Последний груз

— Папа! Я больше не хочу так играть, вставай быстрее, вставай, вставай! — настойчивый девичий голос так и трубил то ли в голове, то ли где-то совсем рядом. — Ну же, почему ты не хочешь встать, — голос ребенка звучал с неистощимым надрывом, едва не переходящим грань натужного крика. Казалось, еще немного и заиграет душераздирающая мелодия из детского хныканья и всхлипов. Но этого не произошло. Яркие лучи прожигали внешнюю часть век, будто бы кто-то приставил к ним новокупленный фонарь. Насилу раскрыв глаза, мужчина смог убедиться, что никаких фонарей около его лица не находилось — источник света располагался куда дальше, но и это не мешало ему доставлять болезненные неудобства, заставившие веки рефлекторно опуститься. Только после того, как мужчина проморгался, глаза стали воспринимать свет не чужеродным сиянием, а обыденностью. Опираясь на скрипящую под давлением кровать, мужчина привстал, чувствуя, как с его костей опадала пыль. — Где я? Сколько я спал? — в пока еще мало что понимающем мозге с бешеной скоростью плодились вполне уместные вопросы, ответы на которые знать ему было не дано. Мужчина посмотрел по сторонам — на первый взгляд комната, в которой он очнулся, напоминала очень дешевую больничную палату, на второй — укромное местечко в психиатрической больнице — отсутствие мебели, за исключением крепкой, но по звукам будто разваливающейся кровати и окон настораживало. Помещение до пестроты наполнялось белейшими оттенками — лампа, чей свет исходил будто бы из райских врат вкупе со стенами, покрытыми белым микроцементом создавали такой мучительный для глаз эффект. После беглого осмотра комнаты мужчина поднялся с кровати и, держась за поручни, несколько мгновений постоял, ожидая того момента, когда ноги адаптируются к рабочему бремени. С легкой дрожью в теле, вызванной то ли холодом пробудившегося разума, то ли страхом перед неизвестностью, мужчина мелкими шажками побрел к железной двери без надежды на то, что она может открыться. Подойдя вплотную, он взглянул на затворенную заслонку, напоминающую тюремную форточку. Вдруг, как по нажатию кнопки, в сознании мужчины разомкнулись сундуки с воспоминаниями и выплеснули на него свое содержимое. — Может, меня просто перевезли или заперли в другой камере, — думал мужчина, — или адвокат добился моего освобождения, — мысли вваливались в голову одна за другой, однако мужчина осознавал, что все они пусты и ими он лишь неуклюже пытается усмирить пылающий вулкан беспокойства внутри себя: — Какая к черту тюрьма, Нейт, на тебе ведь медицинский халат! — мысленно ругнулся на свою невнимательность мужчина. Он зажмурил глаза, будто надеясь, что когда очи вновь раскроются перед миром, тот будет уже совсем другим — обычным, где он сидит за ужином со своей семьей. — Мои девочки, как вы там без меня, — предавшись воспоминаниям, мужчина быстро восстановил образы жены и дочери, — Дебра, даже здесь твои крики заставили меня проснуться, — лицо его озарилось непринужденной закрытой улыбкой. Воспоминания положительно подействовали на разум пленника и даже смогли воодушевить оного. Тем не менее он по-прежнему не имел догадок, где же он находится и как сюда попал. После недолгого обдумывания собственного положения мужчина отбросил все тяготившие его вопросы в долгий ящик и обратился к реальности. Ладонь Нейта с трепетным ожиданием сигнала от мозга сжимала дверную ручку. В конце-концов мужчина медленно потянул ее вниз и легонько оттолкнул дверь от себя — и та послушалась. Несмотря на массивный вид двигалась она плавно и не издавала практически ни единого звука, смешиваясь с тишиной, окружившей ее со всех сторон. За дверью Нейта ожидал длинный коридор — достаточно освещенный, чтобы рассмотреть его, как следует. Справа от мужчины по обе стены располагались несколько дверей, чуть дальше виднелся поворот, слева же находился лифт, чей размер был явно больше стандартного. Горящая зеленью кнопка на нем манила Нейта, однако тот, некоторое время поразмыслив, принял решение пойти в противоположную сторону — проверить, замкнуты ли двери и узнать, что кроется за углом. На подобный выбор мужчину натолкнуло не только любопытство, но и то, что лифт своим механическим рыком привлечет слишком много внимания. Нейт тянул ручки дверей одну за другой, настолько стремительно передвигаясь между ними, что мозгу даже не удалось посчитать точное количество попыток, каждая из которых по итогу оказалось тщетной. После проверки дверей мужчина повернул за угол, и перед ним открылась недлинная коридорная прямая, выходившая к лестничному пролету. Путь к ступеням был отемненным— лампы издавали тусклый свет, а от некоторых из них он не исходил вовсе. Только над лестницей виднелось яркое солнцеподобное светило, окаймленное красными надписями вверх и вниз. Рачительно вышагивая к пролету, Нейт не отпускал взгляда со ступеней, ведущих вниз. Они, казалось, провожали в заполненный темнотой подвал, таящий в себе все страхи, что копились у мужчины много лет. Поэтому, когда он подошел к развороту лестницы, долго выбирать куда же пойти не пришлось. Нейт будто под влиянием детских инстинктов спускаться в мрачное пространство не решился и двинулся на верхний этаж, от которого хотя бы исходил свет. Через несколько шагов ему послышались далекий женский голос. — Наверху кто-то есть, — Нейт, сделав такой вывод, продолжил бесшумно подниматься, медленно переставляя ноги. Однако пройдя с десяток метров ввысь мужчина заметил, что в звуках пропали последние очертания едва различимых слогов, а потом голос стих окончательно. Означало это только одно — девушка была этажом ниже. Нейт развернулся и спустился к разветвлению лестницы, окатил взглядом знакомый коридор и уже более уверенной поступью пошел навстречу вновь появившихся, как показалось мужчине, зовов о помощи. Пыл остудила ступень, на которой Нейт чуть не упал — нога поскользнулась на смолянистой жидкости. Мужчина негромко выругался, а потом, приподняв ногу, взглянул на свою стопу — та была покрыта непонятной ядовито-черной жижей, похожей на нефть, однако имеющей совсем другую консистенцию. Нейт очистил ногу, насколько это представлялось возможным, об следующую ступеньку и продолжил немного затянувшийся спуск. Крики становились все более отчетливыми. И очевидно — они являлись призывом о помощи. Чем громче звучал голос, чем ближе Нейт подходил к его источнику — тем сердце его колыхалось все сильнее, тем обильнее вокруг него разливалась тревога. Промелькнула мысль о дочке.  — Эй, кто-нибудь, помогите, — когда Нейт оказался на новом развороте лестницы эта фраза была уже абсолютно различима. Ступени вели все ниже и ниже, но смысла спускаться пока не было — голос явно доносился с данного этажа. — Тот же коридор, те же темно-синие давящие стены, — помещение было идентичным тому, по которому мужчина ходил несколько минут назад. Однако было одно значительное отличие — неестественная тишина сменилась жутким всепоглощающим женским криком. К тому же, освещение в коридоре по сравнению с тем, каким оно было выше, ослабло. — Мне не нужно бояться, мне не нужно бояться, — мысленно проговаривал Нейт, пытаясь заставить свои руки перестать дрожать осиной на ветру. Мужчина подошел к ближайшей двери и прислушался, пытаясь уловить хоть какие-то звуки присутствия за ней человека. Но даже демоны внутри молчали. Молчала и девушка, чьи крики уже стали Нейту отдушиной. Не хотелось попасть в сжимающие железной хваткой руки тишины снова. Нейт дернул за ручку. Закрыто. Не поддались и три следующие двери, которые пытался открыть мужчина буквально залпом. — Если бы девушка была внутри них, она бы услышала звук ручки и хоть как отреагировала, — думал Нейт, — однако ее молчание продолжалось и настораживало мужчину все сильнее. Голову будоражили ужасные мысли, будто сошедшие со сценария к фильму ужасов. Два шага. Дверь. Ручка. Заперто. Два шага, дверь, ручка, заперто. Ритуал повторился еще 4 раза. Из десяти дверей, число которых неосознанно подсчиталось в голове, осталось две. Одна была уже перед мужчиной, другая в нескольких метрах. Девушка же не смолвила ни словечка. — Мне придется самому нарушить тишину, если молчание не прервется, — поразмыслив пару-тройку секунд, мужчина который раз дернул за ручку. И дверь поддалась. Железный скрежет заполонил все пространство вокруг, вытеснив из него немую мелодию. Мужчина бегло осмотрел убранство внутри комнаты — оно уподобалось тому, которое видел Нейт, как только очнулся. Затем он шагнул вглубь помещения и осторожно закрыл за собой дверь, оставив мрачные коридоры в одиночестве. Только в данной комнате было относительно людно. Светловолосая девушка покорно лежала на медицинской кушетке — руки ее, а также ноги были прикованы ремнями. Взор девушки жалобно обращался на Нейта — еще с того момента как он забрел в комнату, но сказать что-либо узница не решалась ровно до того момента, пока мужчина не стал подходить к кушетке. — Помогите мне, прошу, — сипло, практически неслышно произнесла девушка, — голос ее был совсем детским, да и на вид она походила скорее на подростка, чем на взрослую даму. Лицо ее, руки и ноги были сияюще бледными, будто она только-только вылезла из холодной воды. Однако холодным ее тело не было — кисти, до которых слегка дотрагивался Нейт, снимая с них ремни, передавали теплые, бархатные импульсы сквозь кончики пальцев мужчины до самых локтей. Как только с освобождением второй ноги было покончено, девушка приподнялась, а потом стала разминать части тела, которые были наглухо прикреплены к кушетке. — Спасибо, — проговорила она, осматривая своего спасителя. — Что здесь творится? — Нейт не стал отвечать вежливостью на вежливость и спросил то, что интересовало его больше всего. — Я…я думала вы мне расскажете, — недоуменно ответила девушка, — я проснулась здесь, заключенная в ремни, не знаю как давно, может, час назад, а может и несколько часов, — продолжила она, — в какой-то момент я слышала странные вопли, такие пугающие, что я забоялась прошептать и словечко, но потом все они исчезли, и тишина стала въедаться в мозг сильнее и сильнее. От бессилия я стала звать на помощь, я кричала…кричала, — глаза девушки наполнились слезами, но она пыталась не выпустить их на склоны своих бледных щек, — никто не приходил, будто те вопли оставили меня здесь одну на верную погибель, но…затем я услышала скрежет где-то совсем рядом и… — И замолчали? — сухо перебил эмоциональный рассказ Нейт, догадавшись, что скрежет доносился от его безуспешных попыток открыть двери. — Да, я очень испугалась, что в коридорах ходит кто-то плохой, поэтому и замолчала. Договорив, девушка встала с кушетки и снова немного размяла мышцы. Ростом она была не высока, навскидку чуть более полутора метров. Внешность ее напоминала выходцев из фильмов про эльфов — острые черты лица, голубые глаза и светлые волосы. — Меня зовут Хлоя, — назвала свое имя девушка. — Нейт. После знакомства вокруг вновь воцарилось молчание, пусть и ненадолго. — Еще я помню, — начала Хлоя, — как ко мне приходил врач, женщина, но эти воспоминания очень смутные, будто это просто один из многочисленных снов… — Рассказывай, — отреагировал на паузу в истории девушки Нейт. — Она сделала мне укол в плечо…вот, сюда, — Хлоя указывала пальцем на предплечье левой руки, на котором однако не было и малейшего следа, — а потом ушла, ничего не сказав. — Мда, негусто, — пробормотал мужчина и встал с кровати. Пока девушка пересказывала свои реальные или не совсем реальные воспоминания, Нейт не переставал размышлять над тем, куда же ему идти теперь. Меньше всего хотелось продолжать спускаться — интуиция неистовым ревом предупреждала о том, что увиденное там ему не понравится, но та же самая интуиция взывала к тому, что ключ к ответам, интересующим мужчину, лежит где-то там, внизу. — А ты как оказался здесь? — настал черед Хлои задавать вопросы. Рассказав девушке о том, как он очнулся и добирался до нее, Нейт принял окончательное решение о дальнейшем пути. — Я думаю, нам стоит пойти наверх, — взвесив все за и против сказал мужчина, — естественно по лестнице — лифт хоть и работает, но шуметь мне совсем не хочется, — закончив, Нейт подошел к двери и взялся за ручку, а потом чуть отступил, — идем? — задал, как казалось, риторический вопрос мужчина своей спутнице, демонстративно указывая ей левой рукой на пока еще закрытый выход в коридор. Хлоя пошарпала к двери, остановившись чуть поодаль от нее. По тревожному выражению лица Нейт понял, что выходить первой ей не очень-то и хотелось. — Не волнуйся, кроме нас здесь никого, — он попытался успокоить девушку, — на этом этаже уж точно. Выбросив последние слова на волю, Нейт тихонько приоткрыл дверь для Хлои — в мрачный и сдавливающий мир невнятных коридоров, будто в страхе оставленный людьми. Как только она оказалось за границами комнаты, за ней последовал и сам мужчина, аккуратно защелкнув двухметровую железную конструкцию. Нейт шел по уже знакомому и осмотренному пути — в сторону лестницы, но теперь уже не один, а в компании новой знакомой. Этот факт вселял в мужчину ростки некого умиротворения, противостоявшие безумной силе обеспокоенности за свою жизнь. Пара довольно быстро дошла до лестничного пролета — Нейт передвигался намного увереннее, не боясь, что шарканье босых ног услышат — ведь поблизости не было никого, кроме теней двух людей. В один из шагов Нейт почувствовал как левую стопу прожгла пульсирующая боль, будто бы он наступил на что-то горячее. Спустя несколько мгновений данное ощущение сошло на нет, оставив как свой след легкое покалывание, при наступлении стопы на поверхность пола пронзавшее кожу. — Держись за перила, — проговорил мужчина перед тем, как встал на первую ступень, будучи неуверенным в устойчивости Хлои. Девушка же на просьбу никак не ответила, но прислушалась к совету. Дойдя до поворота Нейт вспомнил, как в прошлый раз здесь наткнулся на непонятную черную слизь, едва ли до сего момента испарившуюся. Он обошел ее стороной, а затем указал на почти не различимое при плохом освещении пятно спутнице. — Мерзость, — прошептала Хлоя и направилась вверх по той траектории, которую выбрал ее соратник. В скором времени они миновали еще один пролет — на этаже с палатой Нейта. Далее они поднимались по неизученной территории, поэтому шаги впереди идущего мужчины стали более настороженными.