Волк и семеро козлят (vore)

Рысь сидел на сучке, греясь в лучах утреннего солнца, когда его заставил вздрогнуть и подскочить жуткий грохот и треск, доносящийся из леса. Рысь замер, думая, что делать. Бежать, прятаться? Или остаться? Любопытство победило, и рысь остался, лишь забрался повыше, в крону, где листья скрывали его. Треск приближался. Вскоре стало ясно, что является его источником - на поляну со стоном, тяжело дыша, с трудом вышел волк с огромным брюхом. Точнее не так. Сначала появился огромный меховой шар с пупком посередине, и за этим шаром ничего не было ничего видно. Потом шар тяжело опустился на землю и из-за него появилась голова волка с высунутым языком. Рысь вытаращил глаза. Он знал, насколько волки прожорливы, но столь огромного пуза не видел никогда и ни у кого. Как оно только не лопнуло от такого обжорства! Рыси и волки всегда друг друга недолюбливали, и этот был не исключением. -Эй, - с насмешкой крикнул он. -Ну ты и нажрался, дурень! Твое пузо тебя того гляди придавит! У волка не было сил ни на что, особенно на то, чтобы переругиваться с рысем. Ему ужасно хотелось пить и он стремился лишь к одному - добраться до реки. Потому лишь сердито проворчав, что рысь ему завидует, потому что ему самому свое брюхо так не набить никогда, волк, едва живой от усталости, поднял свой огромный живот и поплелся к воде. -Скоро лопнешь от обжорства, зазнайка! - презрительно бросил рысь ему. Рысям всегда были отвратительны волчье неуемное обжорство и неумение себя контролировать. Волк, изнемогая от слабости, шагал к реке. Лапы подкашивались и дрожали под весом тяжеленного пуза, но жажда заставляла его идти. -Э-эй, ты, - позвал рысь, глядя вслед идущему к берегу волку с ветки. - Куда ты, придурок! Утонешь! Твое пузо тебя мигом на дно утянет! Волк его не слушал. Он подошел к берегу и наклонился, чтобы полакать воды. Рысь хмыкнул. Волк и правда был идиотом. Он обожрался сверх всякой меры и теперь страдает, он лезет к реке с тяжеленным брюхом, которое его утопит. Но не смотреть же просто так, как он сейчас свалится воду и пойдет ко дну? Рысь мигом спрыгнул с дерева и кинулся к стоящему на берегу волку. И вовремя, так как тот под тяжестью своего перевесившего пузища уже начал заваливаться вниз. Рысь схватил его за хвост и дернул на себя. Он больше всего боялся, что хвост оторвется, не выдержав огромного веса волчьего брюха, но нет, от рывка волк качнулся в другую сторону и теперь начал заваливаться назад. Рысь благоразумно отскочил, чтобы не быть придавленным. Волк грохнулся на берег с жутким скрежетом и стуком, доносящимся из раздутого брюха, заставившим рыся вздрогнуть второй раз за утро, и без сил растянулся, прижатый своим пузом. -Эй, ты что, засохших пирожков нажрался? - удивленно спросил рысь, покосившись на волчий живот. - Гремишь как ведро с гвоздями. Волк не ответил. Он просто лежал, тяжело дыша и высунув язык. -Да что вообще с тобой такое??? - изумленно произнес рысь. Волк, все так же тяжело дыша, вкратце рассказал историю, как он полакомился молодыми сочными козлятами и лег спать, а проснулся с огромным неподъемным брюхом. -Хм... - рысь нахмурился, глядя на волчий живот. Он осторожно поводил лапой по его поверхности. Подушечки тут же нащупали каменно-твердые бугорки, выпирающие под натянутой как на барабане тонкой кожей. -Это уж точно не козлята, - констатировал он, щупая пузо волка. -Козлята такими твердыми не бывают. Волк не на шутку перепугался. -Но ч-то тогда в моем желудке???! - с ужасом спросил он. Рысь одним прыжком взлетел на верхушку волчьего пуза. Лапы коснулись странно каменно-твердой поверхности. Хоть он и прыгал аккуратно, приземление вызвало новую порцию стуков и скрежета в раздутом до ужаса брюхе волка. Рысь тут же увидел длинный сделанный крупными стежками большой шов, тянущийся вдоль пуза, от пупка до груди. -Кажется, я знаю, что с тобой, - сказал рысь, снова щупая его брюхо. Волк выжидающе уставился на него. - Твое пузо вспороли, пока ты спал, вынули козлят и чем-то тебя набили, думаю, камнями. Волк жалобно взвыл от страха. Из его глаз покатились крупные слезы. -У... - стонал он жалобно и безутешно, словно щенок. - Мой бедный желудок никогда их не переварит! Мое пузо теперь навечно останется тяжелым и раздутым! И будет болееееть... Я теперь даже ходить нормально не смогу... -Ну, тише, тише. - Рысь соскочил с брюха волка и ласково погладил его по морде а потом по пузу, утешая. - Не плачь, думаю, это решаемо. Просто надо разрезать шов и вынуть из тебя все камни, потом зашить снова. -А это не будет больно? - спросил волк, перестав плакать. -Может быть, немного. Вон, когда тебе брюхо вспороли, ты даже не почувствовал. В любом случае, уж лучше, чем с камнями в пузе ходить. Волк не мог не согласиться. Рысь сбегал к себе домой за ножницами и нитками с иголкой. Вновь запрыгнув на необъятный волчий живот, он начал осторожно срезать нитки. Лишь рысь удалил небольшую часть шва, как камни посыпались из переполненного брюха. Срезав нитки, дикий кот принялся вынимать булыжники из волчьего пуза. По мере уменьшения количества камней живот волка сдувался, его распирало меньше, и волку становилось легче. А рядом с несчастным хищником тем временем росла груда вынутых булыжников. Камней в брюхе было полно, и это была нелегкая работа. В конце концов, набивали пузо волку семеро козлят с козой, а вынимать их пришлось одному рысю. Наконец, рысь освободил живот волка от камней. Брюхо волка сдулось, и стало видно, какой он на самом деле тощий. Тщательно осмотрев желудок внутри и убедившись, что в нем не осталось ни камушка, рысь взялся за иголку с ниткой и принялся зашивать разрез. Шил он аккуратно но надежно, чтоб шов не разошелся от волчьих упражнений в обжорстве. Когда рысь закончил, получился тонкий шов, почти незаметный под шерстью. -Готово, - рысь провел лапой по тощему многострадальному волчьему животу. Худоба волка, его вспоротое брюхо и то, что ему пришлось перенести, вызывали у рыся сочувствие. Волк осторожно поднялся на лапы. Он чувствовал облегчение - пузо больше не распирало так, что оно готово было лопнуть, камни не тянули книзу. Волк с радостью кинулся к рысю на шею и обнял его. -Спасибо! Спасибо! Спасибо, рысик! Ты спас меня! Буду нужен, зови, всегда приду к тебе на помощь! -Ну, погоди, - деловито проговорил рысь. - Нечего тебе с пустым брюхом по лесу шататься. Пойдем, накормлю тебя. Он усмехнулся. -Набить твое пузо доверху, конечно, не сумею, но, думаю, голод утолить смогу. Иди за мной. С этими словами рысь вскочил и пошел куда-то. Волк нерешительно поплелся следом. Они пришли к домику рыся, что был на дереве. Пригласив волка внутрь, рысь усадил его за стол и поставил перед ним целый поднос пирожков с зайчатиной. Желудок волка голодно заурчал при виде еды. -Лопай! - пригласил его рысь начать трапезу. Волк жадно накинулся на еду. Брюхо его вновь жалобно урчало, и он был ужасно голоден. Он глотал пирожки практически не жуя, и его впалое пузо начало вздуваться и расти практически на глазах. Рысь, наливая волку чаю, украдкой наблюдал за этим процессом, чувствуя при этом нечто странное и незнакомое. Ему... нравилось смотреть на это? Как волчье пузо наполняется, раздувается, тяжелеет, становясь похожим на тугой большой мяч... Это чувство было новым и ужасно странным и непонятным. Рысь отвернулся, чтобы волк не заметил его пристальный взгляд и принялся наливать очередную кружку чая. Поднос быстро опустел, все пирожки перебрались в волчье брюхо, которое теперь раздулось, став похожим на большой пушистый мячик, отяжелело и отвисло, и теперь лежало у волка на коленях. -Иди, отдохни, - рысь кивком указал на диван. - К тому же, мне надо проверить, не разошелся ли шов. Волк послушно растянулся на диване пузом кверху. Оно сильно выпирало вверх и раздавалось в ширь. И близко не похоже на то, когда оно было до упора набито камнями, но вполне внушительно. Желудок, измученный распирающими его камнями, их тяжестью и острыми краями, впивающимися в его стенки, а так же тщетными попытками переварить несъедобное наполнение, с довольным урчанием накинулся на мягкую вкусную еду. Рысь подошел и сел рядом. Его пальцы осторожно раздвинули шерсть возле шва, позволяя осмотреть его. Со швом было все в порядке. Рысь, ощупывая шов, почувствовал под подушечками пузо волка - теплое, такое тугое, но в то же время упругое и мягкое на ощупь. Это было так приятно... Не удержавшись, он провел по брюху волка лапой. Волк хихикнул. Рысь тут же виновато убрал лапу. -Извини. Не мог бы ты продолжить. Пожалуйста. - вдруг попросил волк. Рысь удивился, но отказываться и не думал. Он начал массировать живот волка, сначала осторожно, а потом все увереннее, гладил округлое мягкое волчье брюшко, чесал, мял, тискал. Волку это очень нравилось, рысю тоже. Наконец, решив, что пора спать, рысь встал и укрыл волка одеялом. -Доброй ночи тебе, спи, уже поздно. Рысь к своему удивлению понял, что ему очень нравится волчье пузо. Смотреть, как оно раздувается на глазах по мере поглощения еды, массировать его, тискать, гладить... Он охотился теперь больше и специально кормил волка сверх необходимого для утоления голода. Иногда даже откармливал его до изнеможения, глядя как плоское брюхо волка вздувается, округляется, выпирает все больше и больше, как увеличивается пупок на туго набитом пузе. А потом массировал его раздутые бока, гладил, обнимал, щекотал ему пупок. К слову, плоским пузо волка теперь не было практически никогда, лишь стоило ему немного сдуться, рысь спешил набить его новыми порциями еды. И обоих такие отношения устраивали - волк теперь всегда был сыт, а рысь мог наслаждаться видом его большого брюха и его мягкостью. Что было удивительным, не смотря на подобное обжорство, волк совсем не жирел. Только ребра перестали выпирать и бока стали гладкими, да на животе вокруг пупка появился небольшой слой жирка, делавший пузико волка чуть округлым и выпирающим, когда оно было пустое. И это тоже очень нравилось рысю - и тискать это мягкое пузико, осторожно тыкая пальцами в него, и смотреть, как плоский волчий живот вздувается и тяжелеет, наполняясь едой. Так он видел результат своих трудов и чувствовал себя нужным. Разрез на волке заживал как на собаке. Прошло совсем немного времени, и от него остался лишь тонкий шрам, тянущийся вдоль брюха. Рысь сделал какую-то мазь и теперь усердно втирал ее в шрам, говоря, что нечего портить им такое красивое пузико. "Пузико", раздувшееся как огромный набитый едой мешок, бурлило и урчало, переваривая проглоченную только что пищу. Мягкие подушечки скользили по шраму, втирая мазь, мяли вздувшееся брюхо, пальцы аккуратно тыкали в упруго пружинящие бока и щекотали растянувшийся пупок.И оба друга были счастливы. Прошло некоторое время. Рысь убедился, что брюхо волка совсем зажило и однажды предложил ему кое-что. - Завтра мы пойдем в гости к твоим знакомым. Ты ведь хочешь снова ощутить вкус молодой козлятинки, не так ли? Волк перепугался. -Нет! Я не пойду туда! Не хочу, чтобы мое пузо снова вспороли! Рысь покачал головой, закатив глаза. -Никто больше не вспорет твое пузо. Я буду с тобой. Ты сожрешь козлят, а потом мы убежим. И я не дам тебе развалиться с полным брюхом рядом с домом козы, уж будь уверен. Услышав об этом, волк охотно согласился. Слова рыся вселяли в него спокойствие. К тому же, ему самому хотелось рассчитаться с козой и ее выводком.