Раскол с шансом на исправление

      Тяжело дыша, Варя наклонилась вперёд, положив ладони на чудом не подгибающиеся колени. Это ужас. Это просто ужас. Она всего час здесь, а уже выдохлась. И чем дальше, тем печальней: движения всё более слабые, рывки неуверенные, шаткие, а в глазах будто двоиться начинает. Это никуда не годилось. А если бы Варя реально с кем-то сражалась, а не с воздухом, которому и то проигрывает?       А ещё было сложно понять, что она делает так или не так, потому что мозг отказывался соображать, как бы она не старалась его растормошить. Зато в нём то и дело из ниоткуда возникали навязчивые мысли о человеке, из-за которого у неё верно начинало сдавать всё, что только возможно. Варя уже не понимала, за что именно она больше на него злится: за вечно недовольный результат или за пофигистичное отношение к людям, которые в него поверили. Как жаль, что она оказалась в их числе…       Выдав что-то нечленораздельное, граничащее между криком и рыком, Варвара выпрямилась и неторопливо покрутила головой, мысленно сосчитав до десяти. Несколько раз крепко сомкнула глаза, а потом глубоко вздохнула и выдохнула.       Появившийся из-за деревьев прохладный ветерок обдул слегка горящие щёки волшебницы, и она всей душой пожелала, чтобы он проник к ней в голову и сдул оттуда всё ненужное.       К сожалению, царившая вокруг спокойная лесная атмосфера не сильно помогала и как прежде больше не вызывала умиротворения. А ведь ей всегда нравилось именно вечернее время. Только тогда она по-настоящему могла быть наедине с самой собой и ничто, и никто (почти) не мог потревожить. А мерещаяся многим опасность в подобных, неосвещённых в каждом уголке, местах Принцессе Штормграда казалась глупостью. Это лишь игры воображения. И как представляя плохое, можно представить и хорошее.       Сейчас она ничего не могла представить.       Глаз не радовали ни постепенно озаряющие тёмное покрывало звёзды, ни их таинственное отражение на листве деревьев, а слух не ласкала продолжающаяся во всю жизнь маленьких собратьев. И то ли дело в усталости девушки, то ли в чём-то другом, о чём она ни за что даже не подумает, но было как-то так. Не спокойно, а грустно.       Откинув какие-то меланхоличные мысли, Варя перестроила себя на продолжение тренировки. Просто нужно выключить всё, что возможно, и сосредоточиться.       И вот волшебница практически приняла боевую позицию, как вдруг краем уха она уловила какое-то движение за спиной. Девушка застыла и сконцентрировала основное внимание на слухе и восприятии возможных перемещений на противоположной части этой небольшой полянки — неточная видимость окружения помогла в этой задаче. И действительно, не прошло и трёх секунд, как постороннее и выбивающееся из атмосферы движение повторилось, не оставив больше сомнений. Это уж точно не воображение.       С мгновенно появившейся мыслью о возможной опасности — всё может быть, она этого и не исключала, а просто никогда не поддавалась лишней панике и делала то, что нравится — Варя немедля собрала все имеющиеся в себе силы. Выждав момент, когда неизвестный подойдёт ближе, она повернулась на сто восемьдесят градусов, занеся руку вперёд. Но тот, кто потревожил девушку, оказался проворнее и легко перехватил её за запястье.       Аметистовые глаза первым делом столкнулись с узнаваемыми из тысячи, блеснувшими на короткое мгновение, синими. И именно в это мгновение, ни раньше, ни позже, что-то странное отозвалось у неё в душе. Но что именно?       — Хорошая реакция, — усмехнулся парень, не отпуская меж тем чужую руку из своего захвата.       — Ты?! — вздыбилась за доли секунд Варя, совсем не желая ещё раз за сегодня лицезреть этого человека, в любом виде и в любой чёткости. — Что ты здесь делаешь, Морок?       — Не поверишь, хочу одной Колючке выписать больничный.       — Что?! — сморщилась она и попыталась выдернуть руку. — Ты кто, врач? Да и какое тебе дело? Как ты вообще меня нашёл?       «Это было несложно» — подумал Влад, которому местонахождение Вариных тренировок никогда не составляло труда, а это так вообще среди излюбленных. И увиденных всего несколько минут хватило, чтобы мысленно сто раз стукнуть себя по голове, а потом столько же раз добавить для профилактики, не забывая проклинать себя самыми нецензурными выражениями.       Вот почему он перестал следить за её тренировками, наставничать временами, что очень любил делать? Не хотел лишний раз выводить и себя, и её, называется. Вот всё-то хотел как лучше, а в итоге везде мимо.       — Заканчивай с этим, — твёрдо произнёс он, не прерывая зрительного контакта.       — Я повторюсь, какое тебе дело? Отстань от меня!       Она занесла вторую руку, которую Влад без проблем поймал. И тогда, нахмурившись, девушка предприняла попытку сбить его с ног, что, правда, не получилось. Но зато парень отвлёкся на удар девичьей ноги и ослабил хватку в руках, чем она не преминула воспользоваться.       Отскочив на пару метров, Варя для надёжности встала в позицию и грозно посмотрела на бывшего… друга ли.       — Что тебе надо?       — Чтобы ты вернулась в колледж и минимум две недели не занималась боевыми искусствами, — без толики сомнений ответил он, искренне надеясь, что теперь-то не ошибается в, казалось бы, непоколебимых решениях.       — С чего это вдруг?       — Ты вообще следишь за своим состоянием?       Благо, это хоть делают её подруги.       — А ты, значит, следишь, — недовольно усмехнулась волшебница. — Как своевременно.       Отнюдь. И пусть она лучше не продолжает: у него тоже настроение не из лучших.       — Всё, Варя, хватит! Потом будешь со мной ругаться, нотации читать, указывать, что надо делать. А сейчас просто, пожалуйста, возьми чёртово освобождение, будешь ходить только на теорию. И то, при желании, я не буду заставлять.       Он проговаривал слова медленно, отчеканивая каждое, чтобы она точно услышала. Но услышать-то она услышит, а вот послушаться — это уже другая проблема.       Наплевав на безопасную дистанцию, Варя с хмурым выражением лица подошла почти впритык и, приподняв голову, чуть ли не прошипела:       — Нет!       Да что с ней делать?       — Да! Я твой учитель, так что это не обсуждается. В твоём состоянии занятия недопустимы.       — У меня нормальное состояние! Можешь сам убедиться.       И, не дожидаясь что-либо в ответ, она стала отходить назад прямо спиной, но уже на третьем шаге запнулась о невидимую в вечернее время кочку и, не в силах сохранить координацию вследствие накопленной усталости, полетела на землю. Немало напряжённый всеми сегодняшними событиями Влад даже со своей отличной реакцией не успел вовремя поймать волшебницу, которая при падении машинально подставила руку и, видимо, не совсем удачно. Громкий девичий вскрик явно обозначил, что одним синяком ситуация не обойдётся.       — Что, рука? — сразу догадавшись о месте основной боли, спросил бывший князь, присев возле кривляющейся от неприятных ощущений девушки.       — Да, — простонала она, не без посторонней помощи сместив тело так, чтобы безболезненно протянуть ту для осмотра.       — Пошевелить можешь? — осторожно, едва прикасаясь, он искал видимые повреждения, а также проверял отёчность.       Варя попыталась согнуть ладонь, но та отозвалась резкой болью — девушка громко зашипела, хотя до этого максимально бесшумно терпела. Влад нахмурился, прощупывая участки выше, но на то пострадавшая не реагировала.       — Похоже, растянула связки на кисти, — пришёл к выводу парень и взглянул на волшебницу. — А ноги как?       — Нормально, — неохотно отозвалась она, и Влад без труда понял, что и там что-то есть, но это упрямица не сознается.       Тяжело вздохнув, он произнёс:       — Так, старайся вообще не шевелить кистью. И хватайся здоровой рукой за мою шею.       — Что? — больше изумлённо, нежели недовольно произнесла Варя.       — На сегодня довольно споров. Просто послушай меня.       Его строгому выражению лица и сквозившему в глазах неподдельному беспокойству было невозможно сопротивляться. Под не совсем уже боевой, как ранее, девичий взгляд он осторожно поднял волшебницу на руки и незамедлительно переместился с ней в свой кабинет, в котором от недавнего присутствия других волшебниц не осталось и намёка.       Посадив девушку на расположенную у стены кушетку, возле которой стоял стол, куда пострадавшая смогла положить руку, он тут же направился в сторону аптечки. За год с лишним работы в Волшебном колледже лично сам Влад к её услугам ни разу не обращался. Всеми болячками и «смертельными» ушибами студентов занимался Доспехи. Что ему, делать нечего? Синячки малявкам мазать? Может, ещё подуть для пущей радости?       Но это, естественно, не значит, что он не умеет оказывать первую помощь. И, по иронии судьбы, Варя оказалась его первым кадром (в нынешней жизни).       — Почему не медпункт? — только сейчас, когда парень достал то, что ему нужно, поинтересовалась девушка.       — Во-первых, он в это время уже не работает, — в таком же спокойном тоне (за столько времени, о чём у обоих не промелькнуло мысли) ответил Влад и подошёл к ней. Положив, как стало ясно, эластичный медицинский бинт на стол, он сам присел на пододвинутый свободной рукой стул и ещё раз, уже в более освещённой обстановке, осмотрел кисть, отмечая, что гематомы не появилось. Не отрываясь от процесса, он продолжил: — А, во-вторых, несмотря на то, что большинство работников живёт здесь, и врач в том числе, её сегодня и не было. Свадьба, что ли, у кого-то из родни, точно не помню.       — А ты это откуда знаешь? — недоумевая просто от всего, что сейчас происходит, спросила Варя, у которой на какие-либо недовольства и споры, мысли на которые немножко крутятся в голове, просто сил нет. Она даже доверила ему оказание помощи, хотя прекрасно — ну, или не совсем — может сама телепортироваться хотя бы в собственную комнату, где Маша точно и надёжно сможет помочь. Что это с ней? Растянула связки, а повредила, да так конкретно, голову?       — Случайно узнал, — сухо обронил бывший князь, потянувшись к бинту.       Не будет же он говорить, что дважды, или чуть больше, наведывался сам в медпункт по своим причинам. Так, не на долго, максимум на десять минут — кофе попить, пока студенты десятым потом обливаются.       Аккуратно удерживая девичью кисть, Влад стал накладывать повязку, стараясь не кидать взгляд выше на ушибы и ссадины, которые стали хорошо видны после того, как он подтянул рукав Вариной кофты вверх, на что девушка чуть не отдёрнула руку, но вовремя осеклась. Вот только, даже не смотря туда, вид и ощутимое огрубение нежной кожи на ладони резали его сердце самым острым ножом. Дурак, какой же дурак.       Молча, Варя тем временем не могла оторвать взгляда от выверенных и предельно осторожных действий бывшего князя. Она бы могла злиться на него — причём, заслуженно — могла бы продолжать колоться или хотя бы просто презрительно смотреть, а также вполне обоснованно могла, а точнее, не должна была доверять. Но всё из этого совсем не получалось. Ничего же не произошло, совсем, но какой-то частью себя волшебница чувствовала, что что-то изменилось.       Либо это реально она и головой ударилась всё-таки. А, ещё усталость.       Но какой же у него спокойный, сосредоточенный вид. Впервые за столько времени в воздухе не витает напряжение, и если бы не боль в руке, то даже можно было бы обо всём позабыть и расслабиться. Как бывало раньше…       Снова эти меланхоличные мысли. Осень, что ли, так действует? Варя ничего не понимает.       Это Морок! Противный, невыносимый, ужасный и просто самый плохой человек на свете. Который по первости всё уверял, как изменился, а теперь наружу вылезает его тёмная и ничем не излечимая сущность. Странно, как тёмные силы его себе не подчинили тогда.       На этом упорном вдалбливании в собственную голову, чтобы навеки вечные потушить все надежды и веры, лицо девушки стало хмурым, что не ускользнуло от Владислава.       — Начинаешь догадываться о моих планах коварно помочь тебе, а потом уничтожить? — не поднимая глаз, с едва скрываемой печалью в голосе предположил он вслух.       Варя, не ожидавшая такого вопроса в столь затянувшейся тишине, расширила глаза и даже не нашлась, что ответить. Тут легко можно было начать эти их… неприятные беседы. Но она так не хотела. Такие не хотела. От этого осадка от них уже выворачивает. Он жжёт, колит, доставляет такую боль изо дня в день. А её сокрытие не означает отсутствие.       — А они есть? — негромко спросила принцесса Штормграда.       Рука Влада застыла в одном положении, когда он почти закончил накладывать повязку. Подняв взгляд, он столкнулся с аметистовыми глазами, в которых вопреки всем действиям, словам девушки скрывалась надежда, отчаянно не покидающая свою обладательницу. И она его последний шанс.       — Колючка… Да, я не самый идеальный человек, друг. И вся моя жизнь это показала. Но... того тёмного князя Владислава больше не существует. Есть просто Влад, который ещё плохо умеет дружить, из-за чего делает глупейшие ошибки, и который только знакомится и учится иным сторонам жизни, которая, поверь, намного сложнее, чем тёмная. Пусть у нас и испортились отношения, в основном, по моей вине, но я очень не хочу, чтобы ты боялась меня и ждала удара в спину в любой момент. Ваши с девчонками спины я теперь навечно буду только прикрывать при любой возможности, а лучше выходить вперёд. Пожалуйста, верь в это.       С её стороны это было бы величайшей глупостью. Так легко и просто, всего лишь из-за какой-то помощи и красивых, пусть и до ужаса душевных слов. Но она пойдёт на неё, и вовсе не из-за этого и даже не из-за того, что было хорошего в прошлом году.       А из-за его глаз. Тех самых, которые она когда-то боялась, а потом ненавидела. Сейчас они проникали в самую душу, ломая все выстроенные разумом преграды.       — Я поверю в того Влада, которого одна моя подруга называет «Владик», а он на это едва скрывает улыбку, — наконец, придя к требуемому сердцем решению, ответила Варя.       Усмехнувшись, с внутренним счастьем от её непрямого, но ясного ответа, Морок стал заканчивать процедуру.       — Ему, между прочим, не семь лет, — заметил он, улыбаясь краешком губ.       — Иногда это очень сложно сказать.       Отпустив руку девушки, которая даже не стала убирать её со стола, а лишь задрала рукав обратно, он спросил:       — А тот Влад сможет снова попробовать сгоревшее имбирное печенье?       — Даже сгоревшее, его нужно заслужить.       — Я ему передам.       Ему действительно ещё предстоит поработать над тем, что портить совершенно нельзя было. Хотя бы так, но хоть максимально возможно рядом, иначе… восстанавливать будет нечего. И пока они находятся под одной крышей, нужно впитывать эти моменты и стараться не глядеть в будущее.       Влад поднялся со стула, и Варя последовала его примеру, немного неуклюже встав на правую ногу и прикусив нижнюю губу.       — Скажи честно, что с ногой? — нахмурился парень.       — Просто подвернула, ничего страшного.       Ничего страшного, конечно. Да он теперь только при мысли обо всех её ушибах хочет забыть о своём существовании. Навряд ли когда-нибудь себе это простит.       — Забудь про две недели. Месяц чтобы я тебя на моих занятиях не видел, — строго произнёс Влад. У него как раз будет время, чтобы пересмотреть свои методы обучения, не забывая про главную цель.       А она всё равно упрямо качает головой и кидает непоколебимое:       — На теории всё равно буду тебя обрывать и поправлять.       — Спасибо, что не убивать.       Сложив руки на груди, он провожает взглядом направившуюся чуть вперёд к дверям студентку, мысленно мечтая о заветном продолжении.       — А это как получится, — обернувшись через плечо, невинно улыбнулась волшебница и исчезла за фиолетовой вспышкой.       Вот эта та самая Колючка, в которую он имел непостижимую глупость влюбиться.