Глава 2
11 октября 2021 г., 18:36
За те годы, пока Верилия, демон заблуждения, дочь гордости и человечности, жила в доме у Мелентия, она забыла навсегда, кем была, как звали её родителей и кем является по статусу. Она обрела дом, в котором её любят, в котором не предадут и не осудят за происхождение и внешность.
Волколак наконец-то вернулся к жизни. Каждый день приносил ему радость, стремление и новые цели. Дом был отремонтирован, выглядел как новый, даже несколько комнат пристроил, чтобы можно было ужиться вдвоём. Внутри царили чистота и порядок. Девочка перестала капризничать, шугаться от каждого шороха, теперь она помогала убирать комнаты, научилась пользоваться травами, запомнила свойства каждого эликсира.
Только тяги к стряпне и рукоделию у неё не было — не привлекало, да и не получалось особо. Зато Мелентий застал Верилию за совершенно другим занятием.
В один из туманных дней мужчина не нашёл её в своей комнате. Забеспокоился, но в скором времени услышал шум в оружейной, которую давно забросил по ненадобности. Подойдя к полуоткрытым воротам, он осторожно заглянул в щель и увидел Верилию. Девочка волокла по земле его меч. Сделав над собой усилие, Верилия сумела-таки поднять меч и даже помахать им из стороны в сторону. Она пробовала снова и снова, но он был слишком велик и наклонялся то вправо, то влево, царапая лезвием деревянные стены. Девочка была мала, но упряма. Она делала попытку за попыткой: поднимала меч в воздух и размахивала им, смешно переступая ногами. Она настолько увлеклась этим занятием, что не заметила стоящей рядом ауры.
Мелентий решил войти в оружейную и помочь ей. Ворота предупреждающе скрипнули, и Верилия испуганно вздрогнула и уронила меч. Волколак молча поднял его, бросив осуждающий взгляд исподлобья, и положил на место к остальным холодным оружиям. Верилия не смутилась, а скорее обиделась: скрестила руки на груди и отвернулась. Пока она дулась, Мелентий открыл шкафчик, достал оттуда небольшой деревянный меч, сделанный собственноручно, и протянул ей.
— Он ненастоящий! — возмутилась Верилия, едва взглянув на него.
— Самый настоящий деревянный меч, — ответил волколак, тепло улыбаясь.
— Но им невозможно драться!
— Почему же? Если уметь владеть оружием, оно поможет в любом виде. Пойдём, потренируемся.
Он легонько подтолкнул её рукой и вывел из оружейной в лес. В лесу царила прохлада, и туман, окутавший деревья, к полудню начал рассеиваться.
Мелентий и Верилия вышли на пустую площадку, окружённую столбами высоких деревьев.
Волколаку нравилось упорство девочки, но он сомневался: хватит ли ей терпения закончить тренировку? Вдруг это просто баловство? Если выдержит, можно будет тренировать её ежедневно, а нет - пускай лучше мечи не трогает: затупит ещё и оружейную разнесёт.
Девочка встала напротив волколака в позе оловянного солдатика, подняла деревянное оружие двумя руками и стала уверенно, но бездумно махать им из стороны в сторону.
— Нет, так не пойдёт, — остановил её Мелентий. — Возьми меч в одну руку. Да, называй это меч и не смотри на меня так. Теперь согни локоть. Вот так. Слегка наклони. Не зажимай рукоять слишком сильно, можешь повредить кисть, когда нападающий нанесёт удар. Теперь стойка.
— Это ещё не всё?! — удивилась Верилия
— Ну, конечно. Это целая наука. Это тебе не палкой махать.
Верилия поморщилась, но упрямство победило, и она взяла себя в руки и продолжила слушать наставника.
— Итак, стойка. Встань ко мне правым боком, ты ведь в правой руке держишь меч. Ноги на ширине плеч.
— Рифмуется! — пошутила девочка и задорно улыбнулась, высунув два клыка.
— Хватит дурачиться, я тебе не поэт.
— Но выходит неплохо.
Мелентий выдохнул и попытался обуздать подступающую злость, сильно сжав кулаки. Верилия увидела его состояние и перестала улыбаться, приняв серьёзное и сосредоточенное выражение лица. Мелентий немного успокоился и продолжил обучать.
— Меч в правой руке, значит, правая ступня должна быть направлена в сторону противника. Пятки от земли не отрывай, иначе потеряешь равновесие. Ну, начнём осваивать способы блокировки ударов.
По лесу разносились звуки бьющихся друг о друга деревяшек и детские боевые выкрики. Упорство Верилии порою граничило с упрямством. Выносливость и настойчивость - это, конечно, хорошо, но надо же слушаться, когда тебе что-то советует опытный воин, а она делает всё по-своему, потому что так удобнее и легче.
— Тебе пора понять, княжна заблуждения, — говорил Мелентий напряжённым голосом, легонько нанося очередной удар тренировочным мечом, — что нужно прислушиваться, когда тебя поправляют. Иначе ты никогда ничему не научишься.
В скором времени девочка освоила азы защиты и нападения, но всё равно часто ошибалась из-за неопытности.
Тренировки продолжались. Несколько лет он тренировал её ежедневно, совершенствуя технику, ведь у девочки были не только большие способности, но и самое главное - желание добиваться большего.
Знатно подросшая девочка уже сменила деревянный на небольшой, но настоящий меч.
Однажды после нескольких часов тренировки Мелентий заметил, что её бледная кожа порозовела и покрылась потом, и решил остановить занятия
— Всё, на сегодня хватит. Устала?
— Не-а, — ответила девочка, вздёрнув подбородок, при этом задыхаясь и вытирая ладошками лицо.
— Тебе лучше пойти переодеться.
Верилия с довольным видом побежала домой, а Мелентий остался. Он всё это время чувствовал, что за ними кто-то наблюдает, но не подавал виду, чтобы не напугать девочку. Ведь он прекрасно понимал, о чём пойдёт речь.
Мужчина проводил взглядом подростка и пошёл вглубь леса, где за деревьями пряталась женщина в богатом платье и пушистой рыжей лисьей шубе. Она встретила его злобным взглядом, готовая в любой момент вцепиться когтями в лицо, но сдерживала свой порыв, сложив ладони в замок.
— Я надеюсь, — начала она властным голосом, — у тебя найдётся объяснение.
Мелентий замялся, опасливо поглядывая по сторонам, и ответил, запинаясь и старательно подбирая слова:
— Княгиня… Я нашёл эту девочку с перерезанным горлом… Она была на грани смерти… Я вылечил её, спас.… Помилуйте, она теперь мне как дочь.
— Она плод любви демона и человека, — продолжила говорить Лисунка тем же тоном, — таким, как она, здесь не место. Плотские утехи с людьми — это одно, зачать ребёнка и принести его сюда — другое! Это постыдно! От таких обычно избавляются, а ты подбираешь?
Мелентий ничего не ответил.
— Разве ты не слышал поверье, согласно которому нельзя подбирать младенцев с внешностью, указывающей на их происхождение? Тот, кто возьмет такого младенца в семью и воспитает его, — княгиня начала ходить кругами вокруг напряжённого волколака для нагнетания обстановки, — может столкнуться с чёрной неблагодарностью. Дитя вырастет чёрствым, жестоким, склонным к бродяжничеству, военным забавам и походам. Неужели ты этого хочешь?
Мелентий откашлялся и ответил, равнодушно глядя на княгиню Лисунку.
— Я воспитаю её должным образом, как своё дитя, и, думаю, мне было предначертано стать её наставником и... отцом.
— Не будь наивен.
— А мне хочется быть наивным, — начал он оскаливаться, злясь с каждым разом всё больше и больше, — я хочу поверить, что Госпожа дала мне второй шанс на счастливую жизнь. У меня отняли жену, детей, друзей, и я остался один, считая дни. И тут появилась она, девочка, такая же брошенная, одинокая, как и я. А вы хотите разлучить нас, просто потому что так говорит поверье? Вы действительно настолько бессердечны? А если бы вас бросили в лесу с перерезанным горлом, вы бы предпочли умереть?
Княгиня нахмурилась ещё больше от такой наглости:
— Ты мне угрожаешь?
— Нет, просто ставлю на её место. Впрочем, вы и ваш брат тоже не можете похвастать идеальным происхождением.
— Следи за языком. Иначе я изгоню тебя из леса вместе с твоей дочуркой. И будешь жалким волком, которого люди растерзают ради забавы. А её загнобят до смерти!
— Мы просто живём в доме и никого не трогаем. Так какая опасность от нас исходит? — возмущался Мелентий, всё больше и больше повышая голос.
— Она наполовину демон гордости, а они, как тебе известно не по преданию, любят попивать нашу кровь.
— Она охотится только в земном мире.
— Тогда почему пропал Антон?
— Сдался вам этот трусливый заяц.
— Он был одним из нас! Ты теперь встанешь против всего леса ради этого альбиноса? — зарычала Лисунка. Казалось, ещё немного, и они обернутся волком и лисой, начнётся схватка, и полетят клочки шерсти.
— Стойте! — послышался издалека детский голос. — Стойте!
Верилия бежала со всех ног, ловко перепрыгивая через кусты и кочки. Княгиня и Мелентий разом обернулись. Всего лишь один детский крик остановил их от неминуемого.
Девочка, на удивление волколака, была одета не в прежнее платье, а в лисью шубу его дочки, хотя раньше ни разу её не надевала. Даже княгиня удивлённо взглянула на неё.
Верилия очутилась около них в одно мгновение и, немного отдышавшись, воскликнула:
— Прекратите на него рычать!
— Ты мне приказываешь? — удивилась Лисунка, глядя на неё сверху вниз.
Настоятельно прошу, — ответила Верилия, гордо вздёрнув подбородок. Глаза её горели будто два красных уголька. — А я обещаю, что не убью ни одного лесного жителя ради утоления жажды.
Лисунка смотрела на подростка с подозрением, прищуриваясь, пытаясь понять, врёт он или нет.
— Обещаю, — повторила Верилия. — И запомните: у меня есть имя. Меня зовут Верилия!
У княгини перекосило лицо от такой наглости. Оторвав взгляд от ребёнка, она посмотрела на Мелентия и твёрдо сказала:
— Я тебя предупредила. Если она что-то натворит — это будет на твоей совести.
Не дождавшись ответа, она развернулась к ним спиной и ушла прочь вглубь леса.
***
Шёл сильный дождь. Ветер разогнался не на шутку. Он колыхал высокие деревья из стороны в сторону и пытался сорвать чёрный плащ с одинокой фигуры, бредущей сквозь лес. То и дело она останавливалась или спотыкалась из-за сильных порывов, еле перебирая ногами. Если сухие ветки тянулись, норовя разорвать плащ, худая бледная рука тут же била по ним кулаком, отчего они вздрагивали от боли и отступали. Сделав короткую передышку, одинокая фигура продолжила свой путь, борясь с силами природы. Опасливо обернувшись назад, высокая девушка с бледным лицом посмотрела вглубь леса, чтобы узнать, преследует её кто-нибудь или нет. — Прости, — вырвалось из её алых губ. Простояв так несколько секунд, она мысленно попрощалась с родным домом и пошла дальше. — Верилия! — послышался истошный крик на другом конце. Он оббежал всё вокруг, но поблизости её не нашёл. А куда она могла пойти, он предугадать не мог. Следы расплылись в лужах. Дождь, который он сам же случайно вызвал, на минуту поддавшись панике, перебил все запахи. — Верилия! — крикнул Мелентий, что есть мочи, но никто на его зов не отозвался. — Я же говорила, — послышался сзади женский торжествующий голос, заглушаемый ливнем, — что ты столкнёшься с чёрной неблагодарностью. — Замолчи! — зарычал на неё волколак, оскалив зубы. Его голос стал хриплым и жёстким, как наждачная бумага. — Ты кому это говоришь?! — возмутилась Лисунка, властно растягивая слова. — Тебе, княгиня, тебе! — продолжил он скалиться, медленно поворачиваясь в её сторону. — Это всё из-за тебя! Не смогла выгнать девочку силой, так надавила на больное и заставила уйти. — Она уже давно не ребёнок и может отвечать за свои поступки. Так что прекрати на меня рычать и останови дождь. Он тебе в любом случае не поможет. Мелентий не выдержал, накинул на голову волчью морду и в одно мгновение превратился в огромного зверя. Он оскалился, набросился на княгиню, разинув пасть и направив на неё когтистые лапы. Но не успел Мелентий ничего сделать, как Лисунка швырнула в него увесистый развязанный мешочек. Высыпавшийся золотистый порошок обжёг кожу волка - Мелентий метнулся в строну и стал, рыча, кататься по земле. — Хм, оказывается, полезная вещь, — удивилась про себя княгиня. Она вздёрнула нос и покинула валяющегося волколака, шурша листьями подолом платья. Вскоре всё стихло и её силуэт растворился в тумане. Она исчезла, словно видение, словно её здесь никогда не было. Холодные капли дождя, касаясь шерсти, постепенно остужали боль, терзавшую тело и царившую в сердце. Вскоре ливень затих, оставив после себя лишь сырость и холод.
