Аленький цветочек

      — Мадара, сколько лет, сколько зим! — прокричал в трубку весёлый и жизнерадостный голос одного мужчины. И только услышав эту фразу, черноволосый понял, что его собеседник немного выпил.       — Да-да, — устало проговорил он, потирая свою переносицу. — Я тоже рад тебя слышать. Но я тебе по делу позвонил…       Не успел Мадара и договорить, как услышал вдохи разочарования. Черноволосый мужчина только и мог сделать как закатить глаза. Иногда ему казалось, что его собеседник и вовсе не вырос и остался таким же восьмилетним мальчишкой, иначе он не мог себе это объяснить. Его собеседника — Хашираму Сенджу — могло расстроить или обидеть всё что угодно.       Например, недавно Хаширама упал духом от того, что у математика никак не получится приехать на его день рождение из-за работы. Хоть они оба и познакомились в педагогическом училище, но Хаширама всегда был свободен, в отличие от Мадары, который уже не раз пожалел о своём решении. И эта ирония заставляла черноволосого сжимать кулаки до побледневших костяшек, пока каштановолосый мог только посмеяться с ситуации, находя её забавной.       А ещё Учиху задевал тот факт, что его коллега за такой короткий срок после выпуска не только полюбился всем, но и жениться успел. Причём на прекрасной женщине из медицинского института, что был недалеко от их училища. Порой у Мадары включалась зависть, что у его лучшего друга всё давалось с лёгкостью, пока он только и делал, что трудился не покладая рук.       — Я даже не помню, когда ты мне последний раз звонил не по делу… — ныл в трубку «жизнерадостный» мужчина. Показывать такого себя старший из братьев Сенджу мог только трём людям: своей жене, младшему брату — Тобираме и, соответственно, лучшему другу.       — Ты же знаешь, если я звоню тебе по поводу своих учеников, то мне нужен дельный совет. Тебя же твои ученики любят, — добавил немножко лести, чтобы тот успокоился и пришёл в себя.       — Любят? — переспросил он, и Мадара был готов поклясться, что в этот момент щёки его собеседника украсил ещё один яркий румянец, но уже не от алкоголя. — Ну… Они у меня хорошие и дружные ребята… Всегда поднимают руку, слушают меня внимательно и всегда за любое движение! — с гордостью и смущением проговорил он. Хаширама мог с лёгкостью назвать любого своего ученика своим ребёнком. И благодаря такому отношению он был чуть ли не самым любимым учителем школы.       Хоть и сам по характеру является ребёнком, что ему неоднократно говорил почти каждый второй знакомый.       — Это я к чему тебе позвонил. Мне эта… Ооцуцуки-сама выдвинула вердикт, мол, у меня же девятый класс, надо как-то этих детишек пристраивать, а у меня никаких планов по этому поводу нет. — Злился он, пересказывая всю ситуацию. — Только начало октября, а я уже должен их гонять по этому поводу.       — Ой, помню эту страшную пору… — проговорил каштановолосый. — Меня тогда все учителя гоняли по школе, чтобы я как можно скорее в колледж умотал. Но у тебя же класс вроде бы спокойный, за исключением трёх, насколько я помню.       — В девятом классе нет ничего страшного, если ты уверен куда надо идти, — подколол его Учиха и, услышав на другом конце трубки возглас «эй!», продолжил: — Но есть другая проблема. В этом году мне на шею свалили ещё одну ученицу, которая перед каникулами разнесла мне кабинет. — Стоило ему только договорить предложение, как он услышал громкий смех на том конце провода. Ситуация была смешная, и Сенджу-старший хотел бы на это посмотреть, но вот Мадаре было далеко не до смеха. Особенно, когда после такой твоей проделки, он выслушивал огромную лекцию от директрисы и, в качестве компенсации, начал чинить кабинет сам. — И это я к чему? Я не знаю, что мне им предложить. Мне помимо школьной и внеклассной, ввели ещё и профориентационную работу. — Тяжко вздохнул Учиха, борясь с диким желанием разбросать все предметы со своего стола на пол и закурить прямо дома, не потрудясь выйти на балкон или во двор, хоть он и бросил эту отвратительную привычку ещё на третьем курсе.       — А кому предложить и, главное, что предложить? — наконец-то успокоился каштановолосый и спросил очень глупые вопросы, ведь именно за этим к нему и обратился математик.       — Ученикам своим любимым и этой стерве, — проговорил он, и его нервы не выдержали, поэтому он и ударил кулаком по столу. И если под «любимыми» учениками он говорил про ваш класс, то под «стервой» он имел в виду Кагую Ооцуцуки. — Этой женщине всё надо сделать. Хоть калачиком скрутись и лезгинку станцуй, ибо если это написано в документах отчёта, то будь добр нацепи улыбку и сделай всё, как надо. И самое интересное — этот маскарад её полностью устраивает. Её любая школьная проверка десятой дорогой обходит, боится. А мы под её дудку пляшем, потому что ей это нравится.       Дальше он сказал под нос такое выражение, за которое на днях отчитывал Хидана.       Хоть Мадара и сам учился в этой школе, но все прелести катушек — как он их окрестил — директрисы узнал только став педагогом. Его успокаивал только факт того, что она не дёргает его по разному поводу насчёт своего сыночка — Зецу. Если бы такой цирк пришёл к математику в придачу, Учиха сразу же уволился бы и убежал в другую школу.       — Ой, да ладно тебе, не хмурься, — пытался подбодрить того Хашимара. — В конце концов, с этими выпускниками будет много воспоминаний. Готов поспорить, что ты их всё равно с болью в сердце отпустишь, а потом, за чашечкой саке, будешь рассказывать о них. Я это по себе знаю. В каждом классе мы оставляем частичку нашей души, такова работа педагогов.       — Ладно, шиш со всем этим… — грубо бросил Учиха, забыв про педагогический этикет. — Какие у тебя есть идеи на этот счёт?       На том конце провода была тишина. Показалось, что вечно болтливый Хаширама попросту не услышал вопроса или же положил трубку. Вот только черноволосый мужчина знал его, как свои пять пальцев. И если его друг подозрительно долго молчит, значит, что он о чём-то долго размышляет. Причём размышляет так, чтобы в плюсах оставались все стороны. И только Мадара хотел его хоть как-то подтолкнуть, чтобы тот побыстрее что-то придумал, как Хаширама как-то тихо и твёрдо произнёс:       — Есть у меня одна идея… Записывай…

* * *

      — Какузу, это был первый и последний раз, когда я тебе доверилась, — недовольно сказала ты, поглаживая свой лоб и откидываясь на спинку скамейку.       На это заявление Анимиру лишь закатил глаза. По одному его жесту можно было понять, что не очень-то он и дорожил твоим доверием. Остальные «пострадавшие» были полностью согласны с тобой. Сейчас ты сидела на скамейке, а рядом с тобой стоял Пейн, который держал бутылку с водой. Он иногда прикладывал эту бутылку к твоему лбу, а иногда, выливая воду в свою ладонь, «умывал» тебя.       — Можешь, пожалуйста, на шею брызнуть? — просила его ты, наклоняясь вперёд и убирая волосы с затылка в сторону, открывая ему участок тела. Пейн на это отвечал коротким «хорошо», и он прямо из бутылки немножко лил тебе не шею. — Ах, спасибо… — проговорила ты, чувствуя охлаждение.       Рядом с тобой на скамейке в горизонтальном положении лежал Тоби, положив свою голову на твои коленки. Своей левой рукой он придерживал маску, как будто в этой ситуации кто-то интересовался, что у него там спрятано. От лекарств, которые Хаку заботливо предложил, он отказался, сославшись на то, что его леденцы помогут ему куда быстрее, чем какая-то там горькая таблетка.       Дейдара сидел на земле, спиной прислонившись к ножке скамейки. Руками он трогал свои виски и медленно пытался посчитать до десяти, как советовал ему красноволосый друг, пока тот легонько трогал его лицо, чтобы понять степень его тошноты и бледности. После этой проверки Сасори кивнул себе и обратился к Юки, прося дать определённые медикаменты.       Отсутствовал только Хидан. По его словам, у него появилось одно неотложное дельце, поэтому он поспешил вас покинуть. Но, как бы это грубо не звучало, вам было слегка не до положения Хидана — вас самих воротило и пошатывало.       — Какузу, это было слишком. — Шипела на него Конан, стоя позади тебя и проводя своим платочком по твоему лицу. — Своим плохим настроением не надо агрессивно настраиваться на людей. Если так уж нервы твои шалят, то запишись к психологу, где и будешь свой характер показывать. — На эти возмущения Какузу никак не реагировал, а только слушал Конан. А что ему ещё оставалось делать? — Разве так можно? — уже спокойным голосом задала риторический вопрос девушка.       — Можно, если всё сделать аккуратно, — проговорил он, всё-таки решив дать ответ и получить ещё одну порцию её недовольства. — Я не понимаю, что ты так волнуешься о них?       — Каким же эгоистом надо быть… — тихо бурчала девушка, перестав обращаться к Какузу. — Одни только проблемы… Словно монстр какой-то, а не человек.       На это Какузу лишь тихонько ухмыльнулся. Его называли и по хуже. В добавок, для твоих одноклассников это не было каким-то сюрпризом. Они ещё во втором классе усвоили урок, что скупость Какузу не знает границ. Когда-то его мама решила вступить в родительский комитет и, по её просьбе, все родители должны были скинуться ей на покупку новых штор. Прошла неделя, дети принесли деньги и отдали их Какузу, а новых штор не было. На родительском собрании начали возмущаться по этому поводу, на что миссис Анимиру заявила, мол, никакие деньги она так и не получила, что она честный человек и не стала бы таить что-то у себя.       Позже выяснилось, что всю сумму, которые одноклассники отдали Какузу, он оставил себе. А матери даже слова не сказал про то, что все всё сдали. В конечном итоге, миссис Анимиру смогла вступить в родительский комитет, но с Какузу все держали ухо востро и монеты у себя в кошельке. А Хидана Какузу стал недолюбливать ещё с того момента, ведь он единственный, кто не сдал деньги на шторы из класса. В принципе, он никогда не сдавал, а его отец даже на родительские собрания не всегда ходил.       — Какузу… Я свою жизнь тебе больше не доверю… Никогда… — проговорила ты с отдышками и староста, взяв платочек у сестры и вновь намочив его, проводил этой мокрой тряпочкой по твоему лицу вместо Конан. — Спасибо, Пейн. — Поблагодарила ты. Теперь и ты во всех красках поняла, что идти на сделку с таким человеком очень даже опасно. Лучше прочесть каждый «пунктик» вашего договора раз сто, чтобы убедиться, что всё будет строго, как вы и хотели, а не в сторону пользы каштановолосого и ваших убытков.       Твои слова как-то рассмешили Какузу. Казалось, что видеть вас в таком положении для него — это бальзам на душу.       — Больно нужно мне твоё доверие, — проговорил он. — Доверие — не почки, в нём ничего ценного нет.       От такой аллегории по твоему телу прошлось тысяча мурашек. «Жуткий тип, — пронеслось у тебя в мыслях. — Как маньяк, честное слово. Эх, надо было попросить Хидана остаться, возможно, что тогда бы Какузу пожалел о своём поступке. Только Хидан может довести его до ручки, не боясь никаких последствий. Надеюсь, что ему это позже аукнется».       — Хани, ты как-то странновато улыбаешься. Случилось что-то? — аккуратно спросил рыжик, шепча тебе на ухо, ведь ты коварно смотрела на «Билла Пика».       — Не, всё в порядке, — отмахнулась ты. — Лучше вызовите скорую для Дейдары и Тоби. Им походу очень плохо… — забеспокоилась ты, ведь пришла более менее в норму. А после твоих слов эти двое  запротестовали.       — Не-не-не, со мной всё хорошо, — не очень-то и внушали доверие слова Тсукури. — Сейчас посижу немного и всё будет в норме.       — Тоби не согласен с семпаем! — воскликнул масочник, подняв руку с указательным пальцем вверх, будто ему в голову пришла такая идея, что было бы уместно выкрикнуть «эврика!». Затем он энергично вскочил, занимая сидячее положение на скамье, и достал из кармана свои сахарные леденцы, а потом прыгнул в сторону Дейдары, чтобы быть с ним на одном уровне. — Семпай, покушай! Они смогут помочь Вам восстановить свою энергию и оптимизм.       — Чего? — в грубом тоне переспросил Дейдара, отодвинув свою голову от протянутых рук масочника. Будто перед ним находились не маленькие сосательные конфеты, которые были покрыты сахаром со всех сторон не одним слоем, а какие-то мерзкие жуки.       — Тоби настаивает, ведь Тоби хочет помочь, — проговорил масочник, а Дейдара сглотнул маленький комок в горле и, взяв одну с зелёным цветом, закинул её в рот. — Ну как Вам, семпаюшка?       — Довольно неплохо, хм.       — Конечно, ведь эти монпансье Тоби достались от покойного дедушки.       В этот момент все в толпе замерли в ошеломлённом состоянии, даже ты, из-за чего медленно и перевела взгляд на черноволосого друга. А эта «сосулька» Дейдаре поперёк горла встала, он не мог даже её проглотить или выплюнуть, из-за чего он начал безудержно кашлять. В какой-то момент из-за приступа кашля Сасори «проснулся» и начал бить своего друга по спине, помогая.       Но к сожалению для Дейдары, он её всё-таки успел распробовать эту конфету и проглотить её. Как только он осознал своё положение, блондин медленно поднял взгляд на масочника, пока с его губы стекала одна струйка слюны к самому подбородку (из-за его кашля).       — Что ты сказал? — из-за хрипа голос блондина был тихим, но даже в нём можно было уловить убийственные нотки.       — Тоби говорит, что это монпансье купил ещё когда-то его дедушка. Дедушку Тоби звали Софу Фуруитсуе. У него были такие странные усы и он всегда ходил с тростью, потому что хромал… — говорил Тоби, чем сильнее бесил голубоглазого. И это получалось у него довольно хорошо, ибо ладони Дейдары начали сжимать и даже срывать траву. — А ещё дедушка любил покупать необычные конфеты, которые кроме него и Тоби больше никто не ел. И то Тоби они не всегда нравились… — от этих ответвлений у блондина началось дёргаться верхнее веко. — И эти конфеты сохранились у Тоби. Поэтому Тоби, как заботливый кохай, решил отдать самые лучшие конфеты. К этой коробке ещё никто не прикасался, хоть она дома у бабушки лежала лет шесть, наверное, а то и больше.       Все молчали. Это была ваша первая реакция. В какой-то момент вы могли услышать хохот Шисуи, который он тщательно старался скрыть рукой. До него, скорее всего, дошёл смысл всего этого абсурда самым первым. Далее уже ты подхватила его волну смеха. Конечно, ты не хотела в открытую смеяться над своим другом, особенно, когда с ним произошла не совсем приятная ситуация, но как бы ты не кусала нижнюю губу, твои плечи всё так же подрагивали от смеха. А потом уже и остальные начали подключаться и тихонько хихикать.       — У Тоби всегда всё стабильно, — проговорил один.       — Идиот, — проговорил другой. — Что с него взять-то?       — Дейдара, крепись, — посоветовали третьи.       Сам же вышеназванный долго смотрел на масочника, глазами гипнотизируя его спирально оранжевый предмет на лице. А затем, услышав эти смешки, его взгляд сразу сменился с недопонимая на злой. Его брови нахмурились, делая его глаза похожими на волчьи, зубы плотно сжались, а ногти впились в свои же ладони. Тоби почувствовал перемены в теле и ауре своего семпая, поэтому отпрыгнул от него немножко подальше и повернулся полубоком.       — Тоби… — медленно начал блондин.       — Что такое семпай? — масочник обеспокоено наклонил голову. Сейчас от Дейдары можно ожидать чего угодно, но далеко не спокойное поведение.       —…ты когда-нибудь летал с птицами? — на этот, казалось бы глупый вопрос, черноволосый отрицательно покачал головой. — Отлично, тогда готовься к полёту, юный Гагарин, хм! — не успел Тоби и пикнуть, как голубоглазый быстро вскочил с колен и побежал в его сторону. Бедняжке Тоби оставалось только бежать, чтобы Дейдара не смог его задушить или же отправить на очередной аттракцион на высоте. Там бы масочник точно потеряет сознание.       Смотря на эту погоню вы больше не могли сдерживаться и начали ржать с новой силой. Ты чуть ли со скамейки не навернулась, когда смеялась. Правда у тебя всё ещё было желание подойти и встать между ними, чтобы защитить последнего. Но с другой стороны, он сам решил так подшутить над вашим общим другом, так что нет ничего плохого в том, чтобы немного побегать от блондина. И посмотрев на ваше состояние, можно было с уверенностью заявить, что вам троим полегчало и не нужно звонить в скорую.

* * *

      — То есть, Вы хотите сказать, что пропуск потерялся сам собой, и Вы его не трогали? — спросил полицейский, смотря на пухленького продавца мороженого, на что он кивнул. — Неувязочка выходит…       Сейчас вагончик с мороженым окружили трое полицейских. Один допрашивал самого мороженщика, параллельно записывая что-то в блокноте, пока второй осматривал сам фургон на наличие билета или каких-то следов. А сам третий был никто иной, как Фугаку Учиха, который в этот момент разговаривал с настоящим Биллом Пиком.       — Я вам честно говорю, — сказал мороженщик. — Я его положил в ящик, который даже не закрывал, чтобы он у меня на виду был. Зачем мне красть билет самого Билла Пика? Тем более, что на этой бумажке был изображён он сам, точнее его фотография.       — Сам ты бумажка. Это был важный документ, — рычал себе под нос важная особа всего парка. — Он стоит больше, чем вся твоя суммарная зарплата в течение десяти лет. — После этих слов он перевёл взгляд на полицейского перед собой и, тяжко вздохнув, объяснил своё положение: — Вы меня поймите, я хотел, чтобы сотрудники парка могли доверять друг другу, как самому себе. А на практике оказалось, что перед важным мероприятием всё накрылось медным тазом. Завтра должна будет приехать делегация чтобы проверить как идёт мой бизнес и всё ли исправно работает. А без этого пропуска нас даже на порог парка не пропустят. И боюсь, что его полностью закроют…       — Господин Пик, сохраняйте спокойствие. Мы найдём Ваш пропуск, куда бы его не занесло ветром. — Пытался успокоить его Фугаку, используя ту самую формулировку, которую и сказал продавец мороженого, но из этого ничего не вышло: хозяин парка протянул вперёд руку, показывая, что не надо ничего говорить, параллельно покачивая головой из стороны в сторону.       «Что-то здесь не чисто, — начал мыслить главная «шишка» полиции. — Особенно меня напрягает та новость, что поблизости где-то гуляет Итачи с Шисуи. А если они видели произошедшее? Надеюсь, что нет. Иначе весь остаток вечера будут давать показания раз сто, пока остальные наслаждаются фестивалем. Эх, хоть бы в этот момент они ушли гулять в другое место…»       Не успел Учиха и додумать, как услышал возглас своего коллеги. А именно простое «нашёл!». Услышав это, двое служащих подошли к фургончику, где показалась голова самого молодого из присутствующих. Рамуши попал «под крыло» Фугаку чуть ли не сразу после окончания ВУЗа. Всего лишь прошло два года с его выпуска, а он уже в рядах «следователей», как вдохновлял себя он.       — Что там? Пропуск? — с радостными нотками спросил другой коллега, которому было за тридцать, почёсывая свою бородку. Он надеялся, что на этом их работа подойдёт к концу. Но к его несчастью, новость была другая, и она только сильнее запутает дело.       — Лучше, — проговорил тот, щипцами доставая с пола один русо-коричневый волос с пола. — Улику.       Все трое полицейских немного удивились. Хоть поблизости и не было камер видеонаблюдения, но продавщик мороженого уверял и божился, что от своего «прилавка» он вообще не отходил. Мужчины в форме обернулись на пухленького человека.       — Вы, гражданин, нам что-то недосказали? — спросил мужчина с бородой.       — Нет, что вы! — ответил он, дёргаясь так, будто поблизости от него грянул гром.       — И сюда, к Вам, никто не заходил? — продолжил Фугаку чужую мысль.       Мороженщик кивнул.       — Тогда откуда здесь посторонний волос? — поинтересовался третий полицейских с щипцами в руках, смотря на светлые волосы отвечающего.       На это тот рассеянно пожал плечами. Даже если бы его задержали, он бы всё равно не смог бы ответить на этот вопрос. За сегодняшний день он отчётливо помнил одну прекрасную деву, что одной своей улыбкой заставляла этого мужчину краснеть и теряться. И этот образ нежной и миниатюрной леди так въелся в его сознание, что он совсем и забыл, что вначале он встретил другую фигуру. Эта фигура растворилась, будто её и не было совсем, что давало подросткам огромное преимущество.       — Господа, — объявил Рамуши, щипцами положив волосы в специальный пакетик. — Походу наши ближайшие выходные отменяются.

* * *

      — Апчхи! — чихнула ты, тут же закрывая лицо руками. Что было немного странным, ведь ты не болела, а под носом нечего не могло вызвать такой «щекотливой» реакции. Значит, как говорят местные жители, тебя кто-то вспоминает.       — Хани-чан, Вы нас палите! — проговорил Тоби, тихонько шепча. Прямо сейчас вы прятались прямо на ветке дерева и внимательно следили за Хаку и Кимимаро.       У вас был просто прекрасная возможность за ними проследить: до самого вечера оставалось часа так три с половинкой, а остальные ушли в сторону горок. А если быть точным, то Конан отняла пропуск у Какузу, сославшись на то, что теперь она будет его «менеджером» и следить за порядком, поэтому все оживились и побежали на разные экстремальные аттракционы. Так вы успели побывать чуть ли не на каждом аттракционе, где получили много удовольствия и наслаждения.       Например, на «скучных чашках», как сказал Дейдара, именно он чуть ли и не вылетел за борт, когда Сасори резко повернул руль вправо. А сделал он это для того, чтобы блондин перестал бубнить у него под ухом о том, что лучше бы они этот аттракцион пропустили и что, вообще, он согласился сюда сесть только ради друга. А потом, когда Сасори ещё раз резко повернул руль влево, блондин уже слетел с чашки и начал кататься по центру пола аттракциона, который, к слову, тоже не стоял на месте. Вот так, вращаясь по всему «полю» и избегая других чашек с посетителями, Дейдара не просто прокатился, он и занялся скалолазаньем.       Или другой пример, над которым посмеялись почти все — лабиринт страха. Вы поделились на группы по два человека, чтобы каждый смог пройтись по нему. Некоторые персоны отказались, понимая, что не смогут туда даже ногой зайти. Вам с Тоби пришлось испытать адские мучения, чтобы заставить бедного Юки пойти внутрь и «пощекотать нервишки». Хаку пытался отвертеться как только мог, но Тоби решил принять следующий ход — уговорить присоединиться и Кимимаро.       Тоби пришлось наговорить такой лапши, что он сам начал в ней захлёбываться. Тоби говорил словно скороговорку, а как только Кагуя открывал рот, масочник ускорялся, боясь, что его перебьют и он потеряет мысль своей небылицы. Из всего такого монолога Кагуя понял, что Тоби очень хочет пойти в лабиринт страха, но он до смерти боится всего, что там может быть: начиная с того, что сверху могут резко опустить скелетов с петлёй на шее, заканчивая тем, что его могут резко схватить за ногу. А с тобой он идти не согласен, ведь, по его словам, ты бы сама испугалась первого гроба, и вы пулей выбежали бы отсюда, не пройдя и пяти метров.       Тяжко вздохнув, Кимимаро принял его предложение, хотя мысленно и закатил глаза. Чтобы вы понимали: Тоби выше Кимимаро на целую голову, ещё постарше его будет и намного сильнее, да и со здоровьем у Тоби особо никаких проблем не было. Ещё можно дополнить эти пункты фактом, что Кимимаро был тем самым одноклассником, у которого куча болячек и он часто пропускал школу. И вся эта картина показывала, как Тоби просит помощи у слабого. Хотя и самого масочника назвать сильным язык бы не повернулся.       — Все разбились по парам? — как воспитательница в детском саду, поинтересовалась Конан, смотря на тех, кто изъявил желание отправиться в этот лабиринт.       — Конечно! — за всех ответила ты и, приобняв Юки за локоть, обратилась к нему: — Правильно же говорю? — это уже ты спросила, чтобы понять его состояние.       — Да, — коротко и тихо ответил Юки, кивая головой.       Хитро улыбнувшись, ты незаметно переместила взгляд к Забузе, который изъявил желание пройти вместе с Кисаме по этому лабиринту. И твои действия контакта со Снежинкой не скрылись от взгляда баскетболиста. В его глазах там и читалось: «Не лапай то, что принадлежит не тебе».       В этот лабиринт страха вы заходили по очереди. Из-за чего вы и ждали, когда мужчина за кассой, смотря в монитор компьютера, кивнёт вам, чтобы заходили следующие, чтобы не мешать каждому получить гору эмоций. Но даже не заходя внутрь, вы слышали какие-то звуки: то что-то выстрелит, то музыку на фон включат, а иногда даже возгласы тех, кто был внутри. А так как выход из лабиринта был в задней части «здания», то логично, что вы не могли увидеть лица тех, кто только что прошёл это испытание.       В чём был плюс этого парка, так это в том, что помимо аттракционов, там стояли маленькие круглые постройки, которые напоминали на детский планетарий. В таких постройках люди могли открыть свою клубную комнату, например, и собираться единомышленниками. Но из-за его не совсем огромного размера и площади было понятно, что особо лабиринта там и не будет. Точнее от лабиринта там будет только одно название.       С каждым кивком мужчины за кассой, всё больше и больше одноклассников оказывались по ту сторону выхода, и вы с Тоби смотрели за тем, чтобы войти в лабиринт чуть ли не самыми последними. Конечно, это тоже было замыслом вашего плана. Хоть обстановка в этом лабиринте будет далеко не романтическая, но она должна сделать свой ход.       — Следующие, — проговорил мужчина, посмотрев на запись камер, когда Бива вместе с Итачи вышли оттуда.       — Кимимаро-кун, надо поторопиться! — проговорил масочник, начав прыгать возле зеленоглазика, придерживаясь за его плечи. — Тоби уже не терпится оказаться внутри!       — Эм… хорошо… — неловко проговорил Кагуя, глазами ища поддержки у лучшего друга, который стоял рядом с тобой и неловко улыбнулся в ответ. Этой улыбкой он показал, что сам не знает, что делать с этим вьюнком. Поэтому Кимимаро оставалось только вздохнуть и пойти ближе к входу в эти «страшные катакомбы».       — Ага, — увидел следующих желающих кассир. — Прошу вас, — пригласил он, на что Тоби энергично кивнул, и они, медленно подняв тёмные шторы с изображениями маленьких паучков, зашли внутрь.       Не прошло и десяти минут (а то и меньше), как вы, оставшиеся вчетвером, услышали протяжный крик Тоби, который заканчивался на «-ЛЕЕЕЕЕТ!!». Ты посмотрела на Хаку, который поглаживал свои ладони, успокаивая себя. А переместив взгляд на его губы, твоя теория подтвердились, ибо они что-то шептали. Но шептали настолько тихо, что если бы ты наклонилась к нему ближе, то всё равно не услышала бы. А его глаза смотрели в одну точку, не передвигаясь.       «Вот это он волнуется, — подумала ты. — Тут определённо надо действовать. Конечно бросать его сейчас — это будет очень подло. Но уверена, что крупное и сильное плечо Зубастика Мочалкина окажет ему более хорошую услугу надёжности и безопасности, чем я. — Успокаивала саму себя ты, придумывая кличку для баскетболиста, от чего немножко на душе стало смешно. — Мне, кстати, тоже бы не помешала такая услуга, — смотришь ты на спину Кисаме, который в этот момент что-то повествовал баскетболисту, пока тот поправлял свою белую маску. — И надеюсь, что я её получу, — подумав об этом, ты ещё и машинально скрестила пальцы за спиной. — Тьфу, блин! Не тот знак!» — после этого ты мысленно ударила себя по лбу.       — Хаку, скажи, а ты не будешь против, если мы поменяемся парами? — аккуратно спросила у него ты, говоря чуть ли не на ухо ему, чтобы не напугать его и вернуть с «Небес на Землю».       Хаку повернул голову в твою сторону, а потом в сторону оставшихся человек, а именно на Хошигаки и Мамочи.       — А что так? — задал логичный вопрос он, на что ты легонько прикусила губу. А вот красивую причину ты не придумала, хотя времени у тебя было предостаточно. Что ж, придётся тебе импровизировать на ходу…       — Ну, знаешь… Тоби так закричал, что аж я испугалась. А возле нас стоят двое сильных ребят, за которыми можно спрятаться и перевести дух. А ещё они оба спортсмены и, если что-то резко выскочит, они могут показать этим сотрудникам, где раки зимуют! — быстренько набросала ты такие причины, чтобы Хаку не подумал, что ты якобы хочешь от него свалить.       На несколько секунд Хаку задумался, в голове размышляя над твоим предложением. И, взвесив все «за» и «против» твоих аргументов, всё же пришёл к общему выводу и кивнул тебе, показывая своё согласие.       — Отлично, — проговорила ты, — а сейчас спрошу у них, — и после этих слов ты «поскакала» к двум парням, которые уже начали о чём-то спорить.       —…а я тебе говорю, что если бы «Барса» хотела бы, она бы смогла забить тот гол. Но эти испанцы… — услышала ты отрывок диалога между ними. Это смотрелось забавнее с учётом того, как Зубастик жестикулировал руками и говорил такие словечки, что могло попросту разлететься на мемчики в Интернете.       «Как всегда, у них всё стабильно», — пронеслось у тебя в мыслях. Подойдя к ним ещё ближе, ты кашлянула в кулак для привлечения внимания к своей персоне. Парни сразу же обернулись. Увидев тебя, у них отразились разные эмоции: если у баскетболиста это было недовольство и даже раздражение, что ты его перебила, то у Кисаме на лице появилась широкая улыбка, но своих острых зубов он решил не демонстрировать, и наклонил голову в бок, показывая, что заинтересовал в твоём приходе.       — Мы с Хаку тут посовещались и решили немного «махнуться», — ты показала кавычки при этом слове, — командами. То есть, я, например, пойду с тобой, Кисаме. А ты, Момочи, пойдёшь с Хаку. Ну как вам идея, нравится?       — Ну, я не против. — Чуть ли не сразу согласился Кисаме, а потом взглянул на своего товарища: — Если и тебя всё устраивает.       — Променял друга на девчонку? — проговорил Зубастик, прищуривая глаза, пока смотрел на тебя. — Но так уж и быть, мне не сложно.       С этими словами он, как ни в чём не бывало, отошёл от Кисаме и направился в сторону Хаку, даже не оборачиваясь. Сам длиноволосый юноша смотрел, как тот приближается к нему. Остановившись в нескольких метрах, Забуза лениво прояснил ситуацию, будто сам Юки не в курсе происходящего, пока ты могла только напрячь слух, чтобы услышать дальнейшее:       — Мы теперь в одной лодке. Ты же не против?       — Нет, всё хорошо, — ответил тот, улыбаясь.       От этой картины Момочи первый раз в жизни почувствовал так называемых «бабочек в животе». Он не мог оторвать взгляда от улыбки столь милого паренька. Ещё никогда каштановолосый не был так близок к нему. Серьёзно, он мог свободно протянуть руку вперёд и коснуться плеча этого мальчишки. До этого он мог лишь лицезреть его только на расстоянии не ближе, как минимум, двух человек.       Ты же в этот момент, увидя всё представление, медленно покачала головой, пока на твоём лице немножко поднялся один уголок губ.       — Эх, а ведь главное побурчать, как старая бабка на базаре, — оценила ты состояние влюблённого. — А сейчас стоит довольный…       — Что прости? — переспросил тебя Кисаме, поворачиваясь в твою сторону. Сейчас ты просто говорила сама с собой, и он мог только уловить мечтательно-приторные нотки.       — Да так, ничего… — проговорила ты, и чтобы быстрее ускользнуть от дальнейших вопросов, ты взяла этого парня за запястье и, увидев, что смотрящий за камерами кивнул, произнесла: — Мы следующие! — сказав это, ты начала приближаться к входу, а ему ничего не оставалось делать, кроме как идти за тобой.       Когда вы вошли внутрь этого «здания», ты немного разочаровалась. Вам сказали, что по маршруту вы должны идти только прямо, не сворачивая, за исключением некоторых случаев. Походу они предвидели панических клиентов, что могут завернуть не туда и спрятаться от страха так, что потом бы их всем коллективом бы с фонариками не отыскать.       — И что здесь может так напугать, если от нас даже ничего не требуется? — возмущалась вслух ты. — Если и испугаемся, то просто прибавляем ускорение и бежим вперёд. Разве это то, ради чего сюда стоит заходить?       — Хани, мы только зашли. Уверен, что дальше мы и поймём, что так сильно пугало остальных. Если ты, конечно же, не сбежишь на всех парах, — подколол Акуламен, посмеявшись со своей же шуточки.       — Ха-ха, очень смешно, — проговорила ты, иронично закатывая глаза. — Мы это ещё посмотрим, кто испугается больше всех!.. — уверенно сказала ты, по-дружески стукнув кулачком его по плечевой мышце.       А потом после этих слов резко из гроба выскочила кукла вампира с кривым носом и с бородавками, который помимо противного звука «бу-э!», ещё чуть ли не бросил в вас свои пластмассовые кишки из брюха.

* * *

      — Вот видишь, Кисаме. Тут нечего было бояться, — говорила ты, с заботой поглаживая его волосы, будто успокаивая. — Всего лишь пара кукол выпрыгнуло. Тут больше было эффекта неожиданности, чем страха. Так что всё хорошо, — ты начала поглаживать его щёку.       — Так я и не… — хотел было закончить свою мысль спортсмен, как ты его перебила.       — Ч-ш-ш, не стоит отрицать очевидное.       — Хорошо, как скажешь. — Согласился он, а потом выйдя из этого лабиринта прямо к одноклассникам, спросил: — Так когда, говоришь, тебя надо отпустить?       Все ваши одноклассники, когда увидели предстоящую картину, чуть ли пополам от смеха не согнулись. А некоторые умудрились почувствовать разжигающее чувство внутри. Дело в том, что сейчас Кисаме нёс тебя на своих руках, как спасённую принцессу, а ты в свою очередь крепко держала его за шею, боясь, что он тебя уронит.       Всё-таки в противовес своим словам лабиринт хорошо так произвёл на тебя впечатление. Причём такое, что ты больше не могла держаться за его руку или прятаться за спину, поэтому и прыгнула на него самого. Кисаме такого, честно говоря, вообще не ожидал. Но, что самое интересное, ему понравилось тебя так нести и изредка успокаивающе гладить тебя по пояснице. Возможно, что в этот момент он и почувствовал себя настоящим защитником.       — Скоро, — ответила ты, всё ещё прижимаясь к его шее. — Когда последние там всё пройдут, тогда я уж точно успокоюсь и приду в норму.       — Хорошо, как скажешь, — улыбаясь своими «акульями» зубами, проговорил Кисаме и немножко тебя подкинул, поменяв положения рук, чтобы поудобнее было тебя держать.       «Прямо как пушинка», — пролетело у него в мыслях. И вы продолжили ждать этих двоих, чтобы пройти дальше. Конечно, во время ожидания к вам подходили некоторые одноклассники и спрашивали твоё состояние, на что ты успокаивала их и заверяла, что всё с тобой в норме. Но свою «защиту» ты не отпускала.       Ну, а мы с вами что-то прервались… Так вот, сидите вы на двух ветках дерева, прячась в куче золотых листьев, и следите за двумя юношами. После лабиринта страха, что Кимимаро, что Хаку не особо хотели посетить ещё что-то, они предпочли сейчас просто прогуляться по парку, перевести дух и спокойно подышать свежим воздухом.       — Тоби, надо сделать всё аккуратно, — говорила ты. — Чтобы потом на нас не обиделись.       — Не волнуйся, Хани-чан. Удача на нашей с Вами стороне. Тоби не подведёт Вас! — сказав это, Тоби руку приложил к своему виску, отдавая тебе честь. Ты на это лишь улыбнулась и кивнула ему, давая сигнал, что пора действовать.       Вы тут же в миг стали серьёзными и спустились с дерева. Хотели вы, конечно же, спрыгнуть на землю так же эпично, как и человек-паук, но вышло очень даже не очень…       А именно, вы чуть ли не порвали свои штаны в области коленной чашечки (штаны спасли вас, ибо вы могли бы содрать кожу там же) и не упали лицом вниз, прямо на траву с почвой. К вашему счастью, единственный ущерб, который вы заработали — это испачканная одежда. Осмотрев друг на друга, вы мысленно пришли к одному мнению, что дома вам достанется за джинсы.       — Вот и пошли жертвы, — проговорил Тоби, пытаясь отряхнуть грязь с колен штанов.       — Без них никуда, — дополнила ты, повторяя движения за другом, но после выпрямилась, поставив руки в боки. — Ладно, вроде всё… Сойдёт, — оценила ты, махнув рукой на это грязное дело и переведя взгляд со своих колен на масочника. — Побежали? — риторический вопрос, который означал, что пора выполнить ваш финальный штрих. И ответ Тоби тебя не подвёл — он кивнул. Что ты любила в своём друге больше всего, так это то, что он всегда поддержит твои странные и даже абсурдные идеи.

* * *

      — Восточная группа, повторяю, Восточная группа, прошу собрать материал об парке «XXX». Повторяю: соберите всевозможный материал о парке, зарегистрированном на Билла Пика. Нам нужны материалы об сотрудниках парка, в том числе и об прошлых. Имя, фамилия, отзывы, адрес проживания и причина увольнения, если такова имеется. Повторяю: нам нужно как можно больше информации о сотрудниках. Всё. До связи.       Проговорив это в радио, полицейский с бородёнкой начал оглядываться по сторонам, почёсывая свой подбородок. Он, как и двое его коллег, был не очень-то и рад, что в такой прекрасный день им придётся распутывать это дело. А ведь их рабочий день мог закончиться немного раньше обычного из-за праздника. Хотя, кого он обманывал? Учиха Фугаку всё равно бы не отпустил его с рабочего поста. Как и разрешить отлынивать от работы.       Рамуши тем временем предлагал начать допрос сотрудников прямо сейчас, а не ждать, когда рабочий день закончится. Кстати, из-за этого события, парк должен был закрыть раньше, чем обычно. Как бы Биллу Пику не хотелось портить всем посетителям веселье, но это было необходимо.       Но ты то себя не вини. Ты же хотела сделать как можно лучше для своих друзей и всем вместе отдохнуть. И воспользовалась тем, что у Билла Пика полно рабочих, которые халатно и спустив рукава выполняли свою работу. Чего стоит только вспомнить мороженщика, который оставил пропуск на видном месте, не боясь, что он может с лёгкостью потеряться. К тому же этот пропуск будто бы кричал, чтобы его забрали. Или же людей за кассами, которые тоже послужили образованию длинных очередей.       Но, справедливости ради, стоит заметить, что не все сотрудники были такими неряхами.       Полицейские сначала думали, что им ничего больше не оставалось, кроме как ждать. Ждать вечера, чтобы закрыть парк и начать проводить полное расследование без вмешательства посторонних лиц. Ждать, когда их коллеги в офисе смогут найти хоть немного информации на первое время и перекинут всё им. Но тут им, как звезда с неба, выпала удача. А именно они обернулись на один посторонний голос, что разгуливал по территории, которую они сейчас и охраняли — маленькую деревянную лавку, где подавали жалобную книгу, чьи записи внимательно изучал Учиха.       — Как-то раз пошёл гулять я с иностранцем, — бубнил себе громкий мужской голос, — а он меня на деньги киданул, — пародировал он песню, которую вспомнил со своего детства. — Скотина образованная такая.       Именно эта персона и привлекла внимание полицейских, ведь он будто бы шёл прямо к ним, к этой «лавке жалоб». Но, увидев трёх мужчин в форме, развернулся на пятках и пытался уйти в другую сторону. Даже подпевать перестал. Внутреннее чутьё Фукагу подсказывало, что его стоит остановить.       — Постой! — это слово было зелёным сигналом светофора, чтобы рвануть со всех ног с этого места. Фугаку сам чуть отбежал от лавки, но в силу возраста, не мог погнаться за подростком. — Постой тебе говорят! — второй раз крикнул он и, увидев, что пацан побежал ещё быстрее, повернул голову к своему молодому коллеге, чтобы кивнуть.       Рамуши дважды повторять не пришлось, он быстро перепрыгнул через этот прилавок и побежал за пепельноволосым юношей. Как вы уже догадались, этим пепельноволосым подростком был Хидан.       — Зааадницааа! — прокричал Мацураси, когда обернулся через плечо и увидел, что этот полицейский не то чтобы почти догнал его, а дышал ему в затылок.

* * *

«Крест в жопе»

11:03

Хидан Мацураси: Прикинь, что нашёл: https://shizuka-na-ongaku-vupysk-2006/…

Какузу Анимиру:

Что это? Нет, уместней будет задать другой вопрос: нафига мне эта информация?

Хидан Мацураси: Ты даже ничего не понял 😒

Какузу Анимиру:

Почему же? Понял. Это выпускники музыкалки 2006 года. Там прямо так и написано сверху

Хидан Мацураси: Умничка. А теперь посмотри на список учеников. Кто среди них выделяется больше всего?

Какузу Анимиру:

Да никто. Они все друг на друга похожи

Хидан Мацураси: А если я обведу кое-кого? •••••• Вот так. А теперь?

Какузу Анимиру:

…ты серьёзно всё это откапал, чтобы показать мне нашего сенсея в прошлом?

Хидан Мацураси: Ага) Разве это не круто? Я, если честно, ожидал увидеть его прыщавое лицо или стиль эмо

Какузу Анимиру:

А в итоге прыщавое лицо у тебя

Хидан Мацураси: Эй! Между прочим мне это больших трудов стоило, чтобы откапать эту фотку. Ничего не хочешь мне сказать?

Какузу Анимиру:

Да. Верни мне моё время

Хидан Мацураси: Вот Гондурас!

18:49

Хидан Мацураси: Занят? Какузу! Я же вижу, что ты в сети!

Какузу Анимиру:

Ты отвлёк меня от тишины

Что хотел?

Хидан Мацураси: Короче…меня сейчас в бобик везут походу

Какузу Анимиру:

Всё-таки убедился, что ты обезьяна? Я тебе об этом давно говорил

Хидан Мацураси: Ой, как оригинально. Давно в глаз не получал? Мне не до тебя щас вообще, как и до твоих издёвок. Дело серьёзное

Какузу Анимиру:

Что там набедокурил?

Хидан Мацураси: Да подстава это чистой воды! Отошёл я значит от вас, чтобы прийти в себя нормально. Позже я выдвинулся на ваши поиски. В чате мне написали куда идти. Подхожу я, значит, к назначенному месту, а там менты сидят. Я давай со всех сил дёру, а они за мной. Вот сейчас везут меня в обезьянник. Там уже моему отцу позвонили, сказали, чтоб приехал и забрал мою тушку

Какузу Анимиру:

Прямо как животное, убежал от всех, чтобы зализать свои раны. Окей, а от меня ты что хочешь?

Хидан Мацураси: Хочу, чтобы ты ребят предупредил, чтобы они ноги из этого парка делали, а то их ещё найдут. Со мной один полицай, а в парке ещё два осталось

Какузу Анимиру:

А с каких это пор тебя волнуют другие? По-хорошему ты бы махнул рукой на это дело

Хидан Мацураси: Не важно.

Какузу Анимиру:

Ещё как важно. Объясняй давай

Хидан Мацураси: Скажу, но в другой раз. Не сейчас. Посмотрев на это сообщение, Какузу как-то странно хмыкнул и отключил своё мобильное устройство.       — Какузу, что-то случилось? — спросила у него помощница старосты, заметив смену его настроения.       — Всё нормально, — солгал тот. — Хидан сказал, что домой поехал, его то ли отец вызвал, то ли ещё что. В общем, дела появились       — Понятно. — Коротко проговорила синеволосая, но сама почувствовала что-то не так, будто он что-то умалчивает, специально недоговаривает. Она сделала вид, что поверила ему, хотя теперь следующие несколько секунд будет обдумывать это предложение и придумывать различные варианты возможных предположений.

* * *

      — Тоби, а можно к тебе нескромный вопрос? — начала ты, на что твой друг кивнул. Сейчас вы сидели на лавочке и ждали двух голубков, которые должны были прийти на это место с минуты на минуту. — Тебе тоже Хидан отправил такое странное сообщение? — после этих слов Тоби достал свой мобильник. Он не только посмотрел на экран блокировки, но и зашёл в месенджер. Вот только он не получил никаких новых сообщений.       — Нет, Тоби ничего не получил, — с этими словами он начал вертеть головой в разные стороны, а внутренне интересуясь, что же такого мог написать Хидан, что ты даже его подключила. — А что Хидан-сан написал чудесной Хани-чан? — ты же ничего не стала говорить, а просто показала ему переписку. — «Хани вали»… — прочитал он и свою правую руку положил на подбородок, кивая так, будто в голове у него появились некоторые мысли. — Тут определённо что-то не то… После обращения обязательно должна стоять запятая! — сказал он, приподнимая руку, чтобы покачать пальцем как напоминание.       От этих слов ты немного прыснула со смеху. Что-что, а вот серьёзность — это не про Тоби. Он мог в любой ситуации поднять тебе настроение и разрядить обстановку. И что ты не понимала, так это почему таким поведением Тоби умудрялся бесить других. Лично тебе это казалось чем-то милым и забавным. Но вашу идиллию нарушил голос Зубузы. А точнее его лесная ругань. Вы, если честно, не ожидали такого, поэтому подпрыгнули на месте.       — Ой, началось! — проговорил Тоби, прикрывая руками свой рот через маску.       — Встаём на позиции! — проговорила ты, и вы, кивнув друг другу, побежали прятаться в кусты за ближайшим укрытием. В ходе вашей реакции Тоби чуть ли не запутался в ногах, из-за чего чуть ли не упал на тебя.       — Ой! — крикнул он, но ты взяла его за запястье, и вы скрылись за ближайшее здание — маленькая кафешка «У дровосека».       И вот настал тот самый момент, когда двое парней подошли к назначенному месту, а в их руках была записка, которая гласила место встречи и время. Эту записку ты им дала в руки со словами, мол, тебе просили передать кое-что. А на вполне логичный вопрос «кто попросил?», ты указательный палец прижимала к губам и, тихонько шикнув, отвечала, что это секрет.       Так как Забуза был уверен в своей силе и понимал, что ты ему с Тоби ничего сделать не сможешь, то пришёл один, а вот Хаку пришёл вместе с Кимимаро. Но так было сначала. Сейчас беловолосый с ним рядом не стоял. Тогда где же он был?       Но это было уже не так важно. Что вас сейчас волновало больше всего, так эта данная парочка, которая стояла на расстоянии вытянутой руки. По их лицам было понятно, что они не ожидали такой встречи от слова совсем. Момочи, как и полагается цундере, с неким фырканьем отвернул голову в сторону, пока за маской у него появился румянец. Сам же Хаку сглотнул и потупил взгляд на землю. Он давно заметил, что у его одноклассника довольно колючий характер, но несмотря на это, он однажды спас его от разъярённых диких собак, а недавно в лабиринте так вообще глаза ему закрывал на некоторых скримерах.       — Тебя… Тоже сюда позвали?.. — вполне глупый вопрос от Забузы, но он не знал как по другому начать диалог. На этот вопрос Юки только кивнул. — Тоже эта заноза? — уточнил он, на что Хаку приподнял глаза, не понимая о ком он это так отозвался.       — Меня сюда позвала Хани-чан, — проговорил он. — Точнее, передала записку.       — Ну я про неё и говорил, — он пожал плечами и спрятал руки в карманы джинс, — этой засранке всё надо разузнать и везде нос свой сунуть.       В этот момент где-то за кафе можно было услышать твой голосок:       — Ты у меня сейчас получишь, — грозила ему ты, шипя. — Если бы я не лезла, то вы бы пошли на свидание спустя сто лет.       — Хани-чан! — Тоби быстро начал обнимать тебя со спины, боясь, что ты на эмоциях не выдержишь и выбежишь из укрытия прямо к ним, размахивая кулаком. — Пожалуйста, успокойтесь! Мы ведь типо героев, которые должны действовать анонимно!       — Я спокойна!.. — продолжая шипеть ты, выглядывая из укрытия. Причём выглядывала ты так беспалевно, что если бы эти двое, чьи лица украшал пунцовый румянец, обернулись, то они бы тут же могли узреть и тебя, и Тоби.       И такое вот «представление» не укрылось от пары зелёных глаз…       К вашему счастью, данная парочка не просто не видела вас, но и не услышала. Но Хаку всё равно встал в ступор, только из-за слов Момочи:       — Про неё?       На эти слова Забуза кивнул, пока Юки хотел поподробнее узнать причину такой ненависти. Он, конечно, понимал, что не каждый в мире человек должен тобой восхищаться, но вы с Забузой особо даже не пересекались. Серьёзно, самый длинный ваш разговор составлял две минуты. И это было потому что вас поставили в пару по английскому языку, и там нужно было построить диалог (к слову, ваш диалог был самый короткий из всех, не считая Хидана, который сразу объявил о своей неготовности к уроку). В голове у длинноволосого не было никаких мыслей, почему спортсмен ведёт себя так, будто ты обидела его младшую сестру.       Хотя это и могло быть оправданием: ты обидела его сестру, которой у него и не было никогда. От этих мыслей Хаку тяжко вздохнул и помотал головой. Тут должно быть более логическое объяснение. Хаку был внимательным юношей, поэтому от его взгляда не укрылось то, что в последнее время ты как-то задерживала взгляд на спине баскетболиста. Его мозг мог выдвинуть только одну версию, что Забуза тебе сделал что-то плохое и не хочет извиняться перед тобой. В таком случае Юки придётся разочароваться в его лице.       — Забуза-сан, — решил прямо спросить парнишка. — Почему вы так ненавидите Хани-чан?       Услышав этот вопрос другой юноша замер на месте, не зная, как и среагировать. А как только этот вопрос услышали вы, то тут же напряглись. Хоть вы оба и знали ответ на этот вопрос, но вам было интересно развитие дальнейших отношений между ними.       — Что? — сделал вид, что он не услышал. Ему было не совсем приятно разговаривать о причине его ревности, то есть, о тебе. И как любой гордый мальчишка, он не будет выкладывать все свои карты. — Ненавижу? Она… Просто понимаешь…       Пока спортсмен растягивал слова, придумывая, что бы такого сказать, чтобы это и было правдой, и его чувства не раскрыло, вы же смотрели на эту сцену выжидающе, чуть ли не отчитывая каждую секунду. И как только Забуза уже был готов дать не совсем чёткий ответ, вы со спины услышали следующее:       — Что вы тут делаете? — тихо и строго спросил посторонний голос. Тоби от страха чуть ли тебе на спину не прыгнул, когда ты чуть ли не выпрыгнула вперёд, из-за здания.       Мигом обернувшись, вы наткнулись на зелёные очи пепельноволосого подростка. Это был Кагуя Кимимаро, который был на чеку с самого начала и тихонько к вам подходил. Сколько он так стоял и вместе с вами следил за происходящим — знал только он сам. Но если отталкиваться от его вопроса, который он задал в такой напряжённый момент, то напрашивается вывод, что подошёл он к вам только что.       — Кимимаро, что ты так пугаешь? — прошипела ты и специально положила руку на сердце, намекая, что он очень сильно напугал.       На это парнишка даже не сразу ответил, очевидно, он ждал ответа на свой вопрос, так как задал его первый. А когда понял, что если он не ответит, то неизвестно сколько вы ещё простоите, выжидая ответы друг у друга, то вздохнул и решил перефразировать свой вопрос в виде обычного предложения:       — Люблю пугать всяких личностей, которые занимаются шпионажем, если не сталкерством… — проговорил он недовольным тоном, показывая, что даже если вы и расскажете ему всю правду, он продолжит присматривать за вами и следить за вашими фокусами.       — Ты всё не так понял, — начала заверять его ты, отрицательно махая ладошками. — На самом деле мы…       — Никакие мы не сталкеры! — Тоби это прохныкал таким голосом, что у вас двоих сложилось впечатление, что он заплакал. — Тоби с Хани-чан хотели быть героями! Хотели соединить два мальчишеских сердца! — сказав это, он поставил руки в боки и с укором указал на грудь беловолосого, чуть ли не тыкая в неё. — И нам с Хани-чан очень обидно за такие грязные слова. Тоби никогда бы не посмел копаться даже в вещах своего семпая! А Хани-чан так тем более, она ведь очень милая девушка.       После этих слов Тоби с обиженным хмыком скрестил руки на груди, а Кимимаро и не знал, что и сказать. Обдумав пару секунд всё изложенное обладателем оранжевой маски, он продолжил вас допытывать, прощупывая почву с опасностями для его лучшего друга.       — Вы ведь понимаете, что поступаете не совсем правильно? — проговорил Кимимаро, на что вы просто уставились на него, ожидая другого виденья всей ситуации: — Это было, как минимум не безопасно и подозрительно. Просто представьте картину, что к тебе Хани, — он повернулся в твою сторону и начал тебя отчитывать: — Как бы ты отреагировала, если бы к тебе подошёл тот же Кисаме и, ничего не объяснив, дал любой левый предмет.       — Ну, я бы… — хотела было сказать ты, как он тебя сразу же перебил.       — Сомневаюсь, что ты бы в припрыжку пошла неизвестно куда и неизвестно зачем только из-за того, что тебя об этом попросили. Далее, — он решил не останавливаться и завалить тебя обвинениями. Оно и понятно почему, он же волновался за своего друга. — Ты манипулировала чувствами этих двоих. Ты прекрасно знала, что Момочи-сан тебя недолюбливает и что он «пускает слюни», — он показал кавычки, пока свой взгляд не отводил с твоих глаз, — на нашего общего знакомого. По-твоему, это забавно, когда ты весь день нервировала его, постоянно контактируя с Хаку? А ты даже не постыдилась надавить на последнего! Прекрасно знала, что Хаку пойдёт по твоему указанию, если словом-другим обмолвить о Момочи-сане…       — Погоди, — в миг оживилась ты, перебивая его. — Это получается, что… — ты поворачиваешь голову в сторону Тоби, который находился в состоянии между сонным слушателем и смекалистым свидетелем. — Наша Снежинка тоже чувствует что-то к этому здоровому лбу? — от этих слов Кагуя ничего не смог ответить или как-то заткнуть вас, а вы улыбнулись во весь рот от этой новости.       — А-аллилуйя!! — пропел масочник, поднимая свои лапки вверх, подпрыгивая.       От радости он начал пританцовывать на месте. Ты тоже не могла сдержать своей радости, поэтому начала хлопать в ладошки, радуясь тому, что твой гениальный план приобрёл одни плюсы в двойной силе. Причём эта сила закрывает все недостатки.       Ты и подумать не могла, что у этих двоих оказывается всё взаимно, просто они оба боялись сделать первый шаг. Но им повезло, что ты не могла не пройти мимо (и немножко повредничать, дразня Зубастика). Кагуя был абсолютно прав, ведь смотрел всё с точки зрения постороннего человека, но вы уже всё сделали, а поворачивать время вспять, чтобы угодить ему, вы не умеете, не будете и не собираетесь.       В любом случае, вы сейчас очень радовались за этих двоих, а на недостатки вашего плана можно просто закрыть глаза. В конце концов, у вас всё будет впереди, и с опытом ваши планы будут всё лучше и лучше. А что разбавляло атмосферу, так это ничего непонимающий взгляд беловолосого, который метался с тебя на Тоби и обратно.       — А что произошло? — спросил он больше у самого себя, надеясь, что когда вы успокоитесь, то попытаетесь ему более менее объяснить ситуацию.

* * *

      — Хани, ты не хочешь ли нам объяснить почему мы пришли так рано к склону горы? — спросил у тебя Сасори, подходя к тебе вместе со своим другом со спины. Вы все решили разместиться на красивом, но не очень-то и ровном месте, чтобы посмотреть на фейерверк. Ваше место было удобным в том плане, что сзади вас был лес, а с боку целый квартал прилавков. А минус в том, что вам будут мешать фонари, из-за чего вы не сможете насладиться атмосферой вечернего салюта.       — М? — ты повернулась к нему лицом, дожёвывая своего кальмара, отчего Дейдара рассмеялся. Его смешило то, как ты пыталась за раз откусить половину головы бывшего моллюска, нынешнего хавчика. — Фто говориф? — переспросила ты с набитым ртом.       — Не важно, — сдался Сасори, понимая, что нет ничего страшного в том, что вы безграмотные люди, не знающие слова «пунктуация», из-за чего все вы вынуждены ждать два с половиной часа до начала салюта. Нет, он не будет на вас сейчас злится, он позже откусит вам головы. Одно его утешало, он может пройтись по прилавкам и найти что-то для себя и своих марионеток.       — Это хоть какой кальмар по счёту, хм? — заинтересовался Дейдара, ведь помнил, как ты остановилась в первый раз у лавочки с кальмарами и завораживала их взглядом.       Ты, продолжая жевать свою «рыбу» на палочке, сначала задумалась, будто вспоминая точное количество, а после пальцами показала римскую три. На твой жест блондин присвистнул.       — Вот это у тебя аппетит, — сказал он. На его слова ты кивнула, нисколечко не обижаясь, ибо ты с самого утра ничего не ела.       — Слабоватый, по сравнению с Тоби, — проговорила ты, когда наконец-то смогла откусить и проглотить тот огромный кусочек кальмара, оставив остальное мясо на палочке. — Он помимо четырёх кальмаров, семи данго, трёх тайяки и двух онигири, побежал пробовать вагаси. — От твоего перечисления челюсть Тсукури открылась так, что её пришлось закрывать кукольнику.       — Это очень некультурно, — прокомментировал красноволосый действия своего дружка.       Ты лишь тихонечко хмыкнула, ведь сейчас блондин напоминал тебе курьёзное удивление в мультиках и аниме. А когда он пришёл в себя, он помотал головой в стороны, будто возвращаясь назад, в реальность.       — Сколько, хм? — задал он риторический вопрос. — А у него харя не треснет? Или он по этой причине в маске ходит?       Вы с Сасори посмотрели друг на друга и покачали головами. Сасори из-за воспитания своего друга, а ты за слова в адрес Тоби.       — А если серьёзно, то это смешно. В столовку он не желает ходить, ибо там «еда для бесплатников не вкусная», зато всякой дряни обжирается до беспридела, ага. — Тсукури решил не останавливаться и дальше обсуждать аппетит своего кохая, скрестив руки на груди.       — Кстати, а вот и он, — проговорил Сасори, заметив сбоку движения высокой темноволосой фигуры. И действительно к вам подбежал Тоби, держа в руках пакетик с маленькими десертиками, которые были в виде цветов.        Тоби подошёл и приобнял тебя за плечо, прижимая ближе к себе. Он боялся, что стоило ему отойти за сладостями, как ты сама отойдёшь что-то посмотреть для себя и потеряешься. Ему сильно повезло, что ты была занята кальмаром, поэтому и не уходила никуда. Ты даже от этой лавки не отошла, будто готовясь взять ещё одну порцию. Но на самом деле ты просто ждала своего друга.       — Хани-чан, смотри какие сладости! — пропищал от радости Тоби, поднимая перед твоим лицом кулёк и потрясывая им. — Я специально взял двойную порцию, чтобы нам двоим досталось. Но хочу сказать, что они такие мелкие, что их вкус не сразу можно распробобать. — Повернув голову в сторону, он увидел как Сасори хотел было взять подрывника за локоть и оттащить отсюда, ближе к лавке с красками, пока сам блондин продолжал смотреть на масочника и тебя. — Семпаай! А вот и вы! — Тоби немножко отпрыгнул от тебя. — Ох, походу мой любимый семпай проголодался, — с этими словами масочник вставил руки в боки и, наклонив туловище вперёд, ближе к Тсукури, начал играть плечами, словно опытная цыганка на свадьбе. — Неужто семпай не насытился от дедушкиного монпасье? Это очень огорчает. Но не волнуйтесь, Тоби — хороший мальчик, поэтому он угостит семпая. Но только при одном условии, — хоть эти слова и так вызывали раздражения у голубоглазого, «заботливый» мальчик решил его добить, поэтому, выдвинув указательный палец, он произнёс: — Если только Тоби сам покормит семпая.       И для большего эффекта он свой указательный палец приложил к своей щеке, при этом покрутив ручкой. Он этого зрелища Дейдара лишь сжал челюсти со звуком «кац!», а потом отвернулся от него, бурча себе под нос, мол, ничего ему не нужно от масочника.       — Пошли, — обратился он уже к своему кариеглазому другу. — К твоим краскам, мне они бы тоже не помешали для кое-чего, хм!       Тоби сразу же напрягся после этих слов, поэтому отпрыгнул подальше от взрывной блондинки ближе к твоей спине, пока ты лишь смотрела в след Дейдаре, думая, что скрывается за этим загадочным «кое-чем». Если судить по реакции масочника, то это было что-то из разряда «страшного или неожиданного». В твою голову пришла только одна нереальная мысль, мол, неужто Дейдара найдёт специальную взрывающую глину и будет ей швыряться в Тоби?       «Да не, бред какой-то, — думала ты. — Если бы такая глина и существовала, то Дейдара бы просто взрывал учительский стол, а не прогуливал уроки. И не злился бы ни на что, предпочитая взрывать своих обидчиков. Тогда бы он был первым в списке на отчисление. Хотя вру… Первый был бы Хидан. Как бы Дейдарочка не старался, а равнодушие, невежество и импульсивность Мацураси ему не переплюнуть».       Акасуна напоследок посмотрел на масочника, а после закатил глаза, прошептав что-то тихо норовистому другу. Вы могли видеть только движение его губ, но никакие слова не долетели до вашего слуха. Можно было только предположить, что он сказать что-то наподобие  «опять ты за старое?».       Непонятно почему, но вы с Тоби провожали их взглядом до тех пор, пока они не скрылись за поворотом. Вы будто ожидали продолжения перепалки, но спокойный нрав Сасори этого бы ни за что не допустил. После вы медленно повернули голову в сторону друг друга и засмеялись.       На ваш минутный смех начали оборачиваться прохожие, будто проверяя в порядке ли вы и стоит ли вызывать полицию. Но ваше положение, а точнее то, что вам не отказывали ноги, вы держали в руках только еду и ваш смех не был похож на хохот гиен, каждый мимо проходящий решил, что вы — очередная молодёжь, которой только пошуметь и надо. И поэтому вас никто не стал беспокоить, а вы посмеялись в своё удовольствие.       — Но всё-таки попробуйте, Хани-чан, — проговорил Тоби, когда вы перестали смеяться, доставая из кулька одну сладость в виде персика для пробы.       — Спасибо, — поблагодарила ты и закинула эту сладость в рот. Ты помнила, что их вкус надо ещё постараться уловить, поэтому жевала медленно, хоть они и были «на зубок».       — Ну и как? — поинтересовался масочник, смотря на тебя. Сам он пока не попробовал ни одной штучки.       — Я почувствовала рис, фасоль и сахар… Но больше фасоль, нежели сахар, на котором решили сэкономить, — поделилась своим мнением ты.       Ты оторвалась от своих мыслей и посмотрела на парнишку, который уже вовсю жевал, находя подтверждение твоим словам. И когда он только успел незаметно закинуть их в рот так, что ты даже боковым зрением не увидела, что он приподнимает или отворачивает в сторону маску? Тут определённо было дело профессионального  ниндзя или волшебника.       — Вы правы, — согласился он. — Тоби любит большие сладости, эти он больше покупать не будет.       — Я пожалуй такой же отчёт дам своей сестре, — мысленно ты поставила галочку, чтобы в будущем вы обходили с сестрой эти сладости стороной.       Проходя по улочкам, вы заметили, что прилавки начинают закрываться, а люди постепенно начинают зажигать китайские фонарики, создавая атмосферу вечернего уюта. Это означало только одно — сейчас начнётся салют и официальное (скорее условное) завершение тёплых и летних деньков. Для вас это послужило зелёным знаком на светофоре, поэтому вы быстрее рванули, боясь пропустить всё на свете.       Добежали вы до вашего местечка достаточно быстро, на этой «полянке» стояли только трое: ново образовавшая парочка и пепельноволосый свидетель. Вам было неловко к ним подходить, но стоило только зеленоглазому вас встретить взглядом, как он тут же окликнул вас, подставляя. И вам больше ничего не оставалось, как подойти к ним. Мысленно вы уже готовились к неловкой тишине и прожигающим взглядам, но всё обошлось: Забуза с Юки всё также болтали, пока Кимимаро их слушал, изредка что-то дополняя.       Вскоре к вам начали подтягиваться и другие одноклассники. По скромной улыбке Сасори можно было понять, что он всё-таки нашёл те самые краски, которые идеально бы «сели» на его марионетки. А вот Дейдара ровно наоборот, не смог найти то, что так хотел. Но он не сильно отчаялся, ведь если не нашёл на таком вот рынке, то найдёт на просторах Интернета.       Конан, когда шла к вам, вся светилась. И не только она. На прилавках она нашла столько заколочек и шпилек, что не могла нарадоваться. Она даже нашла канзаши! Но как умная и грамотная девушка, она решила его не покупать, а сфотографировать, чтобы дома сделать похожее украшение, но в сто раз лучше. Сзади неё шёл Пейн, который всё это время только разглядывал прилавки и продаваемые товары, но самому ему ничего там не было нужно.       Итачи, как и Тоби, решил попробовать местное данго. И от него он был в восторге. Шисуи рядом с ним умилялся такой картине, ведь средний Учиха (как и его младший братец) был скуп на эмоции, а тут он как ребёнок радовался вкусности на палочке. Казалось, что ещё немножко и Итачи был готов растаять как желе в окружении своей любимой сладости. Сам же Шисуи прикупил только статуэтку будды, которую пообещал достать матери (так как прошлая разбилась).       Какузу даже желанием не горел идти в сторону прилавков. Его волшебная палочка-выручалочка в виде пропуска утратила свою актуальность при выходе из парка, поэтому он только закатил глаза, считая остальную часть торжества пустой тратой времени и денег. Поэтому он просто прислонился к ближайшему дереву и узнавал, как там обстоят дела у Хидана.       К слову с Хиданом всё обошлось. Пепельноволосый был уверен, что его отвезут в полицейский участок, где заставят его заполнять какую-то бумажную мутотень, как он выразился. Но статистика Какузу давно показала, что в если Хидан в чём-то уверен, то всё выходит ровно наоборот. И этот случай не был исключением: Хидана просто довезли до дома на служебной машине. Молодой полицейский возмущался на всю сложившуюся ситуацию, ведь был уверен, что пропускает самое интересное. А также он репетировал речь, которую стоит сказать отцу Хидана, чтобы тот всё понял и не волновался. По словам самого пепельноволосого за этими попытками было забавно наблюдать.       А последние кто присоединились к ребятам, это Кисаме Хошигаки и Джузо Бива. Эти ребята просто слонялись по прилавкам, ища что-то достойное их внимания. Хоть они ничего и не купили, но зато померились силами в автомате с боксёрской грушей, где пловец и поставил новый рекорд.       Вот так вы и собрались целым составом. Хоть вы все и отошли подальше от фонаря, чтобы вам не светило в глаза (эти фонари нужны были, чтобы освещать дорогу к горе, которые решили не отключать), но у вас над головами всё равно не было чистого ночного неба.       Но это не убило вашу праздничную атмосферу. Сейчас ваша атмосфера — это то, что вы все вместе выбрались и провели этот день. А что может быть лучше такого ощущения? («Деньги», — ответил бы Какузу).       — Три! — начали счёт все прибывшие люди на горе и вы, в том числе. — Два! — уже все напряглись, чтобы увидеть салют и подпрыгнуть от радости. — Один! — крикнули все, и наконец-то запустили по небу долгожданный  фейерверк. Везде раздавался громкий «бум!», а небо разукрасилось разными цветами: там был и жёлтый, и розовый, и зелёный, и красный с фиолетовым, были даже переливающие. Каждый человек смеялся, а кто-то умудрялся даже фоточки делать.       — Это… Прекрасно! — проговорил Тсукури, смахивая со своего глаза скупую мужскую слезу, довольным творчеством таких же ценителей, как и он.       — А всё-таки хорошо, что мы все выбрались, — проговорила синеволосая помощница старосты. — Надо почаще всем собираться и отдыхать, как ни как, но мы — один класс.       — Согласен, — подал голос, молчавший всё это время, Бива. — Я бы с удовольствием ещё куда-то выбрался с вами, даже если после этого мне придётся учить стих в одиннадцать часов… Вечера…       — Нам задавали учить стих?! — крикнули вы с Тоби и с шоком посмотрели друг на друга, пока другие начали угорать с вашей реакции.