Лилии

Утро началось с потока сообщений. Неудивительно, но неприятно. Тишина стояла несколько дней, но сегодня Ира вновь решила взяться за дело. Антон уже тысячу раз ругал себя за то, что не добавит её в черный список, что не выключит уведомления или наконец не ответит, чтобы от него отстали. С раннего утра солнце старательно освещало каждый уголок комнаты. Даже с закрытыми глазами лежать было некомфортно, поэтому сонный Антон медленно сполз с кровати и отправился приводить себя в более или менее приличный вид. Завтракать в очередной раз не хотелось, но от чашечки крепкого кофе он бы не отказался. — Антош, можно тебя попросить зайти в аптеку за лекарствами для Дениса. Никак не успеваю, но сегодня они уже очень нужны, — мама впопыхах носилась между комнатой и зеркалом в прихожей. Видимо кофе придется отложить на потом. Антон сунул вибрирующий телефон в карман спортивной кофты и вышел из квартиры. Ближайшая работающая аптека по закону подлости находилась в двух кварталах, поэтому день начался с небольшой пешей прогулки. На самом деле определенные планы имелись. По своим знакомым Поз пробил, что недавно один парень вернулся в город из заграницы, в прошлом тату-мастер и ищет перспективное место для работы. И вот они договорились о встрече сегодня. Посмотрят на него, что за зверь и с чем его едят. Антону нравилось размеренно гулять по узким улочкам, пока народ спешил на работу. Он думал о том, что пора бы отпустить прошлое, чтобы двигаться дальше без якоря за спиной. И когда в очередной раз телефон завибрировал в кармане, парень, не глядя на экран, ответил на звонок. — Слушаю, — сказал он совершенно спокойно. На том конце провода поперхнулись, и на несколько секунд повисла тишина. — Извини, Тош, не ожидала, что ты ответишь. Кхм, как дела? — Ты за этим звонишь мне? — Нет, Тош, — и снова недолгая пауза, — я бы хотела поговорить. От Ириного «Тош» крутило в животе. С самого детства она так называла его, и раньше Антону это нравилось. В этом было что-то сокровенное, только между ними. Сейчас такая форма имени вызывала раздражение. Продолжать разговор не хотелось, но, видимо, по-другому Ирина не успокоится. — Я напишу сам, когда буду свободен. До этого момента хватит разрывать мой телефон. И с этими словами Шастун сбросил вызов. Да, возможно, он ведет себя как истеричная девчонка, но вообще-то ему разбили сердце и каждый божий день продолжали напоминать об этом. Тут даже крепкий парень вроде него даст слабину. После разговора утро лучше не становилось. Лекарств не оказалось в той самой ближайшей аптеке и пришлось идти еще дальше. В этой спешке Антон только успел выкурить две сигареты и забежать домой за ключами от мотоцикла. Ему все еще адски хотелось кофе, поэтому он набрал номер Сережи, так звали паренька, с которым они договорились встретиться, и попросил перенести встречу в первое пришедшее в голову кафе. Красные занавески все также «украшали» это место. Официантка улыбнулась, когда увидела знакомого клиента. Как и в прошлый раз, людей здесь особо не было, поэтому девушка очень воодушевилась и любезно поухаживала за посетителем. На удивление, Антон пришел первым. Возможно, потом ему придет пару штрафов за превышение скорости. Он заказал себе тот самый желанный крепкий кофе без молока и сахара и только теперь задумался, почему назначил встречу именно здесь. Достаточно странные воспоминания связывают его с этим местом. В мыслях всплыл образ мужчины в выглаженном костюме и прической, немного небрежной из-за шлема. Однако образ этот очень быстро развеялся. — Здорова, — прозвенел над ухом басистый голос. Загорелый мужчина невысокого роста протянул Антону руку. Немного встряхнувшись, Шастун приветливо ответил на рукопожатие и пригласил за столик. — Ничего, если мы сразу на «ты»? — спросил Антон, пока Сережа рассматривал меню. — Без проблем. Сережа сделал такой же заказ, как и Антон, что вызвало улыбку. Уже в какой-то мелочи они похожи. Пока Сергей наслаждался напитком, Шастун рассказывал про салон, что и как в нем устроено. Сказал также причину поиска нового сотрудника, поведал о перспективах расширения. Они с Димой искали не просто работника, а человека, который сможет стать частью чего-то большего, вложит душу в их дело и, возможно, внесет свою лепту в модернизацию салона. Им хотелось видеть того, кто также горит этим и желает развиваться вместе. И в процессе беседы Сережа показался именно таким. Он дал взглянуть на свои работы, в которых прослеживался индивидуальный почерк мастера. — Я думаю, салону не хватает какой-то фишки. У вас современный интерьер, но таких салонов много, — высказал мысль Сережа. Антон говорил Диме то же самое, но тот не был человеком творческой натуры. Он блестяще следует технике выполнения работы, разбирается с документацией и финансами. Дима всегда был головой, а Антон сердцем. Но реализовать какой-нибудь сложный проект в одиночку слишком тяжело. Поэтому сейчас парень зацепился за слова Сережи. — Серег, скажу так, мне нравится, в каком направлении ты мыслишь. Ты хороший мастер с идеями, которые нам сейчас нужны. Поэтому если у тебя самого возникло желание с нами работать, то будем ждать тебя завтра утром в салоне. Возможно, Дима расскажет получше всю внутреннюю кухню. На этой ноте Сережа попрощался со словами «до завтра». Приятное послевкусие встречи немного встряхнуло Антона. Он не ожидал, что человек в команду найдется так быстро. Может быть, сама судьба дала «добро» на внезапные карьерные начинания парня. Это своего рода знак, что он движется в верном направлении и нужно продолжать в том же духе. Правда сейчас Антон находится в самом начале пути и сделал лишь первые шаги. Сегодня еще нужно созвониться со Стасом. По словам Димки, он активно обосновывается в Питере и первое время обещает помочь. — Повторите заказ, пожалуйста, — сказал он официантке, которая снова взгрустнула от безделья. За все это время в кафе не заглянул ни один посетитель. За окном погода продолжала радовать глаз. Вдруг поднявшееся настроение подталкивало прогуляться на солнышке, к тому же в заведении без кондиционера становилось душно. Антон попросил девушку налить напиток в стаканчик с собой и поднялся со своего места, предпочитая ожидать возле барной стойки. Пока кофейные зерна перемалывались в машинке, Антон залипал в телефоне, листая диалоги сообщений в поисках Стаса. Слух отдаленно уловил звон колокольчика над дверью и бархатный мужской голос. Они нарушили тишину, устоявшуюся в кафе. Было странно слышать здесь еще кого-то. Антон оторвал взгляд от телефона и наткнулся на изучающий взгляд. В этот момент он осознал, чьи глаза рисовал последнее время так забвенно. Со страниц альбома они всегда смотрели по-разному. Иногда с добротой и легкой смешинкой, иногда с неким озорством. Некоторые рисунки веяли грустью, и, наверное, в такие моменты были отражением самого художника. — Не думал тебя здесь встретить, Антон, — сказал Попов. — Кхм, привет, кстати. Преподаватель Дениса выглядел как всегда с иголочки. Даже в такую жару он отдавал предпочтения костюмам. И рубашка цвета дорогого красного вина придавала его образу экстравагантности. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич. Аналогично удивлен. Попов заказал себе что-то с кучей сиропов и тоже на вынос. Этот человек сочетал в себе уйму красок. Если сравнивать с серыми буднями Антона, из которых он старательно пытался выбраться, то жизнь мужчины напоминала калейдоскоп. Яркая эффектная одежда, сладкие напитки, вкусные завтраки, семинары, конференции и много-много воздуха. Все это шло в разрез с крепким черным кофе, сигаретами и татуировками. Арсений Сергеевич ассоциировался со светом, к которому почему-то хотелось тянуться. Пока Антон крутил в голове эти мысли, Попов не без интереса разглядывал его. — Первый раз так близко вижу твои тату. Почему так много? — сказал Арсений, заметив вопросительное выражение лица Антона. — Просто нравится. И вообще не в первый. Последнюю фразу Шастун добавил намного тише, вспомнив тот утренний инцидент, когда преподаватель появился на пороге их квартиры. Тогда он смог лицезреть татуировки Антона целиком и полностью. Кофе машина вдруг стихла, и сказанные слова можно было услышать в каждом уголке пустующего кафе. Смутились оба, прокручивая в голове воспоминания. Ситуацию спасла официантка, когда поставила одновременно два стаканчика с напитками и оповестила об их готовности. На выходе Антон придержал мужчине дверь и наконец смог вдохнуть свежий воздух. Теплый ветерок обволакивал своими объятиями и прогонял духоту с улиц. Шум машин сливался с шумом листвы на деревьях парка через дорогу. Там можно было скрыться от солнца в тени раскидистых кленов и вязов. — Я хотел созвониться с Денисом, но раз мы с тобой пересеклись, то не мог бы ты ему кое-что передать? — спросил преподаватель, пока они не сговариваясь шли в сторону парка. Получив утвердительный кивок, Попов продолжил, — В эти выходные в Петербурге будет проходить конференция умов психологии. Хочу поехать вместе с Денисом, чтобы познакомить его с моим давним приятелем. Им будет что обсудить. Да и вообще это удачный момент зарекомендовать себя. Пусть его хотя бы запомнят в лицо. — Передам, — ответил Антон, подумав о том, как же это, наверное, все скучно. Куча ученых и заумные темы, брр. — А, и еще один момент. Обратно вернемся только во вторник ночью, это самые ранние билеты, которые есть, чтобы улететь домой. Почему-то слушать Попова оказалось очень интересно. Пока они медленно прогуливались в тишине парка, Арсений Сергеевич рассказывал забавную историю его знакомства с тем самым приятелем. Еще будучи юными студентами, прилетев на семинар, посвященный когнитивным искажениям, они перепутали в аэропорту багаж. И заметили это лишь через пару дней, так как оба чемодана были набиты примерно одинаковыми книгами по психологии. Этот конфуз положил начало крепкой дружбе. — Время и жизнь распоряжаются нами по своему желанию, они могут раскидать друзей за тысячи километров друг от друга, даже в разные часовые пояса. И ты ничего не можешь с этим поделать, — поделился мужчина. И в его голосе были слышны печальные нотки. Эти слова задели в душе Антона какие-то тревожные струны. Для него Дима был одним из самых близких и родных людей. Мысли о том, что Шастун его бросает здесь, не покидали. С другой стороны, появившийся шанс уехать, как глоток свежего воздуха, наполнил грудь. Спустя долго время его глаза наконец начали вспыхивать огоньком, он составлял бизнес-план, встречался с людьми, много рисовал, снова жил. — Жалеете? Мужчина не жалел. Моментами грустил и скучал, да. Но не жалел. — Настоящие друзья не пропадают. Антон согласился. Они с Позом прошли уже очень много вместе и расстояние не должно их разделить. — Любите же вы пофилософствовать, Арсений Сергеевич. Мужчина хмыкнул и пожал плечами. — Что? Оказался занудой, как ты и думал? — с легкой смешинкой в голосе спросил Попов. — Вовсе нет, но не напрашиваетесь на комплименты. Вы же не дама моего сердца. Свои эмоции мужчина спрятал в стакане с напитком, сладкие запахи которого доносились и до Антона. Карамель игриво перекликалась с фисташками и мятой, в то время как крепкий кофе Шастуна медленно остывал. За светскими беседами парень не заметил, как они прошли сквозь длинную аллею парка. Через своды деревьев-великанов начало проглядываться здание с белыми колоннами и орнаментом по периметру крыши. Оставалось только перейти дорогу и можно сразу оказаться в приуниверситетском дворике. — Я думаю, мне не стоит идти дальше. Кто-то из группы Дена может увидеть, — сказал Антон и остановился. Мужчина встал напротив. Он щурился от солнца, наклонив голову и смотря на Антона как-то загадочно. В его кудрях играли лучи солнца, а глаза напоминали бескрайние небесные просторы. Почему каждый раз от них так сложно оторваться? — С тобой приятно вести беседу, Антон. Спасибо, что составил компанию. И надеюсь, я не украл у тебя слишком много времени. Парень проводил взглядом преподавателя до самых дверей, делая глотки остывшего черного кофе. Почти у самого порога Арсения Сергеевича окликнул какой-то студент, протягивая увесистую папку с листочками. Мужчина сразу же принялся изучать ее, закатывая рукава своей бордовой рубашки. И было в этом движении что-то магическое. Что-то, о чем Антон предпочитал не думать. Также как и о том, почему снова оказался возле университета, ведь теперь ему нужно идти обратно. Мотоцикл по-прежнему стоял возле кафе с красными шторами и ждал своего хозяина. Парень медленным шагом направился по той же дороге в обратном направлении. Только теперь солнце стало чаще заходить за облака, и сладкий запах карамели с фисташкой остался витать в воздухе где-то далеко позади, на смену ему пришел едкий сигаретный дым.

***

— Только через мой труп! — заявила Майя Львовна сыновьям. В квартире Шастунов снова царил кавардак, и пух с перьями вот-вот должны разлететься по всем комнатам. На кухне спорили мама с Денисом, а Антон хватался за голову и думал о том, как бы ему не прилетело. — Мам, ну я уже почти поправился! Меня выписывать должны вот-вот, — с истерической ноткой в голосе Денис не переставал уговаривать непреклонную женщину. — Во-первых, твое «вот-вот» ситуацию не улучшает. Во-вторых, тебе в больнице понравилось? Тебя еле в чувства привели. А самолеты, конференции — это все один сплошной рассадник инфекции, — настаивала мама, помешивая суп на плите. — Нет и точка. Я больше не хочу даже слышать об этом. Денис повернулся к Антону в поисках поддержки, но тот лишь развел руками, мол с этой женщиной спорить бесполезно. Уж за двадцать с хвостиком лет они усвоили это отлично. Брата было жалко, но и мама с какой-то стороны права. Он только пошел на поправку, и смыть все усилия в унитаз будет очень безответственно. Младший в расстроенных чувствах ушел в свою комнату, Антон тоже не горел желанием попасть под горячую руку и поэтому ушел к себе. Альбом с карандашами преданно ждали на кровати. Вместо привычных эскизов душа требовала пейзажа. Высокие клены и вязы стремились ввысь на белом листе, их ветви тянулись к нежно-голубому небу, по которому плыли мягкие облака. Сквозь толщу крон, где изумрудная листва переливалась солнечным светом, проглядывала лазурная глубина. В тени, между мощными стволами деревьев мелькали робкие лучики солнца. Они, словно дети, резвились на покрытой мхом земле, рисуя причудливые узоры. Кое-где между ветвями прятались птицы, и кажется, что их пение можно было услышать даже сквозь небрежные штрихи карандаша. Картина, рожденная в тишине комнаты, дышала жизнью и чувствами. Здесь хотелось остаться навсегда. Мысли прервал тихий стук в дверь. В небольшую щелку неловко протиснулся Денис. В голове пронеслось «о нет». Предчувствие Антона обманывало редко. — Входи, что случилось? За окном уже стемнело. Парень даже не заметил, как закончился день. — Обещай, что не убьешь, — сказал Денис, все еще маяча у двери. — Ну давай уже, бро, хватит тянуть кота за всем известное место. И вот чувство дежавю настигло Антона. Тот же взгляд, то же смятение. Все повторяется, и Денису даже не надо было начинать объясняться. Слишком предсказуемо. — Понимаешь… — начал Ден, но его сразу перебили. — Все понимаю, братан, но это очередной бред. Мы с тобой буквально недавно обсуждали и сошлись на том, что такой ерундой больше не страдаем. Денис, опустив голову, подошел ближе и сел на кровать. Молчание длилось пару минут, видимо, брат продумывал стратегию уговаривания в своей голове. Если с мамой боевая тактика не сработала, то тут еще есть шанс на победу. — Тох, пойми, появиться на этой конференции для меня очень важно. Сейчас я работаю над научным докладом для выступления в июле, и многие профессора из Петербурга будут присутствовать. Поэтому мне надо зарекомендовать себя перед ними. Чтобы они знали, кто перед ними выступает, — разразился тирадой Ден. Антон не верил, что это снова с ним происходит. Он закрыл лицо ладонями и отрицательно мотал головой. — Ты понимаешь, что мне там надо будет открывать рот и поддерживать диалог с умными дядями и тетями? Ты вот себе это представляешь? Я лично — нет. Находиться среди светского общества ученых точно не конек Шастуна старшего. Проще представить бегемота, грациозно исполняющего главную партию балета «Лебединое озеро». Максимум, что он сможет сделать — это грациозно опозорить Дениса. Тогда его июльский доклад никто даже и слушать не захочет. — Мне больше не к кому пойти, — совсем поник Денис. — Там будет Арсений Сергеевич, он спасет ситуацию, — еще с надеждой продолжал он. — Ты хочешь сказать, что он в курсе? — удивленно спросил Антон. — Н-нет, но я точно уверен, что его большое сердце не сможет нам отказать. «Боже, история повторяется», — обреченно подумал Антон. Денис предложил за оставшиеся два вечера поднатаскать брата по теме конференции, чтобы тот хотя бы примерно понимал, о чем там пойдет речь. Мурашки бежали по коже, когда в мыслях стали проплывать картинки учебников и какие-то заумные словечки. Помимо интеллектуальной экзекуции Антону предстояло купить костюм и пару рубашек. Он слабо представлял себя в чем-то кроме джинсов и футболки, но здесь выбора уже не было. Конечно, Шастун старший не согласился бы на очередную авантюру, если бы не видел для себя выгоды. Сегодня он успел-таки поговорить со Стасом, и они договорились встретиться, как будет возможность. Шеминов хотел лично обсудить рабочие моменты и что-то предложить. Поэтому поездка в культурную столицу будет никак кстати. Покраснеет он один вечерок перед великими умами, а потом гуляй на все четыре стороны. Была еще одна причина, которую подсознание Антона тщательно прятало где-то глубоко. И эта причина смотрела сейчас со страниц альбома, смеясь и будто издеваясь. Утром в субботу Антон сидел в такси и все еще не верил в происходящее. В его голове варилась каша из фамилий и сложных психологических терминов. Хорошо он понял лишь одно, что конференция будет про какие-то сны. Но зачем их изучать, все еще оставалось загадкой. По мнению Шастуна, люди занимались этим от безделья. В сознательной жизни и так много насущных проблем, зачем еще добавлять к этому бессознательное. Аэропорт как всегда кишел народом. То были семьи с детьми и огромными чемоданами или деловые люди с ручной кладью и нескончаемыми разговорами по телефону. Антон не относил себя не к одним, не к другим. Он был где-то между. Обычный парень с рюкзаком и дорожной сумкой. Вообще можно было обойтись без рюкзака, но в последний момент Денис впихнул ему книги в дорогу. Наивный думал, что старший брат и правда будет читать его талмуды. За пару часов полета не возможно начать разбираться в том, чему младшего учили который год. В самом конце зала ожидания находился небольшой ресторанчик быстрого питания. Оттуда люди выходили с хот-догами, булочками и прочим фастфудом. Возле него за высоким длинным столом и сидел Арсений Сергеевич, который до последнего момента был не в курсе событий. Антон поставил свои вещи на соседний стул, тем самым обратив на себя внимание. Мужчина обернулся и застыл, приветствие так и не слетело с его губ. — О, нет, — с ужасом только и смог произнести Попов. — О, да, — немного виноватый голос услышал он в ответ.