Кто, если не он?

Гермиона мирно посапывала под убаюкивающие звуки дождя и огня в камине. Ей снился красочный сон с воспоминаниями о путешествиях. Такое редко бывает, обычно снятся кошмары, либо то, чего она так отчаянно желала и противилась одновременно, при чём с таким непристойным содержимым, что, проснувшись она вся заливалась краской, ругая своего бывшего учителя, за то, что опять потревожил её сознание и сердце. После выпуска из Хогвартса Гермиона быстро построила успешную карьеру в министерстве магии. Так ей было проще, работа помогала избавиться от навязчивых мыслей. Девушка добилась победы в борьбе за права домашних эльфов, затем решила попробовать себя в отделе магического правопорядка закапываясь в работу ещё больше. Она понимала, что отдалялась от друзей, встречалась с ними всё реже и даже на тех нечастых встречах едва находила темы для поддержания разговора. Ей было тяжело, они это видели, но никак не могли понять причину. Гарри объяснял это как раз таки чрезмерной нагрузкой на работе, Рон постоянно твердил, что ей просто не хватает мужика и, к её ужасу, был почти прав. Ей правда не хватает одного «мужика», его… Она не понимала, что будет дальше, с кем ей строить свою жизнь? Неужели единственным смыслом её существования будет работа?! Неужели она обречена всю жизнь тосковать по одному гадкому человеку? Быть может как раз таки смысл её жизни в том, чтобы делать вид, что вовсе не тоскует? Ведь этим она и занимается последние два года… Так же, как печально не было это признавать, Гермиона завидовала своим друзьям и чувствовала себя в компании их малышей и жен лишней. У Гарри такая счастливая семья. Рон после её отказа долго злился, не понимал, что пошло не так. Ведь он думал, что нравился ей, все так думали. Но Рональд быстро нашел выход как справиться с печалью, он загулял, что уже даже Гарри сбился сколько девушек болван успел сменить, но в итоге нашел свое счастье в лице Полумны. А ведь Гермиона пыталась построить отношения. Ей даже показалось что один магл и правда запал в душу, пока дело не дошло до спальни. Она убежала от него словно от пожирателя смерти, не понимая, что творит со своей жизнью. Он был красивым мужчиной, она пыталась что-то чувствовать к нему, прислушивалась к ощущениям, когда тот поглаживал её щёки или брал за руку, но ничего не было. А когда в порыве страсти мужчина каким-то образом раздел её и принялся блуждать по телу, его руки показались такими липкими и мерзкими словно до неё дотрагивался ненавистный Драко Малфой. Вот тогда-то их «отношениям» пришел конец. Раздался раскат грома, маленький кирпичный домик содрогнулся, из трубы раздался свист, пол заскрипел. Гермиона медленно раскрыла глаза понимая, что каким-то образом проснулась незаметно даже для самой себя и вновь рассуждает о своей несложившейся личной жизни. «Вечно мысли к одному сводятся, невероятно раздражает!» — подумала, кутаясь в плед и вставая с кресла. За окном виднелась поляна, деревья покачивались в разные стороны поддаваясь порывам ветра, в бочку и на грядки падали крупные капли дождя. За два года она добилась невероятных успехов в карьере, пыталась делать вид, что счастлива иногда встречаясь с друзьями, но в итоге не выдержала. Да, непобедимая Гермиона Грейнджер сдалась, ей необходим перерыв. Она продала дом, ушла в лес и была, наверное, отличным олицетворением какой нибудь сумасшедшей ведьмы в маггловской детской сказке. Но здесь ей было так комфортно, совершенно одной, она уже, кажется, смирилась со своей участью. Ей нравилось копошиться в огороде, собирать грибы и встречаться с лесными жителями. Нравилось украшать дом в разные времена года. Ей даже иногда кажется, что её дом — это крохотный кусочек Хогвартса. Она как-то непроизвольно создала похожую атмосферу магии и уюта. Конечно, ведь она скучала по стенам замка и красивым видам из окна. Скучала по школьным годам, большой библиотеке, зубрежки учебников. Всё это осталось в прошлом. Она могла бы навестить родные края, встречи одноклассников проводились каждый год иногда даже по два, а то и три раза. Минерва Макгонагалл скучала по ребятам, потому затевала такие встречи частенько, да и вообще активно зазывала самых близких иногда заглядывать к ней на чай, в том числе и Гермиону. Ей было очень трудно отказывать женщине, но ещё труднее было бы вновь его увидеть. Она бы не пережила. Она бы точно растеклась лужицей на месте от чувств, либо сгорела дотла от злости. «Мерлин неужели за два года чувства ничуть не притупились?» — с ужасом отметила Гермиона оседая на пол. «Как я могла допустить их! Допустить такую серьёзную ошибку…» — девушка готова была поддастся порыву и немного поплакать, ведь тут можно, никто не увидит её слабости. Кроме Живоглота, он в своей жизни многое повидал. Но планам не суждено было сбыться. По хлипкой деревянной двери застучали с такой силой, что та угрожающе треснула и готова была разлететься в щепки. Гермиона вскочила и инстинктивно притянула к себе палочку. Живоглот, спящий до этого на камине, спрятался под столом. Одним взмахом палочки она распахнула дрожащую дверь, перед этим отойдя на безопасное расстояние. Порыв ветра тут же захлестнул в дом холодные капли и прохладу. Она уставилась на огромные грязные ботинки и кофту, голова неизвестного не вписывалась в маленький дверной проём. Но Гермиона по одной только торчащей бороде и быть может ботинкам, догадывалась кто это был. Мужчина нагнулся, приветственно улыбаясь и подтверждая её догадки. — Хагрид!