Любить тебя — это игра на поражение

Они проткнули Танизаки, рыжего мальчонку из агентства, который производил впечатление того самого человека, который и мухи не обидит, одновременно… а он, несмотря на ужасную боль, руки не разжимал до последнего. Этот божий одуванчик, ни разу не замеченный на важных заданиях, чуть не задушил Хигучи голыми руками, и Минори страшно было представить, что было бы, появись они с Рюноске буквально на полминуты позже. Все-таки, несмотря на то, что у них с Хигучи уже сложились не самые простые отношения, было бы жалко потерять такую ценную боевую единицу, да еще и в схватке с неопытными подростками из агентства. — Небоевая способность?! — рыкнула Минори себе под нос. К сожалению, посмотреть на Танизаки в действии они уже не успели, однако сам факт того, что он справился с вооруженной Хигучи голыми руками, был весьма красноречив. Хорошо, что мальчишка вряд ли в ближайшее время поднимется, но боролся он до последнего… А потом взгляд зацепился за, видимо, причину такого эмоционального взрыва. Девчонка. Судя по форме, школьница еще, ненамного младше самой Минори, хотя именно сейчас пропасть между ними ощущалась особенно сильно. Блузка когда-то была белой, теперь — красная, потому что в девчонку стреляли. Много раз стреляли. Память услужливо подсказала, что у Танизаки, по последним данным, как раз есть нежно любимая младшая сестра-школьница. Минори быстро посмотрела на затравленную Хигучи, которая до сих пор пыталась перевести дыхание. Потом — на Рюноске, по лицу которого понять что-то было невозможно. А потом ее оглушил звук пощечины — Хигучи, однако, на ногах устояла, хотя удар был сильный. Видимо, не в первый раз. Жалеть Хигучи было некогда, хотя Минори, если честно, впервые не против была бы это сделать несмотря на то, что находилась в процессе выполнения ответственного задания. — Девчонка не жилец, — цокнув языком, отметила Ватанабэ. Конечно, у Вооруженного Детективного Агентства есть легендарная Ангел Смерти, первая любимая ученица Мори-сана, но… с такой кровопотерей младшая Танизаки умрет быстрее, чем ее отнесут к Йосано. Да и спасать ее, пожалуй, будет уже некому. — Пацан тоже. Мне не нравятся эти… вынужденные жертвы. — Поймать человека-тигра живьем — вот твой приказ. Что, если бы ты случайно его пристрелила? — обманчиво спокойным тоном обратился Рюноске к потирающей щеку Хигучи. Минори фыркнула — она не любила, когда он начинал ее игнорировать. Да и лично ей все-таки больше хотелось бы обойтись без двух лишних трупов, хотя один и пострадал от ее рук. Тигр ведь, если верить собранным о нем данным, обладает такой бешеной регенерацией, что спокойно смог бы пережить и выстрелы Хигучи. — Ты бесполезна. Впрочем, неважно. — Он повернулся к тигру. — Рад видеть тебя. Я Акутагава. Судя по перепуганной мордашке, в представлении Рюноске не нуждался. Будет забавно, если тут постарался Дазай. — Ватанабэ, — усмехнувшись, тоже представилась Минори. Реакция была и в половину не такой бурной. Дазай до сих пор не отказался от своего соперничества с Накахарой-саном? — И мы — псы Портовой Мафии. Но, вероятно, ты уже в курсе. — О чем вы говорите?.. — еле слышно спросил совсем ошалевший от ужаса тигренок. Минори закатила глаза, потому что, по ее мнению, все было вполне понятно уже по тому, что на тигре ни капли крови, тогда как его друзья на грани между жизнью и смертью. Ленты от ее плаща потянулись к даже не вздрогнувшему мальчишке, чтобы связать его и скорее доставить к Мори-сану, но рука Рюноске вдруг накрыла ее, тем самым притормозив. Минори знала этот взгляд. Тьма Рю лезет через край, и жестокий убийца превращается в обычного мальчишку, которым он мог бы быть, если бы Дазай в свое время его не подобрал. Взгляд, означающий, что Акутагаве хочется доказать в данном случае тигру свое превосходство и его ничтожность. — Ты не ничтожество, — одними губами прошептала Минори, коснувшись его запястья, но Рюноске ее уже не слышал. Из важного он сказал лишь, что тигр изначально был их целью, а потом… это было убийственное в своей прямолинейности моральное давление, ужасно напоминающее Ватанабэ методы Дазая. «Твои друзья умрут из-за тебя, в этом виноват только ты, ты ничтожество, это твоя карма»… На это можно было, нет, нужно было не тратить время, потому что чутье подсказывало Минори, что Хигучи могла облажаться не только с пистолетом, а значит приход кого-нибудь из ВДА возможен в любую секунду, но Минори, сама не зная, почему, Рюноске не остановила. Наверное, старая, дурная привычка еще с детства. Его часто так накрывало, а она всегда давала договорить до конца — знала по собственному опыту, как это необходимо. Расемон Акутагавы промелькнул в опасной близости от оборотня по окончанию его речи. — Если не сдашься, твоя нога будет следующей. — Ты еще плох в управлении даром, тигренок, — подхватила Минори, решив, что трехлапый тигр вряд ли впечатлит руководство. Хотелось бы, чтобы он пошел за ними на своих ногах. — А моя способность заключается в том, что я могу скопировать дар любого эспера, в том числе и твой. — А о том, что для этого Минори нужно понимать, как вообще происходят превращения, но она ни разу не работала с оборотнями, она, конечно же, умолчала. — Хочешь проверить, кто из нас самый жуткий тигр? И все бы, наверное, прошло достаточно спокойно и без лишних жертв, если бы, когда тигр был почти готов, рыжий мальчонка Танизаки не поднялся на локтях и с трудом не прохрипел ему просьбу бежать. Понимание того, что как минимум один из его друзей еще немножечко жив, придало тигру сил бороться. Минори вообще всегда считала, что в их с Рюноске дуэте за спокойствие и трезвый расчет отвечает она, но… видимо, воспитание Накахары-сана, который иногда мог взорваться из-за любой мелочи, особенно если это была шутка про его рост из уст Дазая, играло свои плоды. Ватанабэ сама не поняла, как успела еще несколько раз проткнуть Танизаки, надеясь, что после такого он уже точно не встанет… А тигр в это время с рыком бросился в атаку. — Пытаешься умереть с честью? — поинтересовался Акутагава, как будто бы они говорили о погоде. — Как скучно. Минори тоже поняла, что его целью был пистолет, забранный у Хигучи, только тогда, когда тигренок несколько раз выстрелил в Акутагаву. Минори хорошо знала особенности Расемона, знала о том, что он полезен не для одного нападения, а еще и для защиты, что у Рю быстрая реакция… но у нее перед глазами снова стоял Рю во времена самого начала их совместных тренировок, которого трясло от напряжения, кровь из носа которого пачкала белую рубашку, потому что он не мог удержать щит, а Дазай требовал, требовал, жестоко требовал, игнорируя то, что хрупкое тело ученика уже не выдерживает такую нагрузку, и тогда Минори повело. Прав был Мори-сан, когда намекнул на то, что Акутагава — главная ее слабость, потому что, растеряв весь здравый смысл, Минори бросилась между Рю и пулями. Одну она словила плечом. Две другие поглотила ее копия Расемона. Самое дурацкое в этой ситуации было то, что Рюноске прекрасно мог защитить себя сам, потому что много времени уже прошло с тех дней, когда он не мог удержать щит и получал за это от Дазая… но тело Минори сработало быстрее, чем мозг, и желание защитить Рю, абсолютно в этом не нуждающегося, любой ценой, затмило все. И тогда способность Акутагавы отрезала тигренку ногу. Она упала рядышком, с противным хлюпаньем. А потом тигр завыл от боли, именно завыл. Так звери себя ведут в последние минуты жизни. Минори, зажимающую рукой кровоточащее плечо, даже передернуло. — Дура, — вынес ей справедливый вердикт Рюноске, но при этом хотел подставить плечо, чтобы она оперлась на него. Минори, немного смущенная внезапной заботой, отрицательно покачала головой. В принципе, бывало и хуже. С подбитым плечом она сможет дойти до медпункта. — Давай лучше наконец покончим с этим… Но тигренок сдаваться не собирался. Минори это напоминало какой-нибудь американский ужастик, где из детей изгоняют демонов. Тигр, каким-то образом оказавшийся на стене и которому при этом выворачивало все кости… произвел впечатление даже на Минори, которой казалось, что она видела все. Лицо его стремительно покрывалось шерстью, тощие ручки и ножки — у него реально отросла нога! — надувались, как шарики, от невероятно быстро растущей мускулатуры, появился хвост, глаза загорелись желто-голубым огнем… и, если честно, когда он зарычал, Минори запаниковала. — Держись позади, — скомандовал ей Рюноске. А у самого-то даже улыбка счастливая на губах. Минори и рада была бы помочь, несмотря на то, что перед глазами все немного плыло из-за кровопотери, но… это был бой для двоих. Расемон был невероятно быстрым, но тигр оказался шустрее. Взгляд не успевал следить за ним — оборотень как будто обладал телепортом, позволяющим ему перемещаться с места на место за какие-то доли секунды. Упрямая Хигучи попыталась выстрелить, и Минори чертыхнулась — пули не пробивали его шкуру. Но… Рю пока, вроде бы, справлялся. Он же справится?.. Ноги подкосились. Минори сползла по стене, пытаясь хотя бы немного просчитать ситуацию. Вызвать «Черных ящериц»? Толк будет только от Хироцу, Тачихару и Гин просто раздерет когтями — Минори передернуло, когда она слишком ярко представила Гин с распотрошенным животом и торчащими наружу кишками. Тем более, неизвестно, возьмет ли шкуру тигра обычное холодное оружие, пистолет вот уже оказался бесполезен. Помочь Расемоном? Будет только мешаться. Попытаться скопировать тигра? Ага, но перед этим он успеет откусить ей голову… да и, даже если получится, что делать дальше? — Эй, — по щеке прилетела хлесткая пощечина от Хигучи, — не теряй сознание! — Прости, — машинально отозвалась Минори. Скоро еще может кто-нибудь из агентства подтянуться… она ожидала, что поимка тигра пройдет легче. Что делать? Как помочь? Челюсти Расемона сомкнулись на белом теле, и располовиненный зверь упал на землю. Однако за пару секунд до этого Минори успела заметить, как дернулся Танизаки. — Да когда же ты уже сдохнешь!.. — взвизгнула она, в порыве бессильной злобы проткнув рыжего еще раз. Рю, к счастью, и без нее понял, что это была лишь иллюзия. Он огляделся в поисках реального тигра, и оборотень уже каким-то образом бросился на него со спины… Это был красивый бой. Смертоносно красивый бой одинаково сильных соперников. Наверное, он мог бы стать вечным, потому что Рюноске и тигр оказались на одном уровне, но… между ними вдруг выросла очень знакомая фигура. Белый свет заставил Расемон спрятать зубы и вернуться к обычному состоянию плаща, а тигра — превратиться обратно в несуразного мальчишку, который после перехода просто уснул. — Отлично! Хватит на сегодня, — удивительно бодрым тоном объявил тот, кого Минори меньше всего хотела бы здесь видеть — Дазай Осаму, собственной персоной. Остановив тигра и Акутагаву, Дазай с мерзкой улыбочкой повернулся к Минори и спросил: — Без глупостей? — Делай, что он говорит, — ожидаемо скомандовал Рю. Не будь бы его приказа, Минори из вредности бы больше попыталась напасть, даже несмотря на то, что знала, что ни к чему это не приведет… но сейчас она лишь кивнула. — Ты из агентства! — вскинулась Хигучи. Минори пришлось до боли сжать плечо, чтобы не засмеяться в голос. Хигучи пришла в Портовую Мафию уже после ухода Дазая из нее и сейчас, бедная, даже не подозревает, с кем столкнулась. — Но почему…? — Ты подозрительно себя вела, так что я повесил на тебя прослушку! Ожидаемо. Даже не интересно как-то. Дазай — это не человек. Серьезно, как бы Минори не ненавидела его за все, что он сделал с Рю, он был на каком-то другом уровне. Он был выше, умнее, хитрее и предусмотрительнее их всех вместе взятых… Прослушка. Абсолютно случайно попасть в цель и обвешать жучками правую руку своего бывшего ученика, которая должна была заманить на верную смерть, видимо, нового ученика. Черт. Это даже не везение. Это… это просто Осаму Дазай. Минори нервно хохотнула, подтягивая колени к груди. От кровоточащего плеча ее начинало морозить. На такие случаи неплохо было бы найти эспера с исцеляющей способностью и периодически ее копировать… — Не умри тут, — внезапно попросил Дазай, отвлекаясь от объяснения гениального в своей простоте плана. — Я расстроюсь. — Ну да, конечно, — хмыкнула Минори в ответ. Кстати, до его ухода из мафии она ведь кинулась на него однажды. Точно! Без использования способностей, потому что понимала, что с Дазаем это бесполезно, хотя на тот момент его аннулирование работало черт пойми как. Просто хотела выцарапать ему глаза. Их тогда растащил Одасаку, черт бы его побрал с его благородием, а Дазаю пришлось поносить повязку на глазу не только ради создания пафосного образа. — Ладно, Чуя расстроится, — не стал отрицать их сложные отношения Дазай. А после, словно рядом не было трех членов Портовой Мафии, он наклонился над спящим тигром и непринужденно протянул: — Ацуши-и-и! Я вас один не утащу! У него была открыта спина. Так выгодно открыта, что он бы и пискнуть не успел, если бы Минори сейчас воспользовалась Расемоном — ей было ближе всех. Да, возможно, способность Дазая продолжала работать в пассивном режиме, но… пистолет на нем, в отличие от Рюноске, сработал бы. У Минори была прекрасная возможность отомстить Дазаю за все то дерьмо, через которое Акутагаве пришлось пройти через него, прекратить этот порочный круг с гиперфиксацией Рю на нем, да и просто сделать мир чуточку лучше, избавив его от гнойной раны в виде Дазая. И он даже был бы не против — сам так отчаянно рвется к этому. Но… где-то на периферии сознания Ватанабэ сидела мысль, что если бы Дазай не решил притащить двух детей в мафию, она бы никогда не узнала Рю. Скорее всего, они бы с Гин погибли неизвестными — от холода, голода, болезни или каких-нибудь дерьмовых людей. Плечо ныло. Сил хватило только на то, чтобы рыкнуть на дернувшуюся к Дазаю Хигучи с пафосной речью о превосходстве Портовой Мафии над Вооруженным Детективным Агентством. — Он это знает, — прошипела Минори, не уверенная, однако, что ее хоть кто-нибудь услышал. — На этот раз мы отступим, — объявил Рюноске. На душе скребли кошки — несмотря на то, что Минори понимала, что сейчас они в не самом выгодном положении, обидно было возвращаться ко своим без тигра. — Но мафия все равно получит голову человека-тигра. Ведь на черном рынке за его голову дадут семь миллиардов. Одна половина Минори орала о том, что надо его отсюда уводить. Гиперфиксация Рюноске на бывшем учителе играла с ним такую злую шутку, что сейчас, кажется, он мог бы и имя заказчика назвать, если бы его Дазай попросил. Но другая половина заставила Минори и слова против не сказать, хотя Хигучи буквально разрывало от такого «странного» поведения сэмпая. Просто… да, Дазай теперь их самый главный враг, но Портовая Мафия связывает людей крепко. Настолько, что ты не можешь так легко взять и вычеркнуть его из своей жизни. Особенно бывшего учителя, который, как бы Минори не хотелось этого признавать, подарил тебе жизнь и семью. — О, пойдете на нас войной? Попробуй, если кишка не тонка, — любезно разрешил Дазай, выслушав угрозу Рю о том, что они все равно любыми способами заполучат тигра себе. Противостояние ВДА и Портовой Мафии… по мнению Минори, это и не было противостоянием вовсе. Агентство и мафия действительно две стороны с прямо противоположными взглядами на все, но они не могут существовать друг без друга. Сходу и представить было сложно, что могло бы заставить эти организации реально начать войну не на жизнь, а на смерть. Рю помог ей подняться. Держал неожиданно сильно и крепко. А потом было ни с чем не сравнимое ощущение полета с помощью Расемона… и тревожное ощущение, что надо было все-таки набраться смелости и Дазая убить.

***

В медпункте обнаружилась недавно перешедшая сюда новенькая девушка Юки, которая, как оказалось, обладала исцеляющей способностью. Минори уже выдохнула было, понадеявшись на то, что все пройдет быстро — к моменту, когда Рю сгрузил ее на кушетку, она вообще мало что соображала, — но эта Юки огорошила тем, что никакого магического исцеления не будет. Ладно, спасибо, что хотя бы не как в агентстве, где для того, чтобы не умереть, придется все-таки немного умереть… Юки попросила ее снять верх, чтобы осмотреть рану, и предложила помочь ножницами, но Минори пожалела свою рубашку. Только с сомнением покосилась на замершего в дверях Акутагаву, который явно не собирался уходить и поспешил ее «успокоить»: — Мне неинтересно. И правда, чего она ожидала… Юки чего-то колдовала над раной. Было не то что бы сильно больно, но неприятно, однако Минори не могла позволить себе издать ни звука. Дурная привычка, но лучше уж кусать губы чуть ли не до крови, чем визжать, пищать и шипеть. Нельзя показывать свою слабость. Нельзя. Нельзя… — Почему не убила? — вдруг спросил Рюноске. Из-за хрипотцы в голосе Минори даже не сразу поняла, о чем именно он говорил. — Почему ты не убила Дазая? — повторил он чуть громче — а глаза у него злые-злые. Заметил значит, все-таки. Минори склонила голову к здоровому плечу и уточнила: — А ты бы хотел? Акутагава досадливо чертыхнулся, а Ватанабэ, наоборот, разулыбалась во весь рот. Приятно иногда знать, что ты можешь обезоружить Бешеного Пса Портовой Мафии всего лишь одним вопросом без какого-либо двойного дна. — Вот поэтому и не убила, — ответила частичную правду Минори. О том, что она немного, самую малость была благодарна Дазаю, что он привел Рюноске и Гин в мафию, девушка решила умолчать. — Захочешь — добьешь сам. Да и я все-таки хотела узнать, что будет, если я попытаюсь скопировать его способность. Вселенная схлопнется, как думаешь? — Не надо обо мне заботиться, — рыкнул на нее Рю, но сделал это тихо и как-то совсем не страшно. — Не надо быть таким колючим хотя бы со мной, — парировала Минори, прикрывая ненадолго глаза. Кажется, она то ли отключилась, то ли задремала, потому что, когда открыла глаза снова, Юки уже закончила с раной. Она старательно щебетала про то, что ее способность скоро не оставит от нее ни следа, но ближайшие несколько дней лучше отдохнуть и сильно этой рукой не шевелить. Минори покивала для виду, думая только о том, что, по классике, ни одну из рекомендаций не выполнит, а потом они вышли из медпункта, и Акутагава вдруг выдал: — Поехали к нам. — О, — только и выдавила Минори. Не без помощи мафии, Акутагавы, помнится, обзавелись небольшой, в отличие от Накахары-сэнсея, квартирой в не самом популярном районе. И понятно, что большую часть времени жилище либо пустовало вообще, потому что задания не ждут, либо там была только Гин, но… вроде не первый год знакомы, а Минори у них и не была ни разу. Хотя, справедливости ради, к себе домой она тоже экскурсии не водила. — Где встретимся с Гин? — Прозвучало совсем глупо, но Минори правда не знала, что сказать. Почему-то на секунду у нее возникло ощущение, что Рю ей так аккуратно мстит за восхитительный диалог в медпункте. Она и звука издать не успела, когда холодная сталь ножа коснулась горла. Несмотря на то, что Гин, в отличие от брата, родилась обычным человеком, Минори процентов на пятьдесят была уверена, что хоть и слабый, но все-таки дар у нее имеется. Что-то типа управления тенями. Иначе объяснить ее появления из ниоткуда Минори не могла. Нож младшая Акутагава вскоре убрала — даже с маской на ее лице было понятно, что она очень рада видеть Минори. — Хигучи оставила в агентстве свою визитку, — поделилась Гин. Минори, стараясь отвлечься от мерзких ощущений от срастающейся кожи, невольно задалась вопросом, на кой черт правая рука Рю вообще таскает с собой визитки. — Как думаете, он позвонит? Под «он», конечно же, подразумевался тигр. Минори хмыкнула, вспомнив не самый приятный с виду процесс превращения. И мальчишку рыжего. Танизаки, ни разу не замеченный на боевых заданиях ВДА, но так отчаянно защищающий сегодня сестру, тоже произвел на нее впечатление. Минори любила смелых. — Мне кажется, позвонит. Я почти уверена, что он захочет бегать от нас один, чтобы «спасти» друзей, — сказала Минори. А потом не удержалась и поддела: — Да и пламенная речь Рю должна была произвести на него впечатление. «Это твоя карма, тигр, они все умрут из-за тебя», у-у-у… — Заткнись, — рявкнул на нее Рюноске, но Минори в ответ только послала ему воздушный поцелуй. Гин начала учиться водить машину. Тачихара даже не подозревает, что она девушка, зато Хироцу, на правах командира, вроде бы знал, но его это ни капли не смущало. Хигучи тоже не знает, но ей Гин говорить боялась — приревнует еще (здесь Рю хотел их обеих убить). Той девочкой, мини-версией Кое, продолжает заниматься Верлен. Чуя, вроде как, заходил к нему пару раз. Прошло неожиданно мирно. Минори пообещала себе, что при ближайшей же встрече расскажет наставнику о том, насколько омерзительной сегодня была рожа Дазая. Он порадуется. В общем, жизнь в Портовой Мафии кипела, и перспектива провести вечер в компании Рю и Гин радовала. Потому что что-то подсказывало Минори, что скоро у них таких тихих вечеров, когда единственной ее проблемой была срастающаяся рана, уже не будет.