Ярость

      Вспоминая утренние пришествие жителей всего леса, Блум позволила себе на секунду зазнаться и улыбнуться, отрешиться от криков людей в кабинете директрисы и попытаться понять, что же она собирается делать дальше. Ванесса всегда учила её в трудных ситуациях мысленно составлять список плюсов и минусов произошедшего. Подумав, что сейчас не самое плохое время для этого полезного занятия, рыжеволосая девушка принялась делить на двое воображаемый лист бумаги.       Что она получала в такой ситуации? Магия, взорвавшаяся внутри неё снесла все барьеры, мешавшие Блум стать феей хранительницей, и это лишь одно обращение, но ведь то, на что сейчас по ощущениям способна фея огня не было сопоставимо с жалким энчантиксом. Размышляя о том, как лучше бы было подобрать сравнение о своих способностях, на ум ей пришел пример фонарика, что мог осветить кружок тьмы с несчастным диаметром в 15 сантиметров и солнцем, дарующем свет половине планеты. Она хмыкнула, отметив, что данное сравнение отлично подойдет для будущих объяснений перед феями. К тому же, в её нынешнем положении, она далеко не фонарик, а значит это смело можно отнести в колонку «положительно».       Но несмотря на теперь огромную силу – она одна. Текну Блум не то, что вернуть не смогла, даже отомстить не вышло. Но ведь это было тогда, правильно? Что мешает принцессе сейчас сорвать печать с Омеги и достать оттуда подругу? Все просто, беспокойство за планету Лейлы. Значит от приобретённой силы эта проблема не решилась – к минусам.       Валтор. От одного упоминания этого имени в своей голове фея до хруста сдавила подлокотник кресла, что не осталось незамеченным для девушек и директрисы, спор которых резко оборвался на этом неосознанном действии Блум. Все прекрасно видели, что девушка давно перестала участвовать в их обсуждении явной проблемы. А начинала ли она? Сама принцесса даже не думала о том, что резко стала предметом пристального внимания всех фей, находящихся в комнате. Её мысли были лишь о том, что она не чувствует темного огня рядом. Значит и показать ему, так сказать, отблагодарить за «подарок» она не может. Тварь! Сбежал.Минус.       Фея инстинктивно зарычала, немигающим взглядом все так же смотря в окно. Он унизил её, растоптал и сбежал сам, трусливое отродье демона! Окружающие её подруги сделали шаг назад, но мешать или тем более атаковать не решились – юная волшебница контролировала свой, теперь полностью(?) покоренный ей огонь, и сейчас угрожала лишь кому-то в своей голове.       Прервать затянувшееся молчание, которое, казалось, скоро порвется как натянутая струна, оглушив всех, первой решила Фарагонда, невесомым касанием пробежавшись по сжатой до посинения руке хранительницы огня дракона.       - Блум, милая, нам надо с тобой поговорить. - рыжеволосая макушка тут же затряслась, ведь её обладательница мягко подняла взгляд на источник голоса. На секунду пожилой фее даже показалось, что в голубых глазах промелькнули вертикальные зрачки огненной рептилии, прежде чем их обладательница, сфокусировав наконец взгляд, вопросительно уставилась на директрису. – Думаю, что тебе следует посетить один остров, милая. Там живет моя давняя знакомая. – Директриса невольно позволила себе слабую улыбку вспоминая о храброй девушке Майе, которая нашла себя в мире драконов. - Она поможет тебе обрести свой энчантикс и усмирить своего дракона. Блум, сегодня же ты отправишься на Пирос. - к концу помпезной речи Фарагонды левая бровь Блум поднималась всё выше и выше, до конца надеясь, что они решили над ней пошутить. Тот, кто думает, что она действительно отправляет Блум ради обретения ещё большей силы – самонадеянной дурак, единственное из-за чего директриса это делает - страх. Страх перед ней.       - Вы боитесь меня, - Блум улыбнулась, но, эта улыбка стала похожа скорее на тяжелый оскал хищника, - Неужели вы думаете, что я могу стать сильнее? Нервный смешок она не могла сдержать и была вынуждена неловко прикрыть губы рукой. - Усмирить дракона? Я и есть дракон. - И на мгновение зрачки в голубых глазах действительно стали вертикальными, а кожа вокруг них покрылась изящной тонкой чешуей с золотым отливом. В этот момент чувство абсолютной силы пьянило разум юной фее, а затянувшееся молчание разрезал лишь тонкий голос принцессы Солярии, которая, отступила к стене от вида лучшей подруги.       Но вдруг холодная вода окатила разум Блум, и она зарычала. Уже на саму себя. Страх, непонимание, растерянность заполонили разум, вытесняя упоение собственной силой. Тонкий силуэт девушки сгорбился на полу, продолжая бороться с внутренней гордыней и опьянением от своих возможностей. Она не может потерять разум, не сейчас, когда по её венам течёт огонь. Огонь, а не слабость.        – ХВАТИТ,-голос принцессы Домино обрел буквально материальную силу, которой она била в первую очередь по себе, и вызванный этим воплем ветер, разметавший рыжие кудри, рассеялся через секунду, оставляя уже собранную принцессу Домино с ярко-синими, как искрящееся озеро, человеческими глазами.       - Простите, мисс Фарагонда, - охрипший голос казался чуждым, после внезапно рычания принцессы, – но мне действительно не нужно на Пирос. Поймите, - фея Дракона пошатываясь встала и подошла к директрисе, вновь со сталью во взгляде, - всё, что мне нужно, это его кровь, - шепот девушки напоминал змеиный, - я больше не нуждаюсь в энчантиксе, чтобы убить его.       Фарагонда резко отшатнулось от потерявшей разум девушки, как раз вовремя, потому что в следующее мгновение пламя охватило сильнейшую ученицу Алфеи, развивая волосы той ярким костром. Постепенно, не поджигая ничего кроме силуета хозяйки, всполохи превратились в искры и полностью впитались в бархатную кожу, создавая золотистую броню.       Она и есть огонь.       — Это невозможно, - не веря своим глазам Фарагонда не рискнула бы провести кончиками пальцев по коже юной феи, чувствуя на расстоянии, как от нее идет жар, не свойственный человеческому телу. Та сила, что демонстрировала сейчас ее ученица была опасна, неконтролируема и совершенно невозможна для феи. Для человека. И с этим только предстояло разобраться.