На 20 лет назад

      Теперь он окончательно запутался, а все его надежды пошли прахом.        Такемичи знал, что мог бы просить Имауши о любой услуге, но чтобы выполнить просьбу, ему следует понять, только и всего. Но, как он раньше говорил, винить белобрысого в своем же проколе было не то, что не нужно — было бесполезно.

Что же ему все же нужно?

Что нужно сделать, чтобы спасти дорогих ему людей?

У него есть план?

Нет.

У него ничего нет.

      Чтобы будущее не изменилось, нужно предотвратить смерть Мэзэнори на поле боя, а после, как-то уговорить не менять его или просто убить девушку так, чтобы у последней не осталось возможности вернуться обратно, но он понятия не имел как это сделать.

Или ему так казалось?

      Очень часто он замечал странности в своей голове, будто он и правда жил в матрице.       Таблетки, которые неизменно появлялись на столе у него на кухне, после приема вызывали головокружение, и тогда в неком сне к нему приходил он же говоря о неком сне в котором он сейчас находится. Зачастую после этого появлялся Манджиро или кто-то другой из ребят, и беря за руку Такемичи, заставлял того просыпаться у себя же на кровати, некий чекпоинт. Это было странно.       Сейчас уже 11:00, таблетки уже давно ждали своей очереди на столе в маленькой кухне, раздался звук звонка телефона, на экране засветилось имя его друга. Шиничиро все же решил проверить как там его сбежавший приятель.        Но Ханагаки только отклонил звонок нажав на красную кнопку на дисплее, паралельно с этим заглатывая таблетку, отключаясь, падая на пол, обводя уже в последний раз силуэт комнаты.       И вот вновь, он открыл глаза на коленях своей "прошлой" копии, когда он был ещё желтоволосым блондином с наивными искрами в глазах. — Скорее, у тебя почти получилось, просыпайся!       Крикнула копия, протягивая собственную руку, дабы побыстрее поднять тело постарше с земли.       Ханагаки не отпускал, только сильнее сжимал чужую руку, делая темп собственного бега быстрее, с каждой секундой погружаясь все сильнее в темноту снов. — Такемичи, подожди!       Вновь этот голос, брюнет обернулся, за вторую свободную руку ухватился Манджиро, его любимый Манджиро, на лице которого неизменно сияла улыбка, последний названный только сильнее сжимал чужую конечность, вытягивая Ханагаки обратно, на свет. — Манджиро. — Пошли со мной, Мичи.       Сразу, невообразимо тихо ответил блондин в черной куртке Томана, небрежно накинутой поверх плеч. Такемичи ненадолго остановился, заставляя прошлого себя обратить внимание на то, что происходит позади. Увидев Майки, тот начал сильнее пытаться отвести взрослую копию, истерично что-то крича, но голубые глаза брюнета были прикованы к Сано младшему.       Слезы сами потекли по щекам Такемичи, и прекратить это никак нельзя. Тот попытался высвободить собственную руку из хватки Манджиро, но Сано только сильнее ухватился за руку брюнета.        К блондину Майки присоединились, и теперь в голубые глаза кудрявого брюнета смотрели две пары, почти одинаковых, черных омутов. — Шиничиро.       Прошептал Такемичи, на секунду застывая на месте, не желая верить в происходящее.

А ещё...

Эмма, Изана, Баджи, Доракен, Митцуя и Вака...

      Почти все дорогие ему люди пытались вернуть его обратно, просили поддаться сну и сомнениям.        Такие любимые, знакомые лица, были вместе, улыбались и звали назад.

— Это сон проснись! Не отступай!

      Последний шаг.

      Ханагаки ступил вперёд, тем самым отгоняя всех ребят куда-то далеко. Темнота с ног на голову укутала Такемичи, а хватка прошлого его на руке и вовсе пропала.        Он очутился посреди склада, повсюду лежали машины и осколки, на пару с телами людей в синих и белых одеждах. Идя куда-то вперёд, Такемичи присел на корточки, осматривая человека в белом, на спине была эмблема Черных Драконов, что немного насторожило Ханагаки, некоторое время вокруг было и правда пусто, а звуки напрочь отсутствовали, но стоило кудрявому брюнету обернуться, как голубые глаза увидели знакомые лица.       Возле другого Такемичи стоял Шиничиро. Он был весь в ссадинах, а на белой форме виднелись кровавые пятна. Вид Ханагаки, стоявшего рядом, был даже хуже. Лицо разбито, да так, что живое место увидеть нельзя было, поверх плеч была накинута такая же белая куртка, как и у Шина, похоже, владелец стоял рядом.       Вака прямо светился от счастья, все они что-то буйно кричали, направляясь к выходу из склада, громко крича речи и некие возгласы. Битва пошла в пользу Драконов, он победил. Глаза метнулись по округе, где-то в конце девушке Хираи помогал подняться её же брат, около которого, маленькими ураганчиками крутились Хайтани, следят за состоянием своего опекуна. Зелёные глаза девицы только нежно посмотрели в сторону другого Такемичи, кончики губ мимолётно совсем на секунду поднялись вверх. Похоже он нашёл способ.        Но Такемичи не мог понять, что происходит, аж пока один из людей не прошел насквозь него самого.

Сон.

Видение.

      Ему всегда казалось странно то, что он знал обо всем с самого начала, знал, что будет в следующую секунду, знал о плане Драконов даже не присутствуя на собрании, знал о симпатии Шина к себе, и знал уже сейчас о том, что случится в будущем.       Перед глазами всплыл тот зимний вечер рядом с Манджиро, разве не чудо? А ещё Хеллоуин?       Он сам все и придумал, и жил после по этому сценарию.       Он автор истории, истории, которую нарисовал в собственной голове. Но что-то мешает ему просто пройти сквозь белую пелену сомнений, страха и сна. Ему нужен проводник, хотя сейчас, похоже, младшая копия довела дело до конца, поэтому в этом нет нужды. — Его пульс пришел в норму, быстро подключите капельницу и введите лекарства. Он почти что очнулся.       Голубые глаза отворились. Всё, что он видел, был всего лишь белый потолок. Голова ужасно болела, а солнечный свет, который пробивался сквозь шторы, почему-то так непривычно резал глаза. Поднять руки, похоже, было сложнее, чем он думал, поэтому голубые глаза просто метнулись по запястьям.       Он был приклеен к капельнице, а сам находился в больнице. Рядом с ним в белом халате стоял мужчина средних лет, довольно молодой врач, парнишка только беззаботно улыбался смотря на недавно пришедшего в себя Такемичи. — Поздравляю.       Ханагаки перевел взгляд на врача, смотря прямо в карие глаза мужчины, как будто таким образом спрашивая того о чем-то. — Вы кто? Где я?       Ханагаки даже сам испугался того, насколько хриплым и грубым показался ему его же голос.       Врач только вздохнул, беря в руки небольшую тонкую папку, которая лежала все это время на столе. — Хаяси Акайо, ваш врач. Вы довольно продолжительное время лежали в коме...       Парень ненадолго затих вместе с Ханагаки листая и подыскивая что-то в папке, в конце только немного сверкая глазами. — Три года, с 2017.

— Где Манджиро?

      Тихо прохрипел Ханагаки, тем самым привлекая внимание к себе. — Черные Драконы, Шиничиро, Вака, Тосва. Что с ними?       Резко спросил брюнет. Хаяси только помотал головой со стороны в сторону, печально смотря в отчаянные голубые глаза оппонента. — На протяжении долгого времени ваш организм отвергал лекарство, которое мы 3 года без остановки внедряли вам. Из-за этого мозг мог начать проектировать некие галлюцинации, и, похоже, Манджиро и ещё кто-то это просто плод вашего воображения.       Ханагаки застыл, просто тупо смотря в сторону человека совсем рядом. Быть не может, все что он пережил — это просто сон ?

Не правда.

      Если так посмотреть, в его жизни слишком много сна. Все яркие моменты были во сне, а жизнь, он даже не помнил что происходило за его 26? Или уже 30 лет, во всяком случае, все это меркнет на фоне сказки, в которой он побывал.       Он перевел встревоженный взгляд голубых глаз на врача, который на это только многозначительно посмотрел на оппонента. — Возможно во время галлюцинации было что-то странное, какие-то знаки может?       Такемичи помотал головой, хотя сам вспомнил.       Таблетки, если бы не они, он бы так и не проснулся. Всё же, Ханагаки, несмотря на свой возраст, до сих пор совершает ошибки. — Могу ли я вернутся обратно?       Акайо только тяжело вздохнул, садясь на край койки. — Попробуйте пожить в реальности....