***
Тарталья ушёл по своим делам, они по своим. Люмин направлялась к Каменному лесу. Паймон всю дорогу нервно и будто второпях ела, а когда покончила с едой, то сказала: – А знаешь кого я нашла? Любопытно-о-о? – Не томи. – Я нашла младшего брата Чайльда! Он рассказал, что тайно пробрался на корабль, чтобы увидеться с братом и попросил никому не говорить, но тебе можно. Наверное? – После поручения обязательно найдём его, одному гулять небезопасно.***
Поручение было выполнено на ура, даже удалось познакомиться с Тевкром, братом предвестника, но есть нюанс: из-за одного случая пришлось задержаться на неопределённый срок в Ли Юэ. А свободное время путешественница решила не тратить впустую, а тренироваться. И не одной, а с Чайльдом. Он словно находился в Ли Юэ по той же причине... Люмин сбила Тарталью ветром. Она сильно вспотела, а такое редко бывает, что свидетельствовало о хорошей тренировке. Серебряный меч слегка касался горла: – Сдавайся. – ...Признаюсь, неплохая тренировка. А не боишься, что я запомню твои приёмы? Ай... Молчу-молчу, ха-ха. У их тренировок почти всегда был разный исход: то к горлу рыжего было приставлено острие меча, то на путешественницу будто бы торжествующе смотрели водяные клинки, едва ли не касаясь её, то они настолько уставали, что решались на ничью. В один из солнечных дней гавани, Люмин снова пришла на тренировку в назначенное место. Тартальи нигде не было и он не из тех, кто любит опаздывать. Пять минут прошло, потом десять. «Да где он пропадает, неужели что-то замышляет?» – нервно подумала светловолосая, легонько топая ногой. Оглянулась – никого издалека не видно. Может вообще не придёт? Стало темно. Кто-то закрыл ей глаза! Она пнула этого человека. Когда Люмин открыла глаза, то её взору предстал шокированный Чайльд. Но спустя мгновение он рассмеялся задорным хохотом: – Боевая ты наша! Хорошо хоть, что по одному месту не попала. – Никогда больше так не делай... И извини, это вышло случайно. Путешественница потёрла свою руку, не зная куда себя деть от стыда. Иногда её боевые рефлексы заходят слишком далеко. И вправду, а вдруг она бы ещё сильнее пнула, даже не хочется думать, что было бы. Рыжик мило улыбнулся, поправляя складки: – Всё в порядке, правда. А может сегодня не будем тренироваться? – Но тратить время на безделье... – Мы и не будем бездельничать, а кое-что поинтереснее. Люмин хмыкнула: «Только не предлагай чего-то странного»***
Тарталья долго вёл путешественницу. Кажется, именно в те места, которые она совсем не помнит. Это... Какие-то островки, берега, ведущие к морю? Ветер приносил морской запах, стаи чаек обустроились возле воды, выискивая что-нибудь съестное. Ещё немного прогулявшись, они уселись на прохладный песок. Чайльд взглянул на вечернее море: – Временами сижу здесь и любуюсь этим морем, закатом. И где-то там далеко холодная Снежная. Знаешь, у нас иногда настолько сильный снег, что даже на улицу не выйдешь, хах. Зато можно укутаться в плед, пить горячий чай и... Ох, слишком заболтался. – Нет, мне правда интересно. – Но у тебя грустный взгляд... От былой шутливости не осталось и следа, предвестник стал совсем серьёзным. Люмин не любила лишний разговаривать на тему семьи, но сейчас это было необходимо, так что вдохнув побольше воздуха, она рассказала про брата. Не слишком много, но вполне, чтобы понять её эмоции. Закончив, она замолчала. Лишь чайки иногда прерывали тишину своими криками. «Почему-то мне кажется, что я изменилась, моё поведение стало странное. То так радостно себя ощущаю рядом с Тартальей, то становится так неловко, что хочется провалиться под землю. А теперь и это, согласилась пойти, даже понятия не имея куда! Разве ж можно настолько доверять предвестникам? Так ещё и рассказала про брата. А вдруг всё зря, вдруг он всё это запоминает, чтобы потом одолеть? Если это так, то плохо дело...» Тепло. От внезапного тепла светловолосая поёжилась. Чайльд предпочёл ответ, который был лучше тысячи слов, а Люмин сильно нуждалась в объятиях. Возможно две, возможно четыре минуты они обнимались в тишине. Но для них казалось, что это никогда не закончится.***