До головокружения

В одно прекрасное утро Вару проснулся и любителя вздремнуть подольше рядом с собой не обнаружил. Он оглядел комнату. Никого, кроме него, не было. Пятый протёр глаза, думая, что ему показалось и снова окинул взглядом помещение. Никого. Кудрявый лениво поднялся, потягиваясь. Потом он вспомнил, что у Пика, вроде как, смена сегодня, потому его и нет. Пожав плечами, валет вышел из комнаты. Вару выглянул в кухню. Всё в целом было как обычно: Зонтик стоит у плиты, Феликс в полусонном состоянии сидит над своей тарелкой. Данте кормит Габриэля с ложки, а тот и рад. Вообще, Первого редко смущало странное отношение к нему. Ему нравилось и когда он сам ест, и когда его самолётиком кормят и даже когда начинается вот это вот «ложку за Создателя». Третий лишь умилялся и в целом относился к русому, как к ребёнку. Детско-родительские отношения. Прекрасно. Повернув голову направо, кудрявый заметил Куромаку, что-то печатавшего на ноутбуке. По виду можно было сказать, что Второй буквально всю ночь сидел и не спал. Пика здесь не оказалось. Однако исходя из того, что смена у него всегда в разное время начиналась, то он мог на работу и в семь утра уйти. Что ещё было странно, так это то, что Ромео тоже не было. А Пятый уж было думал, что черви неразлучны. Послышался грохот, полусонное «Ай!» и Четвёртый бодро поднялся, направляясь в свою комнату. Уже оттуда он вышел, кажется, ругая своего короля за неуклюжесть. Они вошли кухню и Шестой у плиты жалобно застонал, понимая, что сейчас придётся готовить ещё одну порцию. *** Ближе к вечеру валет понял, что, видимо, короля сегодня дома не будет. Вару долго смотрел в экран телефона, листая ленту новостей, после чего решил написать:

Ты где 20:32

Кудрявый продолжил смотреть картинки, ожидая ответа. Времени прошло довольно много, после чего высветилось оповещение. Вару сразу зашёл в чат. В командировке. 21:04 Ты разве не в курсе? 21:04 Я тебе записку оставлял. 21:04 Валет обернулся, чтобы посмотреть на стол и обнаружил, что на нём правда лежала какая-то бумажка.

Я только заметил 21:05 Когда вернёшься?? 21:05

В пятницу. 21:07

В смысле 21:07 Сегодня же понедельник 21:08

Мне просто далеко ехать. 21:08

Ладно 21:08

Переписка закончилась и Пятый заметил, что Пик вышел из сети. Чем он занят, интересно? В любом случае, сейчас кудрявому было интересно, что было в записке. «Я уехал в командировку. Буду в пятницу. Не теряй.» Ничего нового. Вару смял клочок бумаги и выкинул его. Разве нельзя было просто предупредить его словами? В любом случае, теперь Пятый мог бы оторваться по полной, ведь вся комната принадлежала ему и только ему. В дверь кто-то агрессивно постучал. — Феликс, если это ты, то иди нахуй. — Сам иди, дерьма кусок. — Чё хотел-то? — Ванна свободна, пиздуй. — Сам пиздуй. Дверь открылась и Четвёртый зашёл, уже готовый надрать зелёную задницу. — Да понял я, понял. Блондин выдохнул и ушёл, не закрыв дверь. Вару в коридоре слышал следующий разговор: — Почему я каждый раз должен заставлять его что-либо делать?! — Потому что он не понимает по-другому. Не то, чтобы они не правы, просто по-другому валету не хотелось. Выполнять сразу слишком скучно. *** Когда Вару голышом бухнулся на кровать, время перевалило уже за десять вечера. В комнате темнота, лишь слабый лунный свет. Такая сексуальная атмосфера. Противится ей Пятый не стал. Обхватил рукой член и начал двигать вверх-вниз, другой в это время стараясь погладить себя в каком-либо ином месте, чтобы доставить больше удовольствия. Правая ладонь ускорялась, левая нашла своё место на соске. Перекатывая бусинку соска между пальцами, Вару прикусывал губу, дабы не разбудить кого-нибудь или не потревожить Куромаку, вновь работающего до поздней ночи. Темп дошёл просто до бешеного и спустя несколько резких движений Пятый кончил. Тяжело дыша он перевернулся и намеренно обтёр грязную руку о простынь на стороне короля. Конечно, он будет недоволен, но если не заметит, то белое пятно увидит хотя бы Феликс. Ему тогда всекут, правда, по первое число, но кого это волнует? Отвернувшись на свою сторону кровати, валет ещё какое-то время восстанавливал дыхание, после чего уснул. *** Утром картина была примерно такой же: сонное царство сидело за столом, но Зонтика, обычно проводившего всё время у плиты, не было. В кухне стоял только диван, на котором обычно спали бубновые, да раскладное кресло, которое благополучно досталось трефовому королю. На уже упомянутом диване мирно дрых Шестой, даже не подумывая просыпаться. То ли ему хорошее что-то снилось, то ли тоже всю ночь не спал. Хрен его знает. Зато вот Куромаку, судя по всему, вполне выспался. После сна он ещё несколько часов выглядел выглядел помятым, а при условии вчерашней бессонной ночи Второй и вовсе просто сидел в кресле, расфокусированным взглядом просверливая входную дверь. Просто кошмар. Понятное дело, в таком состоянии он их оставить просто не мог, потому решил сделать крайне подлую вещь: разбудить Зонтика. При условии, что черви шуршали в своей комнате, бубновые обычно на выходки никакого внимания не обращали, а Куро вообще еле соображал, что происходит, сделать это было легко. Пятый, как ни в чём не бывало, ушёл в ванную, наполняя там ведро холодной водой. Он вернулся и, выливая всю эту воду Шестому на голову, крикнул: — С добрым утром! Зонтик моментально проснулся от холода, вскрикнув. Ткань пижамы промокла и была холодной. И пока Вару бился в конвульсиях от смеха, на кухню вошёл Ромео, мило что-то вещая своему валету. Феликс, едва заметив трясущегося Шестого, тут же устроил такие крики, такие крики! Пока пиковому валету обещали оторвать всё, что у него есть, а оставшееся сломать, другие немного оживились. Ромео тихонечко обнимал валета треф, пытаясь согреть и что-то ему шептал. Зонтик в итоге совсем расплакался, и теперь ревел в плечо Седьмого. Король улыбался, похлопывая плачущего по спине. — Вару, это безответственно, просто ужасно! Когда тебе вправят мозги наконец?! Совсем без ног остаться хочешь?! Ну так я тебе это устрою! Вару погнали по квартире в попытках страшно избить. В принципе, его ещё ни разу не доводили до предсмертного состояния, а при условии, что бегает он чуть быстрее Феликса, то можно особо не волноваться. Пока два валета бегали как малые дети, усыпая друг друга угрозами как из рога изобилия, Куромаку, вроде как, проснулся. Посмотрел на безобразие вокруг, встал и сел за столом около Данте. Мирно наблюдавший за этим цирком Третий отвечал на какие-то вопросы Габриэля. Второй послушал низкий успокаивающий голос и уснул на чужом плече. *** Уже помывшийся, Пятый сидел в своей комнате. Да, пришлось воспользоваться пластырями и мазями, благо, не слишком много. Раны залечивал ему тот же Четвёртый. Иногда это казалось слишком странным: зачем наносить увечья, если самому их потом и лечить? В любом случае, для него это не так важно. Взяв в руки телефон, Вару моментально открыл чат с Пиком. Они и без того переписывались весь день, но ему было мало.

Занят?? 23:14

Да. 23:14

Чем? 23:14

Я сплю. 23:15 Отстань. 23:15 Кудрявый закатил глаза, но сделать ничего не мог. Если король хочет спать, его даже пушечный выстрел не остановит. Валет и сам уж было хотел лечь спать, но резко активизировались червовые: — Ах! М!.. Ро- Аах! Ромео! Похоже, поспать сегодня не получится. Такие стоны всегда его заводили. Вару мало волновало, что стонал ненавистный ему Феликс, причём всё громче, он просто хотел бы слушать такое каждый раз, когда они ебутся с Пиком. Было бы классно. Однако сейчас оставалось довольствоваться лишь громко вскрикнувшему Четвёртым, которого точно трахнули до звёздочек в глазах. Стоны слишком возбуждающие, Пятый себе воспротивиться не может. Но просто дрочить ведь скучно, правда? Так что он полез вниз, чтобы достать небольшую коробку из-под кровати. И уже из неё извлёк небольшой вибратор и бутылочку смазки. И вот тут понеслось во все тяжкие. Вару встал на коленях на кровати, после чего опустился на неё грудью, демонстрируя прогиб. По факту, это просто самый лёгкий способ справиться со всем этим быстрее. Кудрявый влил немного смазки внутрь себя, и вставил вибратор, ставя минимальную мощность. Надавливая на игрушку, валет медленно водил рукой по члену, массировал большим пальцем головку. Червовые становились все громче. У Пятого ужасно тянуло внизу живота и было какое-то странное ощущение, напоминающее лёгкий страх, а может и волнение. Но люди зовут это «бабочки в животе», так что пусть будет так. Черви в соседней комнате лишь ускорялись, стонали громче, пытаясь и его довести до исступления. Поддаваясь этому порыву, Вару включил максимальную мощность. Стимуляция усилилась, но он не был к этому готов. Всего несколько секунд, и он кончает с громким стоном и именем пикового короля на губах. Хотя из-за Феликса его вряд ли было слышно. Вибратор он благополучно вытащил и снова поклялся не пользоваться этой шайтан-машиной. Пятно под животом оказалось знатное, и по-хорошему надо бы это в стирку сдать, но Пятому слишком лень, так что убрав всё, чем воспользовался, он лёг спать. *** Этим утром кудрявый заглядывал в кухню осторожно. Абсолютная тишина. Куромаку спокойно спал, пуская слюни на подушку. Данте просто лениво валялся на кровати. Зонтик мирно пил горячий чай, собирая вместе с Габриэлем пазл. Скорее всего никто из них не шумел, чтобы ненароком не разбудить трефового короля. Неизвестно, во сколько он вчера уснул, а может и вовсе дрых весь день. Оглядев тихую кухню ещё раз, Вару целенаправленно смотрел на Данте, пытаясь его позвать. Разумеется, Третий это почувствовал и поднялся, направляясь за Пятым. В коридор из провожал лишь взгляд Шестого. — Ты что-то хотел? — Да. — Вару стоял как-то неуверенно, смущался. — Обними меня. Данте посмотрел на него удивлённо, затем мягко улыбнулся и раскрыл объятья. Пятый сжал его крепко, словно не хотел отпустить. Они простояли так около двух минут, после чего валет нехотя отпустил. — Спасибо. — Кудрявый смотрел в пол. — Ты скучаешь по Пику? — Я… — На секунду Вару удивился такой проницательности Третьего. — Да, наверное. — Это нормально, не беспокойся. Позвони ему вечером, если ты соскучился. Я думаю, он будет совсем не против поговорить с тобой немного. Король снова мягко улыбнулся, как умел только он, и вернулся в кухню, сам встав к плите. Пятому было ужасно неловко, он ведь даже не думал, что Данте согласится. Но в целом он ведь прав. Действительно стоит позвонить Восьмому, а то он слишком быстро к хорошей жизни без своего валета привык. ***

Как дела?)) 09:08

*** Готовил бубновый король вкусно, но редко. Жалко даже. Зонтик после завтрака ушёл прогуляться, ненароком утянув Габриэля за собой. Третий остался дома, чтобы накормить всех спящих. А вот Вару заняться было нечем. Он перепробовал всё: слушал музыку, читал скучные книжки из рабочего уголка Куромаки, закинул всё своё грязное бельё в стирку, спиздил огурцы из холодильника, проветрил комнату, разобрал пазл и собрал обратно. Скучно. Ближе к обеду квартира наконец оживилась. Вернулись гулящие. С букетом цветов. Что? Ладно, неважно. Проснулись все спящие. Весь в засосах выполз из червовой комнаты Феликс. Его неизменная пижама, к сожалению, шею не прикрывала вообще. Ромео сразу зашёл на кухню. Он выглядел ещё хуже: помимо тёмных отметин по всему телу, была расцарапана спина. Но им, кажется, прикольно. Мазохисты. Куромаку проснулся с болезненным стоном. Он ведь действительно проспал весь вчерашний день. Второй, впрочем, не желал подниматься с нагретого места, продолжая лениться. Для него это, конечно, нехарактерно, но первые пару часов после сна он всегда такой. Данте стоял у плиты, подменяя Шестого. Помешав что-то в кастрюле в последний раз, он вернулся к уже собранному дивану, чтобы через два подлокотника тянуться к Куро и гладить его по волосам, немного массируя голову. Всем желающим был налит суп, Ромео отказался, отговариваясь, что у него болит глотка и Вару тут же захотел съехать отсюда. Второму так или иначе нужно было приходить в себя после сна, потому его пока никто не тревожил. Уже когда все разошлись, Пятый всё равно остался на кухне, наблюдая, как Феликс пытается уговорить своего короля поесть. — Ну Ромео! Тебе нужно поесть, слышишь? Вот прям сейчас. — Я не могу глотать, ты издеваешься? — А я говорил тебе вчера, что не надо, а ты мне всё своё «Да нормально будет». Теперь ешь. Вару еле сдерживался, чтоб не засмеяться в голос. Вряд ли где-то среди громких стонов он слышал что-нибудь вроде протеста. *** Всё оставшееся время Вару залипал в телефоне. На любое уведомление реагировал сразу, ожидая ответа. Через несколько часов ему это надоело и он отложил технику. И вот тогда-то телефон ненадолго завибрировал. — Ну что там опять?

Новое уведомление: Мессенджер 1 новое сообщение

Разумеется, он поспешил посмотреть, что там. Неплохо. 19:27 Валет тут же принялся печатать ответ.

А чего так долго не отвечал?? 19:27

Мы сегодня праздновали. 19:27 Я был занят. 19:27

Может созвонимся?? 19:28

Пик перестал печатать и вышел из сети. Думаю нет. 19:30

Почему? 19:30

Я устал. 19:31 Да что с ним такое? Ну ладно. Не хочет — не надо. *** Спустя ещё полтора часа Пятый вернулся в комнату из ванной. Он чувствовал, как ему не хватает физических контактов. Член дёрнулся и начал наливаться кровью. Кудрявый устало вздохнул, укладываясь на кровать и прячась под одеяло. Теперь можно притворять свой подлый план в жизнь. Он надел наушники, подцепил их к телефону и слушал гудки. Спустя гудков пять сонный низкий голос ответил: — Да? — Не спишь? — Уже нет. А что случилось? Такой хриплый голос заводил валета. Он не сдержался и сунул руку под ткань трусов, чтобы сжать вставший член. Довольно шумный выдох от этого действия спровоцировал вопрос: — Вару, что ты там делаешь? Сейчас, под покровом ночи, когда Пика всё равно нет рядом, можно делать и безумные вещи. Те, которые он бы возможно никогда и не сделал или те, которые делает всегда. — Я дрочу на тебя. Хочешь помочь? М… — Нет, я лучше посплю. — Ну пожалуйста, Пик. Или мне лучше называть тебя папочка? — Игривый тон сочился даже сквозь телефонный звонок. Пиковый король, лежащий на втором ярусе кровати, обдумывал оба предложения. — Ну так что… Мм… Поможешь? — Ладно. Что мне нужно делать? — Скажи мне что-нибудь… Возбуждающее. Вару откровенно с ним заигрывал, тяжело дыша. От его томного шёпота член пикового короля тоже налился кровью. Восьмой не нашёл ничего лучше, чем сказать правду своим низким голосом: — Я скучал по тебе. На секунду Пятому показалось, что он сейчас кончит. — Я тоже. — Валет водил одной рукой вверх-вниз, а другой раздвигал узкие стенки на манер ножниц. — Чем ты занимался всё это время? Поглаживая себя сквозь ткань спальных штанов и шумно дыша, король отвечал: — Ну, мы были в парке. И в офисе. А потом на застолье. — Скука. — Вару замолк, стараясь дышать ровнее. — Что ты делаешь сейчас? — Дрочу на тебя. Кудрявого прошибло. Вот это и правда был сногсшибательный ответ. Если бы он сейчас стоял, то упал бы из-за подкашивающихся коленей. Фиолетововолосый уже и сам двигал рукой на члене. Он, кажется, разогрелся, и готов был нести любую похотливую чушь. — Я люблю тебя, Вару. Ладно, возможно, не такую уж и возбуждающую. Через динамик микрофона послышался негромкий смех, быстро сменяемый стоном, и валет сказал: — Это не совсем то, чего я хотел, но ладно. Давай я лучше покажу, как это нужно делать. Король промолчал. — Представь, что я снимаю с тебя всю твою одежду, выцеловываю каждый сантиметр кожи. Прикоснись к своим соскам и подумай обо мне. Пик, как зачарованный, действовал по указам из динамика. Он стонал в микрофон, заводя Пятого ещё сильнее. — Хорошо, теперь… Мм… теперь сожми свой член и двигай рукой. — Восьмой издал слегка болезненный стон, выполняя приказ. — Хорошо, вот так. Теперь массируй головку большим пальцем. Можешь помочь второй рукой. Фиолетововолосый делал, как ему говорили, стимулируя себя. — Ты понял? Сделай так же. — Ладно, я… я попробую. Вставь пальцы себе в задницу. — Я уже. — Ладно, тогда… Слезь с кровати и достань коробку. У тебя есть пластмассовый хуй, я знаю. — Ну хорошо. Продолжая пыхтеть в трубку, кудрявый спустился на пол и достал фаллоимитатор из коробки. — Папочка хочет насухую? — Нет. Бери смазку и выдавливай себе на пальцы. Вару нарочно выдавливал жидкость из тюбика прям рядом с микрофоном. Влажный звук повысил градус возбуждения у Пика. — Выдавил? — В ответ послышалось утвердительное мычание. — Хорошо. Теперь медленно вводи их внутрь. — Насколько медленно? — Так, чтобы прочувствовать каждый миллиметр. Вару послушно выполнял это действие, продолжая тяжело дышать. — Вводи до упора. — Ммх… Всё. — Теперь раздвинь их внутри. Пятый шумно выдохнул. — Хорошо. Опускайся. Валет сначала не понял, куда, а потом до него дошло. Пластиковая головка надавливала на колечко мышц и кудрявый всё-таки позволил ей проскользнуть внутрь. — Ах! — Глубже, Вару, глубже. Пятый не мог быть против. Он жалобно стонал прямо в микрофон. — Хорошо. Теперь двигайся, но не смей трогать себя. Вару переставал думать своей головой, повинуясь. Сам Пик на том конце провода едва ли был тише, всё яростнее доводя себя до финала. — Что… Ох! Ещё мне… Сделать? Ах! Папочка? — Кончи… для меня. И Вару, совсем уже не сдерживаясь, громко стонет, кончая. Пик доводит себя резкими движениями и изливается одновременно с ним. — Я вижу, тебе нравится, когда я зову тебя папочкой. — Нет. Не делай так больше. — Как скажешь. Ещё половину ночи они болтали друг с другом, пока Пик окончательно не уснул. *** В пятницу, часов в семь вечера, пока клоны ужинали, открылась входная дверь и вошёл он — король Пик. Он снял куртку и Вару мгновенно вспыхнул. Восьмой был в официальной одежде, что совсем для него нехарактерно. Данте, сидящий рядом, легонько подтолкнул Пятого и тот встал, подходя к фиолетововолосому ближе. Пик, едва заметив Вару, обнял его аж до хруста позвоночника. Третий где-то на фоне мягко улыбался, смотря на них. *** Перед тем, как все отправились спать, Куромаку уж было подумал, что сегодня его ждёт тихая рабочая ночь. Что он будет спокойно будет клацать по клавишам и составлять отчёты. Однако счастье его кончилось в тот же момент, как он услышал чей-то стон. Достаточно громкий, чтобы Второй подумал, что это стонет кто-то из бубновых или даже Зонтик. Но всё оказалось гораздо хуже. Как только до седовласого дошло, чьи это стоны, он ужаснулся. Это будет длинная ночь. Пиковая ночь.