Остров Луны

Почему так жарко и чувствуется тяжесть на животе? Я приоткрыла один глаз, и яркий солнечный свет ослепил меня. Быстро зажмурилась и потянула одеяло на голову, но получилось с большим трудом. Под толстым ватным покрывалом смогла спокойно открыть глаза. Солнечные лучи совсем не проникают в мое тайное место, где вскоре перестало хватать воздуха, поэтому, скрепя сердцем, я резко откинула одеяло. Слегка прохладный свежий ветерок обдал лицо, и солнце снова заставило меня закрыть глаза. Черт. Забыла занавесить шторы и закрыть окно на ночь. Пересилила себя и приоткрыла оба глаза, пытаясь постепенно привыкнуть к свету. Когда смогла различать предметы, то поняла причину, отчего мне так жарко: я лежу не под одним, а двумя ватными зимними одеялами. И это-то летом! Сбоку послышалось шевеление и тяжесть на животе усилилась. Повернула голову на бок и столкнулась с хитрыми золотисто-ореховыми глазами, изучающими мое недовольное от яркого света лицо. Плутовская улыбка показалась на лице, и парень длинной рукой, которая все это время лежала на моем животе, притянул меня к себе, захватывая в плен из двух одеял и рук. − Ты открыл шторы? – недовольно пробурчала, глядя прямо в выступающий кадык. Утвердительный кивок и еле заметный смешок. Гад. – И окно? Он снова кивнул и сильнее прижал меня к себе руками. Я уткнулась носом в его шею и медленно выдохнула, разгоняя рой мурашек по его бледному телу. Он сильнее вжал меня в кровать рукой, а сам слегка навалился сверху. − Мне нечем дышать, пусти! – я начала брыкаться и пытаться скинуть с себя парня. Худой, а тяжелый! – Цукки, я не шучу! После минуты усердной борьбы сдалась, полностью расслабив свое тело. Под двумя одеялами, да еще под парнем, лежащем на мне, стало жарче, отчего слегка намокшие волосы прилипли ко лбу, а майка и шорты – к телу. Ну, я ему устрою! − Ты умерла? – Цукишима ткнул пальцем в одеяла, под которыми находилось мое тело, но я ничего не ощутила под таким слоем мягкой брони. – Эй, я знаю, что ты жива. − Слезь с меня или я за себя не отвечаю! – я брыкнула последний раз, и протянула, − Ну, Цукки… − Уже сдалась? Слабачка. Бархатный баритон с утренней хрипотцой резанул меня по уху, и парень оперся руками с двух сторон от меня, нависая над моим телом. Я, почувствовав свободу, скинула с себя одеяла и злобно посмотрела на блондина, смотрящего на меня сверху вниз и лукаво усмехающегося. Слабачка, значит… Кей сел на меня, сосредотачивая вес на ногах, упирая длинные, сильные руки мне в бедра. Я быстро выставила руки вперед и притянула блондина за футболку к себе. Парень, потерявший бдительность от своей маленькой победы, чуть не упал на меня, под самый конец уперевшись руками в мою подушку. Я жадно впилась в него губами, заводя в долгий поцелуй. Блондин на секунду растерялся, и вот он уже лежит на спине, а я, сидя на его бедрах, вожу руками под его футболкой, слегка царапая длинными ногтями его пресс, и оставляю поцелуи на его шее. Парень резко выдыхает и, схватив меня за талию, сильно сжимает ее: шея – самое слабое его место. Подаюсь слегка вперед, и Цукки рычит прямо в мои губы, завлекая в грубый и долгий поцелуй. Его руки медленно заходят под мою майку, а мой язык выводит незамысловатые узоры по его шее и скулах. Несильно кусаю, но знаю, что останется след. Парень еле заметно шипит, когда я сильнее надавливаю ногтями на его грудь, оставляя красные полосы. Какой изнеженный! В ответ Кей прикусывает мою нижнюю губу и слегка оттягивает, а потом хочет снять мешающую ему майку, но я ловко изворачиваюсь и встаю с кровати, оставляя блондина одного. Он сначала смотрит слегка растерянно, а потом натягивает свою фирменную ухмылочку и облизывает слегка распухшие от поцелуев губы, откидываясь назад и упираясь локтями на мягкую кровать. − Ладно, − он слегка наклонил голову набок и прищурил глаза, − один-один. Я победно улыбнулась, глядя сверху вниз на возбужденного парня, который прожигал меня потемневшими глазами. Прикусила нижнюю губу и, подмигнув вышла из комнаты, оставляя блондина одного. Скучать он явно не будет. − Что на завтрак? – парень довольный, как мартовский кот, появился на пороге кухни, опираясь рукой о стену. − Омлет. Кофе будешь? – спросила, мелко нарезая зелень. Кей оттолкнулся от стены и, дойдя до меня, уперся локтями в столешницу рядом с плитой, вытягивая длинные ноги на полкухни. Серые спортивки немного свисали с его бедер, оголяя часть плоского живота. Парень закрыл глаза и слегка задрал голову, давая возможность солнечным лучам осветить его невозмутимое и спокойное лицо. Поверить не могу, что мы можем вот так спокойно провести вместе выходной день. Из-за моей учебы и его волейбола мы видимся по большей части лишь в школе и изредка на его тренировках, где я всегда желанный гость. По вечерам нам хватает лишь сил, чтобы быстро сходить в душ и лечь спать. Ужин? О нет, такого слова в нашем словаре нет: его нужно еще приготовить, а после всех уроков и изнурительных тренировок хочется только бросить свои кости на любую горизонтальную поверхность. Сегодня наконец-то весь день в нашем распоряжении – у меня больше не осталось никаких домашних заданий, а у Цукки в спортивном зале ежемесячная проверка. − Что такая радостная? – даже не глядя на меня, спросил блондин и переступил с ноги на ногу. − Зачем ты укутал меня еще и своим одеялом? − Ты же вечно мерзнешь, а мне было жарко. Я нарезала все ингредиенты и пыталась достать сковородку, вот только было одно «но»: все, что мне было нужно для завершения приготовления завтрака находилось ровно в тех шкафчиках, где развалился Цукии. Я ткнула пальцем в его костлявое плечо, и парень соизволил одарить меня взглядом, причем таким, по которому стало понятно, что к плите я не подберусь точно. Ухмылка снова наползла на лицо, и Цукии опять закрыл глаза, вернув голову в прежнее положение. − Цукки, − я сложила руки на груди и наклонила голову набок. − Да? – невинно сказал парень, продолжая хитро улыбаться. Я закатила глаза и попыталась сдвинуть блондина с места хоть на миллиметр, но он даже не шелохнулся. Приложила еще больше сил в толчок, но и тут мимо. Немного поразмыслив, схватила за большую ладонь и потянула на себя. Конечно же, безрезультатно. Тогда я медленно стала подниматься по руке к плечу, разгоняя приятные мурашки по телу парня. Приблизилась, целуя в шею, щеку, уголок губ. − Сегодня этот способ больше не сработает, − сквозь легкий поцелуй усмехнулся Цукки. – Ты израсходовала свой шанс. Я встала между его ног и, обвив талию блондина, потянула на себя. Обошла с другой стороны и уперлась спиной в плечо. Снова ноль. − И это все, на что ты способна? – слегка приоткрыв правый глаз, с вызовом спросил Кей. − Сейчас сам готовить будешь, − я цокнула, отстранилась и угрожающе посмотрела на него, а потом кивнула на взбитые яйца. Видимо, перспектива остаться без завтрака в силу не очень выдающихся кулинарных способностей парня сыграла свою роль, и Цукишима поднял руки в капитуляции и пересел на широкий подоконник, примостившись между большими растениями-лопухами, которые нам кто-то подарил из его команды. Парень пристально следил за каждым моим движением, отчего косяки один за другим начали преследовать меня: то сковородка упадет, то кофе убежит, то газ не зажжется. − Хватит меня гипнотизировать, − медленно, почти по слогам проговорила я, когда тарелка с завтраком чуть не упала на кафельный пол. Цукки усмехнулся и, взяв свою тарелку и чашку с ароматным кофе, сел на свое место за круглый стеклянный стол. Мне пришло сообщение на телефон от одноклассницы, и я, внимательно засев в него, пошла к долгожданной тарелке с едой, но Кей выхватил средство связи, резко схватил меня за талию цепкими ручищами и усадил к себе на коленки. Парень уткнулся носом мне в шею и быстро выдохнул, опаляя горячим дыханием кожу, на которой после утра остались еле заметные отметины. − Это месть за утро? – я устроилась поудобнее и обняла его за шею. − Нет, − тихо усмехнулся он. – Это больше твой девиз. − Девиз? – я потянулась к своей тарелке и придвинула ее к себе. Наконец-то поем. − Да: «Наш девиз: мы победим – возбудим и не дадим». Я поперхнулась куском омлета и, смеясь, посмотрела на Кея. Мой девиз, конечно! Его прям можно проигнорировать, особенно когда этот парень смотрит вот так: с ноткой издевки, заботы и любви; особенно, когда он растягивается в своей неповторимой ухмылке, когда осыпает поцелуями все тело. Он всегда получает, что хочет. Даже сейчас, допивая этот кофе и внимательно изучая новостную «ленту» в моем телефоне, он выглядит неотразимо. Как у него это всегда получается даже не прикладывать для этого усилий? − Ты же так хотела есть, чего застыла? – он перевел взгляд с телефона на почти полную тарелку, а потом на меня. − Просто задумалась, − быстро начала есть, чтобы выгнать из головы мысли о Цукишиме, который заставляет сходить с ума от одного лишь его длинного и непотребного языка. − Ну, конечно, − он снова усмехнулся укусил меня за мочку уха. – А покраснела ты потому, что тебе просто стало жарко, − серьезно закивал, делая понимающий взгляд, но ох уж эта ухмылочка! − Да, − вскинула подбородок и вскочила с колен. – Собирайся уже, а то пока доедем, уже вечер будет. − И как тебе в голову могла прийти идея провести выходной в парке аттракционов? – проворчал парень, нехотя вставая и убирая тарелки в посудомоечную машину. – Больше всех же там будешь орать, что страшно. Закатила глаза и подскочила к Кею, обнимая его за талию. Парень пошатнулся и уперся бедрами в столешницу, опираясь на руки позади себя. От его белой футболки вкусно пахло кофе и запахом, который можно назвать «Цукишима Кей». Я подняла голову и столкнулась с его недовольным лицом, которое освещали лучи яркого летнего солнца. − Хватит вздыхать, − я засмеялась и, встав на носочки, уткнулась носом в его шею. Каланча. − Может, пойдем уже собираться, а то «пока доедем, вечер уже будет», − процитировал меня блондин, но все-таки обнял. − Цукки, в чем мне лучше пойти? – я разложила на белоснежных покрывалах джинсовые черные шорты с высокой посадкой, лазурный топ, белую футболку оверсайз, летнее легкое розовое платьице чуть выше колен и длинное голубое платье в пол. − Мне все равно, − он даже не посмотрел на мой репертуар, но поспешил добавить, когда я набрала больше воздуха в легкие, чтобы начать читать лекцию про выбор одежды. – Ты в любом наряде будешь красивой. Парень надел джинсовые черные шорты, которые почти висели на нем, и белую футболку, которая тоже казалась достаточно широкой. М-да, как же ему повезло с выбором одежды: намного легче выбирать из нескольких одинаковых белых футболок и пары джинсов и шорт. Устало выдохнула и снова посмотрела на разложенные на кровати вещи. Почувствовала теплые руки, скрепляющиеся в замок на моем животе и острый подбородок Цукишимы на моей макушке. Парень постоял так несколько секунд, а после вынес вердикт: − Длинное платье надевать очень глупо – точно не в парк аттракционов. Топ и розовое платье меня не устраивают… − Почему? – обиженно протянула я. − В них ты выглядишь слишком… заманчиво. Не хочу, чтобы кто-то другой смотрел на тебя. − Тогда тебе придется завязать глаза каждому в парке, − расплылась в улыбке и повернулась к парню лицом, сталкиваясь с его прищуром. − Нет, девушкам могу не завязывать, − потом кивнул на одежду. – Поэтому шорты и футболка. Я обернулась на вещи и поняла, что мы будем одеты практически одинаково. Еле заметно улыбнулась и в блаженстве закрыла глаза, наслаждаясь каждой секундой, пока сильные руки удерживали меня за талию, пока длинное худое тело отдавало мне свое тепло. − Что ты сегодня замираешь? – Цукишима убрал руки и сел на кровать, уперев руки на кровать чуть позади себя. − Выйди, я хочу переодеться, − убрала ненужную одежду в шкаф и собралась снимать домашнюю футболку, но увидела Кея на том же месте. – Я серьезно. − Знаешь, это очень несправедливо, − он сощурил глаза и коварно ухмыльнулся. – Я при тебе спокойно переодеваюсь, а ты при мне – нет. − Я просто знаю, что может быть в твоей голове, − еле стянула его с кровати и, толкая в спину, повела к двери. – А если ты захочешь это осуществить, мы точно к ночи приедем в парк, потому что отказать не-во-змо-жно, − захлопнула дверь прямо перед его ухмыляющейся моськой и передернула плечами. Как только услышала смешки и звук удаляющихся шагов, тихо прошептала: − Да я бы и не захотела отказать. − Странно, что людей не так много, − Цукки отдал только что купленный мне билет и кивнул в сторону входа. – Выходной, как никак. Я пожала плечами и почти в припрыжку направилась в парк аттракционов. Мы его мечтали посетить уже несколько месяцев. Ну, как мы… скорее всего, только я одна горела желанием провести выходной день в парке, а не дома, сидя перед экраном ноутбука или телевизора. Правда, несколько раз Цукишима сам спросил про этот парк, но потом просто перевел тему, что я обноюсь, пока туда не схожу. Хотя сейчас его глаза подозрительно горят интересом для человека, который не хотел идти сюда по собственному желанию. − Куда сначала пойдем? − он посмотрел на меня сверху вниз и засунул руки в карманы шорт. − В ларек с мороженным, − я сняла кепку и помахала на себя. М-да, сегодня действительно жарко – даже вздохнуть практически нечем. Вроде на вечер передавали дождь, но парит так, словно он пойдет прямо сейчас. Блондин, отыскав взглядом мою мечту в виде маленького киоска с охлаждающим десертом, направился прямо к цели, схватив меня за руку. − На какие аттракционы хочешь? – сидя на лавочке и мотая ногами, спросила я в перерывах между порциями фисташкового мороженного. − Не знаю, а ты? – вытирая с уголков моих губ остатки, задумался Цукки, а потом засел в телефон. − Давай начнем с классики? − Американские горки? Карусель? – он усмехнулся и посмотрел на мое задумчивое лицо. – Если что, я пошути… − Идет, пошли сначала на американские горки. Под цоканья и вздохи парня мы направились к нашим первым аттракционам на сегодняшний день. − Куда хочешь? – после получаса в парке спросил Цукишима, слегка потягиваясь на солнце, как кот. − Хочу в дом ужасов, − я воодушевленно захлопала в ладоши и счастливо посмотрела на парня. − Уверена? Если верить отзывам, там правда страшно. − Да-а-а, − протянула я и пошла по указателю к нужному месту, а Цукки поплелся за мной. – Хочу, чтоб прям страшно было, что аж до чертиков. А еще хочу, чтобы прям волосы встали дыбом! − А, то есть то, что ты каждое утро смотришься в зеркало, тебя уже не так пугает? Гад! Цокнула и ударила блондина в плечо, отчего тот засмеялся от души. Нечасто можно увидеть Кея беззаботно смеющимся. Сегодня, видимо, очень хороший день. «Тихое место». Именно так называется огромный черный деревянный дом с заколоченными окнами. Если честно, складывается такое ощущение, что именно над ним в любую погоду собираются тучи, дует ветер и начинается маленький ураган. Правда, жутко как-то. Пока нам говорили инструкцию, я держала Цукки за футболку и кивала каждый раз, когда милая девушка-администратор смотрела на меня. Мы подписали какие-то бумаги, в которых говорилось, что организация не несет ответственности ни за что. А что там может случиться такого? Как только мы зашли в этот темный дом, я схватила Цукишиму за руку и напряглась всем телом. Тихое место… как же! От такого количества скрежета, скрипов, звуков, шуршаний можно сойти с ума. Из стен то и дело лезли какие-то руки, ветки, которые цепляли меня за футболку. Конечно, не меня одну, еще и Цукки, но этот блондин шел, не обращая ни на что внимания. Вот это выдержка и крепкость нервов! Мы случайно спустились в подвал, и дверь за нами захлопнулась, оставляя тут одних, отрезанных от мира, света и других людей. Цукки нашел выключатель и зажег мерцающие лампы, от которых исходило нагнетающее гудение. − И что нам теперь делать? – я осталась стоять у глухой стены, с которой тонкими струйками стекала вода, и обхватывала себя руками за талию. − Надо найти какой-то ключ, − парень осматривал длинный стеллаж с грязными банками, в которых находились разные органы людей: глаза, уши, нос… чертовы муляжи! − Какой ключ? – передернувшись всем телом, тихо спросила я и заозиралась по сторонам, услышав тихий шорох за стеной. − Ты вообще слушала инструктаж? – он поднимал бумаги и рыскал в каждом ящике. −Н-нет, − запнулась я, когда в мою спину уперлось что-то острое из стены. Закрыв глаза, быстро отскочила и прижалась носом к груди Кея. Парень тихо усмехнулся и обнял меня, прижимая к своему теплом телу. Размеренный стук сердца, отдающийся у меня в голове, и родной аромат, распространяющийся по комнате, немного успокоили меня и, наконец оторвавшись от парня, я посмотрела на его улыбающиеся глаза. − Почему захотела пойти сюда, если даже фильм ужасов тебя не заставишь посмотреть? – он щелкнул меня по носу и глазами начал осматривать комнату. − Не знаю, просто захотелось… − Если хотела пообжиматься со мной, − блондин отпустил меня и, подойдя к пыльному железному столу, нашел тот самый заветный ржавый ключик, − могли остаться дома – больше пользы бы было. Он недвусмысленно подмигнул, открыл дверь, и я почти первая выскочила из этого «тихого» ада. Выйдя на свет божий и свежий воздух, схватилась рукой за сердце. Цукишима наигранно закатил глаза и, легонько толкая в спину, направил в сторону ларька со сладкой ватой. − Стой здесь, буду тебя реанимировать, − оставив меня в теньке, пошел к молодому пареньку-продавцу, который очень активно жевал жвачку и пританцовывал в такт музыке, играющей в наушниках. После спасения моего организма от пережитого стресса мы посетили несколько аттракционов, где я радовалась, как маленький ребенок, а Цукки вечно закатывал глаза, цокал и бубнил, что здесь как на утреннике в детском саду. Проведя уже больше полутора часов здесь, мы вышли на главную площадь в поисках чего-то подходящего. Кей быстро окинул взглядом весь репертуар и направился к самому страшному и одновременно завораживающему: высоченная башня, по кругу которой находились сиденья. Даже от входа было слышно, как люди истошно кричали на этом ужасе, а Цукки спокойно шел туда. Дойдя до входа, мы встали в очередь. − Как это работает? – тихо спросила я, глядя в пол. Мороз по коже даже если просто посмотреть на самый верх – голова кружится. − Мы садимся в кресла, поднимаемся на высоту тридцатиэтажного дома, задерживаемся там на несколько секунд, а потом резко падаем вниз, − буднично пояснил блондин, залипая в телефон. Съеденный за завтраком омлет медленно пошел к горлу назад, желая покинуть мое тело перед началом этого кошмара. Я бы с радостью тоже исчезла куда-нибудь. Интересно, а мой дух покинет меня, когда мы будем падать? − Трусиха, − беззлобно усмехнулся парень и притянул меня к себе для объятия. – Сама же хотела острых ощущений. Я вцепилась в его футболку и всеми фибрами своего тела просила уйти отсюда как можно дальше. Но, видимо, Кей решил игнорировать все мои мольбы, чтобы уйти куда-угодно, лишь бы подальше от этого места, поэтому вот мы уже садимся в кресла, нас страхуют, закрепляют ремнями, тросами и прочей ерундой. Цукишима сидит рядом и с еле заметной улыбкой сжимает мою руку, поглаживая большим пальцем, чтобы успокоить мое бешено колотящееся сердце. Простите, конечно, но это не поможет! Механизм запустили, и мы начали медленно подниматься. Черт. Вид открывается взору очень красивый: высотные стеклянные дома с одной стороны, море вдалеке с другой. В воде отражаются блики солнца, доходя даже до нас. Легкий ветерок пробежал по нам, даря свежесть и вызывая быстрый смешок. − Видишь, ничего страшного, − прошептал в самое ухо блондин и хитро улыбнулся. − Ага, конечно, − радостно улыбнулась и снова посмотрела на открывающийся вид: все, что внизу, уже стало как на ладони. – Это мы еще не спускались. Тут механизм остановился, мы замерли. Сердце почувствовало неладное и замолкло вместе с секундной тишиной. Кажется, все перестали дышать: облака были так близки, что протяни руку и достанешь, спокойствие и умиротворение от увиденной красоты природы захватило дух. Я тихо выдохнула, наслаждаясь прекрасным, как вдруг услышала скрежет машины, и быстро закрыла глаза, вжимаясь в кресло и наверняка протыкая кожу руки Цукки своими ногтями. Крик. Все органы внутри меня упали, наверное, даже под землю. Чувство падения и отчасти невесомости сводило с ума, будоражило и захватывало дух. Падение длилось несколько секунд, после чего все замолкло, давая прийти в себя. − Ну, как? – спросил Цукки, когда мы вышли за территорию этого аттракциона. − Было… захватывающе, − все, что смогла из себя выдавить я. – Это был первый раз в мире, когда душа покинула тело человека. Цукишима быстро поцеловал меня, еле заметно улыбнулся и, взяв меня за руку, повел в сторону больших качелей. Там точно можно прийти в себя после такого. По дороге мы увидели большую двухлитровую бутылку воды, оставленную на лавочке. Странно, особенно учитывая, что все очень чистоплотные и мусор просто так не оставляют. − Ты чего? – Кей легонько потянул меня на себя, но я не сдвинулась с места. − Бутылка просто стоит… − Хочешь присесть? – он подошел к пустой таре и протянул мне. − Только после тебя, − взяла и выкинула в стоящее рядом мусорное ведро. − Гриписовоец хренов, − усмехнулся блондин и повел дальше к качелям. Сев в самый край монотонно раскачивающейся машины, мы откинулись на спинки. Цукки положил руку мне на плечо, спокойно поглаживая, а я уложила голову на его плечо. С разных сторон до нас долетают крики, веселые возгласы и детский смех. − Тебе понравилось? – спросила я, устроив лицо под теплыми солнечными лучами. Тишина. Может, он уснул? − Да, − тихо ответил парень, глядя на лазурное и безоблачное небо. Тут зазвонил его телефон, и Кей, достав его, в миллионный раз за сегодня закатил глаза, и ответил на звонок. −Да. Выходной вообще-то. Слушай, это вы фанатики какие-то, я на это не подписывался. Отдых тоже нужен. Нет. Да, она рядом. Тебе привет от Ямагучи, − быстро глянув на меня, сказал Цукки, и ощущая мой кивок, ответил. – Тебе тоже. Не знаю, мы подумаем. Да, хорошо. Отключил и, громко выдохнув, откинулся на спинку качель и поджал губы. Какие мы недовольные! Вон, аж морщинки на лбу появились от напряжения. − На тренировку зовут? − Да, − он убрал телефон в карман и встал, грустно глядя на меня. − Тогда пошли, − я энергично вскочила и, схватив его руку, потянула к выходу. – Мы ведь успеем? − Ага, − удивившись моему боевому настрою, прошептал Цукки и, нагоняя меня, прижал к себе, уводя в долгий поцелуй, от которого ноги слегка подкосились.