Ярость

      Под покровом ночи из леса к воротам школы, когда-то ставшей ей домом, вышла фигура длинноволосой девушки. Выбравшись в Магикс впервые за несколько долгих месяцев, она несколько минут стояла у ворот, наслаждаясь тяжелыми каплями летнего дождя. На Солярии не идет дождь. Окинув затуманенным взглядом тёмные окна интерната для фей, она нашла свою цель – свет, освещающий двор школы исходил из одного окна, и её явно там ждали. Знакомым жестом руки открыв проход в защитном куполе школы, она на мгновение забыла, как дышать, поглощенная шквалом нахлынувших воспоминаний. Живот неприятно скрутило. Она не была здесь три года. Три бесконечных года.       Защитный купол не пропускал дождь. И насквозь промокшая девушка в тонком сарафане плохо вписывалась в эту идеально (противно) розовую картинку. Дрожь побежала по коже вслед за её скользящими пальцами, когда она произносила невербальное заклинание сушки. Раз уж её хочет видеть сама Фарагонда, она должна выглядеть достойно.       - Ну, что ж, здравствуй, Алфея, принцесса Солярии снова пришла тебя покорять. - с дрожью в голосе прошептала она ночи и решительным шагом направилась ко входу в здание.       - Я рада, что ты пришла, Стелла, несмотря на личные трудности. Я благодарна тебе. - честно сказать, фея солнца и луны ожидала услышать совсем не это. Она не видела старшую фею долгие годы, и не видела бы ещё столько же.       - Я не привыкла отказывать старинным…знакомым, Фарагонда. Но я здесь не для того, чтобы выслушивать твои слова... благодарности. - фея даже не старалась скрыть презрения в голосе, а ладони, ранее спокойно сцепленные перед собой, теперь сжимались в яростном жесте, выдавая, что девушка находится в очень хрупком балансе со своим гневом.       Миниатюрная фигура директрисы наконец-то повернулась к стоящей у её стола бывшей ученице. За долгое, но такое быстротечное время для старой феи, изменилось многое, добавились новые морщины, осунулись плечи под тяжелым грузом вины. Но внешний вид одной из сильнейших выпускниц её школы удивил директрису посильнее презрения в её голосе. Из маленькой и озорной девочки с горящими глазами и любовью к моде, пред ней стояла статная девушка, полностью несущая ответственность за свои поступки. Перед ней стояла настоящая правительница своего королевства: - Ты изменилась, принцесса Солярии.       Девушка лишь усмехнулась уголком губ и с напущенной ленью во взгляде принялась осматривать кабинет, который совершенно не изменился. – Не вашими мольбами, не беспокойтесь. - фея остановила свой блуждающий взгляд ровно на уставших глазах директрисы. - Вы сказали, что я нужна Лейле, а так как я не смогла с ней связаться, я здесь. Как я уже сказала, старинным друзьям я не отказываю. - принцесса перешла на шепот. - как и не считаю, что вы достойны места в моей телефонной книге, поэтому разглагольствовать о своей новой прическе не намерена. К делу. Что случилось?       И не пытаясь скрыть разочарования на лице, директриса лишь махнула принцессе на выход, занимая привычное положение созерцания рассвета из своего окна. – Она в ваших старых комнатах, спросите сами, и, Стелла, мне очень жаль.       Сжав до бледноты косточек на руке, дверную ручку, не оборачиваясь к Фарагонде, фея метнула словно кинжалом последнюю фразу, расширяющую пропасть между директором и учеником. – Скажи свои слова сожаления Текне. - её голос предательски дрогнул. – из-за тебя она мертва.       В предрассветных сумерках коридоры Алфеи казались ещё более чуждыми и такими далекими. Она не хотела. Не хотела возвращаться, не хотела вспоминать.Как вот по этой лестнице они вшестером, кое-как уговорив Флору прогулять зачет Уизгиса, неслись чтобы устроить пикник в парке. Они отмечали какой-то праздник? Возможно. Причины, события, так быстро ускользают из памяти, но остаются живы в них люди, моменты, эмоции.       Вот в этом коридоре они практиковали новую магию маскировки и пытались слиться с полосатой стеной. Выходило, конечно так ужасно, что Гризельде пришлось два часа выводить зеленую краску с половины лица Музы.       А вот к этим дверям она впервые привела Блум, обманом зачислив её на первый курс обучения. Блум. Это имя будто было выжжено на таких чужих, но таких знакомых дверях, это именно Блум объединила шестерых совершенно разных девушек в одну крепкую семью. Крепкую. Когда-то. Слёзы обиды на жизнь щипали золотистые глаза принцессы Солнца, протянутая над дверной ручкой ладонь застыла в немом оцепенении. Она бежала от этого не один месяц, чтобы вот так с головой вернуться в омут боли? Глотая воздух как рыба, брошенная на поверхности, она уже собиралась развернуться и навсегда забыть это треклятое место, но перед глазами всё время возникал образ Лейлы, которая до последнего боролась за них, она боролась за Винкс, за то, что от них оставалось, но заменить ни пропавшего лидера, ни погибшую подругу не удалось никому, никто и не пытался. Она не простит себе если не поможет ей. Решительно вытерев мокрые дорожки на лице, она дернула дверную ручку.       Комнаты оказались бездушным следом, словно остатком от прошлой жизни. В них не было больше душевных песен Музы под гитару по вечерам, как и не осталось запаха трав, что заваривала в шесть маленьких чашек Флора пред сном. Здесь больше не живут шесть девушек, которые однажды поклялись быть всегда вместе и были повержены судьбой. Однако, комнаты отдавали чем-то родным, но давно забытым. На полу в углу этой стены была заделана мелкая пробоена, цветок Флоры был так голоден, что начал выдирать куски деревянного пола, но вовремя был остановлен. Эти помещения были пропитаны сладким запахом воспоминаний. Так пахнет яд, готовый убивать тебя медленно и упоительно.       - Я рада, что ты решилась зайти, я не хотела тебя торопить. Два часа назад меня саму выворачивало на наш диван от слез и всё же я безумно рада тебя видеть, Стелла.- девушка стояла чуть поодаль от феи Солнца, будто бы не решаясь на более жаркое приветствие. Они изменились, да у них было общее прошлое, но теперь они смотрят на совершенно чужих людей.       И всё же, несмотря на опасение феи морских волн, принцесса Солярии, с протяжным вздохом облегчения кинулась на шею подруги.- О, небеса Солярии, ты жива, я так боялась, что с тобой что-нибудь случилось, я писала тебе - ты молчишь.- сцепленные в крепких объятиях две тонкие фигуры теперь сидели на полу, боясь разжать руки, будто бы разорвать этот короткий миг радости.       - Я жива, к сожалению, на моей планете горе, портал который…, который был запечатан три года назад снова открыт, он открылся пять дней назад и сразу же прервалось любое сообщение с другими мирами. – мягкая ладонь феи волн легла на влажную от слез щеку подруги, давая возможность смотреть золотистым глазам, полными слез, в потухшие от усталости голубые. – открыть портал удалось только сегодня и только в Магикс, ну знаешь, спасибо что не в саму Омегу. – у феи вырвался нервный смешок.- хотя я не уверена, что там оказалось бы ужаснее, чем у Фарагонды. Прости, что заставила и тебя пройти через это снова, но мне нужна помощь, ВСЯ помощь которую я могу найти, потому что на одном из вырывающихся из порталов убийц обнаружили знак. Знак Валтора, Стелла.       Фея не разорвала зрительный контакт, и не открыла рот в ужасе, в какой-то части сознания она ждала, когда это произойдет, Валтор пропал в тот же день, когда пропала Блум и больше не появлялся. Они полгода искали его во всех уголках вселенной, полностью уверенные, что это именно он причастен к пропаже их подруги. А затем у них просто кончились силы, силы жить, силы искать, силы кого-то спасать, они не могут спасти даже самих себя, какая уж там новая команда света. И они разошлись по миру, лишь краем уха поддерживая связь, давая знать, что они живы.       - Мы сделаем это вместе, Лейла, ради многих. Я соберу столько людей, сколько смогу, я тебе обещаю. Если нужно мы заставим Фарагонду лечь костями ради спасения твоей планеты и отмщения Текны, но первым делом нужно предложить это возмездие нам самим, нужно позвать… - Уже можно не звать. – звонкий голос феи с Мелодии прорезал застоявшийся воздух комнат. Два недостающих звена цепочки сейчас стояли в дверях и горящими глазами пожирали девушек, сидящих на полу.- Ну, что Винкс, вместе?