В любви умирать...

Стоны боли и тихие завывания приглушаются плюшевой игрушкой, но всё же мама Нугзара слышит болезненные всхлипы, доносящиеся из комнаты парня и пару раз постучав по двери костяшками пальцев, открывает её. Заметив своего сына, свернувшегося калачиком, всего заплаканного и дрожащего, она подходит к нему, положив ладонь себе на грудь от досады и сожаления, вторую кладёт сыну на волосы, начав слегка поглаживать, от чего Гибадуллин чуть вздрагивает, испугавшись резкого появления своей матери рядом с собой. — мама?.. — хрипло шепчет Нугзар, подняв голову от такой мягкой и родной игрушки с запахом любимого человека. — чш-ш-ш… Что случилось? — аккуратно спрашивает женщина, тёплым взглядом, как пушистым одеялом, окутав всего парня. — Ксюша… Мы… — он не выдерживает. Как и предполагал — начал плакать, не в силах что-то объяснить. — ох, боже… Вы расстались? Ну тише, родной мой, идём ко мне, — подсаживаясь ближе, мать Гибадуллина тягет к нему руки, приглашая в объятья. — чш-ш-ш… — мам… Она любит другого… Но я?.. А как же м.мы?.. — парень приподнимается и падает прямо в руки мамы, крепко обняв. — я понимаю, тебе больно. Но, зайчик, все мы имеем такое коварное свойство. Каждый из нас свойствен разлюбить кого-то, особенно, если это любовь на расстоянии… — я знаю, но я так её люблю! Я не могу без неё! — навзрыд кричит Нугзар, захлёбываясь собственными слезами. — я понимаю… И, ох, как мне тебя жалко… Но винить в этом Ксюшу не стоит, верно? Стоит просто принять. Принять, и постараться забыть, отпустить её. Это сложно, сынок, я знаю, но обязательно нужно попытаться! — я и не собираюсь её винить… Просто как же с-с-с… Сложно принять это. Сложно её вот так взять и забыть. Ты же понимаешь, да? — конечно, родной, я понимаю. Но для этого у тебя есть я. И… Эд! Сегодня же у него стрим? Прийди на него, несмотря на всё это! Он же всегда тебе помогает! Давай, я буду рядом? Буду утешать. Только не плачь, — у женщины сердце разрывается от слёз своего самого дорогого человека, как и у него от боли. Парень пару раз кивает, принимая предложение матери и ослабляет объятия, позже и вовсе выкарабкавшись из её цепких рук. На дрожащих ногах он доходит до компьютера, придерживаемый мамой и присаживается на кресло. Женщина садится рядом на деревянный стул. Загружает Майнкрафт, глядя будто сквозь монитор, хмурым, затуманенным слезами взглядом словно разрушая прочное стекло экрана.       Играть в таком состоянии безумно тяжело, особенно осознавая, что где-то у себя, в слабо освещённой комнате, скорее всего в любимом жёлтом кигуруми также играет и его девочка. Из головы не выходит её сонный образ во время одной утренней записи ролика, когда они, ради доказательства, что не спят, включали веб-камеры. Он вспоминает, как не мог отвести взгляд от одного единственного прямоугольника, где отображалась она.       Пару раз проигрывает в «TNT run» и на последней попытке Эда выиграть, просто выпускает из рук мышку с клавиатурой, ладони до боли прижав к мокрым глазам, что не могут отпустить образ Ксюши, постоянно проецируя её, куда бы тот не посмотрел. На спине неожиданно чувствует тёплую руку, медленно поглаживающую дрожащее теле парня.

***

      Незаметно пролетают ещё несколько мини-игр и вот Эд уже подключается к дискорду ребят, здороваясь. Все разговоры, до этого болью врезающиеся в уши, вмиг прекращаются, заменившись галдёжкой приветствий. Лера жалуется на кого-то, Мия приглушённо смеётся, а Ксюша… Она тихо хихикает и, обращаясь к Мише, говорит как-то по особенному… — Клайп, ты дурак? Пхпх! Отстань от меня! Ахаха! — доносится такой родной голос. Сердце сжимается от ревности и желания убить этого заносчивого парня, к которому так липнет его любовь. ЕГО. — хе-хе-хе, не-е-ет, пока раунд не начнётся, я буду тебя доставать. Даже после начала буду.       Неожиданно даже для себя, Нугзар срывает свой микрофон вместе со шнуром. Штекер с характерным хрустом отсоединяется и микрофон летит в стену, разбившись. Мать парня вновь хватается за сердце, испугавшись поведения своего сына и привстаёт, чтобы в случае чего сразу помочь ему успокоиться. Но делать этого не приходится, Гибадуллин сам приходит в себя и садится обратно на кресло. — прости, не сдержался… — тяжело выдыхает Нугзар, обращаясь к матери. — ты сама слышала… — да. Не оправдывайся, сынок. Всё нормально. Начинается первый раунд. Гибадуллин неохотно вылазит из своего «убежища» и сразу замечает Ксюшу, что ходит около окна в заброшенном доме, выискивая кого-нибудь из снайперов. Он не может. Ему не хватит сил выстрелить. Раньше, — любя, — он мог немного поиздеваться над девушкой, но не сейчас. Но вот рядом с ней парень замечает Мишу, с которым, видимо она «затимилась» в тайне от всех, ведь они буквально трутся друг о друга и не убивают.       Клайпа Нугзару не жалко нисколько. Он напрягся и, без угрызения совести дождавшись момента, пока парень вдалеке остановится, стреляет. Это видит девушка и, покрутившись пару раз по кругу, замечает бывшего, в которого в тот же миг стреляет без прицела. [Клайпуша был убит Нугзарчик] [Нугзарчик был убит Ксюфенька]       Парню плевать. Главное, что этот мудак не сможет продолжить игру в этом раунде и не будет ходить рядом с Ксюшей. Хотя убийство своего ненавистника в игре плохо залечивает все раны и не возвращает ему девушку, совсем немного оно успокаивает. Особенно кремом душу мажут возмущённые крики Михаила. Даже небольшая тень улыбки вырисовывается на тусклом лице Нугзара.       Колодяжная, немного потупив, непонимающе «экает», будто что-то хочет спросить или прояснить какую-нибудь деталь, но резко умолкает. Парень понимает с одного её «э», о чём хотела поговорить девушка. Он её не убил, хотя спокойно мог это сделать и конечно у неё появятся вопросы. Хотя, вроде, она сама поняла причину.       Раунд продолжается, но уже без двух человек. Следующие два проходят обычно, лишь грудь всё ещё сдавливает от этих чёртовых прилюдных заигрываний Ксюши и Миши. В конце игры один донатер решил поинтересоваться — почему же Нугзар всё время молчал. Такой же вопрос появляется и у самого Эда, поэтому спустя время он спрашивает у парня: — а чего ты, херейдик, молчишь всё? «просто» «не хочу»       Оправдывается в чате, не зная, что ответить ещё. На облегчение Гибадуллина, Эд не пристаёт к нему с расспросами и продолжает вести стрим. Оставляет ребят одних в Дискорде. Нугзар не собирается долго задерживаться, но в последний момент перед отключением, краем уха слышит Ксюшу. «Миииш, пошли в отдельный дс». — конечно, прекрасная, — своим басистым сломанным голосом отвечает парень и пара выходит из комнаты под дружные удивлённые «о-о-о» остальных. Ломают Нугзара, даже не прикасаясь. Не используя лом, топор, ничего. Ломают словами. Ломают действиями, поведением. Слабый хрип вылетает изо рта парня, чья голова опущена к груди. Тело трясётся от плача. Душа разрывается в клочья. Ужасные мысли лезут в голову, но лишь их он может подавить. Лишь мысли о том, как можно убить Мишу парень останавливает. Но на их замену залетают другие, доставляющие неимоверную боль. ——— Ксюша весело хихикает, обнимая Нугзара за шею, пока тот прижимается к ней. Питер. Отель, где заселился Гибадуллин. Двое влюблённых. Что может быть лучше? Парень не знает. Они лежат так уже с час. Колодяжная на нём полусидя, а он — облокотившись о спинку кровати и в руках держа эту хрупкую, милую и до жути любимую девочку, свою девочку. Долго смотрят друг другу в глаза. Оба очень хотят лишь одного, но как? Страх неожиданности не даёт ничего сделать, вводя в ступор.       Во время очередных объятий, парень немного поворачивает голову в сторону девушки, глядя то в глаза, то на губы. Он крепко сжимает её в своих руках и лбом прижимается к виску. Ближе к таким манящим, таким желанным устам, что терпеть это расстояние, этот обдуваемый горячими дыханиями промежуток между ними невыносимо сложно. Аккуратно, словно лев, подкрадываясь к своей будущей пище, пылающие желанием ощутить на себе её мягкие, губы Нугзара проводят линию коротких поцелуев от щеки Ксюши до пухлых губ. Глаза, что смотрели на лицо любимого человека напротив, сами закрываются при первом касании губ друг друга. Сначала лёгкие, аккуратные и недолгие поцелуи, которые постепенно сменяются более глубокими, чувственными движениями.       Воздуха критически мало, от возбуждённых чувств дышать очень трудно, хочется вжиматься друг в друга, не в силах сделать любовь в себе. Руки Нугзара на шее Ксюши, её ладони на его плечах. От переполняющих эмоций кружатся головы и приятно сводит животы. ——— «смирись и отпусти» — посоветовал бы каждый. «она тебя не достойна» — поддержали бы друзья. «она просто мразь, забудь её» — сказали бы близкие.       Но всё это ничуть не поможет Нугзару. Не утешит, не заставит проверить в их «правду». Ему нужна его маленькая, он её любит. Парень в который раз понимает это и продолжает горько плакать, чувствуя горячую ладонь своей матери на спине.