Кровавая луна.

      Семён Филиппович до конца дня обходил село вместе с помощниками. Они ещё раз осмотрели труп, прошли по берегу реки и поговорили с наиболее, по их мнению, подозрительными сельчанами. Но результатов снова не было. Надежда оставалась только на разговор с мальчиком, но с ним они смогут встретиться только, когда Александре наконец надоест разглядывать странную рукопись. «Интересно всё-таки, что она там такое нашла?» - эта мысль всё никак не давала покоя Стеглову.       Когда стемнело полицейский отпустил помощников, всё равно результатов никаких, а сам решил ещё пройтись по селу. Многие люди отказывались говорить со служителями закона, точнее они и вовсе отказывались выходить на улицу и никого к себе не пускали. В сердцах жителей поселился нешуточный страх. Они боялись, что кровожадный упырь восстал и убьёт их.       Ничего не найдя, полицейский решил вернуться в дом купца. Было очень темно и, если бы ни свет луны, то дорогу было бы разобрать трудно.       Когда Семён Филиппович проходил мимо берега реки, он невольно посмотрел туда, где согласно рассказам священника когда-то стоял особняк графа-упыря. - Луна станет красной, река окрасится кровью, история повторится. – Стеглов неожиданно для себя произнёс это вслух, а затем посмотрел на чёрную воду, в которой отражался красный диск. – Вот ерунда. – сказал он себе и попытался отогнать дурные мысли.       В доме купца полицейский встретил всех кроме Фёдора Антиповича. Все остальные, включая Александру Димитрову, сидели в столовой и пили чай. - Вас долго не было, и мы позволили себе отужинать без Вас. – Андрей Осипович, как всегда, был радушен. Стеглов кивнул головой, ничего не отвечая. – Желаете чего-нибудь? Я прикажу слугам, они всё быстро принесут.       Однако Семён отказался от угощений и на этот раз. Ему совершенно не хотелось есть. Так было каждый раз, когда молодой человек оказывался в тупике, - а сейчас он именно там. Ни зацепок, ни улик, практически ничего кроме странной истории. Такими темпами он скоро сам начнёт верить в упыря.       Выяснить что за настойку использовали для того, чтобы усыпить Матрёну, также не удалось. Здесь почти у каждого есть что-нибудь с мятой, валерианой и мелиссой. Местные жители подобные настойки используют для хорошего сна и душевного спокойствия. Если кого из-за этого тогда и брать под подозрение, так это знахаря. Только вот Семён Филиппович понимал, что он не виновен.       Стеглов медленно сел за стол. Ему пришлось взять чашку чая, так как на этом настаивал купец, обеспокоенный отсутствием у гостя аппетита.       Пожалуй, Митрофанов был единственным человеком, который старался разрядить обстановку. Он без умолку говорил - то старался рассмешить гостей, то чем-то угостить. Все остальные молчали. Александра потому, что считала эти разговоры пустой тратой своего драгоценного времени, Кузьмич просто не знал, о чём говорить с барином и господами из города, Яков был обеспокоен состоянием Стеглова, а сам полицейский был погружён в свои мысли.       Но тут вдруг Семён заговорил, перебив Андрея Осиповича: - А где Фёдор Антипович? – однако, вопреки ожиданиям полицейского, на вопрос ответил не купец, а Александра. - Я послала его за мальчишкой незадолго до вашего прихода. Скоро уже вернётся. - Вы что сделали? – Стеглов вскипел. - Приказала ему сходить за тем мальчишкой. Вы что, плохо слышите? – как обычно холодно и с насмешкой произнесла девушка. - Это мой человек и Вы, кем бы Вы ни были, не имеете право им помыкать! - Да что Вы. А мне так не показалось. Тем более, что он с радостью побежал выполнять моё поручение. – Александра рассмеялась, а Стеглов окончательно вышел из себя. - Кем Вы себя возомнили?! - Я?! – Александра сделала удивлённое лицо, её явно забавляло происходящее. – Я расследую дело, в котором у Вас ровным счётом ноль зацепок. - Прекратите! Вы поняли, что я говорил не об этом! – Яков Васильевич, Михаил Кузьмич и Андрей Осипович молча наблюдали за происходящим, для своего блага они решили не вмешиваться. – Меня назначили расследовать это дело. Меня! И никого больше! Я вообще не понимаю - зачем Вас прислали?! Меня даже не уведомили об этом, а это значит, что главным здесь был и остаюсь я! А Вы ведёте себя так, словно мы все в вашем подчинении. Мы Вам не слуги! – Стеглов резко встал. - Ну, что ж. То есть Вы хотите сказать, что я зря отправила Фёдора за мальчиком. Стоило дождаться Вас, а потом ждать ещё – пока кто-нибудь не сходит за Степаном? – девушка сидела к столу боком, положив ногу на ногу. Одной рукой она держала чашку, другую же - опустила себе на колено. В её тоне чувствовалась насмешка. Все, даже сам Стеглов, понимали, что ей нравится смотреть на то, как злятся люди. Более того, Семён Филиппович считал, что она специально старается вывести кого-нибудь из себя. И как ни грустно было ему это признавать, у неё получилось. - Я такого не говорил, прекратите выворачивать мои слова! Я лишь сказал, что главный здесь я – и я не давал Вам разрешения помыкать моими людьми! - Стеглов уже не знал, что говорить. Все его слова эта мадмуазель переиначивала в угоду себе.       Наверное, эта ссора продолжалась бы дальше и привела к плачевным последствиям, но неожиданно для всех Александра сказала: - Что ж, больше не буду.       Поражённый таким ответом Стеглов опустился обратно за стол. Он уже придумывал, чем возразить непрошенной напарнице, но та вдруг сдалась. Долго ждать Фёдора с мальчиком не пришлось. Они пришли через пару минут после ссоры, тем самым избавляя присутствующих от неловкого молчания. - Фома - разбойник, не хотел отпускать мальчонку. - Оно и понятно. – отозвался Стеглов. - Что ж. Мы удалимся с вашего позволения в мою комнату, чтобы поговорить с ним. – Стеглов мотнул головой в сторону мальчика. Он не любил тянуть время.       Андрей Осипович кивнул и сказал, что принесёт им чай. Полицейский хотел отказаться, но купец остановил его: - Это не Вам. Это Стёпке. – мальчик был напуган. Он не знал, что такого совершил, что господа из города вдруг захотели поговорить с ним. Отец Фома наставлял его молчать, но Стёпка понимал, что не сможет. Слишком уж силён сейчас у него страх перед этими людьми.       Стеглов, Яков и Александра направились к лестнице, уводя с собой мальчика. Фёдор задержался, чтобы попросить у хозяина дома чая. Ночь была прохладная, и пока он ходил за мальчишкой – озяб. Андрей Осипович с улыбкой кивнул, и Фёдор поторопился догнать остальных. Он вошёл в комнату, отведённую начальнику, как раз в момент, когда они начинали допрос. - Ты хотел сказать нам что-то тогда в церкви, но отец Фома тебя перебил. Что именно? – Стеглов сидел у стола, там же сидели и все остальные. Мальчика же посадили на кровать. - Ну, я просто хотел на книгу посмотреть. Понимаете, интересно очень было. Вон все о том упыре вновь заговорили, а тут книга эта. Его книга. Я просто посмотреть хотел. – Фёдор переглянулся с Яковом. Они сидели друг напротив друга, повернув стулья к мальчонке. Между ними сидели Стеглов и Александра. Мальчик говорил быстро и отрывисто. - Понятно. Скажи, а что ты знаешь о том, упыре? - То же, что и Вы. Отец Фома говорил, что всё Вам рассказал. – Стёпка немного расслабился, он был рад, что его ни в чём не обвиняют. - Не совсем. Он не успел закончить историю, его отвлекли. Можешь помочь и рассказать нам, что было после того, как люди поняли, что во всём замешан граф? – вмешалась Александра, она не сводила взгляда с мальчика. – Если сможешь, то ты нас очень выручишь. - на этот раз Стеглов был рад, что она вмешалась. - Разумеется смогу. Тут эту историю все знают. – мальчишка воодушевился, он был очень рад, что сможет помочь полицейским. – Когда крестьянин тот рассказал, что видел, люди решили с упырём разобраться. Жители собрались и отправились к его особняку. Они с собой принесли факелы и колья осиновые. – все внимательно слушали. – Люди ворвались в особняк и напали на слуг графа, а вот его самого так и не нашли. Скорее всего он сбежал. Чтобы он точно никогда не вернулся – решили особняк разрушить. Потом ещё пропала девушка, которая была влюблена в того графа, она и написала предсказание про луну и реку. Это вся история. – Степан был горд собой, ведь он сейчас помогает полицейским. - Спасибо тебе большое. – сказала Александра, пока все остальные переглядывались. – Ты теперь можешь идти. Ведь может? – Девушка покосилась на Стеглова. - Да, разумеется.       Мальчик встал с кровати, но не ушёл. - Скажите, а Вы ведь убийцу найдёте и накажите? – Стёпка внимательно смотрел на полицейских. - Обещаем. – Стеглов посмотрел в глаза мальчика. На минуту ему показалось, что перед ним стоит мужчина. Слишком уж печальные глаза были у мальчонки, будто прожил он долгую и тяжёлую жизнь. - Это хорошо. А то жалко Матрёну, и так жизнь у неё тяжёлая была. – Стёпка развернулся к двери, но тут она отворилась и вошёл Андрей Осипович. Он принёс чай и баранки. - Погоди, Степан. Что ты имеешь в виду? Почему у Матрёны была тяжёлая жизнь? – Стеглов окликнул мальчика, пока Фёдор благодарил купца, который случайно чуть не пролил чай на своих гостей. Оступился видимо. - А Вы разве и это не знаете? - Не знаем. Будь добр расскажи. – Мальчик вернулся назад, но прежде, чем сесть на кровать, взял чашку с чаем и баранку со стола. - Да, сейчас. Спасибо дядя Андрей. – купец улыбнулся мальчонке и вышел из комнаты. – У Матрёны только отец был, он умер рано. А мама её, ещё когда девочка на свет появилась, умерла. Вот и осталась она рано одна. Прям как я. Только меня вот Фома приютил, а её никто. – мальчик задумался. А Стеглов подумал, что Стёпка размышляет не хуже любого другого взрослого, да и мысли излагает чётко и ясно. А эти не по-детски грустные глаза, Семён запомнит их надолго. Вдруг он подумал, что мальчика может ждать хорошее будущее, из него может потом неплохой купец получиться, прям как из Митрофанова. Ведь малый то смышлёный, это приподняло полицейскому настроение. В этот момент мальчик как раз вернулся к рассказу. – Извините, я отвлёкся. Матрёна несколько лет жила одна. Ей кто чем мог помогал, но к себе не забирал. Ну, она приноровилась.       Потом ей 20 стукнуло, и она понесла. Родился у неё мальчик. От кого – никто не знает. Она всегда одна жила, да и замужем не была. Но она очень счастлива была тогда. А потом ребёнок умер. От чего тоже никто не знает. Но вот Матрёна с тех пор говорят стала замкнутой, нелюдимой. Меня ещё тогда не было, но я всегда замечал, что у неё глаза очень грустные. Это всё, что я знаю. – Степан отхлебнул чай. - Спасибо. – Стеглов сделал знак Якову. - Пойдём вниз. Попросим чего-нибудь сытного у Андрея Осиповича для тебя. – Мальчик встал с кровати. Обе руки у него были заняты – в одной он держал ещё целую баранку, а в другой чашку. Яков открыл ему дверь, и они вместе ушли вниз. - Что думаете? – спросил Стеглов у присутствующих. - Теперь, по крайней мере, понятно, чего все так упыря этого бояться. А священник то, хитёр. – отозвался Фёдор. - Понятно то оно понятно. Только всё равно ерунда получается. Если уж поверить в эту историю, то почему Роман этот тогда не отомстил? - Может, сил тогда не было? – Фёдор взял баранку. - Вы что на полном серьёзе хотите приписать убийство столетнему упырю? – Александра, до этого сидевшая неподвижно, усмехнулась. - Нет конечно… Мы просто. – Стеглов забыл, что она тоже здесь. Слишком тихо сидела. – Но вот о Матрёне кое-что новое мы узнали. Только сколько лет назад это было? Десять? Получается, что это нам тоже ничего не даёт. - И что получается, ничего кроме того, что священник соврал – мы не узнали? – Фёдор с недоумением посмотрел на Семёна Филипповича. - Ошибаетесь. Он много чего полезного только что сказал. – Александра встала и направилась к выходу. - Может объясните? – Стеглов и Фёдор Антипович с недоумением посмотрели на девушку. - Потом. – она вышла. - Да что она вообще делает?! - Ой, не нравится мне эта особа, Ваше благородие. Красивая она, конечно, но не нравится она мне всё равно. Ой не нравится. - Фёдор смотрел вслед девушке. - Знаешь что, Фёдор Антипович. – Стеглов встал, взял с другого края стола листок, перо и чернила, которые приказал положить в комнаты гостей Андрей Осипович, и поставил всё это перед помощником. – Напиши-ка письмо нашему начальнику. Узнай у Дмитрия Лукьяновича, зачем к нам эту Александру Димитрову приставили. - Сейчас будет сделано, Ваше благородие. – Фёдор взял листок и обмакнул перо в чернила. - Между прочим… А как она так быстро из столицы добралась и вообще откуда в столице так быстро узнали о том, что здесь происходит? – Стеглов снова сел. – И почему я об этом раньше не думал? - А про это она рассказывала, Ваше благородие. – Фёдор отвлёкся от бумаги. – Сегодня как раз. Когда Вас ждали. - Да? – Стеглов с удивлением посмотрел на помощника. – И что же она сказала? - Что начальник из столицы в город с проверкой приехал, а тут как раз письмо Фомы и принесли. Вас тогда отправили, а её через день. Столичный посчитал, что будет неплохо ещё и своего сотрудника направить. Знаете, она сказала, что для помощи в расследовании. А я вот думаю, что хотели просто вид сделать, что им до нас дело есть. Как считаете? – Фёдор посмотрел на Стеглова. - Если и правда только вид сделать хотели, то послали бы кого другого. С этой же не то, что работать, говорить нормально невозможно. - Стеглов задумался. - Но да ладно. Пиши, не разглагольствуй.       Когда Фёдор дописал письмо, оба спустились вниз. Там они обнаружили Стёпку, которого угощали пирогом с капустой, Якова и Кузьмича, которые снова пили чай. - О, Фёдор Антипович, Семён Филиппович, Вы наконец спустились. Я предложил Стёпке переночевать у меня, а то поздно уже. Фома догадается -мы так уже делали. Желаете чего-нибудь? – купец обратился к гостям с уже традиционным вопросом.       И Фёдор и его начальник отказались от угощений. - А где Александра Димитрова? – спросил Стеглов, садясь за стол. - Она ушла куда-то. Почти сразу после того, как Яков Васильевич со Степаном спустились. - Понятно.       Через какое-то время Александра вернулась. Она не отвечала на вопросы куда ходила и что делала, но с радостью согласилась выпить чашку чая, предложенную Митрофановым.       Александра села за стол, а купец налил ей чай. Девушка взяла чашку и сделала глоток, как вдруг её рука дрогнула, и чашка упала на пол. Александра кинулась поднимать осколки, но только сильно порезала руку. -Что делать с раной? – она обратилась к знахарю, который до этого момента сидел тихо и неподвижно, а теперь встал со своего места. - Нужен спирт. У Вас же он есть? – Кузьмич обратился к хозяину дома. – С Вами всё хорошо? Андрей Осипович, Вы сами бледны? – все посмотрели на купца. - А, да… Всё хорошо. Я просто не переношу вид крови. – отозвался наконец тот. –Спирт есть. Идёмте, я покажу где.       Кузьмич вернулся очень быстро, кровь благополучно остановили. Андрей Осипович появился лишь спустя некоторое время. Он уже не был бледным, но всё равно выглядел не очень хорошо. Всё оставшееся время, до момента пока присутствующие не стали расходиться спать, Стеглов внимательно следил за Александрой.       Отведённые им комнаты находились на одном этаже, поэтому они поднимались вместе. Прежде чем девушка вошла в свою комнату Семён Филиппович успел задать ей вопрос: - Зачем Вы разбили чашку? - Я? – Александра подняла бровь. - Да, Вы. - Не понимаю, о чём Вы. - Я следил за Вами. Вы специально разбили чашку. Зачем? - Значит плохо следили. Чашка упала сама. А я ещё и порезала руку. Я пострадала, а Вы снова обвиняете меня в чём-то. – девушка быстро удалилась к себе и захлопнула дверь.       Стеглов прошёл в свою комнату: - И всё-таки она сделала это специально.       Сон быстро настиг полицейского, но выспаться ему так и не удалось. Глубокой ночью пробил набат, а в дверь Стеглова стал стучаться Фёдор. Молодой человек разрешил ему войти. - Вставайте, Ваше благородие. Быстрее. Беда, Ваше благородие. Река. Она стала кровавой.