Разбитый внутренний мир.

Арсений лежал, слегка поглаживая волосы парнишки. Тот в свою очередь уже уснул, видимо не выспался сегодня вновь. Сколько бы он не спал, никогда не высыпается, что за логика? Видимо ему это никогда не удастся, но восстанавливать организм Антона и всего его, обязательно надо. Вроде всё получается, но надо быть осторожным. Мы ведь не знаем, что будет потом. Вдруг случится, что-то такое, что человек станет во веки разбитым, и никакая помощь ему не понадобится. Судьба может быть неожиданно очень, то есть сегодня ты думаешь, завтра у меня день рождения, я позову друзей, выпьем, сходим в бар. И всё будет классно. А получается по другому, друзья не смогли к тебе прийти, бар закрыли, а на столе одна бутылка водки. И как то всё фигово. Каждый день, каждый час, каждые пару минут, у нас меняется мнение. С утра одно, после обеда другое, после полудня совершенно непонятное, и вечером вновь другое. И тут ты никогда не разберёшься, что тебе точно нравится. Пару лет назад тебе нравился этот человек, и ты считал его идеальным. А сегодня, ты уже мечтал, чтоб с этим человеком, ты вообще б лучше не знакомился. Люди меняются, и бросают, но смотря на некоторых. Они могут бросать человека и уходить от него жёстоко и грубо, а кто-то мягко, без проблем. За окном стемнело, фонари зажглись. Всё типично, но машин по прежнему полно. Только восемь часов, Попов всё это время лежал рядом с мальчишкой, выполняя работу в ноутбуке. Сейчас он отложил его, вглядываясь в парня, его взгляд невольно упал на запястье, где были шрамы. Брюнет с неуверенность и аккуратно, чтоб не разбудить русоволосого, взял его запястье, и присмотрелся к шрамам, поглаживая большим пальцем. Как же было жаль его, такой красивый, прилежный практически мальчик. А столько пережил, что не сосчитать. Судьба действительно несправедлива. — Можно., я верну на исходное положение руку?.. — прошептал кто-то рядом. Попов стыдливо, отпустил руку мальчишки, разворачиваясь к нему. — Да. Прости, что разбудил. Выспался, или ещё поспишь? — тихо проговорил мужчина, посмотрев в зелёные глаза, хозяин которых отводил взгляд, и пряча то самое запястье под одеяло. — Наверно выспался. Сколько времени? — уставше спросил шатен. Лениво вставая с кровати, потягиваясь, и потирая слипшиеся глаза ото сна. — Восемь. Восемь часов. — психолог тоже встал с кровати, также потягиваясь. Ведь всё это время он лежал. — Понятно. Я в ванную, умыться. Попов легко кивнул, идя на кухню. А Антон почесал голову, и зевнул, отправляясь в ванную. Он включил там свет, вглядываясь в себя. Вид не улучшался, но и не ухудшался. Парень повернул голову в сторону, просмотрев никого ли нет рядом. И закрыв дверь на щелчок, потянулся к потайной плитке, где лежали драгоценные таблетки. Шастун с нескрываемой улыбкой, открыл каждую пачку таблеток, выпивая по три штуки. Ему стало даже не хватать трех, это знак, что пора задуматься, всё ли в порядке. Ведь организм требует больше. Некая проблема в голове у подростка возникала, и он думал уже прекратить их пить, так дело продолжаться не может. Но сразу от одной мысли, что в ванной лежат таблетки, хотелось поскорее их выпить. Антон всё-таки наплюнул, и с удовольствием выпивал по каждой штуке. Чуть подумав, взял ещё таблеток, и закинул в рот. Убирая все следы. Он встал и умылся. Чуть засмотревшись в раковину, и размышляя о чём то своём. — Кушать будешь? — прозвучал голос в проёме двери. — А? — Поешь? — Нет. Простите. — мальчишка почесал шею, но не видя повода. Скорее от волнения. Потому что, отказывать всякий раз, ему стало приносить труд. Ведь за него беспокоятся, готовят, а он не хочет. — Уверен? Ты сегодня только завтракал. — брюнет хмыкнул, отворачивая взгляд. На Антона смотреть обидно, он потерянный, это видно. — Угу. Мужчина вышел из ванны. Оставив одного рассуждать Шастуна. Поесть он не может, но пить может, чуть подумав. Подросток решил пойти в магазин, купить чего нибудь. Прогуляться, да и скучно дома сидеть, хоть время потратить. Зелёноглазый вышел из ванной, выключая свет, и зашёл на кухню, где психолог наливал чай. — Я схожу прогуляться? — задал риторический вопрос парень, найдя свою куртку, и надевая её сразу. А затем взял свои деньги, положив в карман куртки. — Зачем? — мужчина подошёл к нему, загораживая путь к входу. Тот отошёл на шаг, всматриваясь в голубые глаза. — Куплю себе чего-нибудь. Вам захватить что-нибудь? — Что ты хочешь себе купить? — спросил он. Всё таки отпускать этого ребёнка одного было страшно. Мало чего наделает, но он же уже большой? Хотя ответственность за него держать надо. Вон, уже самоубийство совершал (ну, попытку), и после этого, можно разрешать ему, что-то делать одному? Нет. — Не знаю. Но неожиданного ничего не буду покупать. Так может Вам надо что-нибудь? Продукты? — мальчишка улыбнулся, просто так. Честно, себе он хотел купить энергетики и новые таблетки. На всякий пожарный. — Хлеб возьми, пожалуйста. Да и всё наверно. А, ещё молоко. Два пакета. Сейчас деньги дам. — мужчина в спешке рылся в карманах, но его руки аккуратно взяли. Убрав из карманов, голубоглазый вопросительно посмотрел на юношу. Пока тот, всё ещё не отводил взгляд. — Не надо. Я за свои куплю, не беспокойтесь, — брюнет выгнул бровь, всё ещё настаивая, дать отдельные деньги. — Арсений Сергеевич, правда. Всё нормально, у меня их достаточно. — Ладно. Но смотри, всякой фигни не покупай. Я проверю. Чтоб недолго был, а то больше одного отпускать не буду. Подросток кивнул. И уже надев лёгкую куртку, пошёл в прихожую, надевая обувь. Черные кроссовки, и зашнуровывая их. Вышел, громко хлопая дверью, как бы давая знак, что ушёл.

***

Арсений сидит за ноутбуком, доделывая работу. И когда всё было сделано, он задумчиво смотрит в окно, в котором уже полноценная ночь. В дверь постучали, и мужчина сразу подбежал к ней. В проёме стоял подросток с пакетом в руках, и неужели дошёл без препятствий? Антон спокойно зашёл, и отдал то, что просил купить его психолог: два пакета молока и хлеб. Мальчишка отдав всё, принялся снимать обувь, и убрав её. Пошёл в ванную, помыть руки. — Спасибо. Что купил себе? — спросил психолог, останавливаясь в коридоре. — Энергетики. — даже не скрывая, ответил зелёноглазый. И помыв руки, вышел из ванны, натыкаюсь на сердитый взгляд мужчины. Антон вздохнул мол, что опять не так? — Какие энергетики ночью? Ночью ты спать должен. — Попов приблизился к нему, поправляя его чёлку. А парень был совсем, и не против. Даже приятно. — Я ведь уже спал. — Это значит, что ты не будешь спать ночью, что ли? Нет конечно, мой дорогой. Спать ты будешь обязательно. И сколько банок взял? — улыбнулся брюнет, на что, Антон тоже не смог сдержать улыбки. — Две. — честно сказал шатен. У него в пакете и впрямь две банки энергетика. Покупать он больше не захотел. Во первых: Попов бы, разозлился. Во вторых, Антон себя губить не хочет. Хотя уже нарушил правила. Губит себя таблетками. — Две? Я надеюсь, одну сегодня, вторую на потом? — выгнул бровь голубоглазый, всматриваясь в мальчика. Такого уютного, и какое приятное чувство возрождается в груди. Когда понимаешь, что этот котёнок твой. — Думаю, да. Попов просто кивнул в ответ, на последок взъерошивая волосы парнишки. Тот сморщился, делая выражение лица, что его заколебали, по волосам гладить. Мужчина чмокнул его в нос, и пошёл обратно на кухню, когда подросток брал из пакета, банку энергетика.

***

Первый день декабря. Такой классный. Началась зима, а это значит, что наступают холода. Одна плохая новость, от которой становится грустно. Но скоро Новый Год, почти скоро. Подросток сидел за столом, играя в игры на ноутбуке, и попутно вырисовывая на тетрадке всякие фигурки, лица. Часто он проводит в ноутбуке время, стараясь либо избежать реальности, либо ему действительно нравится играть. Таблетки он употребляет, всё больше и больше, что не сосчитать. За неделю, штук 15-20 пьёт, и ещё удивляется, как не подыхает. Арсений в другой комнате, что-то чудит. На телефон резко позвонили, парень не раздумывая, и не смотря кто звонит, взял трубку. — Слушаю. – Антон, нам надо поговорить. – пронёсся в трубке, сильно знакомый голос. Шастун на секунду замерев, думал, как ответить. – Андрей, что тебе надо? Вот, прямо скажи, – подросток нахмурился, начиная постукивать ногой, и просто пялиться в экран ноутбука. – Одолжишь денег? – ответил откровенно отец. Шатен устало вздохнул, чуть напрягаясь. Мужчина молчаливо ждал, последующих ответов. – Зачем, и сколько? – Наркотики. Всего двенадцать тысяч, пока что. – Нет. Ты спокойно разрушал мое детство, избивал меня, а сейчас так просто просишь денег? Ты нормальный? – высказался ему юноша, в котором стала закипать злость, при воспоминаниях, что с ним сделал отец. – Ты сам ненормальный. Я знаю про твою ситуацию, суицидник хуёвый, блять. У тебя нет проблем, а ты, как идиот, хотел покончить с проблемами, не таким я тебя вырастил. Думал ты мужик, и ещё тебе каких-то денег родному отцу, не хочешь одалживать. – Антон застыв в своих мыслях, и через услышанно, сразу продолжил: – Какой родной отец? Ты прикалываешься? Ты. Мне. Никто! Я тебе ничем не обязан, и не смахивай на мою ситуацию, это уже было в принципе давно. – Ты неудачник. Просто хотел так сделать, чтоб на тебя обратили внимание, чтоб пожалели, да? Твоя мать бы, тобой не гордилась, какой сын растёт. – А тобой бы, она гордилась, а? Сидит хер пойми где, употребляет наркотики, и ещё думает, я плохой. – Да я их пить начал, из-за матери! Ты просто ужасный, с тобой невозможно разговаривать, денег дашь, или я буду пытаться сломать твою жизнь, чтоб ты к чертям сдох? – орал отец на мальчишку. Тот долго смотря в одну точку, напряжение было в теле сильное, и начинала болеть голова. – И как же, ты её сломаешь? – Заведу дело, что мой сын употребляет наркотики. Уведу всё на тебя, у меня никаких доказательств не показано, а вот самоубийство и наркотики, уже чуть понятнее. Да и у меня друзья есть, поверь, они то. Помогут мне с этим делом. Зелёноглазый судорожно выдохнул, полностью теряя над собой контроль. Хотелось всё крушить, злость кипела. Отчаяние, грусть, злость, все смешалось воедино. В телефоне послышался кашель, как бы показывая, что собеседник ждёт ответа. – Хорошо. Где и когда? – Сегодня, в семь часов. Около моей квартиры, в том переулке. – Ты там не живёшь, она пуста. – Да мне похуй. Чтоб был, иначе своё обещание, я выполню. Дальше были слышны только гудки. Подросток откинул телефон подальше, задумчиво пялясь в пустоту. Его взгляд начал метаться по всей комнате, в поисках вещей, которые можно сломать, и выплеснуть на них накопившую злость. Взгляд пал на его тетрадь, в которой он рисовал, и парнишка сразу рванул за ней. В организме бушевал адреналин, так что вслед за тетрадкой, пошли его карандаши и ручки. Уже через пару минут на полу всё валялось сломанное, но злость не уходила. – Антон, что случилось? – резко спросил Попов, зайдя в комнату и увидев бардак и сбоку тяжело дышащего Шастуна. Пацан метнул на него взгляд, и сразу отвёл, пытаясь привести себя в порядок. – Да ничего, блят, не случилось. Всё заебись, чего пристали! – выкрикнул взвинченный юноша, пиная ногой скомканную бумажку на полу. – Для чего ты это сделал? – психолог понимал, что у Антона стадия злости. В такие моменты парень может вытворить всё, что угодно. Арсений неспешно подходил к подопечному всё ближе. – Просто так, представляете? Просто бесит, нахуй, – парень стукнул рукой по столу, и сразу вспоминания об Андрее, вновь постигала невыносима злость. – Арсений Сергеевич, пожалуйста! Дайте мне хоть что-нибудь, что можно сломать? Мне это очень необходимо. Сука-а… как же заебало, блять! – Нет, нет. Иди сюда, – мужчина подошёл вплотную к Шастуну, который пытался, сбежать. – Тихо... тихо. Ну, не сопротивляйся, не уйдёшь ведь. Арсений прижал мальчишку к себе, когда тот старательно пытался выбраться, но, ощутив мягкие поглаживания по волосам и теплое дыхание около уха, окончательно сдался. Отдаваясь мужчине, и ничего не делая, просто стоя. – Вот так. – улыбнулся психолог, пошёптывая зелёноглазому. Тот прикрыл глаза, пытаясь придти в себя. – Что же случилось? – всё ещё не отпуская подростка, спросил брюнет. – Долгая история. – Антон чуть отошёл назад, опираясь о стол. Голубоглазый расставил руки по бокам от мальчишки, заинтересованно на него смотря. – Может отпустите? – Ты сбежишь. С темы тоже, а мне нужно знать. – ухмыльнулся мужчина, на что получил недовольный вздох. – Да там херня маленькая случилась, поссорился с кое-кем. И всё. – зелёноглазый думал, не рассказывать правду, ибо это уже личное. Он просто отдаст деньги Андрею, и всё. А со временем потом заработает. – И с кем же? – А зачем Вам это знать? – улыбнулся шатен, щурясь на мужчину, и немного повернув голову. – Доказательства где? Я что-то не вижу, дай подумаю... Опять враньё? – выгнул бровь психолог, непонимающе смотря на мальчишку. – Да нет же. Вы совсем мне не доверяете? Ну спасибо. – Антон сделал вид, что обиделся. И резко попытался выбраться из ловушки, опять сопротивляясь. Попов ждал когда он угомонится, и лёгким движением притянул к себе. Когда он почувствовал сбивчивое дыхание парня, и смущение, только усмехнулся, понимая. До чего доводит подростка. – Конечно доверяю. Но на всякий пожарный, да ведь? Нельзя быть в чём то, полностью уверенным. – прошептал на ухо Шастуну Арсений. Сильные мурашки прошли по коже у русоволосого, ведь теплое дыхание около уха, прям таки чувствовались, а шёпот, до жути вызывал приятные ощущения. – Можно не так близко?... – А как с тобой ещё разговаривать, котёнок мой? Не нравится что ли? – Нет. А чё Вы постоянно берёте инициативу на себя? – совсем не обижаясь, ответил юноша. Побыть активом он не против, но ему выгодней, когда доминируют. Но спросить надо. – А я разве неправильно делаю? – Попов улыбался так хитро, что было подозрительно. Он прямо таки поднял взгляд на мальчишку, и вглядывался в каждый участок его лица. Что вгоняло в некий страх. Нет, пусть всё таки доминирует он. – Хули Вы на меня так смотрите? – Как не стыдно, Шастун, матерные слова употреблять. Не разучился ещё, не? – легко спросил психолог. Вновь опаляя тёплым дыханием. – Не. – только и произнёс шатен, и повисла долгая тишина. Мужчина всё ещё не отводил взгляда. Подросток же, просто смотрел куда-то в другое место. Непривычно ему. – Нет, а серьёзно. Почему так смотрите на меня? Мне уже страшно становится. – Любуюсь. Мне уже полюбоваться на тебя нельзя? Подними голову. – Я не привык... – Ну подними. Я хочу видеть твои глаза. Их зелёный , теплый цвет. – так нежно сказал голубоглазый. Просто радуясь в душе, что ему достался такой хрупкий котёночек, от которого при одном взгляде, становится умилительно. Шатен с трудом, заставил себя поднять голову, и просто смотрел прямо в лицо мужчине. – Вот молодец. Ты не представляешь, какой ты очаровательный – Э. Ну, Арсений Сергеевич, хватит. Вы слишком сильно меня балуете словами. – парень залился смущение, и отведя взгляд, но не отпуская голову. – Ты этого заслуживаешь. Люблю доводить тебя до смущения, такой милый. – не унимался Попов. Ему хотелось просто обнимать, и лучше покрепче подростка. И никогда не отпускать. – Да? А вот мне не в радость. Значит Вы такой, прям мужественный, главный мужчина. Берущий инициативу на себя. А я семнадцатилетний подросток, который смущается от каждого Вашего слова, и хуй пойми, какую инициативу берёт? Мне кажется как-то нечестно. – высказал свое недовольство мальчишка. На что получил лишь короткий смех голубоглазого. – Всё так и есть. – мужчина приблизился к уху парня. Тот в свою очередь зажался, не зная, что сейчас будет. – Ты прекрасный человек, Тоша. Пойми это. Тебе ведь нравится когда над тобой доминируют, в чём проблема? Не старайся оправдываться, я это уже и так вижу. Мне в радость это делать, ты такой...прекрасный. Твои глаза, это ведь травка на лугу, где есть яркое ослепительное солнце. Ты освещаешь путь мне, и всем остальным. Твой характер добрый, несмотря на свои слова, с трёхэтажным матом, и курением, не пойми сколько сигарет. Ты всё также остаёшься не провинившимся мальчиком. Котёнком только моим, я надеюсь, ты тоже понимаешь, что с кем то делить, я тебя не собираюсь. Но и ограничивать я тебя не могу. – прошептывал всё на ухо Шастуну. Тот просто в состоянии спокойствия, слушал всё. А после под конец, прижался к мужчине, и почувствовал лёгкие поглаживания по спине. – Спасибо. Вы человек, изменивший мою жизнь. В лучшую сторону. – улыбчиво ответил юноша. Арсений аккуратно и нежно поцеловал русоволосого в щёку. – Я очень надеюсь. Также про то, что это правда, когда ты говорил, что всего лишь поссорился с кем-то, вот и злость была. Подросток огорчённо кивнул, понимая, что обманывает родного человека. Но Арсений не должен узнать, что парня всё ещё посещают тревожные мысли об отце, о таблетках. И жуткие воспоминания о матери, он не должен это знать. Пока что, не должен.