Актерская игра

— Что это с ней? Она уже сутки не реагирует на нас! — Мерида подаёт Астрид миску с попкорном, после чего устраивается рядом на кровати и внимательно смотрит на белокурую, которая выпала из реальности, запав в свой ноутбук. — Не знаю. Странно всё это. Ещё сутки назад всё было в норме. А сейчас... Кто ее знает, — Астрид нашаривает рукой попкорн и с глубокомысленным видом закидывает себе в рот. — Ладно, давай фильм смотреть, что ли, — Мерида тяжело вздыхает и укладывает ноутбук на колени. Белокурая бегает глазами по экрану, пытаясь уйти от воспоминания с поцелуем, но кожа все равно покрывается мурашками. Ей бы хотелось забыть о произошедшем, но, увы, наука ещё не изобрела стиратель памяти и, возможно, никогда его не изобретет. Девушке остаётся лишь довольствоваться парами, на которых некогда размышлять о личной жизни. Может, ей не пришлось бы постоянно одергивать себя от ненужных мыслей, если бы это событие не было для нее важным. на знает, что хотела этого, но это понимание отнюдь не приносит радости. Эльзе не хочется хотеть чьих-то объятий, поцелуев, близости с кем-то. Она уже нахлебалась этого вдоволь, и новая порция боли ей ни к чему. Эльза надеется лишь на то, что парень к этой ситуации относится безразлично, и не станет действовать. Как бы это не выглядело, она дала ему повод, ответив на поцелуй. И он этот повод рассмотреть может как знак, что можно действовать. Но и Фрост сейчас того же мнения, что и девушка. Хотя... Нет, не совсем. Джек тоже не отрицает, что хотел этого, но, в отличии от белокурой, не хочет прекращать. И знает, чувствует, что Эльза будет против, однако, его все равно тянет в сторону «попробовать». — Джек, — пепельноволосый переводит вопросительный взгляд на друга. — Идёшь с нами? — Куда? — Фрост хмурится в лёгком недопонимании. — Мы же хотели погонять сегодня. Ты не с нами? — А, да. Пошли, — Джек снимает с крючка кожанку и идёт за Иккингом в коридор. — Ты в порядке? — Иккинг внимательно смотрит на друга, который явно витает в другом измерении. — Да вот, думаю про эту новенькую, — Фрост выходит за Иккингом из комнаты и закрывает дверь на ключ. — Зацепила? — шатен кривовато ухмыляется, на что Фрост хмыкает. — Похоже... Но только ей это не нужно. — А тебе? Фрост останавливается и внимательно смотрит на парня, переваривая в голове вопрос. — О чем ты? — уже не так уверенно спрашивает Фрост, на что Иккинг делает глубокий вдох и медленно выдыхает. — Ты же сам пару недель назад говорил о том, что не хочешь начинать отношения. Что хочешь разобраться с отцом, а отношения могут стать слабым местом. Так что сейчас изменилось? — Иккинг выжидающе смотрит на друга, но, судя по его взгляду, понимает, что так и не дождется ответа. — Ладно, не забивай этим голову сейчас. Проветрись, а потом будешь думать. Джек лишь согласно кивает, но не прекращает переваривать сказанное в голове. Что изменилось? Да много чего! Во-первых, он никогда не пойдет на перекор матери. Если она сказала ему нормально учиться, так и будет. Во-вторых, его и впрямь зацепила Эльза. А в-третьих, даже если у него и было в планах ни с кем не встречаться, чтобы не давать повода махинациям отца, то разве против самого себя пойдешь? Неделю, две, он, может, и продержится, но это край. А белокурая его притягивает и чем-то заставляет узнавать ее... На открытой трассе всегда шумно, особенно если на этой трассе полчище подростков и рев моторов не может перешуметь даже музыка на полной громкости из колонок, находящихся почти везде. Джек снимает шлем, кладет его перед собой и поправляет волосы. Почему-то сейчас приехать сюда ему кажется плохой идеей. — Фрост, рад видеть, — парень поднимает взгляд на подошедшего Юджина и усмехается. — И тебе не хворать, Фицерберт. Ну что, сегодня есть ради чего идти на риск разбиться? — Джек жмёт протянутую ему руку. — Да нет. Сегодня просто на интерес. — На интерес неинтересно. — А тебе нужно, чтобы в качестве приза билет на острова был? Извини, брат, мы просто студенты и школьники. И хоть некоторые из нас имеют богатеньких родителей, все равно не могут позволить себе это. — Забей, Юджин. Я просто шучу. — Ладно. Так ты в гонке? — Да. Проветрись немного, мне нужно подумать. — Похоже, причина серьезная. — О да, — и у этой причины большие голубые глаза... — Ладно, давай на старт, а я пошел на свою территорию, — Фицерберт разворачивается и идёт в сторону бара. — Давай, король Куба Либре, я верю в тебя! — Юджин на эти слова лишь оборачивается, показывает пепельноволосому фак, и продолжает путь. Джек же обратно надевает шлем, заводит мотор, убирает подставку и едет к старту. - И всё-таки я не понимаю. Может, с нее наушники и вправду снять? - Мерида хмуро смотрит на белокурую, которая вообще не обращает внимание на окружающий ее мир. - Да, вот тут согласна. Мне не нравится ее состояние. От слова «совсем», - Астрид встаёт со свой кровати и подходит к кровати белокурой. Девушка аккуратно, слегка подрагивая от страха, стягивает с белокурой наушники. Эльза тут же поворачивается к ней, а ее глаза замирают в немом вопросе. - Мы можем поговорить? - тут же выдыхает Мерида и ловит уже хмурый взгляд белокурой. Эльза на минуту отворачивается к ноутбуку, что-то быстро набирает, а после поворачивается к девушкам. - Да, конечно, - спокойно отвечает она, кажется, догадываясь, что речь пойдет про ее состояние. - Ну, и что вы хотите знать? - Что с тобой? - Эльза на этот вопрос прикрывает глаза и делает глубокий вдох, а потом медленно выдыхает. - Девочки, все нормально, правда. Просто перебои в настроении. Со мной такое бывает, - белокурая одаривает соседок тяжёлым взглядом. - А причина таких перебоев? - Астрид с сожалением смотрит на Эльзу, которая поджимает губы, замечая такое чувство в глазах. - Есть на то причины. Но, давайте не будем о них, ладно? - в глазах девушки читается мольба, и Мерида тут же вмешивается сменой темы. - Пошлите на кухню? Приготовим что-нибудь вкусное и посмотрим фильм? - рыжая бегает глазами от Эльзы к Астрид и обратно. - Я «за»! - Астрид прищуриваться и смотрит на белокурую. - Эльза? - Готовка - не мое, - девушка поднимает руки в жесте «сдаюсь» и качает головой. - Давай, будет весело. - Вы правда этого хотите? - Эльза тут же медленно отодвигается к изголовью кровати, когда обе соседки начинают идти на нее. И только подушка Астрид взмывает в воздух, белокурая сразу поднимает руки в защитном жесте. - Ладно, ладно. Но если вы отправитесь, пеняйте на себя.

***

Опять ночь. Опять балкон. Но на нем девушка простояла одна почти час. Почему-то, она надеялась, что за это время сюда зайдет тот, кто тревожил ее мысли весь день. Но он не пришел. Что же, этого стоило ожидать. Они ничем друг друга не обязывали этим поцелуем. Не договаривались о встречи. Этим поцелуем они не клялись друг другу в чем-то. От него осталось лишь одно: воспоминания. На утро Эльза как обычно уходит на пробежку, не оставляя свои уши без внимания. Из наушников бьёт музыка, девушка бежит уже третий круг по стадиону и думает. Много думает, чтобы после мысли не беспокоили ее. Но в какой-то момент понимает, что думает о парне и злиться на саму себя за это. И в комнату она возвращается в нехорошем расположении духа. Она молча собирается и так же молча уходит раньше своих соседок. Как положено, сразу после уроков, она приходит в актовый зал, где встречает уже знакомую ей Рапунцель и пару человек, которых она не знает. Но, по словам ее новой знакомой, это оставшаяся часть трупы. — Все в сборе, отлично, — Джек проходит к сцене и оставляет там рюкзак, после чего облакачивается на нее и осматривает присутствующих. В этот момент Элизабет замечает парня и стаскивает наушники, прячет телефон в карман и переводит взгляд на него. Больным он не выглядел, тогда что за прикол был сегодня на уроках, когда он не пришел, а Ханс прикрыл его тем, что заболел? Стоп, вопрос в другом. Должно ли ее это волновать? — Итак, у нас с вами современная постановка «Ромео и Джульетты». Сценарий уже готов. Сегодня распределяем роли, — Фрост достает из рюкзака папку, видимо, со сценарием и ручку. — Ромео должен играть ты, Фрост. Никто лучше не справиться с этой ролью. Уже все это понять успели, — одна девушка из трупы по доброму смотрит на пепельноволосого. Насколько помнит Эльза, это Туоф. — Допустим. Но если будет такой расклад, то Джульетту сыграет Эльза, — белокурая тут же хмурится и непонимающе смотрит на Фроста. — Это с какого перепоя ты так решил? — девушка складывает руки на груди. Нет, играть в театре ей нравится, но как же все эти пробы на роль и так далее. С чего Фрост вообще взял, что она справится? — Все просто. Ты, как выяснилось, единственная, кто умеет петь из девушек в этой трупе, — вот теперь у Эльзы был шокированный взгляд. Об этом он точно не должен был узнать. — Давай, Эльза. Текст не сильно отличается от оригинала. — Пойдем-ка, выйдем, Ромео, — Эльза встаёт с сидения и с вызовом смотрит на парня. — Ладно, — Джек откидывает папку на сцену и идёт в сторону двери вместе с девушкой. — Ты в своем уме? Неужели не было понятно, когда я проходила пробы, что мое пение и игра на пианино под запретом? — девушка старается не повышать голос, чтобы не привлекать внимание. — Ты вообще читала цитату, которую я тебе вчера подкинул? Или бумажка улетела? Так я могу повторить, — Фрост хмурится, вовсе не понимая, почему девушка злиться. — То есть, цитата была намеком на то, что сегодня ты выставишь это на показ всем? — Нет, она была у тому, чтобы ты подумала и приняла тот факт, что это твой талант и прятать его бессмысленно! — А может я сама решу, есть в этом смысл или нет? — Ты же даже сейчас отрицаешь тот факт, что это тебя украшает. Пойми, Эльза, сколько бы ты не прятала это, рано или поздно, тебя потянет. Это нужно принять, хотя бы потому, что тебе от этого станет легче! Я не знаю, почему ты это прячешь, но одной из причин является то, что ты не хочешь принимать, что умеешь петь и играть на пианино. И пока ты это не примешь для себя, то так и продолжишь устраивать скандал на ровном месте. — Да если бы ты не лез не в свое дело, и не пытался меня толкнуть на принятие этого, то ничего бы сейчас не происходило! — Ты действительно дура, — уже спокойно проговаривает Фрост, а девушка замирает и неверуще смотрит на него. — Ты действительно дура, если думаешь, что твое пение будет уместно в современной постановке, — брюнет забирает у белокурой сценарий и что-то начинает чирикать там. — Эрик, ну что в этом плохо? — То, что ты пытаешься всем показать, что ты такая крутая, раз умеешь петь и играть на пианино. Это подавляет самооценку остальных. — Похоже, это больше подавляет твою самооценку, — девушка забирает вещи и идёт в сторону выхода, попутно вытирая слезы. Она была права с самого начала. Вступление в трупу не даст ей ничего хорошего. Слишком много воспоминаний, слишком много нервов. Она не хотела с самого начала сюда идти, потому что у нее столько загонов, что разгребать их нужно бульдозером и года четыре. Она знает, кем вызваны эти комплексы. И она не была готова так резко начать бороться. Молчание действует на девушку как триггер. Ее начинает потрясывать, глаза щипать, а кислород постепенно уходит из лёгких. — Я с самого начала знала, что это плохая идея. Прийти сюда, — сдавленно проговаривает девушка и прикрывает глаза, но после вновь открывает. — Дальше без меня, Джек. Я не должна была приходить. И она срывается с места, бежит куда-то на самый верхний этаж, где около выхода на крышу никого нет, и оседает на пол. Дыхание сбивается, руки трясет, а она всячески пытается себя успокоить. — Тише, Эльза, тише, — она сама себя пытается успокоить, ей страшно, что она задохнётся тут. Но и звать на помощь она не хочет. — Ты справишься, Разенграффе. Ты сможешь. Фрост же минут пять стоял и пытался понять, откуда у девушки столько страха в глазах. Он так и рвался показать себя полностью. И Джек хотел пойти за ней, только поздно одумался, он уже понятия не имел, куда ушла девушка. — А где Эльза? — Рапунцель хмуро смотрит на парня, и вся трупа оборачивается, замечая на лице пепельноволосого что-то непонятное. Странная эмоция, которую трудно разгадать. Он будто знает и не знает, что делать, одновременно. — Расходимся, репетиции сегодня не будет, — Джек проходит к сцене. — Как это не будет? — парень из трупы непонимающе смотрит то на Рапунцель, то на Джека. — Я сказал, расходимся! — Фрост, спокойней, — Рапунцель подходит к парню и показывает всем взглядом на выход. Как только зал пустеет, девушка поворачивается к парню. — Что такое? Где Эльза? — Кажется, я сделал то, чего не стоило, Рап, — Фрост потирает глаза и опирается руками о сцену. — Это из-за разговора с Эльзой? — И с чего я вдруг решил, что ей понравится, что я влез в ее личное дело, и узнал, что она заканчивала музыкальную школу? — Вам обоим сейчас остыть нужно, а потом поговорить. Ладно, я пойду я а тебе нужно все это обдумать. Уверенна, ты найдешь выход. А вернуть Эльзу нужно, в ней что-то есть, — Рапунцель забирает ноутбук и покидает зал. — Что-то есть... Время близилось к вечеру, а Фрост так и не покинул зал. Закрылся у себя в клинике и пытался переделать сценарий, потому что думал, что Эльзу он уже потерял. Но он все время останавливался и пытался понять, что произошло в жизни этого белокурого чуда, что она так остро реагирует. Он догадался, что-то кто-то повлиял словами и действиями на это, но это должен был быть важный человек в ее жизни, чтобы убедить ее в чем-то... Тихая мелодия, доносящаяся со сцены заставила Фроста подняться и выйти. На сцене был приглушённый свет, а в зале и вовсе и не горел. Но он видел ее, такую задумчивую, перебирающую по клавишам и что-то напевающую. Она сейчас казалась ему такой погруженной в свой мер, и у него проснулось желание ее просто обнять. Обнять и выслушать. Перебирая пальцами по клавишам, Эльза успокаивала себя. Она считала, что тут уже никого нет, поэтому дала себе небольшую капельку свободы. Она наигрывала полюбившуюся песню Billie Eilish — Six feet under. И она была довольна, что может сейчас это сделать. Она спокойно заканчивает, и уже, казалось бы, готова жить дальше, как слышит тихие хлопки, и из-за кулис выходит парень. — Это было здорово, — Фрост подходит ближе, а Эльза прикрывает глаза. — Что ты тут делаешь? — она скептически смотрит на него, уже начиная сомневаться в его здоровой психике и в том, что он появляется из неоткуда не потому, что следит за ней. — Ну, вообще-то, это моя обитель, — парень обводит взглядом сцену, а после возвращает его к девушке. — Понятно. Ладно, я тогда пойду, не буду мешать тебе, наслаждайся своей обитель, — девушка поднимается с места. — Подожди, я должен кое-что сделать, — девушка останавливается и поворачивается к парню. — Прости меня. Я не должен был лезть в твое личное пространство. — Ладно. Я пошла. — Так ты вернёшься? — Нет. — Ты можешь остановится и нормально поговорить? — Фрост тяжело выдыхает. Эльза останавливается возле спуска со сцены. — Что ещё, Джек? — Фрост игнорирует вопрос и идёт к девушке. — Можно я задам один вопрос? Но ты ответь на него честно. — Не обещаю, что вообще буду на него отвечать, — Эльза складывает руки на груди и с вызовом смотрит на парня. — Ты ведь не сама вбила себе в голову что-то, что подавляет в тебе желание играть и петь, верно? Это сделал кто-то, кто много значит для тебя. — А вы проницательны, актер Погорелово театра. Но об этом я тебе ничего не расскажу. — Другого я не ждал. Пошли со мной. — Куда? — Успокойся, не убивать тебя буду. Пошли, — Фрост хватает девушку за руку, и та, от неожиданности, чертыхается, но удерживается себя на ногах. Парень доводит ее до своей коморки, а после сажает на диван, на котором лежали подушка и плед. — Ты ночуешь тут? — девушка удивлённо смотрит на Фроста, который ставит на стол две кружки и открывает термос. — Иногда. Когда переделываю сценарий, как сегодня, — Джек разливает по кружкам остатки ещё горячего какао и придвигает одну кружку к девушке. — Пей. — Коморка, приглушённый свет, плед на диване, какао, — девушка делает глоток напитка. — Нехватки только гитары и слащавой песни, и вы станете прирожденный романтиком, мистер Фрост. — Обижает, мисс, — парень подмигивает, проходит к камоду и из-за него вытаскивает гитару. — Ну что, осталась песня? Только, честно, сейчас на уме одна мелодия. Парень садится в кресло напротив и начинает наигрывать мелодию. Девушка лишь молча начинает прислушиваться, понимая, что не слышала мелодии раньше. Она наблюдает за тем, как увлеченно Фрост играет и понимает, что он живёт с этим, спокойно так, не боясь показывать. — Не слышала раньше, — тихо проговаривает белокурая, когда парень останавливается. — Да, это так, баловался. Отец играл, ну и я начал, — парень отставляет гитару. — Он всегда говорил, что у меня талант. А я говорю, что он есть у тебя. Теперь уже не просто зная о том, что записано у тебя в деле, но и наяву. — Джек, я... — парень поднимает руку, чем останавливает девушку. — Дослушай меня, пожалуйста. У тебя талант не только в этом, но и к актерской игре. Я не хочу так просто упускать тебя, поэтому и пытаюсь достучаться, что твой талант нельзя скрывать А тот, кто сказал тебе обратное, просто завидующий тебе кретин. Я хочу, чтобы ты осталась, но решать тебе. Она пристально смотрит на Фроста и пытается переварить сказанное у себя в голове. — Хоть раз, Эльза, поступи не по уму, а по своим чувствам. И это действует на нее. Пусть ей не нравится это воздействие, но она прислушивается. — Ладно. Давай сюда свой сценарий.