Грязная Кровь

      Джарин поднимал трап, пока Джахи смотрел на содержимое одного из чемоданов, пробегая пальцами по кредитам.       — Это невероятно, Дин, мы богачи, ты понимаешь? Мы с тобой смогли это сделать, эт… — пребывая в восторге, он поднял свой взгляд, но обнаружил, что был одинок в своём ликовании.       Мужчина нахмурился и начал вставать, уже направляясь в кабину пилота, когда корабль плавно поднимался в воздух. Войдя в кабину, он обнаружил Дина, сидящего в кресле пилота, его правая рука сжимала рычаг тяги и казалось, словно всё его тело было напряжено. Корабль медленно поднимался в воздух, пролетая мимо дымящего вулкана, пепел лип к лобовому стеклу, но ему было всё равно. Дин видел перед своими глазами этот последний, молящий взгляд девушки…       «Хватит! Остановись, это не твоё дело ты выполнил работу, получил плату, теперь твоя задача спрятать ребёнка. Забота о нём должна быть превыше всего, нельзя идти на поводу у своих эмоций и желаний», — говорил себе мужчина, старался не вспоминать и дёрнулся в тот момент, когда малыш подошёл к нему, погладил по ноге, обращая его внимание на себя. Дин взял его на руки и смотрел в его глаза, ушки были опущены и слегка подрагивали при повороте головы. Малыш положил ему свою ладошку на руку, что-то лепеча зажмурился и сильно напрягся. В этот момент Джахи пытался что-то сказать Дину восторженным голосом, но он его не услышал. Он был словно в небольшом вакууме, его зрение и слух парализовало, в его голове всплыл образ девушки с повёрнутым к нему лицом, прикрытым фильтром для дыхания. Она прижалась к его лбу, и Дин услышал словно во сне, её далёкий голос:        « — Я бы тоже очень хотела этого, маленький, но это невозможно. Надеюсь, твой спутник сможет защищать тебя и дальше».       Стало грустно, тяжело и тоскливо, будто это была его боль, он чувствовал страх, отчаяние, разочарование и утрату. Видение ускользнуло от него, так же быстро, как и всплыло в его голове. Мужчина слышал обрывки фраз Джахи и, нахмурив брови, приоткрыв рот, был шокирован тем, что увидел. Вакуум прошёл, Дин чётко слышал, видел и чувствовал. Малыш слегка обмяк в его руках, но всё так же смотрел в его визор. Перебив болтовню Джахи, он встал и крепче сжал мелкого.       — Как? Как ты это сделал? — Дин не понимал как малышу удалось показать ему образ девушки, каким образом он услышал и почувствовал все эти эмоции. Чьи они были и почему вдруг, увиденное им заставило его душу сжаться, он почувствовал ответственность за то, что совершил. Глазки ребёнка закрывались, он засыпал в руках мандалорца. Положив малыша в люльку, он развернулся к Джахи и, перебив его болтовню, произнёс:       — Снимай джетпак.       — Что? — он был удивлён и разочарован, что Дин не слушал его.       — Я сказал, снимай джетпак, — Джарин протянул твёрдую руку открытой ладонью вверх.       — Дин, я не понимаю, что ты хочешь? — Джахи, отстегнул джетпак и вручил тяжёлый летающий ранец ему в руки. — Зачем он тебе?       — Держи корабль на орбите планеты, — он достал голосовой передатчик из нижней выдвижной полки панели управления. — Вот передатчик, держи при себе и не смей выключать его. Как только дам сигнал, спустишься за мной в указанную точку. Понял? — он уже спускался в грузовой отсек, как Джахи схватил его за локоть и развернул к себе.       — Дин, что ты собрался делать? — он бегал по его визору глазами и в этот момент в первые пожалел, что на них были шлемы. Он бы очень хотел заглянуть в глаза брату, чтобы понять, что он задумал. — О нет, нет, Дин, это самоубийство. Ты, что собираешься её забрать? — его голос задрожал.       — Нет, я собираюсь исправить ошибку, — твёрдо произнёс Дин.       Дин уже подходил к кодовому замку трапа, надевая джетпак за спину, цепляя его к своей броне, когда Джахи сказал ему серьёзным, насколько мог, голосом.       — У тебя уже есть один такой, с мишенью на спине, хочешь добавить в свою жизнь ещё одну? Может проще будет убить её и дать ей достойный отдых у Создателя? Или нарисуй мишень у себя на спине, Дин, чтобы когда охотники придут за ними они бы знали куда стрелять, — он уже перекрикивал шум ветра ворвавшегося в кабину после спуска трапа и видел, как Дин ещё неумело, но уверенно летел вниз. — Чёртов псих, ты слышишь? Мандо, ты чёртов псих Vod, — он мотал головой, цепляясь за тросы грузового отсека, нажимая на кнопку закрытия трапа и в полной тишине посылал проклятия на мандо’а в сторону Дина Джарина.

***

      Мужчина приземлился в дали от большого здания, больше похожего на базу Осколков Империи. Серое здание, окружённое кучей охраны, бластерные пушки, турели, ангар с боевыми машинами и транспортником.       «Один транспортник, среди кучи военных машин, она здесь. Вопрос остаётся за малым: как проникнуть в здание», — он думал, быстро просматривая тепловым визором здание, считая попутно количество охраны.       «По четыре человека на этаж, пять этажей и ещё снаружи около восемнадцати охранников с одной стороны и двенадцать с другой, м-да ещё и ангар, — он просматривал левое крыло здания и нашёл её. Судя по очертаниям теплового визора она была не одна. — Кто бы сомневался.»        Дин спускался осторожно, найдя в левом крыле лазейку для входа. Это был не защищённый, скорее не совсем хорошо охраняемый небольшой вход под вулканическими породами небольшой горы, к которой и было пристроено здание. Два охранника, проще не бывает. Он напал сверху в полёте на джетпаке, пристрелив сначала одного и прошиб коленом висок другого. Огляделся, проверяя наличие свидетелей сего момента, и убедившись, что свидетелей нет, он затащил тела в небольшую, больше похожую на пещеру, входную арку. У одного из охранников на поясе висел электронный пропуск в лифт, которым воспользовался и поднялся на нужный ему уровень.        Дин выглянул из кабины лифта, осторожно сканируя тепловым визором обстановку. Было тихо. Видел, что осталось преодолеть ещё пару коридоров, и он у цели. Двигаясь быстро и практически бесшумно, он без труда прошел два поворота, но, выходя из-за угла коридора, увидел идущего на него слугу, похожего на тех, кто взял у Катона пробирку с кровью девушки. Дин спрятался за стеной, был уже готов схватить и свернуть ему шею если придётся, но этого не случилось. Вместо этого слуга завернул в нужную ему комнату и, когда дверь открылась, он услышал голос:       — Не… может… быть… милая… Аврора… чтобы… тебе… не понравилась наша встреча, — голос Катона был слегка запыхавшимся, тяжелым, желающим.       Ответа не последовало, лишь голос прислужника прервал его пыхтения.       — Господин, вас ожидает господин Маркл. Он хотел бы обсудить с вами прибытие госпожи Авроры домой, на Агамар. И просил вас, не причинять…       — Заткнись, — его голос был грубым и жестоким. — Я буду делать с ней всё, что захочу. Можешь так и передать Марклу: я вернусь с ней в тот момент, когда она понесёт от меня, раньше это всё равно не имеет смысла, не так ли, любовь моя, — Катон произнёс последние слова с особой любовью и нежностью в голосе в тот же момент. — Отвечай мне Аврора, — закричал так громко, что его голос был слышен в коридоре, словно он стоял над ухом Дина.        Он посмотрел тепловым визором в направлении комнаты. Увиденное ужаснуло его: на высоком столе прикованная по рукам и ногам, полураздетая девушка лежала под Катоном. Он наклонился к ней, обхватив пальцами её лицо.       — Я сказал, отвечай мне, Аврора! — снова закричал в паре сантиметров от неё, и снова тишина.       Тыльной стороной ладони он ударил её по лицу, но ничего не произошло, словно она была не живая, но вздымающаяся грудь и наличие пульса говорили об обратном. Дин сжал кулак, готовый уже кинуться туда, и последствия его мало волновали. Сделав пол шага за угол, он остановился, продолжая наблюдать.       — Господин, если вы не ответите господину Марклу, он будет вынужден прибыть сюда и забрать госпожу Аврору лично, — слуга поклонился и хотел было уйти, но Катон остановил его.       — Понял, подожди, я скоро кончу, и мы пойдём, — он сделал пару сильных и грубых толчков в неё и с возгласом закончил, опираясь головой в её грудь. Дин видел, как выгнулось тело девушки, словно хотело оттолкнуть от себя мужчину, и услышал всхлип.       — Ты подала голос, милая, неужели, — голос Катона был насмешливым. — Ничего, скоро я буду наслаждаться тобой каждый день, и ты будешь кричать для меня, — он хлопнул её по бедру и заправил штаны, начал отстёгивать её от оков.       Встав трясущимися ногами на пол, она запахнула платье, в которое была одета, опустила голову закрывая лицо распущенными волосами, словно скрывая позор, в котором её уличили.       — Я никогда не буду кричать для тебя, Катон, ты будешь иметь безжизненную куклу каждый день и сколько бы боли ты мне не причинил, я не издам не звука, — её голос дрожал, но был твёрдым.        Мужчина развернулся и, схватив её за воротник платья, ударил ладонью по щекам. Звук был звонкий, её голова метнулась в право и влево, а затем, подняв на него лицо, она плюнула в него. Катон швырнул её в стену.       — Ты будешь делать то, что я скажу тебе, будешь подчиняться мне, когда я скажу тебе. Это, милая Аврора, неизбежность, как смена дня и ночи, как перемена времён года. Ты принадлежишь мне, моя милая сестра, хочешь ты того или нет, ты забеременеешь. Даже если мне придётся брать тебя силой снова и снова. Или может мне снова показать тебе твои любимые кошмары, чтобы ты стала более податливой? Подумай об этом милая, — он развернулся на пятках и вышел быстрым шагом в коридор, пропадая за поворотом, оставляя её лежать на полу.        Присев, девушка опёрлась на руки, содрогаясь всем телом. Дин забежал в комнату и увидел её, поднимающиеся на него, глаза, разбитые губы сочились кровью, тело дрожало и ладони сжались в кулаки при виде него.       — Ну что, охотник, тебе понравилось зрелище? — она спросила, чуть улыбнувшись, и даже с лёгкой обидой в голосе. — Зачем ты пришёл? Убедиться в правильности своего выбора? Или ты уже пожалел о том, что не убил меня? — девушка опустила глаза, поднимая руки к груди, чтобы натянуть разорванную в клочья горловину платья, откуда виднелась бледная, небольшая грудь с синяками на ней. Её запястья тоже обрамляли браслеты из кроваво-синих следов, вся она была избита и потрёпана. Мужчина подошёл к ней ближе и сняв свой плащ, накинул ей на плечи, натягивая его на неё и вкладывая его ей в руки.       — Идём, — сказал он ей, придерживая её за талию, поднимая на ноги. — Нужно уходить.       Аврора подняла на него глаза и схватилась за его предплечье левой рукой, оказавшись почти в его объятьях.       — Зачем ты это делаешь, охотник? — её серо-голубые глаза бегали по его визору.       — Я делаю то, что должен был сделать раньше, — ответил он, немного наклонив шлем к её лицу.       Дин выводил её по коридорам, чувствуя её усталость и тяжесть шага.       — Потерпи ещё немного, скоро всё закончится, — охотник услышал впереди шаги охраны, и быстро нырнул в соседнюю комнату, прижав её между собой и стеной. Дин смотрел через тепловой визор и слушал шаги. Повезло, что комната оказалась пустой, больше похожая на какой-то склад. Девушка прижалась к нему, он чувствовал, как она дрожит и чуть сильнее прижал её к себе, в попытке успокоить. Как только шаги стихли, они вышли и через пару мгновений уже были у лифта. Как вдруг за их спиной раздался голос.       — А я думал, что такая сумма заставит любого пойти против совести и поможет тебе, охотник, забыть о прекрасной девушке. Но видно я в тебе ошибся, — Катон стоял за их спинами с охраной, что окружила коридоры. Бежать было некуда, лифт был заблокирован, а впереди стеклянный тупик с выступом на ангар. Дин обернулся вполоборота, также держа Аврору позади, сильнее прижав её к себе.       — Я видел то, как ты дёрнулся в тот момент, когда я воткнул в неё шприц, мне понравилась эта реакция. Я бы даже сказал, она меня завела на мгновение, я слышал о тебе и думал, что ты более хладнокровный, что вид женских слёз не вызовет в тебе таких эмоций, — Катон ухмыльнулся, всматриваясь в его визор. — Честно говоря, между нами, я бы на твоём месте не стал так рисковать из-за неё. Я даже поступлю благородно и дам тебе возможность одуматься. Уйти живым, забыть всё, что здесь произошло, а Аврора вернётся ко мне, и каждый пойдёт своим путём.       После этих слов Дин, заслонил собой девушку, встал ровно, опустив шлем. Он не собирался соглашаться и уже просчитывал, сколько он успеет убить прежде, чем кто-либо прикоснётся к ней.       — Что ж, видимо такой расклад событий тебя не устраивает. Ну хорошо, убейте его, — он поднял руку вверх.       — Нет! — она вышла из-за его спины. — Остановись, это ничего не изменит, — Аврора смотрела в его визор, тогда как Дин даже не повернулся в её сторону. — Твоя смерть ничего не решит, — она схватила его за локоть обеими руками. — Уходи, ты должен защитить его, твоя смерть лишит его защиты, — мужчина повернулся, склонился к ней, если бы она могла видеть его глаза, возможно даже не удивилась бы тому, как они были расширены, как удивлённо и больно он смотрел на неё. — Ты должен вернутся к нему, слышишь?       Аврора повернулась к брату и громко произнесла:       — Катон! Обещай мне, если я пойду с тобой добровольно, ты отпустишь его.       Катон был шокирован её словами так же, как и Джарин. Она готова была согласиться на вечный плен ради того, чтобы он вернулся к малышу. Была готова лишится свободы воли, выбора, всего, что она имела за годы побега и вернуться к тому, чего боялась больше всего на свете.       — Обещай мне и я… я… — она закрыла глаза. — Я обещаю, что буду подчиняться тебе, — её голова опустилась и волосы закрыли лицо от Дина, он не мог видеть и понять, что она сейчас чувствует. Катон сузил глаза, легкая улыбка заиграла на его лице.       — Идёт, — он протянул руку, шагнув к ней на встречу. — Иди ко мне, Аврора.       Она сделал ровно один шаг, Дин схватил её за руку, но девушка повернулась к нему, поднялась на цыпочках, приближаясь лицом к его шлему.       — Другого выхода нет, — её голос дрожал от слёз и подкатившегося кома в горле. — Ты должен защитить дитя, — она опустилась, смотрела в его визор, убрала свою руку из его ослабевшей хватки, повернувшись в сторону брата, пошла к нему навстречу. Слёзы катились по её лицу, но не было ни звука. Аврора положила свою ладонь в руку Катона, он сжал её, дёрнув девушку к себе.       — Стреляйте, — крикнул Катон. Девушка видела, как охранники подняли оружие, и уже готовые были выстрелить.       — НЕТ! — девушка закричала, выставила руки вперед, уперевшись ему в грудь, оттолкнула Катона далеко в сторону стены. Он ударился, оставив за собой след разбитой стены и сыпавшейся краски, упал на пол и, кряхтя, приподнял голову. Он изумился тому, что увидел, его сестра стояла напротив него, откидывая его солдат лишь подняв перед собой руку, её глаза были ярко голубого цвета, светящаяся радужка и расширенный зрачок её глаз были направлены в сторону солдат. Она раскидывала их как кукол, откидывая их в разные стороны от себя, не давая ни шанса на выстрел. Когда почти рота солдат лежала без единого намёка на движение, Аврора опустила глаза на Катона и стала медленно подходить к нему, как в этот момент кто-то сбоку выстрелил в сторону Дина.       Глаза мандалорца расширились, он стоял как вкопанный, шокированный увиденным. Всё произошло за секунды и вот уже все, кто им угрожал, лежат в разных концах коридора, без движения. Он сделал короткий вдох и один шаг в сторону Авроры, как услышал выстрел, не успев среагировать, он увидел, что заряд бластера висел в воздухе. Словно маленькая стрела, застрявшая в невидимом барьере между ними. Дин посмотрел вперёд и увидел, как девушка, держала вытянутую руку, сжав тонкие пальцы, словно схватила этот красный луч, её глаза были ярко голубого цвета, то же свечение, что он видел ранее. Из её носа тонкой струйкой закапала кровь, она отшвырнула заряд в другую сторону от Дина. Рука упала вдоль тела, она обмякла, тряслась всем телом, почти падая на колени. Дин быстро подбежал к ней, поймал её, девушка, хватаясь за его плечи, пыталась встать.       — Идём, — он взял её на руки, быстро побежал в сторону стеклянного тупика, разбитое стекло от отброшенного ею заряда, открывало им путь в ангар. Дин включил джетпак и улетел в сторону склона, через ангар в открытые ворота.

***

      Было холодно, девушка дрожала под одеялом, лежа на койке. Её ресницы затрепетали, когда она открыла глаза и взор окутала лёгкая тьма закрытой каюты. Попыталась двинутся, но острая боль пронзила её тело, болело всё. Было больно даже вдохнуть полной грудью, девушка застонала, не в силах даже двигать пальцем. Через несколько минут открылась дверь каюты, тусклый свет упал на её лицо и глаза закрылись от боли. Немного прищурив их, она увидела Дина, стоящего над ней со слегка наклонённой вниз головой.       — Проснулась? Как ты себя чувствуешь? — его голос через модулятор показался ей тихим и немного обеспокоенным.       — Больно, и очень хочется пить, — прошептала Аврора и удивилась своему охрипшему голосу, устало прикрывая глаза. — Можно мне стакан воды?       Когда она посмотрела в проём двери снова, там уже никого не было. Закрыв глаза, ощутила, тяжесть своих органов, казалось, все они ныли в её теле и рвали на части одновременно. Девушка почувствовала, как под её ногами проминается одеяло, и кто-то тяжёлый сел на койку.       — Можешь дать мне руку? — снова голос через модулятор.       Она открыла глаза, мужчина сидел рядом, протягивая свою руку в перчатке ей. Усилием воли и остатков сил, она вытащила её из-под одеяла, покрылась гусиной кожей от холода. Дин взял её ладонь, почувствовал, как она дрожит. Слегка сжав пальцы, он отпустил руку, придвинулся ближе, чуть прилёг рядом, просунул руку под её спину, осторожно приподнимая её сантиметр за сантиметром пока она не села, облокотившись на него. Поёжившись от холода бескара на спине, девушка вдохнула воздух, тут же застонала от боли. Мужчина слегка ослабил давление на её спину, потянул за край одеяла, укрыв её так, чтобы холод от бескара не доставлял дискомфорта. Аврора с благодарностью кивнула ему, полностью облокотившись на его грудь, попыталась сесть поудобнее. Боль была ужасной, казалось, что ей не хватит сил вытерпеть это. Он поднёс стакан к её губам, держа его для неё.       — Пей, — прислонил его, она сделала глоток, потом ещё один более жадный. Вода была с привкусом крови, видимо её разбитые губы ещё не затянулись коркой или щёки были разбиты изнутри от удара об зубы. Отстранившись от стакана, она облизала губы и положила голову ему на плечо, тяжело дыша.       — Всё тело так болит… Я ничего не помню с момента взлёта на джетпаке. Что произошло, скажи мне, пожалуйста. — голос стал более чётким, но был искажён болью на вдохе.       — Я сделал тебе несколько уколов бакты, обработал тебя антисептиком и бакто-спреем. Видимо она ещё не подействовала, это было несколько минут назад, мы только прыгнули в гиперпространство. Ты ничего не пропустила, просто отключилась ненадолго. Я подумал тебе нужно отдохнуть и оставил тебя здесь, — модулятор искажал его голос и казалось, что он почти шепчет ей всё это в ухо. — Тебе лучше поспать, а как только мы приземлимся на планету я тебя разбужу.       — Куда мы летим? — голос девушки был взволнованный и даже чуть дёрганный.       — Не волнуйся, мы летим на Биммиель, это тихое место, там мы сможем укрыться на какое-то время. А теперь отдохни, скоро бакта подействует и боль отступит. Сон лучшее лекарство, — он начал укладывать её, осторожно укрывая одеялом. Отступив от койки, подошёл к ящикам с провизией, что купил Джахи, он нашёл ещё одно одеяло и накинув на неё сверху, закрыл дверь каюты.        Дин стоял, ещё пару минут не меньше. Её запах даже с медным оттенком крови, проникал через фильтры его шлема, он жадно вдыхал его и хмурился. Сжимал руки в перчатках и, казалось, чувствует свои ногти на ладонях. У него не было времени думать, тогда он действовал согласно своим инстинктам. Особенно после её слов о том, что он должен защищать ребёнка. Дин стоял с тяжело окутавшими его мыслями, проматывал всё, что увидел и услышал, и в этот момент он поймал себя на мысли о том, что всё что он сделал было неправильным. Всё, что он делает сейчас в этот момент, утопая в её запахе под шлемом, неправильно.       «А, что тогда правильно, Дин Джарин? Что тебе нужно было сделать? Оставить её там и улететь, тогда зачем ты отправился спасать её? Зачем притащил на корабль, заботился о ней последние пятнадцать минут, обрабатывал антисептиком каждый сантиметр её кожи, где были синяки и раны. Зачем так беспокоился о ней, держа её на руках словно самое хрупкое существо в галактике? Ради чего, Дин Джарин?» — он поднял глаза под шлемом, смотря на закрытую дверь каюты, потянул руку к ней, но остановился.       — Я не могу, — произнёс он тихо, с ноткой грусти, и с разворота ушёл в кабину пилота, встретив по пути Джахи, стоящего у дверей кабины.       — Gar cuiyr ner vod, a ni narir va temya'a gar, — он сказал это грубым тоном, ниже спуская свой шлем по направлению к Дину. — Meh gar copaanir at cabuor adiik, goorar bic bat gebi me'suum bal gurcted, — он кивнул в сторону каюты, но Дин не повёл головой. Джарин прошёл мимо брата, и тот схватил его за руку. — Ni motir teg yir vod'ika, la cuyip mesh'la. A la cuyir a buruk at gar bal adiik, — Джахи сказал эти слова с понимаем и напором в конце. Дин схватил его за руку, прижал к борту корабля предплечьем, ответил:       — Ni malysa'yr ka'kra'a bic nii, vod, narir va gar beraoa slanar gebi kaysh. Bic b va gar bu'gar'a dte, — прорычал ему прямо в шлем и, развернувшись ушёл в глубь кабины, кинув свой взгляд на люльку, но мелкий сидел в кресле пилота и что-то лепетал, играясь с шариком от рычага. — Gar narir va haa'taylir meg ni haa'taylir, bal mhi ganar naas sto at jorhaa'ir yirhaou Vod,— с этими словами он взял малыша, садясь в кресло, усаживая его на колени и стараясь не думать о неприятном разговоре, попытался уснуть.       Корабль снова взревел звуком писка, заставив Дина выйти из столь короткого сна. Они вышли из гиперпространства, перед ними открылась картина бойни, обломки транспортных кораблей и звёздных истребителей. Обломков было много, среди них можно было рассмотреть людей, плывущих в холодном космосе.       — Что тут произошло? — спрашивал Джахи из-за спины Дина. — Сколько кораблей, неужели во время правления Новой Республики, ещё есть такие столкновения?       — Времена сейчас не самые спокойные, как может показаться, надо выбираться отсюда, и поживее…       Не успел он договорить, как передатчик зашипел и из него послышался голос:       — Лезвие бритвы сдавайся, нам нужен только ребёнок. Мандо, не усложняй или я взорву твою канонерку, — это был голос одного из охотников с гильдии. — У тебя десять секунд.       — Твою мать, ну, что я тебе говорил, мало тебе? — Джахи грубо подтрунивал над ним.       — Ne'johaa! — Дин рыкнул на него. — Лучше сядь и пристегнись, — слегка повернув голову, он уже направлял свой корабль в самую гущу обломков.       Он лавировал между ними, стараясь избегать попадания по борту лазерных выстрелов, щиты были уже на восемьдесят процентов повреждены, а они даже не начали отрываться от преследователя. Он вёл корабль в разные стороны, то вверх, то вниз, резко сворачивая вправо и влево. Большой обломок, под который юркнула его канонерка, спасла их от пары выпущенных ракет, видимо охотнику было плевать если вдруг груз погибнет. Обстрел вёлся точный, он уводил корабль вправо, как вдруг обломок истребителя влетел на большой скорости в левый двигатель, корабль начал терять мощность, щиты уже почти отключались, и Дин принял единственно верное решение — спускаться на ближайшую планету. Он резко направил его вниз, в сторону планеты и набрал максимум скорости.       — Мы сгорим в атмосфере на такой скорости, — орал от страха Джахи, но Дин его не слушал.       Он лишь прибавил скорости и на входе в атмосферу, щиты ещё защищали их несколько секунд. Система защиты завизжала о приближении к ним ракет, он выпустил мусор, они врезались в него, взрывной волной корабль бросило вперёд, неплохо тряханув. Дин видел, горы впереди и никакого намёка на посадку, свернув в сторону, резко сбросив скорость, дал противнику проскочить вперёд, на последних секундах тот врезался в скалы. Задев на резком повороте крылом пик скалы, корабль закружило, и канонерка Джарина с грохотом и скрежетом приземлились неподалёку, снеся себе брюхо. Он ударился шлемом о панель управления и ненадолго отключился.       Придя в себя, Дин увидел тянущиеся тонкие руки к ребёнку, он резко схватил запястье и дёрнул к себе. Перед ним было лицо девушки, с разбитой бровью и испуганными глазами, малыш плакал, видимо он тоже ушибся. Ещё секунду Дин смотрел на неё, потом отпустил, выпрямившись в кресле, посмотрел на малыша.       — Я лишь хотела осмотреть его и успокоить, я не хотела причинить вреда, — она тёрла запястье, за которое он схватил, и была укутанная в одеяло. Посмотрев сначала на него, потом на малыша, спросила. — Могу я взять его на руки?       Дин посмотрел на неё, лицо было в порядке, за исключением крови над левым глазом. Значит бакта подействовала, она в порядке не считая ещё не совсем сошедших синяков. Он кивнул, девушка потянула свои руки к малышу, пытаясь успокоить истерику и текущие рекой крупные слёзы.       — Тише милый, пойдём я осмотрю тебя, испугался малыш. Не бойся, теперь всё в порядке, — она ушла с ним в жилой отсек.        Дин повернул свою голову на Джахи, тот сидел так же, как и при падении, раскинув руки и ноги по сторонам, держась за что успел схватиться.       — Мягкая посадочка, — сказал он, шутливо смотря на Дина. Тот лишь помотал головой и, отстёгиваясь от кресла, планировал посмотреть на ущерб, принесённый его кораблю, после такой «мягкой посадочки».       Корабль был сильно повреждён, брюхо наполовину снесено, двигатель дымил.        «Данг Фаррик», — выругался про себя. Он вздохнул и посмотрел на Джахи, что стоял в паре шагов от него и осматривал повреждения.       Повернувшись к Дину, он мотал головой.       — Мы в жопе. Корабль раздолбан, а до ближайшего города херову тучу дней. Что будем делать? — Джахи положил руки в бока и обратил свой взгляд внутрь Лезвия бритвы. Там Аврора сидела у трапа и играла уже со смеющимся ребёнком, он лишь слегка ушибся, без особых повреждений, но с небольшой шишкой на лбу. Они общались с ним, будто были давно знакомы друг с другом, не обращая внимания ни на кого. Он лепетал ей что-то на своём, а она смеялась словно понимала его. Джахи обернулся и вздрогнул от неожиданности, отступив на один шаг назад, увидев Дина в сантиметре от себя.       — Надо идти в ближайший порт или город, сами мы не починим корабль, — пройдя вперёд, Дин слегка задел его рукой, дал понять, что говорил все слова ранее всерьёз.       — Ты хочешь идти по скалистой местности, под палящим солнцем, несколько дней? Мандо ты спятил, — он развёл руками.       — Тогда иди один, а я останусь тут и может смогу что-нибудь починить, — Дин развернулся к нему на половину корпуса. — Но это плохая идея, тебя могут поймать ведь нас видели вместе, и ясное дело, что они будут искать ребёнка и девушку. А найдя тебя, они непременно найдут и меня. Извини, я не могу так рисковать, мы идём все вместе. Это не обсуждается.       Дин подошёл к ним, встал напротив, закрывая солнце, и обратился к девушке.       — Нам придётся идти возможно несколько дней, до ближайшего города. Два, может три дня пути.       Она подняла на его свои глаза, улыбнулась, наклонила голову в бок.       — Я не против, но у меня нет одежды. Извини, но я не горю желанием путешествовать в разорванном платье, — она слегка отодвинула одеяло и показала ему лоскутки платья, свисающего с её плеч обнажая ключицу.        — Может, у тебя найдётся тут хоть какая-нибудь одежда? — Аврора повернула голову в сторону ящиков.        Дин подошёл к своему небольшому шкафу под койкой, выдвинул ящик, достал штаны и свою рубашку. Потянув руку ещё дальше, нашёл старые сапоги и положил их на койку.       — Можешь переодеться здесь, я сомневаюсь, что обувь тебе пойдёт, но это единственное, что у меня есть. Как только будем в городе, купишь себе всё, что нужно, — Дин подошёл к ней.       Девушка бережно передала ему ребёнка, перехватив края одеяла и, укрывшись им, пошла в его каюту.       — Спасибо, спасибо за заботу, охотник, — смущённо проговорила девушка.       — Мандо, можешь звать меня Мандо, — он выдохнул и почти ушёл, когда услышал.       — Спасибо, Мандо, — она сказала это тихо, но знала, что он услышит.       Планета была недружелюбно жаркой, ветер был горячий и земля под ногами раскалённой. Они шли цепочкой по скалистой местности, Джахи был впереди, Аврора в середине и замыкающим был Мандо с ребёнком в люльке. У Джахи на плече была одна сумка с припасами, другая с одеялом и оружием. Аврора отказалась от роли «ничего не несу и не помогаю», поэтому ей дали нести сумку с аптечкой и несколькими бутылками воды. Дин шёл с боеприпасами, они не знали кого могут встретить и взяли всего понемногу.       Солнце палило нещадно, идти становилось труднее, сорок третий размер ноги Мандо. Даже с учётом намотки шнурков вплотную к голени, заставлял её ножку тридцать седьмого размера тонуть в обуви. И с каждым шагом это ощущалось сильнее и больнее, потому что камни врезались в обувь, заставляя ногу ходить ходуном по колодке. Поняв, что она разбила всю кожу внутри сапог, она приняла стойкое решение, что до привала даже не взглянет на них и не остановится, однако её тело решило по-другому. Пройдя ещё пару километров и, волоча за собой неудобную обувь, всё-таки Аврора споткнулась, упав на руки и слегка ушиблась коленями.       — Ты в порядке? — Дин поднимал её за локоть.       — Да слегка неудобно, но всё хорошо, — она отряхивала руки и штаны.       Прилипшие волосы, снова заплетённые в длинную косу, болтались за спиной, создавая в этот момент имитацию хвоста. Джахи увидев это рассмеялся, чем вызвал недоумение и легкий гнев с её стороны.       — Что смешного? — она резко выпрямилась и нахмурилась.       — О, нет, прости, я не над тобой, просто твоя коса так болталась сзади, что казалось словно это твой хвостик, — он улыбнулся под шлемом и, несмотря на всю неприязнь к ней хотел, чтобы это звучало мягко и шутливо.       Аврора мотала головой, заставив свою косу ещё больше болтаться. Джахи засмеялся ещё сильнее, от чего девушка закусила губу и, нахмурив брови, пошла вперёд.       Дин осмотрел место, где бы им остановиться и присмотрел недалеко небольшой укромный уголок под скалой, которая была похожа на крышу.       — Идём, нам надо отдохнуть, на рассвете продолжим путь. Там сможем устроить привал, — он указал на выбранное им место, они двинулись в его направлении.       Разложив одеяло, разожгли костёр, сели вокруг него, Аврора начала кормить мелкого из его порции еды. Она посмотрела на них и удивлённо подняла бровь.       — Почему не едите? — девушка посмотрела на них по очереди.       — Мы не можем, — ответил Джахи.       — Почему? — её брови слегка нахмурились.       — Мы не можем снять шлемы в присутствии других, это запрещено. Таков путь, — Джахи кивнул головой и Дин кивнул в знак согласия.       — Я могу уйти и забрать ребёнка, а вы поедите, — она уже закрывала контейнер.       — Нет, Аврора.       — Ави, — она замолчала, втянув щёки и, опустив глаза. — Друзья называли меня Ави, — она подняла глаза и смотрела на них, в то время как мелкий уже требовал продолжения банкета.       — Нет Ави, мы не можем снимать шлемы даже в присутствии друг друга. Таков путь. Ешь спокойно, мы поедим, когда будем дежурить по очереди, не переживай, — спокойным тоном ответил Дин.       Она кивнула, снова обратив своё внимание на малыша, и тот жадно ел всё, что она давала ему. Через несколько часов солнце скрылось совсем, и с наступлением ночи стало холоднее. Костёр согревал их, девушка ждала, когда один будет спать, а второй пойдет на дежурство. Так она сможет посмотреть на свои ноги. Мандо пошёл первым, а Джахи утроился по другую сторону костра, уже захрапел, и она привстала, тихо взяв свою сумку, достала бакто-спрей и антисептик. Расшнуровывая ботинки, доставая ногу, она слегка пискнула, когда задела разодранную кожу об край ботинка.       «М-да сплошная мясорубка», — подумала девушка, живого места не было на её ногах, взяв антисептик она прикусила кусок рубашки, чтобы криком не разбудить никого, и нанесла спрей. Боль была адской, она думала её кожа слезала с мяса. Ави тихо мычала через рубашку и, пытаясь никого не потревожить. Быстро схватив бакту, она нанесла её по всей поверхности стопы и тихо выдохнула от ощущения облегчения. Со второй ногой было так же, почти тихо пища в искусанную ткань, быстро нанесла бакту и, вытянув ноги ближе к костру, легла на спину, вздохнув и, похвалив себя за терпение. Да терпение, она уже совсем забыла, что такое боль. Эта размеренная жизнь длинною в четыре года ослабила её, сделала беспомощной, превратила её в добычу, в жертву. Она не смогла их победить, хотя раньше уже убивала мандалорца, как и других охотников и людей своего отца и братьев, что приходили за ней. Жизнь на Туне сделала её мягкой, они бегали с музыкантами с планеты на планету. Она любила петь, с тех самых пор как её нашёл Ризен и Парэ, научили играть на инструментах и петь. Это были лучшие четыре года, они знали кто она, знали, что её ищут и всё равно не продали её. А теперь, что с ними, где они. С этими грустными мыслями девушка уснула, поджав под себя ноги и греясь от тепла костра.       Дин стоял неподалёку и осматривал территорию через тепловой визор, он повернул голову в сторону их привала и видел, как Ави, обрабатывает ноги зажав зубами его рубашку. В тот момент он отметил, что девчонка не жаловалась на неудобную обувь, или жару, даже споткнувшись она была готова идти дальше. Её сила воли понравилась Дину, она не будет обузой и сможет позаботиться о себе. Когда время его дежурства истекло, он вернулся в лагерь и, проходя мимо неё заметил, что она слегка дрожит. Накрыл её своим одеялом, просидев несколько минут смотря на неё, он разбудил Джахи и прилёг. Смотря на огонь, Дин уснул.       На утро Аврора ещё спала, укрытая одеялом, рассвет приближался, и твёрдая рука потрясла её за плечо призывая проснуться.       — Ави, вставай. Пора идти, — Джахи чуть наклонился к ней и отошёл только она села, укутавшись одеялом от прохладного ветра.        Позавтракав и, покормив мелкого, они двинулись дальше. Мелкий парил в люльке рядом с Ави и лепетал, махая ручками. Она улыбалась ему, когда поворачивала голову в его сторону, Дин каждый раз ловил эту улыбку. Он смотрел на неё, когда был уверен, что они идут без опаски на небольших отрезках. Видел, как двигается её тело, как его большая для неё рубашка сидит на её маленьком теле, он поймал себя на мысли, что не хорошо так смотреть на неё, но ведь никто не видит, а значит, что никто не узнает. Хмыкнув на это, уголок его луб слегка пополз вверх. Они шли долго, и услышали звук похожий на грохот. Резко повернувшись в его сторону, они увидели взрыв совсем рядом с ними, и все быстро пригнулись. Взяв свою импульсную винтовку, Дин смотрел в сторону взрыва, и увидел группу людей, больше похожих на обычных поселенцев. В разных одеждах и с тюрбанами на головах, они о чём-то спорили и бурно размахивали руками. Он отложил винтовку и повернулся к Джахи.       — Это люди, я пойду к ним и спрошу сколько идти до ближайшего поселения. Оставайтесь тут. Ави, если Джахи скажет беги, бери ребёнка и беги поняла? — она нехотя ему кивнула. — Джахи, смотри в оба и, если что не так, забирай их и убегай.       — А почему это ты тут главный? — он обидчиво прыснул на него.       — Потому что, у меня есть корабль, — он поднялся и пошёл в сторону людей       — Корабль, подумаешь, да без меня, где бы была твоя девчонка, — она резко повернулась в его сторону. — Да милая, это на моём джетпаке он уносил тебя оттуда, — он кивнул ей, кидая салют и, взяв свою винтовку, наблюдал за Дином.       Через пару часов, он вернулся и рассказал им, что они уже несколько часов ходят над городом. Город был под ногами в пещерах, люди тут живут под землёй так как на поверхности в летнее время тут просто невозможно находиться, но сейчас период зимы и им просто повезло упасть тут в это время года. Ещё несколько минут они шли до тех людей, и те любезно проводили их к ближайшему входу в город. Это был воздушный лифт, а туннель, по которому он спускал вниз был глубоким, что дна не было видно. Лифт, который спускал их в глубь планеты, шёл достаточно быстро, защищённый защитным полем, в котором почти не слышался звук, но ощущалось давление от скорости.       Движение лифта затормозилось до минимальной скорости, он начал спускаться медленнее, и перед ними раскрылся величественный город. Он был выкован из камня, казалось, что жители вытачивали свои жилища прямо внутри планеты. Посреди улиц стояли большие колонны, что поддерживали разноцветный потолок, который словно звёздами был украшен разноцветными камнями. Большие свисающие с потолка и такие же стоящие то тут, то там кристаллы, были тёплого желтого цвета и казалось, что внутри всегда был день. Город был просто огромный, очень многолюдный и шумный.       — Мы живём тут уже многие поколения. Эдуза очень богатая планета, но только под землёй. Мы производим украшения из драгоценных камней и кристаллов, что тут добываем. Наши мастера славятся своим мастерством на всю галактику. Мы можем починить ваш корабль и доставим его сюда к завтрашнему утру, а пока предлагаю вам пройти в жилой квартал, снять там дом для отдыха вас и ваших спутников, — мужчина в золотом облачении и белом тюрбане, что так любезно согласился их проводить, поклонился им и удалился, как только лифт остановился.       — Неплохо! Хорошо, что ты пошёл к ним, Мандо, ты спас нас от ненужного блукания по жаре, — Джахи слегка наклонил голову в его сторону, приветственно подняв ладонь вверх. — Нам нужен дом и, как я понимаю, ты уже заплатил за доставку корабля?       — Да, осталось лишь дождаться окончания его ремонта, и можем отправлять в путь, — он кивнул головой и пошёл вперёд по указанному направлению, к жилому кварталу.       Они сняли дом с четырьмя комнатами, на каждого по одной, хотя Ави вовсе не возражала спать с ребёнком вместе. Дом оказался большим, как и комнаты в нём, тут была кухня, две ванные комнаты и всё для комфортного проживания. Ави дали выбрать комнату первой, так как для парней было не принципиальным ширина и удобства внутри помещения. Она выбрала самую маленькую комнату с небольшим балконом, выходившим на вид городского рынка и площади, оттуда была слышна музыка, это подкупило её. Грело мысли о том, что друзья живы.       Мелкого Аврора забрала с собой, но не успев присесть на кровать, услышала стук в дверь.       — Да? — она подняла голову на звук открывающейся двери. Дин стоял на половину зашедший в комнату.       — Идём, надо сходить на рынок и купить тебе нормальную одежду, — он кивнул в сторону выхода и ушёл, закрывая за собой дверь.       Девушка присела на кровати, обнимая ребёнка, пока не услышала знакомую музыку. Её глаза загорелись, она вышла на балкон с малышом на руках, пытаясь разглядеть на площади знакомые лица. Но, к сожалению, это была лишь музыка, а музыканты были похожи на местных жителей, ничем не отличающихся от остальной массы. Она разочарованно вышла из комнаты, с парящей рядом люлькой и посмотрела на Дина.       — Прости, что долго. Мне показалось, что я услышала знакомую музыку, — Аврора опустила глаза.       — Ничего, времени у нас много, идём, — он пошёл по направлению к выходу, она, словно хвостик шла за ним по пятам.       Они стояли у торговых магазинов, никто не обращал на них внимания, народ толпился, и все что-то покупали. Шум утомил их, Ави зашла в самый первый магазин, когда продавец поднял на неё свои глаза, он улыбнулся ей.       — Добро пожаловать, дорогие гости. Что я могу предложить вам? — он убрал со стойки ткани, надел свои очки, что висели на цепочке, украшенной драгоценными камнями, чтобы лучше рассмотреть покупателей.       — Добрый день. Мне нужна одежда, простая, ничего лишнего, обычная туника и штаны, если есть обувь на невысоком каблуке, шарф не очень плотный, но и не легкий, и хорошо бы нагрудные бинты, с нижним… — она подняла глаза на Мандо и слегка покраснела, отвернувшись к хозяину магазина. — С нижнем бельём, — закончила она фразу, втянув воздух и, подняв брови.       Чего ей стесняться если он уже и так видел всё. От этой мысли она покраснела ещё больше, и пульс её участился. Дин заметил это через свой визор, он наблюдал за ней, видел, как румянец покрыл её лицо и капельки пота слегка выступили на её шее.       «Что это с ней? О чём она подумала?» — он слегка отстранился от неё, отойдя на шаг.       — Могу ли я с высоты своего опыта предложить вам брони-ткань для походов? Как я заметил, ваш спутник мандалорец и носит достаточно крепкую броню, что наводит на мысль о том, что и вам не помешает защитить себя подобающим образом, милая леди. Как раз для этого и существует брони-ткань. Она достаточно лёгкая, и не будет сковывать ваши движения, но позволит вам чувствовать себя более защищённой, — продавец поправил очки и наклонил голову влево.       Она задумчиво посмотрела на него и, проводя пальцами по подбородку, ответила.       — Вы правы, мэтр, безусловно, но я бы хотела приобрести одежду сейчас, так как это, — она указала на свою одежду, — нужно вернуть хозяину, и мне не очень комфортно брать чужое даже на время. Если бы вы были так добры помочь мне сейчас, я бы приобрела у вас один комплект броне-ткани, но только если он будет сделан к завтрашнему утру, так как тут мы проездом и боюсь, что, если работа затянется я не смогу забрать заказ, — она обворожительно улыбнулась ему.       Мэтр улыбнулся ей и вежливо пригласил зайти в комнату для снятия мерок.       — Мандо, — она подошла к нему ближе, встала на цыпочки приближаясь к его шлему там, где должно быть ухо. — Я могу купить еще что-нибудь для малыша? — она произнесла это шёпотом, очень тихим голосом. Опустившись на полную стопу, смотря в его визор.       — Да, ты можешь купить всё, что захочешь. Не ограничивай себя на покупки для тебя и него, — он произнёс это чуть громче чем она, немного склонившись к ней.       Девушка тепло ему улыбнулась и, отстранившись, пошла с продавцом за кулисы магазина, где стояла женщина у аппарата для снятия мерок. Дин присел на небольшой диван, закрытая люлька летала рядом с ним. Он погрузился в мысли о том, что увидел у выхода их дома. Когда они вышли на улицу, Ави протянула ладошку к щеке малыша, и через мгновение он кивнул ей своей мохнатой головкой и мирно лёг. После чего она закрыла люльку и сказала ему, что беспокоится о том, что малыш может внезапно открыть её. Дин не спрашивал её об этом, об этой странной связи между ними; он подумал, что спросит вечером, когда они будут одни. Тогда как Джахи захотел отправиться в местную кантину, попытать счастье в других удовольствиях.       «Что ж, никто ему не запрещает, он не ребёнок и знает, чем рискует», — выдохнув слегка облегчённо, он увидел, как она выходит из комнаты, накрытой тканями, и предстаёт перед ним в новой, светло-серой одежде.       Сапоги, что нашёл для неё мэтр, были на невысоком каблуке, длина сапог чуть выше середины икры, штаны прикрывала на середине бедра длинная с длинными рукавами туника, с круглым вырезом у шеи, и в него был заправлен тёмно-синий шарф, не очень плотный, но и не легкий. Как она и хотела.       — Ну как? Как я выгляжу? — Аврора повернулась к нему спиной и посмотрела вполоборота. — Мандо?! — немного взволнованный тон её голоса заставил его встать.       — Хорошо, тебе идёт. Ты довольна? — он прокашлялся и собирался уже было уходить.       — Мандо, кредиты у тебя, надо заплатить за одежду, — чуть смеясь, она сказала это с улыбкой, обращённой к нему.       — Да, конечно. Сколько? — Дин подошёл к стойке, и продавец назвал цену в семь тысяч кредитов за всё вместе с броней.       Ещё несколько дней назад такая сумма повергла бы его в шок, впрочем и сейчас он был удивлён, но, понимая, что эти кредиты достались ему только благодаря ей, он молча достал мешок с кредитами. Отсчитав нужную сумму, расплатился и вышел на улицу, где его уже ждала Ави с сумкой и люлькой.       — Ну что, мы можем теперь зайти в другой магазин? Я хотела бы купить оружие, — поднимая брови, она устремила к нему взгляд.       — Что? — он чуть наклонился назад. — Зачем тебе?       — Ты смеёшься? — она нахмурилась. — Ты думаешь всё закончилось? Думаешь, что он так просто отпустит меня? Ты так и не понял да? — она развернулась на каблуках и пошла в другую сторону от него.       — Ави, вернись, — мужчина в один шаг пересёк пространство между ними. — Не смей уходить, — Дин встал перед ней и, посмотрев на неё, увидел взгляд ненавидящих глаз.       — Ты не понимаешь, что такое быть там, оказаться на свободе и потом снова всё потерять. Моя свобода даже рядом с тобой, дороже мне всего на свете, и если ты думаешь, что я просто так откажусь от неё и снова проиграю как тогда тебе и этому Shabuir, — это слово она произнесла с особой неприязнью, и Дин удивился, услышав из её уст знакомое наречие. — То ты сильно ошибаешься в этом, Мандо! Или ты купишь мне его, или я сама его достану, и можешь не сомневаться, что в следующий раз ты мне проиграешь, — она отвернулась в сторону, сильно сжав челюсть, но не ушла от него ни на шаг.       — Идём домой. Хватит на сегодня капризов, юная леди, — он сказал ей это так, словно занимался её воспитанием, отчитывая как ребёнка за недостойное поведение.       — Я не ребёнок, мне двадцать семь лет, к твоему сведению, и я не буду выслушивать нравоучения от охотника за головами, — Аврора махнула рукой в сторону с жестом «да пошёл ты», и он, схватив её за руку, поволок обратно в дом.       Запихнув её в дом, он откинул её руку резче чем хотел, она не удержалась и ударилась о стол спиной. Дин замер, поднял руку к ней, она отбила её словно отмахнулась от змеи.       — Не смей… Не смей прикасаться ко мне, — прошипев ему, она ушла к себе, даже не подняв на него глаз.       — Данг Фаррик, — он сжал руки в кулаки, в этот момент мелкий открыл люльку и начал искать её своими большими глазками.       Ночь уже опустилась на город, он понял это по приглушённому мерцанию камня и кристаллов вокруг города. Аврора не выходила из комнаты весь день, ничего не ела, не пила, даже не подавала никаких признаков жизни. Дин покормил малыша и отвёз люльку в его комнату, тогда как сам прошёл в свою, сняв с себя шлем и броню, он устало лёг на кровать. Слишком мягкую после обычной неудобной и жёсткой койки, слишком тёплую кровать, которая унесла его в мир снов, где он хотел забыться и отстраниться от всего, что с ним происходило.       Через какое-то время сквозь сон он услышал плач ребёнка. Дин резко встал с кровати и, надевая свой шлем, хватаясь за бластер на правой ноге, он услышал песню. Постепенно плачь утих, а песня, похожая на колыбельную, продолжала звучать из детской комнаты. Он подошёл ближе и, стоя у открытой двери, видел, что Аврора пела мелкому колыбельную, тихо укачивая на руках, ходила по комнате. Песня была спокойной и тёплой словно руки матери, он слушал её, наблюдал за ней, не сводя взгляда. Через минуту малыш сопел на её руках, но она продолжала петь ему, гладя его личико и ушки в знак того, что он в безопасности и не один. Положив его в люльку, она повернулась в его сторону, подошла к нему вплотную. Дин почувствовал её дыхание на своей коже через рубашку, запах её волос наполнял шлем, и он жадно вдохнул его.       — Ави…       — Нет. Ты должен сначала кое-что узнать обо мне, а потом уже будешь решать, достойна ли я в твоих глазах иметь при себе оружие, Мандо, — закрыв за собой дверь в комнату мелкого, она прошла рядом, чуть коснувшись его плеча и повела его за собой в свою комнату.       Сев на кровать, она жестом пригласила его сесть в кресло возле камина. Глубоко и медленно вздыхая, она подняла на него свои глаза.       — Мне было восемь, когда моя мать умерла у меня на глазах. Он забрал её жизнь и оставил меня у себя; растил меня, поил, кормил и оберегал. Я думала, что всё, что он делает для меня, — благо, вечные тренировки, уроки, снова тренировки, снова уроки и так по кругу, пока однажды… — она нервно вздохнула, закрыв глаза, так же нервно выдохнула, уже отведя взгляд в сторону, смотря в пол. — Пока однажды моё тело не предало меня и каждый месяц, не переставало этого делать. В тот момент, мой отец привёл меня к Катону и сказал мне, что я должна продолжить род моего отца и матери, — Ави замолчала, потом посмотрела на него, отвернулась, встала, подходя к балкону. Он наблюдал за ней, шлем повернулся в её сторону, давая ей понять, что он слушает.       — Мои родители были братом и сестрой, — она схватила себя за плечи, сильно вжав коготки в руки. — Весь наш род проклят из-за нежелания смешивать кровь. Чистокровные хранители, так мой отец называл себя, мать, братьев и моих сестёр. Он говорил, что в нашей крови есть сила, которая однажды послужит для целей нашего покровителя. И мы обязаны её сохранить для него, рождая новые поколения, — Аврора вздохнула, и на её лице было отвращение от того, что она говорила.       — Мои сестры от его первой сестры Алегры оказались фригидными, после того, как она больше не смогла приносить ему потомство, она умерла, перерезав себе горло осколком зеркала. Ей было двадцать. Когда моя мать заняла её место, она рожала отцу только сыновей, восемь лет попыток и всё напрасно ни одной девочки. У неё было семь сыновей, двое их них умерли при рождении. Она хотела закончить свои муки, ей было больно видеть своих мёртво рождённых детей. Через год, она приняла попытку к бегству, её, конечно же, поймали. А потом, словно посмеявшись над ней, Создатель даровал ей девочку, и в момент её зрелости она оказалась фертильной. Десять лет я терпела издевательства над своим телом, десять мучительных лет я желала смерти и ждала её, как освобождения от мук. Беременность не наступала, меня проверяли каждый месяц, днями я находилась в этих лабораториях, и ничего. Конечно, в первые два года я боролась как могла, сбегала, пряталась и пыталась убить брата, но мои попытки пресекли дозами наркотика, — она хмыкнула и, сильно прикусив губу, почти до крови, продолжила: — Я, честно говоря, плохо помню себя с шестнадцати по двадцать один год. Помню, что, однажды взглянув в зеркало, я не узнала себя, не узнала своё повзрослевшее тело, лицо, длинные волосы. Отражение, что я видела, было мне незнакомо и в тот момент я поняла, что шесть долгих лет я прожила в беспамятстве под действием наркотиков. Даже до сих пор я не могу вспомнить ничего конкретного, нет чётких воспоминаний, лишь легкая дымка. Мне удалось сбежать почти через два с половиной года; мне помогли, уничтожив мой сетевой код и лейко-формулу, я сожгла, убегая, место моего обитания там, в том кошмарном доме. Я думала, что никогда не вернусь туда, — Аврора, пошла к кровати и села на неё, сложив свои руки на колени ладонями вверх, её взгляд был устремлён на них.       — Эти четыре года свободы, Мандо, были для меня всем, и я хочу защитить свой второй шанс на неё, который ты мне подарил. Я сделаю всё, о чём ты меня попросишь, и не попрошу у тебя ничего взамен. Только позволь мне защититься на случай, если тебя не окажется рядом, а лучше оставь меня здесь. Я найду корабль и буду бороздить космос в одиночестве, зная, что если меня поймают, никто не пострадает из-за меня, — сжав ладони в кулаки, она притихла.       Тишина повисла в комнате; никто из них двоих не произносил ни слова, он молчал, думал над тем, что услышал. Переваривал информацию, расставлял её, как мозаику событий, чтобы лучше понять всю картину. Дин сжал челюсть, слышал, как скрепят зубы, поднялся и направился к выходу из комнаты, лишь на мгновение задержался в проёме, но не обернулся.       Через некоторое время она услышала, как зашипела входная дверь и он ушёл. Видимо она совершила ошибку, рассказав ему всё, это было слишком грязно для него, он не хотел пачкаться об её облипшее грязью и ужасом прошлое. Проклятая душа, словно птица, была заперта в клетке своей судьбы, не способная освободиться от оков, пристёгнутых к лапке. Она трепыхалась в ней, и лишь теперь поняла, что всё время думая о том, что она свободна, была на цепи в руках своего хозяина, который в любой момент мог дёрнуть за неё и вернуть птицу обратно в клетку. Перевод мандо’а:       Gar cuiyr ner vod, a ni narir va temya'a gar — Ты мой брат, но я тебя не поддерживаю.       Meh gar copaanir at cabuor adiik, goorar bic bat gebi me'suum bal gurcted. — Если ты хочешь уберечь дитя, выкинь её на ближайшей планете и улетай.       Ni motir teg yir vod'ika, la cuyip mesh'la. A la cuyir a buruk at gar bal adiik — Я всё понимаю, братец, она красивая. Но она опасность для тебя и ребёнка.       Ni malysa'yr ka'kra'a bic nii, vod, narir va gar beraoa slanar gebi kaysh. Bic b va gar bu'gar'a dte — С этим я сам заберусь брат, не смей приближаться к ней. Это больше не твоя забота.       Gar narir va haa'taylir meg ni haa'taylir, bal mhi ganar naas sto at jorhaa'ir yirhaou Vod — Ты не видел того, что видел я и нам больше не о чём говорить брат.       Vod — брат, братец.       Ne'johaa — Заткнись       Shabuir — Сопляк.