Мы выросли в одном дворе

Что может быть самым ужасающим, ожидаемым и любимым в жизни почти любого подростка? Больничный? Может первые отношения? Самостоятельная жизнь? Нет, всё это конечно круто, но для потерянных детей нет ничего лучше вписки. Чифую сидит на кожаном диване пьяный в щи. Его голова лежит на плече какой-то девушки, растрёпанные волосы лезут ей в глаза. На фоне играет «Нон Стоп». Чифую лепечет какой-то пьяный бред и смотрит своими блестящими глазами на людей вокруг. Какие все непонятные, плывущие, незнакомые. Кто-то танцует, целуется, ищет пьяными глазами отношения на ночь. Чифую тихо смеётся. Это всё совершенно не смешно. Старый Чифую не любил вписки. Вообще, старый Чифую был ещё тем домоседом. Баджи даже прозвал его «Домовёнок». Не только из-за спутанных белых волос, любви к печенью и котам. Нет, дело совсем не в этом. Просто Чифую такой домашний и ласковый. Он составит плейлист для посиделок на лестничном пролёте между пятым и четвёртым этажом. Он прочитает мангу вслух и будет показывать картинки. Он будет играть ваши любимые песни на фортепиано, а после заварит «Роллтон». Он разрешит спокойно лежать на его коленках и будет чесать кожу головы. Он разрешит себя целовать, когда вздумается, а потом даст себя разбить и бросить. Хотя нет, всё это не для вас. Это только привилегия Баджи. Баджи, которого в жизни Чифую больше нет. Поэтому, как троп всех мелодрам, старый Чифую умер. На его место пришёл новый. Новый Чифую перестал быть домашним милым мальчиком. Новый Чифую стал диким. Он напивался, как последняя тварь, подсел на сигареты, перестал появляться дома и в музыкальной школе, съехал в учёбе. Новый Чифую стал разочарованием для мамы. Таким ненавистным себе и всем. Вы скажете, что это перенимание привычек от человека, которого потерял. Но нет же, Баджи в этом не виноват. Чифую вообще не может винить его ни в чём, потому что мама научила его ценить то, что дают. Чифую сейчас мутит на диване, а глаза слезятся. Он вообще не помнит, как оказался в этом доме. Вроде бы его привёз какой-то дружок Такемичи. Где сейчас Такимичи Чифую тоже не знает. Хотя, вообще-то всё равно, ведь можно напиться со всеми этими неизвестными людьми и оторваться по полной. Чифую тихо смеётся на плече той девушки, когда ему протягивают ещё один стакан коньяка с пепси. Да, не смешно. До слёз. −На тебя тот парень смотрит. – наклоняется к его уху девушка и кивает куда-то в сторону. – Ты ему видимо понравился. −Мне похуй, я не пидр. – пьяно тянет Чифую и широко улыбается тому парню. Он на Баджи похож: такой же высокий, с такими же тёмными длинными вьющимися волосами и горящими карими глазами. Жаль, что Чифую убеждённый баджисексуал, ему не нужна замена. Он слишком уважает Баджи, поэтому погасит свои чувства в себе. Он не имеет права изменять ни себе, ни ему. −Я подышать! – кричит Чифую сквозь очередную песню «Пошлой Молли». Его новая компания машет ему руками, мол, валяй. И Чифую уходит, потому что ему плохо. Невыносимо находиться здесь. Чифую идёт сквозь толпу. Он перекидывается парой фраз с людьми, которых не помнит и не знает. Их лица плывут, а голоса так невыносимо звенят. Кто-то опрокидывает его стаканчик с коньяком. Чифую смеётся и говорит какую-то колкость. Он даже не может контролировать свои слова. −Еба-а-а, какие люди! – кричит какой-то парень всего в паре метров от него. – Доракен, Майки, здорова! Баджи скоро подъедет? Ахуеть! Чифую испугано оборачивается. Его ноги подкашиваются, он хватается за чью-то руку. Теперь тошнит ещё больше. Приходится выдавливать эту неловкую улыбку и извиняться. Взгляд пересекается с бездонными голубыми глазами Майки, который смотрит на Чифую непонимающе, наклоняет голову на бок как собака. Майки поджимает губы и отворачивается, трясёт Доракена за рукав толстовки. И это шанс для Чифую поспешно ретироваться, как сраному дезертиру. Быстрее, быстрее, быстрее! Война позади, ты впереди! Чифую шатаясь бежит к лестнице на второй этаж. Ноги не слушаются, он несколько раз чуть ли не споткнулся на ступенях. Слишком они высокие, слишком неправильные. Сейчас всего середина вписки, люди не разбежались трахаться и отсыпаться. Чифую забегает в первую открытую комнату. Он сразу же бежит к окну и открывает его настежь. Лицо обжигает октябрьский морозный воздух. Чифую открывает рот и жадно глотает его. Дышать становится легче, только вот лёгкие жжёт. Чифую кашляет и обхватывает плечи руками. На улице пусто, ведь уже середина осени, поэтому все предпочитали курить в доме или хотя бы на балконе. Чифую же предпочитал курить сам. По щекам почему-то скатываются слёзы, ветер аккуратно дует на них. Чифую давно престал понимать почему так часто стал плакать. Ему просто холодно, так холодно. С Баджи всегда было теплее. Баджи был бабьим летом, таким тёплым и солнечным. Он нёс за собой дожди и холод. Он нёс за собой разбитое сердце Чифую. Чифую достаёт сигарету из пачки и дрожащими руками пытается подкурить. Колёсико сбивается, огонёк постоянно потухает. Чифую дрожит, глотает ком слёз. С минуты на минуту появится Баджи. Баджи, который так старательно его избегал и просил не подходить. И сейчас он увидит Чифую пьяным. В тот момент, когда Чифую так отчаянно нуждается в нём и вспоминает. В тот момент, когда Чифую готов обнять его и заплакать. Скрипит дверь. Чифую не хочет оборачиваться. Страшно, что в дверях будет стоять Майки, который будет пытаться излечить его душу. Потому что Майки всегда был таким: всегда для всех, но ни грамма для себя. −Давай помогу. – доносится со стороны. Чифую вздрагивает. Голос такой знакомый, как будто Баджи говорит с ним. Сердце стучит. Чифую оборачивается и щурится. Это не Баджи. Это тот парень, который наблюдал за ним. Его лицо такое же плывущее и непонятное, как и другие. Оно не внушает никакого доверия. Но Чифую слишком пьян, чтобы опасаться кого-то. Алкоголь был худшим другом инстинкту самосохранения. Чифую кивает и протягивает парню в руки зажигалку. Ему не хочется сейчас быть одному. Он должен раствориться в беседе с другим человеком. Нужно забыть, что Баджи здесь на тусовке. Нужно перестать надеяться, что Баджи начнёт его искать, как только Майки упомянет Чифую в разговоре. Их пальцы случайно соприкасаются. Сердце Чифую бьётся быстрее. Руки такие же холодные, как были у Баджи в их последнюю встречу. Щелчок зажигалки и Чифую глубоко затягивается. Он откидывает голову назад и выдыхает дым плотным облаком. Парень пристроился рядом с ним, неотрывно смотрит своими голодными глазами. −Спасибо. – хрипловато отвечает Чифую и выдавливает улыбку. Акт вежливости, ничего более. Но парень трепет его сухие волосы, как собаку за ухом чешет. Баджи всегда так делал. Чифую прикрывает глаза и чуть ли не мурчит. Как же ему это не хватало. −Тебя же Чифую зовут, верно? – спрашивает парень. Его рука постепенно скользит с макушки Чифую на затылок. Ногти аккуратно царапают кожу головы. Чифую кивает. Он закрывает глаза, поддавшись рукам на голове. Ластиться к ним, уже не скрывая урчит и улыбается. Баджи, пожалуйста, ещё. −И почему же такой хороший мальчик такой грустный? А, Чифую? – доносится хриплый смешок. Бабочки в груди скребут сердце, разрывают изнутри. У Чифую внутривенная инъекция Баджи, он заставляет его сердце биться, а крышу ехать. Чифую улыбается, он больше не будет грустить. Чифую будет хорошим, он будет самым лучшим. Просто не убирай от него свои руки, просто говори его имя. Не бросай меня больше, Баджи. Рука парня перемещается с затылка на шею. Холодные подушечки пальцев очерчивают каждую прожилку, ловят каждый шумный вздох, оглаживают впадину на плече. Сигарета падает за окно на землю. Чифую чувствует горячее пьяное дыхание перед собой и открывает глаза. И его тут же целуют. Грязно, пьяно, напористо, сразу же толкают язык в рот. Как будто хотят выебать. Баджи целовался не так. Да, это было грубо: он кусался, сжимал бока и волосы на затылке. Но делал это как-то аккуратно, не так как сейчас. Чифую как нотной тетрадью по голове ударяет. Всё опьянение спадает в миг. Это же не Баджи! Господи, как он мог принять этого парня за Баджи? Пальцы впиваются в чужие плечи, но его прижимают к подоконнику. Чифую недовольно мычит. Поцелуй становится грязнее, вторая рука парня пробирается под его свитер и гладит выступающие рёбра. Чифую так тошнит, на глазах наворачиваются слёзы. В голову не приходит ничего лучше, как укусить парня за язык. Тот вскрикивает и впивается ногтями Чифую в рёбра. Чувствуется привкус крови, а изо рта парня течёт тонкая красная струя. −Ты конченый что ли? – рычит парень и наваливается на Чифую всем телом. Спина больно ударяется об угол подоконника, из-за чего Чифую шипит. Из глаз брызгают слёзы. −Блять, не трогай меня! – кричит Чифую и толкает парня в грудь. Мышцы под руками твёрдые, а Чифую маленький и хилый, у него нет никакого шанса. Как был домовёнком, так и остался. − Какого хуя ты ко мне лезешь?! −Господи, больной. – выпаливает парень и отпускает Чифую. Тяжёлыми шагами идёт к двери и бубнит под нос о том какие же все конченные. Хлопок двери. В пустой комнате тихо. Нервный смешок. Ноги дрожат, Чифую падает на пол. По щекам текут слёзы. Такие горячие, они так обжигают. Чифую стирает их рукавом и смеётся. −Нет, нет, не плач. – шепчет лихорадочно Чифую и обхватывает своими маленькими ладошками плечи. – Всё хорошо, Чиф, всё хорошо. Он притягивает к себе колени, зарывается в них. Качается из стороны в сторону, убаюкивает себя как маленького ребёнка. Когда Чифую завалил экзамен и у него была самая сильная истерика в его жизни, Баджи был с ним. Мычал себе что-то под нос и покачивал своего домовёнка сильных руках. Говорил, что будет рядом и не позволит его обидеть. И всё это ложь. Сладкая и противная ложь, со вкусом тыквенной каши. Чифую и правда кажется, что кто-то его обнимает. Плач становится сильнее, слёзы уже не получается сдерживать. Пальцы крепче сжимают свитер на плечах. Скрипит дверь в комнату. Только бы этот парень не вернулся. Чифую поднимает свои испуганные заплаканные глаза. В дверях стоит Доракен и смотрит на него так же, как и Майки: непонимающе. Доракен облегчённо выдыхает и кричит: −Баджи, здесь! Слышаться быстрые тяжёлые шаги. Чифую вжимается в холодную батарею позади и мотает головой. Доракен ему только мягко улыбается. Говорит мол: «Всё в порядке». Нет, дело не может быть в порядке, когда в него впутывают Баджи. С приходом Баджи начинается пиздец. В дверях показывается злой Баджи. Такой же, как и всегда, с этими растрёпанными волосами и в стрёмной косухе, которая так нравилась девочкам. Он смотрит на Чифую. В его диких глазах что-то теплеет, бьётся крыльями бабочек в мажоре. Он как потерянная псина, которая нашла своего хозяина. Хотя нет, потерянная псина здесь только Чифую. Собака, которую выкинули в порыве гнева самостоятельно, а теперь ищут и ищут. Лучше бы не нашли. Чифую не хочет, чтобы Баджи видел его таким. Зарёванным, надломленным зверьком в клетке. Да чёрт возьми, он так скучал, до дрожи в коленках, до бешеного стука сердца, до каждодневных слёз, и ожидания его на лестничном пролёте. Чифую даже каждый день «Сплина» играл, в надежде услышать голос Баджи, который будет ему подпевать. Своими сухими губами, которыми он целовал его. Своим охрипшим голосом, которым он ласково звал его по имени. Но Баджи хочет вычеркнуть Чифую из своей жизни к чёртовой матери. Он не появляется в школе, в подъезде его тоже не видно, а постучаться в квартиру на пятом этаже Чифую так и не решил. Собака всегда была рядом, никто просто не хотел её искать. −Оставишь нас? – тихо спрашивает Баджи у Доракена. Как будто боится спугнуть Чифую своей резкостью. −Не поубивайте тут друг друга. – улыбается Доракен и хлопает Баджи по плечу. −Да всё заебумба будет, Доракен, не ссы в трусы. Голова Чифую генерирует гениальные планы, как самый мощный компьютер. Голова Чифую понимает, что это шанс снова ретироваться, как сраный дезертир. Пока он снова невидимка, пока они говорят. Гениальный план представляет собой прыжок в окно, других вариантов отступления нет. Рука цепляется за подоконник. Чифую аккуратно подтягивается, но ноги дрожат. Он чуть ли не падает, но вовремя удерживает себя на руках. Облегчённо выдыхает. Чифую перекидывают ногу через подоконник. Скрип. Чифую резко оборачивается и испуганно смотрит на парней. Доракен выгибает бровь. А вот Баджи идёт к нему и кричит: −Ты куда нахуй полез? Пиздец. −Не трогай меня! – кричит Чифую и тянет ногу за окно. Его обхватывают чужие руки и тянут обратно в комнату. Чифую бьёт Баджи по ладоням. – Пусти! Пусти меня, мудила! −Помощь нужна? – насмешливо спрашивает Доракен. −Нет, я сам. – шипит Баджи и получает от Чифую удар локтем в плечо. − Да ты заебал брыкаться! −Удачи, Баджи. Мы внизу, если что. −Да пиздуй ты уже! −Отпусти меня! Баджи крепче прижимает Чифую к себе. По его рукам прилетают новые удары, в колено больно попадает пятка, из-за чего он шипит, падает на это же больно колено, но Чифую всё равно не отпускает. Валит на пол и садится на его бёдра сверху, прижимает маленькие руки к полу. −Всё, Чифую, успокойся. – тяжело дышит Баджи. Чифую под ним извивается, пытается выпутать руки, плачет. Невыносимо. – Фуя, хватит! −Почему?! – Чифую кричит надрывно, так, что горло болит. Он так устал. – Почему ты здесь?! Пиздуй на все четыре стороны и не еби мне мозг, Баджи! Баджи сейчас сидит на нём и это так невыносимо. Смотрит своими невыносимыми глазами, невыносимо давит на душу своим присутствием. Чифую так устал от этого. Он так устал ничего не понимать, он так устал быть игрушкой. Так хочется быть любимым. Чифую закусывает губу и из глаз не прекращают течь слёзы. В глазах Баджи скользит какое-то сожаление. −Ты думаешь, что можешь мной играть, Баджи? – дрожащим голосом спрашивает Чифую и тяжело сглатывает. Он чувствует, как Баджи над ним напрягается, сжимает своими ногами его бёдра. Раньше Чифую бы это возбудило, теперь он чувствует только боль. −Да. – тяжело вздыхает Баджи и врёт. Чифую это уже подсознательно чувствует, в коде его запрограммировано ощущать, когда Баджи лжёт. −Ты мне снова врёшь. Ты мне всегда врал. Зачем? −Это всё ради тебя, Чифую. −А я просил этого, Баджи? – хнычет Чифую. Баджи отворачивается от него, закусывает губу. Его волосы закрывают глаза, и для Чифую он перестаёт быть открытой книгой. Закрывается. − Я когда-нибудь просил, чтобы ты ломал себя ради меня? Ни себе, ни людям, так это называется. −Чифую, пожалуйста… Хватка на запястьях Чифую слабеет. Слабеет и Баджи. Слова Чифую как удар под дых. Что, безоружен перед мальчиком, которого любишь? Которого сам же ударил? Задевает, да, Баджи? Даже играть уже не получается, потому что книгу, которую ты написал только для себя, Чифую читает залпом. −Я хотел тебя забыть. – хрипит Чифую. Он уже задыхается от своих нескончаемых слёз. − Хотел, но не могу. Ты понимаешь, что я даже потрахаться ни с кем не могу, потому что, блять я… я… Да похуй. Я люблю тебя, Баджи. А ты… ты… −А я конченый еблан, который делает тебе больно. – на губах Баджи скользит слабая улыбка. Баджи впервые перед ним такой беззащитный, сложил оружие у его ног. Перед Чифую он сдаёт свою крепость почти без боя. −Даже хуже. – голос Чифую ломается, и он тянет болезненную улыбку. − Ты даже тогда сказать мне ничего не дал. А сейчас снова творишь хуйню… Я ничего не понимаю, Баджи. Баджи отпускает руки Чифую, выглядит таким потерянным. Чифую широко раскрывает глаза и хочет сказать что-то ещё. Но Баджи резко хватает его за плечи и прижимает к себе. Голова идёт кругом то ли от резкого перемещения, то ли от того, что Баджи наконец-то так близко. Вот он, подними руку и коснись. И Чифую сжимает трясущейся рукой эту ублюдскую косуху, вжимается носом в такую любимую сильную грудь. Баджи пахнет морозом, лапшой и кошачьим кормом. Баджи рядом с ним, гладит его по затылку холодными руками, сидит на его бёдрах, зарывается носом в его волосы. Баджи здесь, и Чифую слышит его сбивчивый шёпот: −Прости меня, прости. Я тоже тебя люблю. * Мяуканье Пик Джея заставляет Чифую открыть глаза. Голова нещадно гудела. Как будто всю ночь по ней маленькими лапками стучали котята. Тук-тук, тук-тук, тук-тук. Точно, он же вчера пил. Мама видимо пожалела и не стала будить нерадивого сына. Бедная, как же она волнуется за него. Тук-тук, тук-тук. Чифую прикрывает глаза. Точно, ему снова снились эти пьяные сны про Баджи. Он вроде бы его обнимал. Баджи… Снова он скучает. По комнате разносятся слабые вибрации. Чифую хмурится и, не открывая глаза, тянется за телефоном. Он по памяти нажимает кнопку и хрипит похмельное: −Алло? −На хуе я вертел твоё: «Алло». Дверь мне открой, Чифую, я заебался тут стоять. Когда Чифую слышит знакомый голос, то сразу же распахивает глаза и смотрит на экран телефона. Нет, ему не показалось, то самое «Баджик» маячит у него перед лицом и заставляет глупо влюблённо улыбаться. Чифую скидывает одеяло и спотыкаясь бежит к двери. Два поворота ключа, замирает перед тем, как нажать на ручку. И всё-таки распахивает дверь. На пороге стоит недовольный заспанный Баджи в домашней толстовке и нечёсаными волосами. Он оглядывает Чифую и улыбается этой своей клыкастой улыбкой. −Бля, чел, нельзя тебе пить. Не сон. В этот раз Баджи ему не снился, всё это было взаправду. И сейчас Чифую чуть ли не сбивает его с ног и целует. Всего секунда и Чифую чувствует, как его талию грубо сжимают, а Баджи начинает кусаться в ответ. Босые ноги Чифую мёрзнут на холодном полу, сквозняк из двери пробирался под его футболку. Пик Джей уже сбежал в подъезд, и скоро они будут ловить его. Но сейчас Баджи рядом, а значит всё хорошо. Чифую снова станет для него домовёнком. Только поцелуй его снова, Баджи. Только никуда не уходи.