Головная боль

      Только вернувшись домой, Катя и Аластор уснули прямо на полу. Демон устал из-за головной боли, а Катя просто уснула. Тележка, наполненная сладостями и чипсами слегка скрипела, но стояла рядом с кроватью.

***

      Когда на следующее утро Аластор проснулся, он снова заметил, что Кати не было рядом, а их награбленная тележка была наполовину пустой. Что произошло? Демон хотел подняться и пойти на кухню, но тут же упал обратно из-за усилившейся головной боли. Что такого произошло, что голова начала болеть настолько сильно, что темнело в глазах? Все прошлые приключения Аластор чувствовал себя как новенький и как будто голова у него и вовсе не болела. Предположением демона было то, что голова заболела из-за недостатка его магических сил и пребывания на Земле, на которой он никогда не был.       Тут неожиданно вернулась Катя.        — Аластор, ты проснулся? — она подошла к кровати и заметила демона, лежащего на ней с открытыми глазами.        — Да, привет. — как ни в чем не бывало, ответил он. Его больше интересовало собственное самочувствие, нежели какие-то странные сладости, но все же Аластор решил спросить о них, чтобы не вызывать подозрений у девочки. — А куда делось то, что мы своровали вчера?        — Там были шоколадки и напитки, — ответила Катя, подойдя к той тележке и прикоснувшись к ней. — Они могут растаять или испортиться без холодильника, поэтому вот…        — Понятно. — Аластор приподнялся на кровати, подложив подушку под голову. Так она болела меньше.       Катя принялась молча и с удовольствием разгребать оставшиеся сладости в тележке, что-то ставя на стол. Демон закрыл глаза и тоже ничего не говорил. Его голова как будто пульсировала каждую секунду и совсем не проходила… Но лучше перетерпеть боль, чем просить помощи у Кати. Почему великого и ужасного радио-демона останавливает какая-то жалкая головная боль? Стыд, позор, жалость, беспомощность… Аластор тихо зарычал.       Превозмогая желание шипеть от боли, он широко зевнул и потянулся, став наблюдать за девушкой.        — Так, это… Это на потом. Это тоже… — Катя складывала некоторые сладости в ящик.       Демон вспомнил о том, что Катя некоторое время была на кухне. Она скорее всего уже успела поесть. Аластор подумал, что у него совсем нет аппетита. Наверное, из-за головной боли. Хотя, ему было интересно наблюдать за тем, как Катя раскладывает сладости. Какие-то маленькие красивые коробочки, банки и пакеты, и еще несколько огромных банок с чипсами. Аластор не очень любил их, но по крайней мере они были не сладкие. Возможно, он все же решит их попробовать. Наверное.       Тут, неожиданно для Аластора, Катя взяла несколько пакетов и баночек со сладостями, две банки с чипсами, залезла на кровать и разложила это все перед демоном.       Катя открыла банку с чипсам и с улыбкой протянула ее к демону. Аластор выпрямил уши и… Очень сильно удивился этому. Она опять делилась с ним. Тем более тем, о чем он только что подумал.        — Бери. — сказала она, снова протянув.       Демон резким движением руки взял целую горсть чипсов, отвернулся и стал жадно есть. Катя тут же встала и ушла на кухню вместе с банкой. Аластор так и подумал — если бы он взял чипсы на пару секунд позже, то остался бы вообще без них, скорее всего… Катя просто взяла и без предупреждения унесла их… Она больше не даст ему чипсы?       Но Катя сразу же вернулась, только в ее руке была плошка с этими чипсами, а в другой руке была уже пустая банка. Аластор наклонил голову.        — В эту дурацкую банку рука не пролезает… — сказала она и поставила плошку с чипсами перед демоном. В этот раз Аластор уже более аккуратно взял несколько чипсинок, но все также жадно ел, как будто кто-нибудь вот-вот отнимет. Катя тоже принялась есть чипсы, но она не отнимала их у демона. — Слушай…       Тут она одной рукой потянулась к тому самому пактеу, в котором лежали те странные черные палки и штуки, похожие на улиток. Катя достала несколько «улиток» и протянула их демону. Аластор настороженно посмотрел на нее.        — Ты знаешь, что это? — спросила Катя, глянув на эти неизведанные вещи.        — Нет. — с подозрением ответил демон и съел еще пару чипсинок. А потом еще, и еще… А потом и вовсе взял всю плошку, отвернулся и стал есть, иногда косясь на Катю.        — Это лакрица, — продолжила девочка. — По идее это растение, из которого делают сладости… Но она очень вкусная! Попробуй, — и снова протянула ему.       Аластор с подозрением глянул на «черную улитку» в ее руке, а потом заметил, что Катя сама съела несколько таких же улиток поменьше, и с ней ничего не произошло. Катя выглядела довольной этой сладостью. Аластор аккуратно взял это нечто и съел. И снова по всему его телу прошло необычное ощущение… Эта «лакрица» правда была не такой приторной, как все сладости, и напомнила Аластору что-то до боли знакомое, только не понял что. Лакрица и не сладкая, и не кислая, ее вообще нельзя было никак описать. Демон облизнулся и залез головой в пакет, из которого Катя пару минут назад достала ее.        — Аластор? — как гром среди ясного неба прозвучало имя демона. От этого он дернулся, так и застыв головой в пакете. — Дай чипсики, пожалуйста.       Аластор поднял плечи и зашипел, еле выбравшись из пакета, потому что его рога застряли в нем. Вылезши, в его рту оказалась длинная лакричная палочка, которую он не собирался выплевывать. Демону показалась странной просьба Кати… По идее, это ведь она тогда захотела своровать еду, а Аластор лишь помог ей, и это ее чипсы. Вся еда принадлежит ей. А теперь, вместо того, чтобы забрать свою же еду, она вежливо просит у демона?.. Впервые в жизни к нему девушка относится с таким уважением и вежливостью…       Он, не глядя, отдал девочке плошку с чипсами, а сам доедал лакричную палочку.        — Спасибо. — сказала она и принялась есть.       Они оба снова замолчали. Аластор принялся за другие лакричные конфеты, не забывая оставить Кате совсем немного. Ну, как немного… Две большие палочки и пять улиток, наверное, ей хватит?        — Слушай… — тут Катя снова начала разговор. — Ты вчера предложил погулять… Если ты не передумал, мы можем пойти прямо сейчас… Ну, если ты конечно хочешь.        — Это мы возьмем с собой. — твердо ответил демон и завязал пакет с лакрицей, спрятав его за спину.        — И это тоже! — Катя с хитрой рожей пересыпала чипсы обратно в банку и тоже спрятала ее за спину. — Есть на природе — самое лучшее, что придумало человечество, ахах!

***

      Катя думала о том, куда на этот раз пойдет демон, но на ее удивление, он пошел на ту же площадку. К сожалению, сейчас там были дети… Но Аластора, кажется, это совсем не волновало. Он, как царь, сел на качели-паутинку, положил ногу на ногу, и стал есть взятые с собой чипсы, как будто ничего вокруг не происходило и он был только один тут. Катя сразу же залезла к нему и села рядом, иногда таская чипсики. Демон выглядел довольным, но его головная боль никуда не уходила… Было ощущение, что как только они вышли на улицу, боль стала только сильнее и невыносимее… Игнорировать ее было уже почти невозможно. Но Аластору не хотелось корчится от нее на улице, тем более когда вокруг было столько людей.        — Может, поиграем? — неожиданно спросила Катя, повернувшись к демону. Аластор тут же вспомнил, как они играли в прошлый раз в догонялки, и сразу посмотрел на небо, вспомнив, что тогда резко пошел дождь. Но на небе не было ни тучки. Наверное, поэтому здесь и было так много людей. Детей, в особенности.       Демон подумал, что, возможно, новая игра поможет ему отвлечься от головной боли, поэтому согласился. Друзья сложили всю еду в пакет и Аластор магией убрал его.        — Что за игра на этот раз? — спросил олень.        — Как насчет пряток? — в ответ спросила девочка.        — Хм-м… — демон осмотрелся в поисках места для пряток, и, кажется, приметил одно. — Идет.        — Только… Можно ты будешь прятаться, а я искать, ладно? Я ужасно прячусь… — Катя немного покачалась на ногах и опустила взгляд. — И… Одно еще условие есть.        — Какое? — Аластор наклонил голову.        — Мы будем играть только здесь. За пределы площадки не выходить, ладно? То есть, вот отсюда… На ту площадку и туда, — Катя показала в сторону площадки с красными шариками и торговый центр. — Не убегать. Хорошо?.. Точнее… — она улыбнулась хитрее. — Устраивает?        — Хм-м… — демон подумал, что правила были вполне справедливыми, да и он сам вряд ли сможет куда-нибудь далеко убежать, с его-то состоянием. — Да, вполне! Значит, ты ищешь? Отворачивайся и считай до-о… Ста! — и он ушел.       Катя молча повернулась к столбу, на котором висела одна из веревок качелей-паутинки, закрыла глаза руками и стала считать до ста, как и сказал демон.

***

      Аластор бежал и искал место, чтобы спрятаться… А это было довольно проблематично, учитывая его огромный рост. Да и в толпе затеряться олень не может, потому что она его сразу заметит. В корабле или на самой площадке Аластор не решился прятаться, потому что подумал, что Катя скорее всего первым делом пойдет проверять это место, тем более там много детей, которые будут громко орать и мешать.       Демон оглядел скамейки, под которыми тоже можно было бы спрятаться, если бы Аластор опять же не был таким ярким и высоким. Он попросту не влезет туда! А за пределы площадки нельзя было убегать… Он снова побежал, вдруг обратив внимание на одну из елок.       Это была та самая елка, на которую Аластор обратил внимание еще во время первой прогулки с Катей. Только все еще не мог понять, почему именно эта елка привлекла его — она совершенно не отличалась ничем от других, такая же зеленая и колючая, такая же большая, и также на ней лежал снег. Аластор встал под ней, опершись о ствол и пытался отдышаться… Очередная головная боль заставила его пошатнуться, а в глазах снова потемнело. Мир вокруг зашатался…       Демон встряхнулся и поднял голову. Катя все еще стояла на площадке и считала, значит, у него было еще немного времени. Из-за больной головы олень никак не мог ничего придумать, куда ему спрятаться, а тем более в таком состоянии…       У него остался только один план, поэтому Аластор сразу же приступил к его исполнению…

***

      Катя с хитрой рожей отправилась на поиски Аластора. Она думала о том, что может его выдать. Тем более, здесь не так много мест, где можно спрятаться в принципе, и не так много мест, где Аластор сам может спрятаться, с его-то ростом, опять же… И они договаривались, что прятаться за пределами площадки нельзя было, поэтому Катя решила обшарить каждое возможное место, где Аластор мог находиться.

***

      Демон тем временем уже сомневался в своем решении, стоя на колючей ветви елки и обнимая руками ствол. Да, Аластор решил спрятаться высоко на дереве, на этой самой елке. Почему? Потому, что Катя совершенно не догадается о таком месте. Отсюда видно все, и Катю в том числе. Ее ничтожные попытки найти Аластора на той площадке, как он и думал.       Из-за поднятия на такую высоту у Аластора закружилась голова и он снова пошатнулся, тем самым слегка сотрясая ветку елки, на которой он стоял. С нее упал снег. Все же, единственное, что выдавало демона даже в таком выигрышном месте — его цвет. Красный, конечно же, выделялся на фоне темно-зеленого и белого.       Аластор почувствовал, что сознание уходит от него, снова пошатнулся и случайно опустил руку, которой держался за ствол. Демон оступился. Ветки под ним зашумели и треснули. Олень полетел вниз, маша лапами, пытаясь вызвать ту красную дымку, чтобы остановиться, но из-за нехватки сил и своего самочувствия не мог…       Он с шумом грохнулся на землю, а если точнее, на те самые колючие ветки, которые проломились под ним. Холодные, грязные и колючие ветки, и, кажется, камни, которые уже давно лежали там, как будто специально. Демон попытался быстро встать, чтобы не привлекать внимания, а уж тем более, чтобы Катя не увидела, и как только Аластор схватился на ствол этой же елки, чтобы встать, тут же поскользнулся на льду, который оказался под снегом, и упал лицом в колючки, при этом еще и ободрав руку об твердый ствол дерева.       К сожалению, Катя это и видела, и слышала, поэтому буквально подлетела к демону.        — Аластор! — воскликнула она, давая другу руку. — Что с тобой случилось?! Ты что, с дерева упал?        — Это пустяки, дорогуша. — натянув улыбку, ответил Аластор, и даже не взял ее руку. Другую, ту, которая была ободрана и истекала кровью, он спокойно спрятал за спину. По всему его телу были царапины, колючки и прилипший снег с грязью. — Я всего лишь спрятался на дереве, дорогуш!        — Это значит, что я нашла тебя? — было видно, что Катя переживала за демона, но он не придал этому значения.        — Нет. Это значит, что я хорошо спрятался, и меня выдало какое-то глупое падение. Если бы эта глупая ветка не сломалась, — олень приложил руку к подбородку и задумался. — То я бы выиграл! Значит, я выиграл. Как всегда, я победил!        — Высоко… — Катя задрала голову, приложив руку ко лбу, потому что солнце чуть не ослепило ее. Дерево правда было очень высокое. Неужели, Аластор залез на эту елку только для того, чтобы выиграть? И упал с такой высоты…       У Аластора снова закружилась голова, он пошатнулся и оперся рукой об дерево, забыв, что эта самая рука сейчас была с открытой раной и сильно кровоточила. На стволе остался кровавый след, жидкость закапала на снег, а демон зашипел от боли, когда кора дерева разодрала его рану сильнее.        — О боже!!! — охнула Катя и кинулась к другу.       Демон тут же убрал эту руку за спину и улыбнулся шире, заметив непонимающий взгляд Кати.        — Не о чем беспокоиться, дорогуш! — сказал он. — Это обычная царапина… Я такие каждый день получаю.       Очередной приступ боли заставил демона согнуться и зажмуриться. Катя подскочила к нему и взяла под руку.        — Я жалок… — демон отдернул больную лапу. — Не трогай меня.        — Пойдем… — немного погладив его, сказала Катя, уже направляясь в сторону дома, но тут демон грубо выхватил свою лапу из ее руки от отскочил, зашипев. Колючки впились в волосы, уши, в хвост… они были повсюду…       Демон принялся вытаскивать их из себя. Ему хотелось рычать от досады и осознания того, что он выглядит жалко… Прыгает, пытается снять с себя эти иголки, всевозможно изгибается в попытках достать их со спины и из хвоста, но тут же разгибается обратно, потому что иголки впиваются ему в живот и шею… Жалкий и беспомощный. Катя смеется над ним? Улыбается? Он не видел этого, так как стоял к ней спиной. Хотелось завыть от досады и от боли…       Тут он внезапно ощутил прикосновение к своей незащищенной спине и тихо зашипел. Аластор замер в ожидании дальнейших действий Кати.        — Ты… Не можешь их вытащить, да?.. — в ее голосе послышалось… Сочувствие? Демон прищурился, а потом дернулся, когда девочка стала вытаскивать иголки из его спины одну за другой. Она что, опять помогает ему?.. Какой он жалкий… Разве сейчас это был великий и ужасный радио-демон, которого боится весь Ад? Который сейчас не может вытащить из себя обычные елочные иголки? Аластор действительно не мог их самостоятельно вытащить, а при помощи магии тем более — она просто перестала работать… Из-за головной боли, или боли, которую он чувствует сейчас? Или силы исчезают также, как уверенность радио-демона?       Пока он пребывал в раздумьях, Катя вытаскивала все иголки из его спины.        — Я… просто их вытащу… — тихо, как будто успокаивающе, сказала она, продолжая их вытаскивать. Аластор мелко задрожал, но это было почти незаметно. Почему она не собирается лапать его в таком состоянии, как все девушки, которые бы обязательно сделали это на его месте? Тем более, когда он был уязвим и слаб. От этих слов оленя передернуло и он громко рыкнул, в ответ на что Катя взяла его за руку… И продолжила доставать иголки.       Девушка заметила, что из штанов демона торчит тот красный хвост, и он тоже был весь в иголках…        — Оу, у тебя… Есть хвост? — удивленно, но при этом спокойно спросила Катя, так как уже знала о нем.       Аластор зашипел и повернулся к ней лицом, пытаясь спрятать хвост обратно, но из-за иголок ничего не получилось.        — С чего ты взяла?! — воскликнул он.        — Из него торчат иголки… — ответила девушка.        — И что?! — взорвался демон. Дурацкий хвост… Какое она вообще смеет его трогать?        — Надо вытащить иголки, — продолжала Катя. — тебе же больно…        — Я сам справлюсь. — огрызнулся он в ответ и все также безнадежно пытался вытащить эти проклятые иголки. Катя молча наблюдала за этим, а ее лицо было каменным.       Девочка, несмотря на приказ демона, все-таки дотронулась до его хвоста и стала вытаскивать иголки! Аластор громко зашипел и поднял плечи, уже собираясь накинуться на нее за такую дерзость, но тут же почувствовал, что боль из хвоста постепенно уходить. Катя… Просто вытаскивала иголки из хвоста?..

***

      Прошло несколько минут, пока Катя вытаскивала из Аластора иголки, но демон, кажется, уже потерял счет времени. Большая часть иголок была уже на земле. Остальные демон смог сам снять — с головы, живота, ушей и т.д. Без них он чувствовал себя гораздо лучше, но кровоточащая рана никуда не делась.       После того, как Катя выпрямилась и встала перед демоном, закончив вытаскивать злосчастные иглы, и хотела что-то сказать, демон широкими шагами направился в сторону дома. Ему не хотелось, чтобы кто-то на улице увидел его в таком виде… Катя побежала за ним, так ничего и не говоря. От широких шагов оленя, оставшиеся иголки на его ногах падали, оставляя за ним игольчатый след.       Аластор зашипел, когда прислонился кровоточащей рукой об грязную дверь подъезда, но все же этой же рукой придержал ее для Кати. Рана пульсировала, была грязной и истекала кровью…

***

      Они зашли домой. Как только Аластор пересек порог квартиры, Катя повела его в ванную, вытащив еще пару иголок. Демон присел на бортик ванны и снова принялся осматривать это помещение. Теперь он отчетливо видел те красные стены, которые привлекли его, красные полки, красный таз и даже полотенца… И корзинки для вещей тоже были красные! Но… Зачем она привела его сюда? В голове Аластора возникли не очень приятные мысли… Катя куда-то ушла, оставив дверь открытой. Аластор пялился на свою рану и пытался исцелить ее магией, но сил не было вообще. И очень больно, хотя он не хотел этого признавать.       Сознание снова стало уходить от него, но Катя тут же вернулась. В ее руках было что-то, похожее на белую ткань, и еще какая-то полу-прозрачная баночка с распылителем. Демон наклонил голову, осмотрев содержимое ее рук и прищурился.        — Это бинт, — Катя посмотрела на ту белую «тряпочку». — А это… Обеззараживает. — она кивнула на баночку. — Но… Твою рану надо сначала промыть.       Катя поставила эти штуки на стиральную машину рядом с демоном, а потом взяла какой-то странный шланг с плоским концом, который висел на серебристом столбе у стены. Девушка включила воду, и она тут же с шумом хлынула из этой штуковины. Аластор подскочил и зашипел.        — Что это за штука?! — прошипел он, закрывая больную руку второй.        — Это душ… — Катя передвинула на нем какую-то штуку, и вода перестала шуметь, выливаясь более мягкой и широкой струей. — Ты… Не знаешь, что это? В Аду такого нет?        — ХА! Нет! — Аластор засмеялся. — Думаешь, там кто-то вообще следит за гигиеной?        — Я вообще не знаю кто там за чем следит, — фыркнула девочка, взяла его за руку, на которой была рана, слегка опустила ее и начала промывать ее от грязи и кусочков коры. Аластор зашипел, отдернул руку и снова спрятал ее, но улыбка не сходила с его лица.       Катя медленно протянула к нему руку и взяла за лапу.        — Если ее не промыть, наносить это лекарство будет бесполезно… — сказала она и снова поднесла его руку к струе воды. Демон зашипел и только сжал ее руку, уже не отдергивая ее. Он зажмурился и дергал ушами, пока из его раны вытекали грязь и песок.       Аластор приоткрыл глаз и глянул на эту «шайбу». Этот странный душ снова напомнил ему о чем-то. В его время они были совсем другие… Если конечно вообще были. Наверное, из-за головной боли он уже не помнил, когда в последний раз видел что-то подобное. Но после того, как Катя промыла рану, он отметил, что чувствовал облегчение и не такую сильную боль, тем более, рука перестала так сильно пульсировать и гореть… Прохладно.       Тут Катя внезапно прекратила поливать его руку и выключила воду. Девушка заметила, что верхняя часть его перчатки была слегка порвана, возможно из-за колючих веток или после падения. Но это было не так важно. Взглядом, Катя проследила за линией раны, и поняла, что под перчаткой рука тоже была в крови, поэтому принялась аккуратно снимать с него перчатку.       Аластор сначала не заметил этого, а потом почувствовал, что прохладная вода льется уже на его ладонь, и зашипел. Он снова отдернул руку и спрятал ее, поняв, что перчатка вообще куда-то исчезла, хотя она лежала недалеко от него.        — Что ты себе позволяешь?! — спросил он. Если она сняла перчатку без его спроса, значит ли это, что потом она будет и штаны, простите, снимать? Хотя демон и посчитал эту мысль отвратительной, но все же правдоподобной, и заглянул в глаза Кати.       На удивление, девушка отдала ему перчатку.        — Твоя рана на ладони тоже… А перчатка порвалась, — сказала она. — Надо все тщательно промыть.       Олень заглянул в ее глаза и забрал перчатку. Она и правда была порвана. И рана действительно доходила до ладони… Наверное, это случилось, когда Аластор пытался зацепиться этой рукой за кору делала. Вот перчатка и порвалась…       Он с отвращением глянул на свою руку… Она была в ужасном состоянии — мало того, что она была в шрамах и в крови, так и состояние его ногтей оставляло желать лучшего. Именно поэтому он прятал свои руки от всех под темными перчатками. А сейчас он впервые их снял, тем более по такой глупой причине… Демон опустил уши и тихо зашипел, но тут снова ощутил прикосновение Кати, только… Что она делает?       Катя приставила свою руку к окровавленной руке демона. Аластор удивленно посмотрел на нее… Рука девушки была практически в таком же состоянии. Нет, у нее не было шрамов или крови, но ногти… Они были точно такие же. И она… Не стыдилась этого? Олень был ошарашен.        — Я всегда думал, что девушки ухаживают за своими ногтями. — сказал он.        — Пх, красят их, пилят, да? — с иронией прозвучал голос Кати. — Да и какая разница, как выглядят твои руки? Я же не глазею на них, а хочу тебе помочь. В таком случае это совершенно не важно… — и снова она принялась поливать его рану.       Аластору стало даже как-то… Неловко? Но он ничего не сказал.       Катя промыла его рану и выключила душ, принявшись вытирать его руку от воды. Демон не торопился одевать перчатку, тем более она была уже не такая красивая. Ее надо будет зашить… Но что Катя сделает дальше? Она взяла лекарство и начала брызгать на рану. Аластор тихо зашипел. Девушка обмотала бинтом его руку, завязала и… Поцеловала?!       Демон почувствовал еще более сильное облегчение и закрыл глаза. Из-за прошлой боли и этой «шикарной» прогулки он очень устал, и уже не соображал, что происходит вокруг. Аластор даже не одел перчатку… И… Просто уснул? Великий и ужасный демон из-за слабости просто взял и уснул на бортике в ванной. Катя сначала думала о том, что стоит его разбудить, но потом оставила эту идею. Наверное, он очень устал…       Катя посчитала, что ему будет не очень удобно спать в ванной, поэтому стала думать, как его перенести в комнату на мягкую кровать… Ей в голову пришла только одна идея — девушка взяла оленя на руки, положила его руки себе на плечи и понесла в комнату, не забыв прихватить его перчатку и бинт с лекарством, чтобы потом обработать еще раз. Аластор заурчал во сне и… Прижался? К девочке… Ему было тепло, и уже ничего не болело. На теле уже не было никаких противных колючек…       Девушка положила демона на кровать и накрыла пледом, положив рядом несколько подушек. Она оставила бинт, перчатку и банку на столе, взяла какие-то чипсы, легла рядом с Аластором и принялась их есть. Дабы скоротать время, она надела наушники и смотрела видео весь день, стараясь не мешать спящему демону хрустом вкусных чипсиков…