть в ступор и раздумья от такого внезапного вопроса, что застал его буквально врасплох. Действительно, куда же деваются души людей? – Не знаешь? Что и следовало ожидать. Дурак ты, Генри, –расплылся в улыбке брюнет, поднимаясь со скамьи и продолжая прижимать к своей груди книгу, собираясь уходить, но внезапный голос друга заставил его остановиться: –Но ты ведь сам не можешь доказать существование этой девочки и правдивость истории, – его голос звучал так же уверенно, как недавно звучал голос приятеля, который, по его мнению, слишком утонул в фантазиях. – Так что, нет никаких оснований звать меня дураком, – добавил он уже с некой обидой, скрестив руки на груди, продолжая прожигать дыру в спине брюнета. Эти слова не хило задели мальчика, ведь у него и правда не было никаких доказательств, что заставило в какой-то момент засомневаться. Но отступать он был не намерен из-за своего природного упрямства. –Что-ж, раз ты так жаждешь доказательств, я поймаю эту девчонку и приведу к тебе лично! – выдал он, заставив блондина громко рассмеяться, словно тот рассказал ему очередной дурацкий анекдот. Хотя, для него это и был своего рода анекдот, в правдивость которого явно никто верить не будет. – Что смешного я сказал?! – громко спросил мальчик, перекрикивая звонкий смех своего друга, что морально втоптал его в землю. Генри не сразу успокоился, сделав глубокий вдох и продолжая хихикать, вытирая слезинки с глаз, выдав: – Тебе явно нечем заняться, Джонни. Тебя мать ругает из-за неуспеваемости в учебе, а ты такие дурацкие идеи выдаешь. По твоим сказкам она выходит только в ночь воскресения, да и ты не знаешь, где именно будет, раз по тем же сказкам она ходит по всему-у-у миру! – свои же слова заставили блондина вновь засмеяться, в очередной раз давая понять другу, что он выпалил глупость. Мальчику прям так и хотелось врезать ему этой тяжелой книгой по затылку, чтобы тот перестал смеяться над ним, но воздержался и раздраженно произнес, повернув к нему голову: – Вот я найду её и ты захлебнешься в зависти. Я – Джонни Хендерсон! И я, слов на ветер, не бросаю! – произнес мальчик, гордо подняв голову и хмыкнув, уверенным шагом идя к своему дому под очередной хохот Генри. Как бы не был уверен в себе брюнет, в глубине души он всё равно понимал, что его друг, как ни крути, был прав. Нет никаких душ, что превращаются в звезды. Нет никакой маленькой девочки, что проводит эту души прямиком к небу… И с каких пор он начал верить во все эти дурные сказки? – Джонни, ты вернулся? Ужин готов, беги скорее мыть руки и за стол, а то остынет! – голос матери послышался из кухни, как только он закрыл за собой дверь и собрался наконец снять обувь. Мальчик устало вздохнул, скидывая с ног лакированные туфли, чувствуя манящий запах любимого яблочного пирога. Мать пекла его довольно редко, каждый раз делая сыну сюрприз. Но в этот раз сюрприз был провален, так как Джонни, по очевидным причинам, был не в настроении. – Мам, я не голоден, извини, – коротко ответил он, проходя мимо кухни до своей комнаты, глянув лишь на спину своей черноволосой матери, что мыла посуду и подпевала какой-то дурацкой песни по радио. Она обернулась, заметив лишь уходящую спину сына, но ничего не ответила, убирая со стола весь приготовленный ужин. Такое случается не впервые, потому женщина понимала, что во дворе Джонни снова засмеяли. Ближе ко сну, мать осторожно постучала в комнату сына, после чего загляднув в неё и немного улыбнувшись, увидев, как сын читает ту самую книгу, сидя на кровати в своей пижаме, но подойдя ближе поняла, что он засмотрелся лишь на одно изображение – той самой малышки по имени Звёздочка. Женщина присела на край кровати, а Джонни, после недолгой тишины, наконец спросил, поднимая голову от черно-белой картинки: – Почему ты сама веришь в эту сказку? Или ты лишь делаешь вид, чтобы я не перестал верить в такие глупости? – нахмурился мальчик, на что мать лишь тихо посмеялась, накрывая макушку сына ладонью и погладив ее, что заставило брюнета вновь опустить взгляд на изображение, разглядывая его до самый мелочей. – Ты ведь знаешь, что я никогда тебе не вру. А верю, потому что видела её своими глазами.От такого мальчик сразу оживился, удивленно посмотрев на свою мать, подползая к ней ближе на кровати, откладывая книгу в сторону. – Ты её видела?! Она правда такая, как на картинке? А вы с ней разговаривали? Я хочу знать всё!-Джонни не сильно дергал мать за рукав, в нетерпении услышать от неё подробности, но та лишь хитро улыбнулась и уложила сына на кровать, заботливо прикрывая его одеялом. – Хорошо, узнаешь. Только слушай внимательно… –начала она, а мальчик удобнее устроился под одеялом, готовясь внимательно слушать рассказ матери, а его глаза светились от любопытства. *** 20 августа 1977 год. Маленькая деревушка, доброжелательные люди. Нападение голодных волколаковзаставило деревню бежать, а те, кто оставался бороться, были съедены заживо этими чудовищами. Они были огромны, а их зубы остры, как наточенные колья. Они рвали человеческую плоть легкими движениями, на столько жадно, на сколько это возможно. Кровь, крики, последние вздохи. Всё, что осталось в голове единственной выжившей маленькой одиннадцатилетней девочки, чья мать и отецбыли подвергнуты съедению одного из этих тварей. Они кричали ей бежать не оборачиваясь, будучи уже в их пасти. Выжившие взрослые не хотели брать малышку под опеку, уж слишком большая ноша после такой утраты, потому она осталась сиротой. Волколаки благополучно заняли всю территорию деревни, вернуться в родной дом было равно суициду. Люди остались в городе, кто-то уехал в другие деревни к родственникам, все начиналось с самого нуля. Были те, кто уходил обратно, но после о них было ни слуху, ни духу. Никто не знал, что с ними. Никто и не хотел знать, как и бороться за собственный дом, что крайне возмущало маленькую сиротку, что осталась без еды и дома. – А ну кыш отсюда! – шикнула полноватаядама за прилавком, ударив газетой по маленькой ручке, что нагло тянулась к её красным спелым яблокам на прилавке. Малышка в страхе отдернула руку и выпрямилась. Прятаться от бдительных глаз уже не было смысла. – Что ты тут стоишь? Либо деньги, либо проваливай! – вновь произнесла женщина режущим по ушам скрипящим голосом, заставив девочку немного пожмуриться и опустить голову, перебирая пальчиками свою черную косичку. – Простите, Мисс. У меня нет денег, но… – Никаких но! Я сказала, нет денег – проваливай! Не задерживай очередь! –девочка вздрогнула, даже не успев договорить, но в миг под возмущения схватила одно яблоко с прилавка и побежала, куда глаза глядят, слушая в спину ещё более мерзкие оскорбления и слова, скрываясь от яростных глаз за стеной какого-то магазинчика. Она сжала в руках яблочко, словно кто-то другой попытается отнять его, наконец делая небольшой укус на спелом плоде. – Эй! – окликнул голос рядом, заставив её вздрогнуть и спрятать яблочко под тканью свей вязанной накидки. – Раньше я тебя здесь не видел. Ты кто? – последовала фраза, после которой её накрыло тенью. Девочка осторожно подняла голову, заметив перед собой мальчика примерно 13 лет. Судя по его грязной, рваной одежде на улице он пробыл гораздо дольше, чем она сама. – Долго молчать будешь? – старший изогнул бровь, продолжая пилить брюнетку взглядом, явно не радуясь её появлению на их небольшой территории, ведь помимо него там сидели ещё пара маленьких девочек и один паренёк постарше. – Я… Меня зовут ОливияМартинес! Простите, я не знала, что это ваше место, – неловко улыбнулась девочка, заставив мальчика лишь усмехнуться и протянуть ей руку, сменив свой злобный вид на более дружелюбный. Оливия в недоумении посмотрела на его руку, не решаясь взять её, а после вновь подняла голову на улыбчивого мальчонку. – А меня зовут Филипп Гонсалес! Можно просто Лип или Филл. Приятно познакомиться, Оливия, –он продолжал держать вытянутую руку, которую наконец взяла девочка в свою ладонь, поднявшись с насиженного места. – У тебя есть родители? Дом? – поинтересовался Филипп, немного наклонив голову в бок, глядя на поднявшуюся девочку, что отряхивала свою длинную юбку от прилипшей к ней грязи. После вопроса она сжала губы, лишь помотав головой в стороны. – Так ты тоже сирота… Что же, оставайся тогда с нами. Я тебя познакомлю со всеми, – уверенно произнес он, поправляя за ухо рыжие отросшие волосы, что сами по себе завивались в кудри, хитро щурясь на младшую своими зелеными глазами. Оливии ничего не оставалось, кроме как согласиться и пойти следом за рыжим, подходя к тем самым двум девочкам – близняшкам лет 6 и одному парню, которому на вид было вовсе лет 14-15…? Кажется, он был тут главным, выглядел довольно серьезно. – Знакомьтесь, это Оливия! Оливия, это Клара и Дара, – довольно громко произносил Фил, заставив брюнетку неловко улыбнуться и помахать рукой близняшкам, которые улыбнулись в ответ и продолжили смотреть в какую-то книгу, которая заинтересовала Оливию больше, чем сами девочки. – А это… Я всё время забываю его имя, – неловко посмеялся мальчик, как почувствовал на себе угрюмый взгляд старшего, который фыркнул и поднялся с насиженного места, подходя ближе к другу и новенькой девочке. – Меня зовут Метью. Можно просто Мет, – произнес он хрипловатым голосом, на что Оливия лишь кивнула головой и вновь улыбнулась, чувствуя себя довольно некомфортно в новой компании. В целом, она никогда не была столь общительна, так как сверстники считали её странной и всегда сторонились. – Приятно познакомиться со всеми вами, – тихо произнесла брюнетка, сжимая губы в тонкую полоску от неловкости. Подросток немного изогнул бровь в недопонимании, как рыжий решил разрядить атмосферу своим присутствием: –Хей, Метью! Давай лучше дадим ей что-нибудь поесть из наших запасов? Она голодная, одним яблоком явно не наесться… – задумался мальчик, как старший вновь нахмурился, глянув на Оливию. Та лишь напряглась ещё больше, неловко посмеявшись: – Мне… Мне нужно, все в поря… – не успела договорить она, как Филипп потянул её за руку к их небольшой палатке, что стояла глубже в переулке, и, видимо, спали все четверо. Этого рыжего явно ждал выговор от Мета, чего так боялась изначально Оливия. – Вчера Мет принес немного хлеба, я тут сам немного наворовал, как смог. Вода, немного сладостей… – перебирал мальчик малое количество оставшейся еды, пихая некоторые в руки девочки, оставляя все остальное для младших сестренок и старшего. Здесь остается только сгореть со стыда. Девочка осторожно положила все назад, оставив только небольшую фляжку с водой и достав надкусанное яблоко из кармана юбки. – Пожалуй, на сегодня мне этого хватит… Все в порядке, Фил, я не голодна. – Ты уверена? Может все таки… – он протянул ей кусочек хлеба, а та лишь вздохнула и помотала головой. – Нет. Все в порядке, – тихо произнесла она, устроившись поудобнее в довольно комфортной палатке, куда позже залезли те самые близняшки и парень. В тесноте, да не в обиде, как говорил обычно Фил. Для сирот они и правда устроились довольно хорошо, видимо, много и старательно подворовывали со всех мест, чтобы поесть и согреться. Лишний раз стараясь, конечно, не высовываться. Тишины в палатке никогда не было из-за довольно разговорчивого рыжика, что часто рассказывал истории близняшкам, чтобы те скорее уснули. Этот раз стал не исключением, и, ближе к вечеру, Филипп уложил малышек спать, рассказав очередную историю про героических принцесс, которые были сильные духом не смотря ни на что. – Фантазия у тебя что надо… – тихо посмеялся сидящий рядом Мет, а мальчик покрылся румянцем, неловко посмеявшись и почесав затылок. – Да ладно, главное, что им нравится, – с дрожью в голосе выдал он в ответ, а Оливия только тихо хихикнула, прикрыв рот рукой. – Оливия… Может расскажешь, почему ты здесь? – внезапно спросил старший, заставив выйти девочку из своих мыслей и сжать губы в тонкую полоску. Скрывать нечего, да и не только она здесь с тяжелой судьбой. – Деревня, где я жила, была захвачена волкодавами… Многие погибли от их когтей и зубов, а кто-то, как я, остался в живых и переехал в город. Мои родители также стали жертвами, потому я не знаю куда мне идти, – на одном дыхании выдала она, опуская голову, чтобы не показывать нарастающих слез, а оба парня внимательно слушали её, после чего рыжий осторожно похлопал девочку по плечу и приобнял, тем самым пытаясь утешить. –Все в порядке, Лип, я не плачу, – Оливия быстро стерла слезы, поднимая взгляд на рыжего, немного улыбнувшись ему и всхлипнув. Какой бы сильной она не хотела казаться, слабость все равно проявляла себя. Можно ли это вообще назвать слабостью? – Ладно… Давайте тогда ляжем спать? Уже довольно поздно. На завтра нужно много сил… – тихо произнес Филипп, занимая своё место рядом со старшим, который только вздохнул и прилег рядом с мальчиком, прикрывая его пледом и обняв. Девочка ничего не успела ответить, но решила осторожно прилечь рядом с близняшками, что уже крепко спали прижимаясь к друг другу. Ночью Оливии совсем не спалось, а голова была забита глупыми навязчивыми мыслями, что не давали даже задремать, не то что уснуть. Внезапно она подумала о той самой книге у близняшек, которая заинтересовала её с самого начала. Девочка немного привстала с места, оглядываясь вокруг себя в поиске книги, заметив её под рукой Клары. Протянув руку, Оливия осторожно взяла книгу, раскрывая её на первой странице, надеясь, что хотя бы чтение её немного утомит и она уснет. Она уже решила выйти из палатки, чтобы почитать под фонарным освещением, единственным на этой улице, как вдруг книга в её руках засветилась золотистым светом, заставив девочку ахнуть и уронить её. Та продолжала светиться, раскрывшись на первой странице, из которой начал вылетать густой дым, что летел прямиком вверх и звал кого-то. Слух девочки смог из всех голосов распознать лишь: «Звёздочка… Звёздочка, где ты..?». « – Обман слуха…?» – подумала Оливия, раскрытыми глазами глядя на раскрытую книгу и дым, что не мог никак выйти дальше к звездному небу. Девочка ещё пару секунд сидела в немом шоке, а внезапный яркий свет и тихий голосок вдруг заставил её обернуться и отползти дальше от книги и того, что она увидела перед собой. Маленькая девочка с золотистыми волосами. Её бледно-розовые глазки уставились прямо на Оливию. Она светилась, словно ангел в ночи. – Вижу, ты нашла мою книгу с душами… Я должна была освободить эти бедные души ещё в прошлую воскресную ночь, но моя книга упала к вам и я не успела найти её… – тихий голосок пронесся словно в голове у брюнетки, словно это и правда был какой-то сон. – Не бойся меня, я тебя не обижу… Могу я забрать то, что принадлежит мне? И.. Ох, ты ведь выжившая девочка из той деревни, куда я сейчас направляюсь… – улыбнулась малышка, заставив Оливию напрячься ещё больше и сжать руки в кулачки. – Откуда ты знаешь? Кто ты?! – довольно громко спросила она, заставив златовласую вновь охнуть и вздрогнуть, прикрыв рот маленькими ручками. Брюнетка продолжала прожигать её испуганным взглядом, но та лишь тихо посмеялась, наконец подходя ближе и подбирая свою книгу, прижав её к груди. – Я всё знаю, Оливия… Мне с высоты все видно. Что же, мне пора уходить. Передай близняшкам спасибо за то, что не испортили столь ценную для меня вещь, – произнесла Звёздочка, уже собираясь испариться, как друг Оливия окликнула её громким: «Постой!» и та остановилась, обернувшись на неё. – Ты не ответила на мой второй вопрос! Кто ты такая?! – повторилась девочка, а малышка вздохнула и прикрыла глаза, буркнув от шума, что навела Оливия. – Меня зовут Звёздочка. Я собираю души людей и создаю из них звёзды на небе… Оттуда они наблюдают за теми, кого любят… И пока их помнят, они живут. А когда забывают, они пропадают.Потому звёзд на небе много, а некоторые из них медленно угасают, – произнесла Звёздочка, продолжая прижимать к груди свою книгу, тихо вздохнув и поправив прядь волос за маленькое ушко. – А теперь позволь мне пойти, а то скоро рассвет… Мне нужно успеть забрать души людей из твоей деревни, – улыбнулась малышка, и, сделав маленький шаг вперед, словно растворилась в воздухе, оставляя лишь яркий свет, который через пару секунд угас оставив Оливию в очередном недоумении… *** – И она правда… Такая как на картинке… – удивленно произнес мальчик, а Оливия тихо посмеялась, укрывая сына одеялом и погладив его по голове, осторожно целуя его в лоб. – А теперь спать, малыш. Уже поздно, – произнесла женщина, поднимаясь с края кровати, попутно задув свечу, что горела весь рассказ Оливии. – Сладких снов, – прошептала она, собравшись уходить из комнаты Джона, как тот вдруг приподнялся и спросил: – А что стало потом? Ты её видела? – мальчик наклонил голову немного в бок, а мать только вздохнула и ответила: – Нет, малыш… Больше не видела. Это был первый и единственный раз, – покачав головой женщина обняла себя за плечи. – А те дети? Что стало с ними? – вновь последовали вопросы, после которых Оливия уже замешкалась и помотала головой, пожимая плечами. Поняв, что задавать вопросы уже бесполезно, мальчик разочарованно вздохнул и лег назад в кровать, а мать вышла из комнаты, прикрывая за собой дверь. Она до конца надеялась, что сын не будет задавать ей лишних вопросов, но в какой-то степени была готова вспомнить самый неприятный момент в этом рассказе… Как она побежала в ту деревню вслед за Звёздочкой, в надежде последний раз увидеть души своих покойных родителей. Метью и Филипп побежали вслед за ней, после спасая от волкодавов, что пытались напасть на девочку. Они погибли по её вине, а малышки-близняшки тяжело заболели после их смерти. Они стали звёздами, которые никогда не угаснут в сердце у Оливии…