Ох, Лов

И было в ней что-то такое, что отличало ее от других. Умение постоять за себя? Да, одно из тех качеств, которыми обладала та самая непризнанная. Многие из них осмеливались дерзить лишь первое время, а она делала это всегда. Я избегал общих с ней заданий на земле, так как было обоими решено скрывать связь. Чтобы никто не знал ничего, ибо зная, легче разрушить? Мы прятались в библиотеке, которая стала и ее любимым местом тоже. Я жил среди пыльных книг, перебирая жизни людей, ища в них что-то разное, но что-то общее одновременно. Цвет волос, бровей и глаз многие описывали очень красноречиво. У других же это было «небо. Глаза - небо». И ты уже понимал, что все, автор попал. В ловушку. Она так отвлекалась от проблем. Как она говорила сама, что не может отпустить то, что было во времена ее смертной жизни. Несколько раз учителя ей рекомендовали отправиться в Лазарет за порошком. Но Ви на все имела своё мнение и отказывала. Погружаясь с головой в роль персонажей, девушка будто бы думала о том, какой могла бы стать она сама. С мушкой над губой? Или с белёсыми ресницами? В любом случае это было то, что нас сближало ещё больше. Чертовка. Знала как на меня влияет. Я видел ревность в ее глазах к обеим расам. И к ангелам, и к демонам… но Ви стойко удерживала маску безразличия, немного высокомерия быть может читалось на этом идеальном лице. Мы стали спускаться на Землю часто. Кутаясь в тёплые пледы, вдыхали аромат костра в лесу. Влажная трава, хвоя. Непризнанная засыпала на моем плече, мы вновь под утро возвращались в школу и вели там существование друг без друга. Чаще старался с ней сталкиваться, Ви стыдливо прятала глаза. Да, глаза как небо. Да, можно было бы описать океан вновь. Или бабочку. Или топаз. Но к чему это? Они были единственными, которые… которые что? Которые смотрели на меня с любовью? Нет. Они были единственные, которые… аааах, любовь! Терпеть не могла своё полное имя. Все из ее окружения звали ее всего двумя буквами. Ви. В четырёх крылось больше смысла, чем хотелось бы. Моя. В.и.к.и. Полюбившая то, как ее официально звали. Говорившая, что я ее меняю. Да, скорее всего так оно и было. Но знаю точно, что поистине менялся лишь я.