Люди из плейлиста

«Ну где она, почему не берет трубку? С ней все хорошо?» - думал парень. В его голове проносились самые разные мысли. Время было уже три часа дня, и Роберт не на шутку испугался за любимую. Быть может у нее случилось? Она в больнице… коме… мертва? Рина не брала трубку уже второй час. Москва, конечно, изменила ее образ жизни, но за последнее время она ни разу не вставала с кровати позже двенадцати. Все его надежды были на то, что у девушки просто сел телефон. Он понимал, что беспокоиться нечего, ведь она осталась под крылом его лучшего друга - а Гриша очень надежен в этом плане. Однако парень продолжал себя накручивать. *** - Я не хочу тебя пугать, - начал Гриша, - но мы в лучшем случае в Калининграде. - А в худшем? – спросила я. - Мы не в России. А если быть точнее… - парень перестал говорить, достал телефон и, видимо, зашел в карты посмотреть, где же мы все-таки находимся. На его лице постепенно проявлялось удивление. – Мы в Риге. - Чего?.. У меня же даже шенгена нет… - если он был просто удивлен, то я была шокирована. - Есть, видимо, - ответил он, продолжая лазить в телефоне. – За сегодня мы потратили около миллиона. Чего? Миллион? Я в жизни таких денег не видела, а тут за один день потратили. И насколько сильно вообще нужно набухаться, чтобы не помнить, как ты оказался в другой стране? Пазл в моей голове не складывался. А Роберт? Как мне ему звонить? Он же заметит, что я не дома. - А ты вообще помнишь хоть что-то? – спросил у меня Ляхов, на что я лишь покачала головой. – Вот и я нет. Ладно, я зубки чистить и в душ. Пойдешь со мной? - У меня есть Роберт. - А зря. Многие мечтают об этом. Позвони ему, скажи что мы приехали. - Мистер-очевидность, - ответила я, закатив глаза. Дверь в ванную захлопнулась. А реально, как звонить то? Хотя?.. Гудок пошел. Один… два… три… «Жива? Что не отвечала?» - раздалось на другом конце провода. - Да жива я, жива. Телефон сел просто. Ну что, ты как? Как дела с визой? Роберт облегченно выдохнул и ответил: - Увидел тебя – стало лучше. Говорят, через неделю-две смогу вернуться в Россию. Ждешь? - Конечно, солнце! - А Гриша где? Ты где сама-то вообще? – задавая второй вопрос, он заметно напрягся. - Я… к подруге в отель приехала, она в душе сейчас. А Гриша по делам уехал. Диалог наш продолжился недолго, но мне стало гораздо лучше, чем когда я проснулась. Ро показал вид из своего окна. Белых и красных домов с позеленевшими от старости медными крышами, как у меня, там не было – Советский союз какой-то. Когда Гриша в одном лишь полотенце вышел из ванной, я сообщила, что на его телефон пришло уведомление. Он подошел к тумбочке, взял его и через секунду воскликнул, что «Кристина тоже тут». В ответ на мой недоумевающий взгляд, он начал объяснять, что «Кристина» - это репер lil krystalll, его друг и одноклассник Роберта, который также родом из Риги. - Ну что делать будем тут? – спросила я. - Да давай к Роберту завалимся просто, и все. Или ты не хочешь? - Ну так не интересно! Я очень хотела увидеть Роберта, правда! Но, почему-то, эта теоретическая встреча меня очень пугала. Я боялась… узнать что-то, что я не должна была знать. Ну и не хочу я ехать просто так, я хочу сюрприз! Мы, конечно, и сами то не очень-то и запланировано приехали, но с пустыми руками ехать тоже не хочется. - Гриш, а от чего Роберт просто без ума? – поинтересовалась я. - От тебя, - произнес он и заулыбался, а я – вслед за ним. Но, все же, это не то что я хотела узнать. - Ну, блять, Гриша, я серьезно, - улыбка все еще не сползала с моих губ. – Я про материальное. Еда, там. Может быть, он говорил тебе, о чем он мечтает? - Понял. Дай подумать. Он сел на кровать и начал размышлять. Залез в телефон, там начал что-то листать. Потом выключил его, положил обратно на тумбочку, начал смотреть мне в глаза и лишь секунд через тридцать сказал: - Ну, смотри. Если прям из конкретного, то он хочет наушники вот эти, - он вновь взял телефон и показал фотографию наушников. Это были какие-то черные наушники закрытого типа. – Он и сам мог бы их купить, но в России их найти крайне тяжело, а заказать руки не доходили. В среднем около тридцати стоят. Что ты задумала? Чего? Наушники за тридцать (!!) тысяч рублей? Они сами музыку пишут? Мои глаз стали круглее некогда и размером с пятирублевую монету. Сглотнув, я спросила: - А тут их можно купить? - Наверное, поискать? – в ответ я кивнула и пошла умываться. Уже часа 4, а я только в ванную захожу. Холодная вода окончательно пробудила меня. Я не знаю, сколько я спала, но, по ощущениям, часа два – максимум. Да и откуда я вообще могу это знать, я не помню даже как в эту страну приехалаи боюсь даже предположить сколько я должна за эту поездку Грише. Зато рука, которую я порезала вчера об осколки битой посуды, уже практически не болела, да так, что я вспомнила об этом ранении лишь увидев запекшуюся кровь на ладони. - Рин, тут в паре кварталов отсюда есть магазин… - послышалось из спальни, когда я тщательно пыталась отмытьс руки кровь. Выключив воду, в образовавшейся тишине я обратила внимание на какой-то очень странный звон в ушах, но тут же спихнула это все на похмелье и не придала этому факту особого значения. Когда я вышла из комнаты, Гриша стоял возле двери в ванную, оперевшисьна стену, из-за чего я чуть не врезалась в него. - Поаккуратней, мне тоже нехорошо, - он сказал это таким обесчувствленным, нейтральным с ноткой какой-то то ли грусти, то ли отчаяния голосом, что мне стало его искренне жаль. Несмотря на все, он продолжил. – Смотри, недалеко отсюда есть магазин музыкальной аппаратуры. Я написал и забронировал наушники. Они работают до шести. Пойдешь покупать? - Да. Гриш… - мне было неловко просить его о следующем, - можешь их купить, пожалуйста? Когда в Москву приедем, я заработаю и за все отдам. - Без проблем, Рин. Давай я схожу куплю их один, а ты пока… ну, собирайся там, не знаю... Вечером погуляем? На его вопрос я пожала плечами. У меня нет никаких планов на вечер, на ночь, и даже на завтра. Все, чего я хочу – увидеть Ро, но, повторюсь, эта встреча меня в теории очень пугала. Гриша ушел, а я легла на кровать и начала просто смотреть в потолок. В глубине моей души засело такое поганое ощущение, будто я полностью опустошена изнутри. Нет эмоций, нет желаний – нет абсолютно ничего. Да и непонятно, почему это происходит сейчас, ведь предпосылок к этому никаких не было. Лежала я так, по ощущениям, минут пятнадцать-двадцать, а после, даже не заметив как, я провалилась в сон. Разбудил меня радостный Гриша, хваставшийся запечатанной коробкой с только что купленными новыми наушниками, о которых так грезил мой рижский романтик. «Смотри какие ахуенные! Да я и сам был бы рад их получить, да еще и от такой красивой барышни…» - восклицал Ляхов. Я рада, что сегодня с настроением уже намного лучше, чем вчера. Заметив, что я нахожусь не в самом лучшем расположении духа, он поинтересовался, почему и может быть что-то случилось, на что я не смогла дать какой-либо внятный ответ. - Да не грусти! – подбадривал он меня. Как будто эта фраза что-то изменит… - Вспомни, ты сегодня Роберта увидишь. Ну ты же хотела этого! Я посмотрела на него, улыбнувшись ради приличия, и села на край кровати. Гриша, чуть помедлив, сел около меня и по-дружески, выразив тем самым поддержку, приобнял меня за плечи. - Гриша, почему все так сложно и непонятно? – прервала я гробовую тишину, стоявшую в нашем номере уже минуты три. Он, вероятно, не понял, что я имею ввиду, а потому вопросительно нахмурил брови. Отодвинувшись, я развернулась к нему лицом, поджала одну ногу под себя и продолжила, - Я не понимаю, правильно ли я сделала, начав встречаться с Робертом. Я сомневаюсь насчет своих чувств к нему. - Рин, это просто… - начал он отмечать, но я перебила его, не дав высказать свою мысль до конца. - Не пойми меня не правильно, пожалуйста! Роберт очень хороший правда, но… - я замялась. В моей голове крутилось миллион слов, но я не могла подобрать подходящее, - он… мы… все это как-то слишком быстро произошло. - Рина, тебе 18 лет всего. У тебя есть время на ошибки. У тебя есть возможность совершать их. Тем более, не обязательно все будет так плохо, как ты, возможно, предполагаешь. А может быть, ты просто не можешь принять сама свою влюбленность? Я старалась сдерживать слезы, но не удержав одну, они полились рекой. Ляхов аккуратно прижал мою голову к своему плечу и начал поглаживать ладонью, говоря что-то на подобии «Ну ты что? Все же хорошо! Не плачь!» *** Либо зеркало в ванной мне нагло лжет, либо я и вправду с опухшими глазами выгляжу лет на двадцать старше. Возможно, образ жизни сыграл немалую роль. Ляхов сказал, что примерно в девять, то есть уже через пол часа, он спишется с Лил Кристаллом и спросит, где они в тот момент будут находиться. Узнав эту информацию, мы сразу поедем к ним. В таком виде, в котором я сейчас нахожусь – с опухшими глазами и огромными синяками под ними, с запутанными нерасчесанными волосами – ехать к парню, да и в принципе куда-либо, будет не очень хорошо. Но, собираясь под алкогольным опьянением, с затуманенным разумом, я не додумалась взять даже банальный консилер, поэтому выкручиваться пришлось холодной водой из-под крана. Спустя некоторое время умывания, следов моей истерики было уже практически не заметить, правда глаза все еще оставались красными, что предательски сдавало меня с поличным. Я не знаю, в чем я приехала сюда, но, надеюсь, с той части вчерашнего вечера, что я еще помню, ничего не изменилось. И я нацелена искать именно те джинсы и тот худак. - Они на нашей студии, бронь до 4 часов утра, так что лучше придти не сейчас, а часа через два – три, - послышалось из основной комнаты. – Можем пока пойти погулять. Рига ночью очень красивая. - Да, давай. Дай мне десять минут – и я буду готова, - ответила я, выглянув из-за дверного косяка. Сняв резинку с руки, я кое-как завязала волосы, даже не расчесав их – расческу я просто-напросто не взяла. Затем я направилась искать одежду. Поначалу, оглядев комнату глазами, я не нашла ничего. Гриша следил за моими действиями, лежа на кровати. Я стала ходить по комнате, поднимать и опускать, двигать туда разные вещи, но и это не увенчалось успехом. Я опять продолжила поиски, но Будек, видимо, решил мне помочь: - Твоя одежда на стуле. Но… я подходила и смотрела, там было что-то совсем не похожее на то, о чем я думала. Это… платье? Когда я успела переодеться то? Да, это точно была моя вещь, я помню, как я ее покупала. О чем я вообще думала, надевая мини в самолет? - Отвернись, - сказала я Ляхову немного грубо. Смягчив голос, я добавила, - пожалуйста. - Да что я там не видел? - с усмешкой, в своем стиле, ответил он, но, все же, отвернулся. Жутко неудобное платье. Кусок ткани, сшитый по краям, и две ниточки вместо лямок. Все открыто, ничего не прикрывает – ни сесть, ни встать. С поисками обуви, куртки и сумки таких проблем не было – я их оставила в прихожей. Хотя бы на этом спасибо. *** - Помню, “Сладких снов” только вышел, - рассказывал мне историю Гриша, пока мы шли по какой-то площади. Он не обманул, Рига и вправду очень красивая ночью. - Мы с Робертом купили по баночке пива, пришли сюда… и потом набухались тут, - рассмеялся он. – Было весело. - Мне было… 15 лет. Я еще в Уфе жила. - Слушай, а ты давно вообще знаешь обо мне, о Роберте? О-о-о, вот это тема подъехала, обожаю ее! Я начала рассказывать, что слушаю их уже года два, даже на концерте их совместном была, правда оказалась там случайно. И про то, как на том же самом концерте мне нос разбили, и эти двое вытаскивали меня на сцену, я тоже рассказала. - А! Так это ты была? Ничего себе! – искренне удивлялся Будек. Я удивлена, что он помнит это. У него в жизни, наверное, таких ситуаций миллион было, но у него в памяти осталась именно эта. Гриша оставил меня со словами: “Никуда не уходи, я скоро приду” и быстро скрылся за углом какого-то дома. Меня, конечно, очень интересовало то, куда он пошел, но больше меня пугало отсутствие людей на улице. Очень пугающе было находиться ночью в абсолютно незнакомой тебе стране одной, да еще и в юбке, которая еле попу прикрывала. К счастью, буквально через пять минут Гриша вернулся, веселошагая ко мне с двумя кофейными стаканчиками в руках. - Роберт говорил, что ты молоко обычное не пьёшь, я на растительном взял. Не знаю, получилось ли оно настолько же вкусное, как обычное, но бариста уверял меня в абсолютной идентичности напитков, - Гриша все говорил и говорил, не давая мне шансов задать вопрос. – В общем, это самый лучший кофе в моей жизни, ты обязана его попробовать! О как? Запомнил даже. Он так его нахваливает. Видимо, это реально так вкусно, иначе я не понимаю его восхищения. - Вообще, это - термоядерная штука! Вроде как на основе каппучино, с их латышским ликером и сиропами всякими. Много пить этого нельзя, но уснуть ты не сможешь еще часов пять. Он договорил и протянул один стакан, что был поменьше, мне. Я любезно прияла этот жест – взяла стакан в руки. Он оказался слишком горячим. Ну или я слишком замерзшей, я так и не поняла. Отпив чуть-чуть, я сумела обжечь язык, но, распробовав сей напиток, он мне очень даже понравился. Стоять было холодно, да и времени уже было почти двенадцать часов, потому я предложила уже идти к Роберту. Гриша одобрительно кивнул, и мы направились в сторону каких-то дворов. - В той студии, куда мы сейчас идем, мы писали большую часть треков из нашего альбома, - рассказывал мне Гриша. – Представь просто, какая там энергетика! Он так увлеченно все это говорил. Было видно, что это и вправду очень значимое для него место. У него буквально горели глаза. - Да и в принципе, там весь РНБ клуб пишется, - продолжил он. –Хотя… сейчас они все разъехались уже… Тогда и музыка была другая, и слушатели. Гриша начал говорить про времена его первого собственного альбома. Да я и со своей стороны все помню. Как его «Бандита» слушало почти все мое окружение. Как в клубах постоянно включали «ОПГ сити». Как я гадала, кто же такой этот ваш Майот. Время так быстро летит… Как будто вчера я окончила школу. Первая любовь, первые отношения, первый поцелуй – все это было так давно… В такие моменты реально осознаешь смысл строчки «Время – это злейший враг, утекает как вода». Ляхов продолжал что-то рассказывать, но я находилась уже в своем мире. Узнав, с кем я сейчас иду, мои «друзья» локти до крови обгрызли бы, наверное. На самом деле, я очень благодарна за то, что моя жизнь так поменялась. И даже не потому, что мое нынешнее окружение состоит из людей, которых я по праву могу называть людьми из моего плейлиста. Нет. Жизнь отсеяла всех тех, кто мог бы воспользоваться мною в самых корыстных целях, и оставила только самых близких: семью и себя саму. «Семья – это главное, пацаны» - так говорит Гриша? Мои размышления прервала остановка возле какого-то здания. Я не заметила, как мы дошли сюда. - Тут, а точнее на третьем этаже, были записаны первые альбомы, - с гордостью проговорил Ляхов. – Ну и тут сейчас находится твой boyfriend, - последнее сказанное слово он выделил особенно. Постояв перед этим домом немного времени, Гриша повел меня дальше. Через железную дверь и лестничные пролеты, прямиком на третий этаж. И вот, мы стоим перед той самой дверью, за которой сейчас сидит Роберт и еще парочка неизвестных мне личностей. - Стучись, - приказным тоном сказал мне Буда, но я не могла ничего сделать с собой, меня будто парализовало. Я вижу перед собой эту дверь, и по всему моему телу расползается какое-то непонятное чувство паники, а в голове крутится мысль о том, что сейчас произойдет что-то непоправимое. Именно эта мысль меня преследовала целый день, но сейчас она будто захватила меня, не давая мне никаких шансов. Она взялась из ниоткуда, и я понимала это, но не могла ничего с собой поделать. - Да блять, мы так и будем стоять? – сказал Гриша и, взяв инициативу в свои руки, начал дергать за ручку, отодвинув меня. Используя удавшийся момент, я спряталась за его массивной фигурой. Думаю, худенькую девочку за ним можно не заметить. Когда дверь открылась, голоса позади нее утихли. Я сумела разобрать только три голоса, но знакомый я все же не услышала. Однако то, что там не было женских голосов меня порадовало – то, чего я так сильно боялась, не произошло. После непродолжительной немой паузы, голоса чуть ли не хором начали приветствовать Гришу. - А где Роберт? – задал он вопрос.