Оттенки голубого и серого

Балы-маскарады в поместьях представителей императорской семьи всегда отличались размахом. Роскошь убранства, поражающее разнообразие блюд и лучший алкоголь со всей Блаженной Аркнийской – именно в таком месте мечтает обитать людская знать, но выпадает честь немногим. Элита общества кружила тут и там в изящных одеждах, отстукивая каблуками туфель по гладкому покрытию в ритм клавесина. Отличиться все старались не только дороговизной нарядов, но и масками, у кого выделяющимися огранкой из драгоценностей, у кого причудливым узором, а у кого и диковинной формой. Впрочем, все они не скрывали в должной мере лица гостей – малое разочарование для тех, кто прибыл инкогнито. Танцы были главной усладой подобных вечеров, позволяющей не только с удовольствием проводить время, но и заручаться приятными и полезными связями. Традицией было поучаствовать хотя бы в одном менуэте, что, как правило, растягивалось на несколько танцев. Однако для некоторых личностей стол с высококачественными выпивкой и закусками, к примеру, может стать куда привлекательнее. Таковым гостем оказался молодой, подтянутый дворянин в приталенном чёрном камзоле со скромным узором, кюлотах и не отличающихся блеском туфлях. Данной фигурой являлся Джесси Эль Белл, имеющий статус дворянина меча и, на удивление многих, солидное богатство, но притом прославившийся редкостным возмутителем спокойствия в узких кругах. Впечатление от него у присутствующих на балу вельмож было весьма прискорбным, – большую часть вечера оный держался одиночкой. И всё же сомнительный индивид не обделял себя зрелищами и упорно высматривал, как могло показаться, спутницу. Тем не менее взор его был устремлён в несколько ином направлении. – Не мог не заметить ваш взгляд на мне на протяжении всего вечера, – молодой аркн, младший из Оттонов и главное лицом этого бала, с трудом скрывал раздражение и сочащуюся неприязнь. – Если у вас ко мне какое-то дело, то я слушаю. – Польщён, что Вы подошли, – на лице молодого человека появилась кривая, но достаточно приличная, несмотря на выпитое, улыбка, чужой тон его едва ли смущал. – Но я только размышлял о несбыточных возможностях. – Что вы имеете в виду? – маска недовольства дала трещину, уступая место непониманию. – Не уверен, что подобные мысли нужно озвучивать, – длинные пальцы в тонкой перчатке ловким движением обхватили ножку бокала с элирийским вином, – качнув кучерявой головой, Джесси протянул небольшое подношение собеседнику. – Не тратьте моё время, говорите, – Оттон машинально принял бокал, не спуская взора с голубых глаз в прорезях серой маски. – Если Вы настаиваете, – человек предварительно отпил вина, не сдерживая неоднозначной улыбки. – Видите ли, тяжело осмелиться пригласить на танец того, от кого точно последует отказ. – И кто же это? – раздражённое нетерпение ясно отражалось на лице высокородного дворянина. – Говорят, его кандидатуру недавно выдвинули на пост главнокомандующего легионом провинции Магра, – Эль Белл скрыл улыбку за стеклом фужера. Повисло тяжёлое молчание. Немногим доводилось лицезреть подобную гамму эмоций на лице аркнийского солдата, однако случайному незнакомцу удалось стать виновником смешения возмущения, замешательства и ещё не успевшей набрать обороты ярости в тонких чертах лица. – Вы смеете шутить со мной?! – злосчастный бокал в руке мешал взяться за рукоять шпаги в привычно угрожающем жесте, и у Оттона только и получалось, что разбрызгивать капли вина на пол. – Отнюдь нет, – вызывающему спокойствию мужчины можно было только позавидовать – в действительности же никто бы не захотел оказаться на его месте. – Как я и сказал, – он приподнял бокал на уровень собственного лица, вглядываясь сквозь стекло и красную жидкость в черты чужого лица, – я бы пригласил на танец самого Дория Оттона, если бы не знал, что получу отказ. Необычная беседа начинала привлекать внимание знати. Тем не менее словам Джесси посчастливилось остаться услышанными только разозлённому визави. Оный же, судя по резко сменившейся гримасе, был готов схватиться за шпагу, разбив предварительно вдребезги фужер. – Да как ты смеешь?! – в момент могло показаться, что цвет лица Дория принял синий оттенок. – Настолько опьянел, что не способен отличить настоящего мужчину от женщины?! Да я... – Прискорбная ошибка, – ровный тон Эль Белла нагло прервал гневный поток слов, заставив военного замереть от неожиданности. – Я не сомневался в Вашем мужестве, отнюдь, – его голос становился тише, но лишь для сохранения крох приватности диалога, – Вы высказали собственные подозрения. Взгляд Эль Белла поверхностно пробежал по телу аркна, оказавшемуся сбитым с толку и вынужденному на мгновение после отвести взор в сторону. На лице же человека улыбка стала только шире, не нарушая пределов приличия. – Вам не нужно доказывать мне, что Вы "настоящий" мужчина, – интонационно выделив нужное слово, возмутитель спокойствия бесстыдно замер в ожидании ответа. – С чего ты взял, что я бы стал что-то доказывать человеку? – злобный прищур серых глаз выражал только презрение. – Тем более пьянице, не знающему своего места. На мгновение повисла пауза, словно говорящая, что Эль Белл ещё имеет право ответить, однако это было секундной уловкой. Оттон сжал бокал, на его лице отразилась недобрая ухмылка, и только тогда он добавил: – Забирай вино, ясность речи тебе ни к чему, – заканчивая реплику выплёскиванием жидкости в лицо и приоткрытый рот собеседника. Вокруг послышались оханья и напряжённый шёпот – облитый вином закашлялся, широко раскрыв глаза. Истинный дворянин, ощутив удовлетворение от собственного поступка, удалился в другую часть зала, в то время как в спину ему упёрся не один десяток взглядов, пока иная часть публики уставилась на Эль Белла. Будь это конфронтацией между двумя людьми, действо незамедлительно перешло бы к дуэли, однако аркну никто ответить не осмелится. Вскоре придя в норму, Джесси залпом осушил бокал, что держал в руке, поражая окружающих не только открытым пьянством, но и недобрыми широкой улыбкой и взглядом в сторону удалившегося обидчика. Голову его занимали отнюдь не приличные мысли.