Часть 1
5 ноября 2021 г., 18:06
Арей сказал: «Щас я кое-что принесу, подожди пока в подвале. Можешь присмотреться к инструментам — пригодится». Вот Мефодий и ждёт. Уже минут двадцать стоит в пыточной и ждёт того, чего сам не знает. Буслаев не знает, чего хотя бы ожидать, потому что успел привыкнуть к сюрпризам от стражей мрака. А они любили удивлять подрастающего подростка.
Стоит, неловко теребит большими пальцами края кожаного ремня, держа руки в карманах джинсов, и осторожно осматривает пыточную. Стоило бы смотреть на всё это взглядом будущего хозяина, готового в скором времени распоряжаться своим наследством, да только воспитанный среди лопухоидов мальчишка этим качеством пока не обладает и смотрит скорее с осторожным любопытством.
Подвальное помещение со стенами из крупного камня, у которых расставлены разного рода приспособления и аппараты, о назначении которых с первого взгляда неопытный человек не сразу догадается. Металлический стол, на котором уложены аккуратным рядом страшные вещи: щипцы, верёвка, кнут, даже розги… Железная дева, пожалуй, пугает сильнее всего, а самой безобидной кажется классическая дыба.
Взгляд подростка останавливается на резервуаре, наполненном водой, когда железная тяжелая дверь отворяется, и внутрь спускается пара тёмных стражей. Меф тут же разворачивается и видит обещанное Ареем «кое-что», а точнее — кое-кого.
— М-мф! — гневно мычит сквозь импровизированный кляп (верёвку) светловолосая, молодая девчонка, дёргающаяся в руках крупных мужчин и вызывающая своими метаниями лишь недобрые усмешки на их небритых лицах.
— Твоё задание: вытянуть из неё всё, что она знает, — поясняет, наконец, мечник мрака, и кивает в сторону деревянного распятия. — Используя всё, что ты найдешь в этой комнате. Конечно, если ты используешь свою скудную фантазию, я буду только рад, но хотя бы не заставляй меня стыдиться тебя.
Обомлев, Мефодий таращится на то, как сопротивлявшегося светлого стража привязывают к кресту по рукам и ногам, и вдыхает слегка-слегка отдающий сыростью подвальный воздух. Буслаев — будущий повелитель мрака, и его не должны смущать подобного рода уроки, направленные на искоренение человечности и развитие жестокости в его душе.
Не должны, но немного всё-таки смущают.
— Утром я зайду, проверю, — обещает Арей и, позвав своих прихвостней кивком, удаляется со звуком тяжело вставшей на место кованой двери.
Мефодий смотрит на симпатичную, хмурую девушку и виновато поджимает губы, понимая, что отвертеться от задания у него не выйдет в любом случае. Для начала парень приближается и аккуратно избавляет блондинку от кляпа, тут же о неожиданности моргая: Даф тут же сыплет проклятиями.
— Да вы, собачьи дети! — фыркает гневно она, дёргаясь и пользуясь возможностью говорить.
У Буслаева глаза едва на лоб не лезут, когда он слышит от светлой такие ругательства о тёмных, о бесцеремонных вонючих мужиках, даже об этом похищении и о тощем прыщавом подростке перед ней, у которого еще молоко на губах обсохнуть не успело. Между делом они даже умудряются познакомиться, пока дама покрывает ругательствами пребывающего в ступоре блондина.
Может, парень действительно сам напуган обстановкой пыточной сильнее, чем светлый страж, а может она просто умело скрывала свой страх.
— Может, ты просто покричишь для виду, будто бы я отлично справляюсь с задачей? — предлагает юноша, опасливо оглядываясь на усыпанный пыточными устройствами стол, когда девушка замолкает ради вдоха. — Покричишь да расскажешь что-нибудь.
— Да пошёл ты! — горделиво вздёрнув аккуратный носик, отказывается Даф.
Мефодию совсем, вот совсем не хочется делать ей больно или даже просто неприятно, но ослушаться Арея и не выполнить задание не может тоже. Дисциплина тут была нешуточная, а невыполнение требуемой работы обычно ничем хорошим не оканчивалось. Но Меф даже смотреть на эти зубодробилки не может, что говорить о том, чтобы применить их на практике.
— Что, в тёмные уже и трусов вербуют? — язвит Дафна, видя нерешительность парня.
Буслаев облизывает задумчиво губы, опуская взгляд с миловидного личика девушки на её тело. Тут и приходит идея…
— Ты чего удумал? Не смотри так, противно, — кривится блондинка.
— Уж извини, — отвечает Меф и, взявшись за край ткани белого топа пленницы, замирает от осознания, что снять его просто так не выйдет. — Хм.
— Эй!
Возмущения шумной светлой не учитываются, и парень берётся за удобно лежащие на краю стола ножницы. Неумелыми движениями он разрешает топик, затем джинсовые шортики, а после добирается и до нижнего белья, пусть и с промедлением. Испорченная одежда падает на каменный пол, а Дафна злится ещё сильнее и краснеет скорее от возмущения, чем от смущения. В отличие от Мефодия, который, как истинный девственник, тут же покрывается краской.
— Какие вы все мерзкие, — процедив, наклоняет голову вперёд девушка, от чего её презрительный взгляд исподлобья начинает давить на и без того смущённого юношу. — Ишь, раздел и краснеет, как лузер. Если делаешь, так делай нормально, а не через задницу! Еще отвернись и поплачь, тряпка.
— Подожди ты! — фыркает беззлобно Меф и всё же отворачивается, чтобы не заглядываться слишком на и без того симпатизирующую ему девчонку, у который, оказывается, ещё и изгибы красивые.
Даф выгибает бровь и смотрит на то, как будущий повелитель мрака шарится в своём смартфоне, выискивая какую-то одному ему известную информацию. Она даже усмехается, когда слышит почти нечленораздельный бубнёж: «Ага… желательна предварительная стимуляция — то есть… И как это делать… ого, вот так, что ли…».
После раскрасневшийся парень запихивает смартфон в задний карман и, протянув руки, несмело сжимает в слегка влажных от волнения ладонях мягкие груди блондинки. Те прекрасно помещаются в его руки и на ощупь оказываются безумно приятными. Вот только, то ли из-за неопытности Мефа, то ли из-за актёрского мастерства Даф, но результат всё равно один: она не стонет и, более того, дыхание сохраняет ровным и невозмутимым.
— Налапался? Убери свои мокрые лапы!
Удивлённый тем, что ничего не сработало, Буслаев убирает руки и снова утыкается в смартфон.
— Что за куриные мозги у этих тёмных: посылать на место палача труса-девственника… — вздыхает девушка, умело скрывая своё лёгкое смущение и лишь чувствуя дискомфорт от верёвок и несильный холод.
Прошерстив ещё пару сайтов, Меф опускается на колени перед Дафной и, накрыв её бедро ладонью, задирает голову. Парень вдыхает для решимости и проводит языком по большим половым губам, неумело, но старательно проскальзывая влажным языком между складочек и чуть сжимая упругую плоть под ладонью. Честно говоря, ожидания худшего вкуса не оправдываются: Меф осознаёт, что это не так плохо, и ему даже в какой-то степени приятно заниматься этим.
— Да ты совсем конченый… — обречённо выдыхает девушка, едва ощутимо, но всё же дёргаясь.
Юноша успешно игнорирует очередной укол и прикрывает глаза, вставая удобнее и мягко сжимая уже оба бедра в руках. Он вылизывает так, что в сознание Даф закрадывается сомнение в невинности этого парня, однако его по-прежнему выдаёт румянец на щеках и неопытность. Не то чтобы сама девушка была опытнее…
Буслаев догадывается, что самой чувствительной частью является клитор, и уделяет внимание ему, аккуратно стимулируя кончиком языка. Он также замечает, что блондинка пусть и не стонет, но тихонько подрагивает, напрягает мышцы живота и становится, что ли, более лояльной. Вскинув взгляд вверх, Мефодий видит, как она закусывает губу и шумно выдыхает, стараясь абстрагироваться от неожиданно приятных, горячивших кровь манипуляций подростка, который только что вычитал эту белиберду в интернете.
По неопытности немного устав, Меф отстраняется и облизывает влажные от слюны и смазки губы. Но не успевает он и перевести дыхание, как Дафна отходит от его стараний и саркастично фыркает:
— Когда уже к изнасилованию то перейдешь?
Возмущенный вопросом парень вскидывает брови и аж вскакивает на ноги от негодования.
— Что?! Ты думаешь, я способен изнасиловать беззащитную, связанную девушку?
Его вопрос звучит глупо, учитывая, в какой обстановке они оба находятся, но комментировать сей факт Даф считает ненужным. Так что просто смотрит на Мефодия, как на идиота.
— Да.
На столь прямое согласие ответить Буслаеву нечего, так что он лишь приоткрывает рот, будто собираясь всё же что-то ответить, но из его рта ничего путного не выходит. Дафна только и усмехается.
Далее оскорблённый таким отношением к себе Мефодий шерстит браузер в поисках новой «пытки». Судьба приводит его на сайт секс-шопа «Всякая всячина», и парень с небольшим магическим усилием телепортирует на стол с пыточными инструментами коробку. Оттуда он вытаскивает громадный фаллоимитатор чёрного цвета, осматривает его с ожидаемым смущением и приходит к выводу, что смотрится эта вещица в подвале вполне уместно.
— Пф, и это — пытка? — выгибает светлую бровь Дафна. — Похоже, стражи мрака совсем выродились…
Буслаев уже не верит её показушной смелости, понимая, что такого размера испугается даже самый опытный страж света, будь он женщиной, будь он мужчиной. Потому парень отодвигает упаковку в сторону, а сам с крупным дилдо в руках подходит к распятой девушке. Кажется, он всё-таки настроен серьёзно.
— Эй, — проявляет теперь реальную эмоцию Даф, едва заметно сжимаясь, когда юноша демонстрирует ей игрушку во всей красе. Даже её голос звучит уже не так твёрдо. — Ты что, всерьёз? Не надо, он же слишком…
Мефодий довольно решительно хватает девушку за желваки и заставляет силой открыть рот, чтобы силиконовая головка твёрдого искусственного члена проскользнула ей в рот. Светлая мычит, недовольно хмурится, даже пытается сжать вещь зубами, но парень оказывается сильнее: приходится вытерпеть впиханный в рот дилдо.
— Извини, но я не знаю, как его ещё можно лучше смазать, — произносит Буслаев на тон тише, чуть ослабляя хватку на лице девушки и перемещая пару крайних пальцев на её хрупкую шею.
Стыд стыдом, но Меф врать не очень-то старается. В его загоревшемся взгляде, в его ставшим тяжелее дыхании прослеживается волнение, предвкушение того, что он собирается сделать. Дафна же возмущённо стреляет голубыми глазами, тщетно пытаясь отвернуться, и мельком замечает натянувшуюся ширинку джинсов блондина. Тот в свою очередь давит на фаллоимитатор, пальцами, находящимися на шее светлого стража, чувствуя, как проходит игрушка в горло девушки, и как мышцы глотки сокращаются, силясь вытолкнуть инородный предмет. Это его возбуждает.
Вынув дилдо, Буслаев опускается на колени, пока Дафна откашливается, и приставляет покрытую её же слюной головку чёрного члена к промежности. Силикон скользит, раздвигает собой половые губки и упирается во вход, от чего девушка крупно вздрагивает.
— Ты…
Её фраза прерывается вскриком: Меф не щадит светлую и проталкивает игрушку внутрь, осторожно и медленно вводя её сначала наполовину, а после и почти полностью. Напрягшийся животик Даф слегка натягивается в самом низу от таких габаритов выбранной парнем вещицы, пока его хозяйка болезненно мычит и проклинает подростка. Она явно была девственницей до сего момента. Ключевое слово — была.
— Расскажи всё, что знаешь, — требует Буслаев, вытаскивая дилдо и вновь вгоняя его внутрь беспомощного стража.
— Никогда! — отзывается Даф, сжимая кулаки от разрывающих, переполняющих ощущений, но терпя и такую боль.
— Ну… тогда продолжим.
Сейчас будущий повелитель мрака действует гораздо увереннее, войдя во вкус. Своеобразная пытка приносит ему толику садистского удовольствия, от негромкого болезненного мычания и от дрожи девушки кровь в его жилах течёт активнее, а в груди и в паху копится нечто.
До этого «нечто» Меф пока не добрался, но уже сейчас в нем можно было разглядеть те тёмные черты, которые так стремится развить Арей.
Юноша трахает Дафну силиконовым членом, вставляя его до упора и даже находя определённый, далеко не медленный ритм, при котором головка бьёт точно в стенку матки, а толстый ствол вынуждает стенки влажного влагалища расступиться под его натиском. Боль проходит, и девушка не сдерживается от тихого, но уже далеко не болезненного стона, когда дилдо вталкивается особенно резко под импульсивной рукой истязателя.
Уязвлённая морально Даф стискивает зубы и отворачивает голову в сторону, не желая так легко идти на поводу у этого придурка. Она молчит, не реагирует на ставшие резче движения игрушки внутри себя и не желает признавать поражения. Даже будучи уже распятой и голой в подвале тёмных стражей, да.
Осознав, что и этого мало, Буслаев решает прибегнуть к более решительным мерам. Вынув член и поставив его присоской на пол прямо под влажной промежностью девушки, Мефодий отходит в сторону и вновь ищет что-то в смартфоне.
— В интернете есть и сборник пыток для чайников? — хмыкает Даф, но уже не так язвительно. Сказываются издевательства над её телом.
В конце концов парень цепляет на розовенькие, затвердевшие от холода и возбуждения сосочки девушки зажимы с цепочками. Он прочел, что немножко боли может усилить получаемое удовольствие, а потому и без зазрения совести прицепил их.
— Не вздумай, эй! — снова оживает девушка, дёргаясь в сторону от второго зажима, но, тем не менее, не имея возможности уйти. — Ты мне своими дрючками там все оторвешь!
Но когда Меф с незаметной ухмылкой прикрепляет к цепочкам небольшие грузики, Дафна невольно охает. Маленький груз тянет соски ещё сильнее, и это несомненно больно, пусть и не так сильно, как могло бы быть при пытке с выдёргиванием ногтей из пальцев ног.
— Не переживай, тебе должно это понравиться, — произносит Буслаев, вновь опускаясь на колени и берясь за фаллоимитатор.
У девушки получается сохранить неподвижное состояние даже тогда, когда Меф вновь вставляет дилдо, возвращая не успевшее забыться чувство слегка дискомфортной наполненности, и Даф надеется не двигаться и дальше, чтобы цепочки не раскачивались. Но она ведь не знала, что в руках юноши не просто дилдо, а с кучей режимов…
Щелкнув маленьким тумблером на игрушке, Мефодий загоняет её до упора. Член начинает вибрировать, и сильной вибрацией обдаёт всё горящее нутро светлой. Она вскрикивает, вздрагивает, тянет руки на себя и сжимается внизу от невыносимых приятных ощущений. От её метаний раскачиваются подвешенные на грудь грузики, причиняя боль раскрасневшимся соскам, и эта боль кажется до того нестерпимой, что Дафна едва не кричит.
Но спустя какое-то время терпеть становится легче, а боль переплетается с получаемым от вибрации удовольствием. Меф продолжает ритмично, быстро трахать девушку чёрным крупным членом, и девушке кажется, что её матка вот-вот скрутится в узел от таких пыток. Парень с удовлетворением отмечает, какими приятными оказываются для слуха девичьи стоны, и становится свидетелем первого оргазма Дафны.
В этот момент светлая настолько громко кричит, что наставники Буслаева точно всё услышат.
Она сдавленно стонет, содрогается от нарастающего между ног напряжённого жара и, улавливая некоторое наслаждение от болезненно раскачивающихся на её груди зажимах, неожиданно кончает во второй раз. Затем, без передышки и без шанса на спокойный вдох, в третий, самый яркий и отдающий пульсацией внутри истёкшей соками плоти. Выделений оказывается настолько много, что рука Мефа, которой он держит дилдо, становится мокрой.
Он смотрит на красную, дрожащую, стонущую Даф и шумно выдыхает от тяжести в штанах. Но о задании не забывает.
— Расскажи всё, что знаешь.
— Иди ты! — злобно огрызается светлая, смотря на парня исподлобья и чудом находя в себе силы, чтобы говорить внятно.
— Что ж…
Мефодий решает усилить и без того казавшиеся невозможными ощущения. Оставив вибрирующую игрушку в девушке, телепортирует из той же «Всякой всячины» ещё одну любопытную вещицу. Подглянув ещё пару фактов в интернете, парень уже изученным движением берёт Даф за желваки и кладёт на её язык покрытую силиконом столь же чёрную анальную пробку с блестяшкой на конце. Хорошенько смочив её во рту пленницы, мучитель опускается вниз и без особой подготовки вставляет её в заднюю дырочку. Толк в игрушках Меф знает точно, потому как и пробка заказана была с вибрирующим режимом.
Дафна жмурит влажные глаза и мычит сквозь закушенную губу, когда парень возобновляет старательно двигать уже чутка подуставшей рукой, скользя дилдо внутрь мокрого, растраханного лона. Позже Буслаев оставляет игрушку полностью внутри и начинает елозить её концом внутри, ища ту самую точку G, о которой прочел на каком-то сайте о ста способах сделать своей любовнице приятно.
Он продолжает мучить светлую до тех пор, пока она не заходится в аритмичном дыхании, состоящем из которых вдохов-выдохов, и не натягивается с протяжным стоном, подобно струне. Судя по всему, Меф попадает туда, куда надо. У девушки закатываются глаза от интенсивных вибраций в обеих дырочках, и она вопит особенно чувственно и громко.
Сидящий в своём кабинете Арей слышит звуки из подвала и одобрительно усмехается, многозначительно поджимая губы. Настоящий князь тьмы растёт, великолепно.
— Расскажешь мне всё? — интересуется в который раз парень, наблюдая за тем, как вздымается грудь, украшенная цепочками, в тяжелом вдохе.
— Нет! — отвечает непоколебимо Дафна.
Теперь уже незаинтересованность играет Мефодий. Он пожимает плечами и крепит вставленную в светлого стража игрушку так, чтобы она не выпала без его присмотра, и пожимает плечами.
— Тогда я пошел спать, поздно уже.
— Что? — опешив, не верит девушка. — Ты не можешь всерь… а-ах! оставить меня в таком… таком, ах, виде-е!
— Ещё как могу.
Таки просыпается тёмная искорка в сердце Мефа, пусть и под самый конец. Он вдруг осознает, что мучить бьющуюся в стороны, голую, беспомощную и беззащитно связанную девчонку с острым языком может быть очень даже приятно. Ещё бы, у него даже встал на это горячее зрелище.
И юноша воплощает свою угрозу в реальность: берёт да уходит к себе в комнату, бросив Дафну одну в тёмном подвале с вибрирующими безостановочно игрушками в обоих отверстиях и грузиками на цепочках, постоянно оттягивающими раздражённые соски в разные стороны. Уже лежа в кровати, он думает, что мог бы занять и её рот, но возвращаться из принципа не хочет.
Толком поспать, конечно, из-за громких стонов из пыточной не получается, но Меф не особо то и против подобной помехи. То засыпает, то просыпается от слишком громкого вскрика. А Арей дивится: что такого его ученик намудрить успел, что девчонка кричит даже без его участия?
***
Рано утром не выспавшийся, но от этого не менее довольный Буслаев спускается в подвал и застает обессиленную, едва дышащую от перегрузки Даф, которая так и была привязана к кресту, опустив голову и изредка подрагивая. Парень догадывается, что заряд батареек в игрушках скоро сядет, и ловит отчаянный взгляд девушки. — Пожалуйста, прекрати это… — звучит её сиплый, вздрагивающий голосок. — Я все расскажу, только прекрати. По голове Буслаева будто бьёт кувалдой, и он осознаёт, что переборщил. Начинает нервничать и спешно выключает залитые соками игрушки, вытаскивает их из Дафны и осторожно отцепляет зажимы от сосков. — Прости, — извиняется Меф, чувствуя сильные угрызения совести перед сломленной светлой. — Я не подумал… извини меня, это правда перебор. Юноша подхватывает обессилевшую девчонку обеими руками, помогая ей стоять, и чувствует, что её кожа даже сейчас довольно горячая и нежная. Он поддерживает Даф и извиняется ещё миллион раз, помогая сесть на стул. На душе словно кошки скребут… — Прощаю, — выдыхает тяжело она, держась за плечо Мефодия и веря в его искренность. В конце концов, альтернативы того, что устроил ей этот парень, могли быть в сто раз хуже. Даф осталась целой и здоровой, а значит Буслаев не такой уж и плохой глубоко в душе. Можно простить. Задание считается выполненным, и блондин, отдав даме свою футболку, — её вещи он же лично вчера изрезал ножницами в желании добраться до всяких секретиков, — отводит её в свою комнату. Дафна даже не язвит, разве что отпускает парочку колких фразочек по поводу того, что Меф мог бы и не оставлять её одну на целую ночь, но и это юноша терпит. Виноват же. Вечер проходит мирно. Одетая во врученные парнем спортивные треники и несоразмерную футболку светлая даже в мешковатой одежде выглядит мило и привлекательно, от чего Мефодий то и дело бросает на неё заинтересованные взгляды. Он ведь даже не самоудовлетворился вчера, так что неудивительно, что гормоны возьмут вверх. — И каково это, быть наследником мрака? — спрашивает Дафна, скидывая распущенные, чуть влажные после ванной волосы с плеч назад. Парень садится к ней на кровать и пожимает плечами. Теперь она может разглядеть в более дружелюбной обстановке широкоплечую, высокую фигуру Мефа, и оценить его симпатичную мордашку в более располагающей к симпатии обстановке. — Тяжко, — отвечает он, опираясь на одну руку и наклоняясь ближе к девушке. — Много тренировок, дисциплины и таких вот… заданий от Арея. — А он не разозлится, что ты обошелся со мной мягко? — Но я же всё, что от меня хотели, выполнил. Так что всё нормально. Даф бы забыть о том, что произошло, сбежать и доложить своим светлым о том, где будущий повелитель мрака находится, чтобы спасти его душу или хотя бы попытаться предотвратить конец света, однако даже не вспоминает о том, что ей куда-то там надо. Вместо этого она замирает неподвижно, когда чувствует тёплое дыхание Мефодия на своём лице, и пропускает вдох, когда он нерешительно и осторожно прижимается губами к её искусанным, мягким губкам. Ожидавший минимум пощечину за свою наглость парень удивляется, когда чувствует запоздалую, но взаимность, и мягко напирает на девушку всем телом. Повалив светлого стража на лопатки, Меф радуется, что это происходит не на поле боя, и неспеша устраивается между согнутыми в коленях ножками. Оказавшись на спине, Дафна, в свою очередь, расслабляется и смотрит на юношу уже не со злобой и презрением, а с томным ожиданием. Эта ночь имела многие последствия, и это — одно из них. Буслаев старается сделать всё нежно и бережно, отчасти желая таким образом загладить вину перед невинной девушкой за ту жестокость. Он плавно забирается руками под футболку, оглаживает её бёдра, узкую талию, обжигает её кожу горячими ладонями и вжимается горячими губами в призывно открытую шею. Девушка охотно принимает ласку, выгибается навстречу, позволяет снять с себя одежду, и сама тянет Мефа за воротник футболки. Стиснув бёдрами корпус юноши, Дафна жмёт его к себе, чувствует сквозь ткань его штанов пока несильно заметную выпуклость и вспоминает, как он был возбужден вчера, когда смотрел на неё. В этой сладкой, сонливой и нежной атмосфере Мефодий целует девушку, вжимает её собой в постель. Они обмениваются жаром своих тел, и парень слегка вздрагивает, стоит Даф царапнуть его ноготками по пояснице и вжать в свою промежность сильнее. Избавившись от остатков надоедливой одежды, Буслаев опирается локтем на подушку и нависает над светлой, ловя её шумный вздох приоткрытыми губами. Вторая рука опускается вниз, мягко сминает одну из упругих грудей, а затем скользит по животику ниже. Меф обласкивает девушку поцелуями и пальцами: дышит у самого уха, целует то в шею, то куда-то ещё, попутно нащупывая двумя пальцами клитор и аккуратно его растирая. — Ты уверена, что уже готова к…? — спрашивает он, боясь заходить дальше и при этом сгорая от потребности поскорее начать. — Всё в порядке, — отвечает Дафна, зарываясь пальцами в волосы Мефодия и тихо выстанывая, когда он осмеливается вставить смоченные два пальца внутрь. Девушка тут же вздрагивает, не ожидая такого отклика у своего организма, но всё равно не пресекает парня. Она позволяет ему ещё раз поцеловать её, вставить пальцы до основания, шумно выдохнуть у её подбородка в предвкушении и обнимает Мефа за шею обеими руками, когда он пристраивается. Сказать, что ощущения от первого толчка понравились Буслаеву, значит промолчать и выкинуть свой язык в мусорку. Он замирает, почувствовав, как сильно сжимает его Дафна собой, но не сдерживается и чуть движется, тут же слыша стон над ухом. Делать больно не хочется, а потому Мефодий толкается медленно, ловит короткие чмоки в щеку и шею и старается быть максимально нежным. Внутри разгорячённой девушки так приятно, что все мысли уходят вдаль. Перед ним остаётся лишь сексуальная, мокрая и стонущая Даф, чьи волосы так красиво распадаются по всей подушке, чья грудь так мило колышется при его несдержанных фрикциях, чей голос уже точно входит в список самых любимых и возбуждающих звуков на планете. Но гиперчувствительная Даф всё равно содрогается при любом глубоком толчке, скулит, стонет чуть громче ожидаемого и доверительно жмётся к только что вместе с ней потерявшему девственность парню. Их секс действительно напоминает больше занятие любовью, нежели спонтанный секс, и даже когда Буслаев ускоряется, стремясь к пику возможных и невозможных физических ощущений, он старается делать это так, чтобы не причинить дискомфорта. Дафна же томно стонет, выгибается под ним и сжимает мышцами сверхчувствительного влагалища, теряя голову от приятного трения. Такими темпами надолго не хватить ни одного из них… Первой сдаётся девушка: обхватив Мефодия и руками, и ногами, она вся сжимается и крупно вздрагивает в ярком оргазме. Дыхание сбивается под учащённый пульс, и выдержать такого натиска Меф просто-напросто не может. Потому и, ускорившись, под удары сердца в ушах и удовлетворённые стенания партнёрши кончает следом, словив блаженный стон с губ светлого стража и страстно поцеловав её. Благо, наученный интернетом юноша успевает выскользнуть прежде, чем излиться внутрь. Однако слезать сразу после такой кардио-нагрузки не спешит. Сначала они оба должны отдышаться и прийти в себя. Спустя где-то полминуты парень, рухнув рядом с Дафной, прикрывает глаза и укладывает руку на её талию. Обниматься жарко, а напомнить о своём существовании рукой — вполне приемлемо.
