Ведьма

Петя пыхтел от усердия, пытаясь повесить дурацкую мишуру над окном. Он балансировал на табурете уже добрые минут пятнадцать, держа в зубах скотч. Руки уже порядком затекли, да и спина ныла недовольно. — Навернешься ведь щас, — сказал Игорь, высунувшись с кухни. — А ты мне под руку не пизди, — невнятно пробубнил в ответ Хазин и действительно едва не навернулся. Гром подскочил к нему в считанные секунды и крепко схватил своими лапищами за талию, удерживая на месте. Петю от ощущения теплых рук размазало всего. Он приклеил последний кусок мишуры и повернулся к Игорю лицом, довольно щурясь. — Снимай меня, — фыркнул он, бросив скотч куда-то на диван. — Раз уж взялся. Петя пискнул от неожиданности, когда Игорь с легкостью поднял его и аккуратно поставил на пол, поправляя задравшуюся футболку. Хазин смотрел на него с притворным недовольством, а сам ушами краснел и не скрывал даже довольной улыбки. В дверь позвонили, и Петя нехотя от Игоря отлип, отправляя его встречать гостей. Близился конец декабря, и они решили посидеть компанией, зная, что вместе встретить Новый Год не получится. Игорь вместе с Димой будет дежурить всю новогоднюю ночь, да и у Пети были свои дела. Поэтому решили собраться за неделю до праздника, когда точно смогут прийти все. Ну, или большая часть. — Чета Разумовских-Волковых сейчас по уши в делах, — Алиса крепко обняла Петю за плечи и упорхнула обратно в коридор, забирая у Юли зимнее пальто. — Так что мы сегодня без них. После того, как «Ковен» официально был уничтожен, у них не было времени вздохнуть спокойно. Игорь оклемался довольно быстро — кроме парочки сломанных ребер и кучи синяков и ссадин ничего серьезного не было. Петя от него неделю не отходил, смотрел на всех зверем и никого не подпускал. Его остаточно потряхивало от перенапряжения, кошмары снились каждую ночь, где он не успевал, где Игорь умирал на его руках, а он ничего сделать не мог. Он просыпался от собственного крика, но Игорь всегда рядом был, воду приносил и обнимал крепко, шепча, что все хорошо, что они в порядке, что все закончилось. Петя до сих пор не верил, что все закончилось так просто. Первый месяц он ходил сам не свой, дергался, оборачивался и везде видел угрозу. Игорь помогал ему с эти бороться, и постепенно на душе стало гораздо спокойнее. Юля выложила еще несколько разоблачительных роликов с участием ведьм, которые состояли в «Ковене» и пострадали от него. От всей этой подноготной содрогнулись все. Соцсети заполонили посты с поддержкой, люди начали создавать группы помощи, запускались различные флешмобы. Алиса на пару с Петей ездила в Москву, чтобы проверить, не осталось ли нигде сообщников Дениса Сергеевича, чтобы предотвратить возникновения нового «Ковена». А потом помогала Пчелкиной с ее дальнейшим расследованием и организацией помощи. К концу ноября Сергей Разумовский открыл специальное учреждение для беспризорных ведьм, где они могли спокойно жить и обучаться. Все постепенно налаживалось. За столом просидели они не долго, быстро перебрались в зал. Петя уселся на пол, привалившись к широкой груди Игоря, и вытянул гудящие от целого дня беготни по магазинам ноги. Юля вместе с Алисой сидела на диване, тихо переговариваясь о чем-то своем, Дима сидел в кресле, с кем-то чатился с довольной улыбкой. — Скучно, — вздохнул Петя. Игорь рассеянно перебирал его волосы. — Карты? — тут же встрепенулась Алиса, смотря на Хазина с прищуром. — На деньги. — Крохоборка, — возмущенно протянул Петя, но к колоде, которую ведьма вытащила из своей сумки, потянулся первым. Юля от игры отказалась, сославшись на то, что ей будет интересно за этим действом понаблюдать, Дима со вздохом поплелся в коридор за кошельком, а Игорь скептически бурчал себе под нос, что с ведьмами на деньги в карты играть — гиблое дело. — Да какого хуя? — обиженно крикнул Петя, бросая карты на пол. — Десятый раз! Десятый! Ты меня решила вообще без ничего оставить? — Не везет в картах, — Алиса с довольной улыбкой подгребла к себе выигранные деньги. — Повезет в любви. Игорь со смешком ткнулся лбом в петин затылок, крепче к себе прижал. Петя его руки своими накрыл, улыбнулся широко и сказал уверенно: — Мне уже повезло.