Кусочки пазла

***

      — Минги попал в этот детский дом совсем недавно. Наверное, где-то в начале июля, если я не ошибаюсь, — рассказывал парочке Хан.       Сонхва с Хонджуном сидели в офисе Джисона, пока Юнхо развлекался с Минги. Родители сразу же поняли, что эти двое станут друзьями, когда увидели, как их сын говорил с Соном.       — Его родители разбились в автокатастрофе. Некоторое время он жил со своей тётей, которой, как я предполагаю, вообще было плевать на него, — в голосе Хана прослеживалась грусть. Когда он представлял им Юнхо, в его голосе такой грусти и в помине не было. — Но потом, как я понимаю, его тётя устала от него и решила сдать этого замечательного ребёнка сюда.       Пара внимательно слушала Джисона, который рассказывал им всё это.       — Я считаю забавным, что два ребёнка подряд, которых вы усыновите, являются очень энергичными и весёлыми, — Хан улыбнулся Паку и Киму. — Сразу понятно, с какими детьми вам легче справляться.       Молодые люди просто посмеялись в ответ. Да, это то, что они искали. Двое маленьких деток, которых бы они смогли воспитать и научить чему-то. Сердце согревало и тот факт, что двумя бедными детьми в детском доме будет меньше. Из дебрей своих мыслей Пака вытащил голос Джисона:       — В общем, жду вас через неделю с документами, а мы пока подготовим мальчика, — после указанных слов Хан положил ручку, которой заполнял документ, на стол.       — Спасибо вам, — Ким пожал руку Джисона в знак благодарности.       — Это моя работа, — улыбаясь, проговорил Хан, но не отказался от рукопожатия.

***

      Снежинки кружились за окном сегодня по-особенному. День был неветреный и очень много людей проходили по улицам без шарфов и шапок, можно даже сказать, что для зимы это довольно-таки тёплый день. Несмотря на то, что снег падал всю ночь и целое утро, метели не было и снежинки падали размеренно и мягко. Сегодня даже солнце светило, отдавая красивым блеском на снегу.       На улице уже вовсю мигали и искрились гирлянды и новогодние игрушки. Проходя мимо окон домов, можно увидеть игрушки настолько искрящиеся и разные, что даже самый плохой день, наверное, можно осветить ими. Воскресенье. На улице много людей несмотря на мороз, кто-то спешил в уютное кафе рядом с домом, дабы встретиться с друзьями. Кто-то шёл на каток в центре города, дабы повеселиться и почувствовать зимнюю атмосферу. А кто-то готовился к такому чудесному празднику, как Рождество, украшая дом кучей гирлянд и мишуры, игрушками, ёлкой, рождественскими песнями и настроением. Для всех в каком-то плане это была особенная пора; время, когда можно отпустить обиды и негатив на второй план и просто освободиться от стресса; время, когда люди открывали новую страницу для написания новой главы своей жизни.       Да, этот праздник важен практически для каждого, но для Кима он значил намного больше. Хонджун пошёл в магазин пешком, ведь в такой красивый день грех не пройтись по улицам города. Снег скрипел от шагов Кима, оно и неудивительно в мороз, но молодой человек улыбался, слыша этот звук. Он любил снег, любил всю эту зимнюю суету, хоть это и звучало банально, но он обожал зиму, Рождество, кататься на санках — в зиме есть своя романтика.       Вспоминались деньки из детства, ведь только на Рождество отец мог побыть дома и провести время вместе с семьёй. Мама готовила домашний йогурт и они все вместе наслаждались обществом друг друга. Папа покупал подарки, которые обычно были связаны с чем-то творческим. На последнее Рождество, которое они праздновали вместе, он получил фотоаппарат, на который хотел фотографировать все самые важные моменты. Грустно это вспоминать, ведь после ссоры с отцом этот подарок так и пылился в шкафчике и ни одна фотография не была сделана на этот фотоаппарат.       Но сегодня этот праздник для него ещё важнее. Ким скоро станет отцом вновь. У всех в доме в последнее время очень хорошее настроение, хоть суматоха и присутствует, но это даже к лучшему, ведь в этом тоже есть романтика — у них появится новый брат, сын и друг.       Хонджун решил, что будет проводить больше времени за работой, ведь хотел обеспечить семью всем необходимым и стать им некой опорой. Хоть он прекрасно осознавал, что этим похож на своего отца, чего он, конечно же, хотел избегать, но Ким никак не мог перестать ощущать ответственность за семью.       Снег усилился. Хонджун надел капюшон, дабы не обветриться, и продолжил путь к магазину. Хоть людей на улицах было много, время на часах показывало только пять утра. Ким не предупредил ни мужа, ни ребёнка о том, что ушёл, ведь хотел сделать родным сюрприз в виде их любимой лапши на завтрак. Хонджун также планировал купить что-то для их мальчика Минги.       — Спасибо за покупку, — вежливо улыбаясь, проговорил кассир. На это Ким вежливо улыбнулся и, кивнув, вышел с магазина, взяв пакет в руку. Колокольчики зазвенели как только Хонджун открыл входную дверь магазинчика.       Хонджун оглядывался по округе, чтобы разглядеть весь белоснежный пейзаж ещё раз. Ким помнил, как ему не разрешали играть на улице долго зимой, и тогда он пообещал себе, что когда он вырастет, он будет гулять столько, сколько ему вздумается. Но сейчас Хонджун понимал, что гулял сейчас даже ещё меньше, чем было в детстве, хотя сейчас ему вроде бы никто не запрещал это делать.       В детстве всегда думаешь, что когда вырастишь, ты будешь больше себе позволять, но эти мечты абсолютно всегда оказываются наивными, когда ты вырастаешь и осознаёшь это.       Ким, оказавшись возле дома, напоследок ещё раз всё оглянул, после чего вошёл внутрь.

***

      Хонджун начал стряхивать с себя снег, который успел навалиться на него, пока он был на улице, продолжая держать пакет в руке, даже когда он начал разуваться.       Сонхва, услышав открытие двери, прошёл в прихожую, увидев там Кима, которого пытался найти целое утро до этого, так как тот неожиданно ушёл, даже ничего не сказав.       — Хонджун, ты где был? — Пак не был зол, а немного встревожен, так как из-за того, что его муж не взял телефона с собой, тот даже не смог дозвониться до него.       — Я купил вам лапши, — резко выдал Хонджун, указывая на пакет в своей руке. — Если бы я предупредил тебя о том, куда я иду, то тогда бы сюрприза не получилось бы, понимаешь? — Ким улыбнулся, тем временем как Пак смотрел на пакет в руке Хонджуна.       — Ну ты и глупый, — Сонхва улыбнулся в ответ. — Пошли, там Юнхо уже сам тебя заждался, — Пак прошёл дальше в гостиную.       — А вот глупым называть меня не нужно, — Ким в шутку зло говорил, идя за Сонхва. — Я тебе сюрприз сделать решил, а он говорит, что я глупый, как так? — Хонджун надулся, шутя и дальше.       — Глупый, но молодец, — дополнил Пак, тихо смеясь. — Я уверен, Юнхо понравится твой сюрприз. Да и мне он тоже понравился, не переживай.       — Ну и отлично, — Ким широко улыбнулся, смотря на спину своего мужа, который теперь находился в гостиной, как и сам Хонджун.       В гостиной за столом сидел Юнхо, который что-то рисовал на листе бумаги. Мальчик поднял взгляд и, увидев Кима, улыбнулся.       — Папа-хон! — выкрикнул Юнхо, взяв со стола рисунок, и, встав со стула, он убрал лист бумаги за свою спину, будто пряча то, что на нём находилось.       — И тебе привет, Юнхо, — Хонджун тихо засмеялся, начиная вытаскивать из пакета несколько упаковок лапши, которая на удивление нравилась каждому члену семьи. — Я решил сделать сюрприз и купить нашей любимой лапши.       Эмоции на лице мальчика стали менее уверенными, он посмотрел вниз на пол. Ким не понял, что случилось, но тут Сонхва ворвался в диалог:       — Дело в том, что пока ты был в магазине, Юнхо тоже решил сделать тебе сюрприз, — проговорил Пак, смотря то на ребёнка, то на парня.       — Мой сюрприз не такой классный, как у тебя, папа-хон, — мальчик взгрустнул.       — Не говори так, — сказал серьёзно Хонджун, присев на корточки, чтобы быть ростом с Юнхо. — Мне понравится любой сюрприз, который ты мне сделаешь. Хорошо? Мне правда очень интересно посмотреть, что ты для меня подготовил.       Мальчик опять улыбнулся и, кивнув, вытянул рисунок вперёд, чтобы Ким мог увидеть, что на нём нарисовано. Хонджун сразу же узнал тот самый рисунок, который рисовал мальчик, когда его только забрали из детдома, вот только на рисунке уже красовалось не три человечка, а четыре. Как понял Ким, четвёртого нарисовали совсем недавно.       — Это же… — начал Хонджун, разглядывая лист бумаги.       — Это папа-сон, — Юнхо указал на самого высокого человека, который стоял посередине рисунка, но всё-таки немного левее. — Это папа-хон, — уже на человека пониже указал маленький пальчик. — Это я! — радостно сказал мальчик, указывая уже на маленького человечка, который стоял между ним и Сонхва. — И я хотел поместить посередине ещё и Минги, но места уже не было, так что он стоит рядом с тобой, папа-хон! — рядом с человеком, который являлся Хондужном, и правда стоял ещё один, который, было видно по более качественным карандашам, был нарисован только недавно.       — Я и не знал, что этот рисунок вообще сохранился, — удивлённо сказал Ким, встав с корточек.       — Конечно сохранился, папа-хон. Я его очень бережно хранил, — Юнхо прижал рисунок ближе к своей груди. — Теперь это будет наш семейный портрет! Я уверен, Минги будет рад…       — Конечно будет! — Хонджун улыбнулся и посмотрел на Сонхва, который выглядел таким поистине счастливым. — А теперь пошли есть лапшу.

***

      — Почему я так устал, хотя это даже не было тяжёлым днём? — потягиваясь, спросил Ким у Сонхва, который уже готовился ко сну.       — Завтра будет ещё тяжелее. В хорошем смысле этого слова, — Пак улыбнулся. — Я рад тому, что мы наконец-то сможем забрать Минги домой.       — Кстати, о завтрашнем дне, — Хонджун усмехнулся и, достав пакет, который он решил спрятать в шкафу, сказал. — Я тут купил подарок для Минги.       — Правда? Вот почему ты был там так долго. Мне как-то не поверилось, что ты туда пошёл только из-за лапши, — сказал Пак, скрестив руки у себя на груди, улыбнувшись.       — Ну, ты прав, отчасти, — Ким достал из пакета коробку, на которой был нарисован игрушечный поезд.       — Ты купил ему поезд? С железной дорогой? — Сонхва так восхищённо посмотрел на игрушку, будто этот подарок был именно ему.       — Ты не представляешь, как долго я его искал, — Хонджун тяжело вздохнул. — Вдруг ему не понравится?       — Это игрушка мечты каждого ребёнка, я уверен, так как у меня так и было, — Пак тихо засмеялся. — Минги сможет играть в неё с Юнхо, а Юнхо интересны разные игрушки, связанные с конструктором.       — Тоже верно, — Ким мягко улыбнулся, успокоившись.       — А теперь спать, завтра предстоит долгий день, — улыбка появилась и на губах Сонхва тоже.

***

      Погода на улице поутру напоминала вчерашнюю. Снег шёл, но очень мягко, что напоминало некую сказку. На улице людей было не так много, так как это был понедельник, так ещё и пять часов утра. Все хотели отдохнуть перед тяжёлым рабочим днём, и Ким с Паком это понимали, как никто другой. Но сегодня они опять проснулись пораньше, ведь это особенный день. Ещё со вчера Юнхо никак не мог заснуть из-за предвкушения встречи.       Семья, которая еле дождалась сегодняшнего дня, уже собиралась. Стоя в коридоре, Сонхва уже одел куртку и начал помогать собираться Юнхо.       — Ты все документы взял? — похлопывая по карманам, дабы проверить их на наличие паспорта, спросил Хонджун.       — Я думаю, что все, — положив папку на колени, Сонхва начал завязывать шнурки на ботинках сына, пока Юнхо потягивался и протирал глазки. Можно было догадаться, что он так и не смог нормально поспать, переволновавшись вчера.       — Ключи у тебя? — крик от Кима послышался из другой комнаты.       — На столе глянь! — в ответ закричал Пак. Закончив со шнурками, Юнхо уже был готов выходить так же, как и Сонхва. — Спать хочется? — спросил отец у сына.       — Немного, — ответил Юнхо. Сегодня он не был разговорчивым.       Уже через десять минут все были готовы к выходу. Хонджун взял сына на руки, а Юнхо, в свою очередь, прижался к отцу и держался за его шею. На улице было скользко и Ким не хотел, чтобы его сын упал.       Снег на улице так и продолжал падать, и солнце на небе ещё не появилось — рано ещё. Белоснежное одеяло скрипело от походки обоих людей. А малыш уже засыпал в объятиях отца, перед тем как выходить, Сонхва ещё и укрыл сына одеялом, дабы тот не замёрз. А на улице и вправду был мороз, по ощущениям температура в минус двадцать градусов, что было неудивительно с утра.       — Машина промерзла, — Сонхва пытался открыть дверь, но из-за мороза не мог этого сделать.       — Дай мне, — сказав эти слова, Ким передал ребёнка Паку, и начал надавливать на ручку двери машины то на себя, то от себя. Через какое-то время у него это получилось, и Хонджун тут же завёл машину, чтобы немного разогреть.       — Глупые мы, что вчера об этом не подумали, — укачивая на руках сына, который уже засыпал, шёпотом сказал Сонхва.       Хонджун садился за руль, пока Пак укладывал Юнхо на заднее сидение; ребёнок уже мирно спал, когда Сонхва пристегнул его ремнями безопасности и накрыл тем же одеялом.       Туман преследовал семью всю дорогу до детского дома. Машин на улице было не так много, поэтому они не так беспокоились из-за этого. В машине даже после десяти минут поездки было прохладно.       Ким припарковался около детского дома с осторожностью, дорога была скользкой.       — Хэй, Юнхо, — Хонджун открыл дверь на заднее сиденье и принялся будить малыша. — Юнхо, — так же шёпотом проговорил отец. Ребёнок открыл глаза и начал тереть их, в то же время зевая.       Ким опять взял малыша на руки, и все они направились к зданию.

***

      Пройдя внутрь, их опять встречал Джисон, который ждал их уже некоторое время.       — Как я вижу, Юнхо так же, как и Минги, всю ночь не спал? — предположение Хана оказалось, на удивление, верным.       — Погодите, Минги не спал? — взволнованно спросил Сонхва.       — Ну, не совсем. Просто у него долго не получалось уснуть из-за волнения, — объяснил Джисон. — У детей часто так бывает, когда их усыновляют или удочеряют. Всё-таки они переживают.       — И то верно, — ответил Пак, смотря на Хонджуна, державшего на руках Юнхо, который опять успел уснуть.       — Ну, вы готовы? — спросил Хан, на что оба кивнули. — Минги тоже готов, так что вы можете пройти к нему.

***

      Сон, который носил на своей спине рюкзачок, и правда выглядел сонным. Когда они оказались в игровой, Юнхо уже проснулся, как будто чувствуя, что сейчас встретится с Минги вновь. Мальчик уже не находился на руках Хонджуна и встал на ноги, чтобы поговорить с Соном.       — Привет, Минги, — сказал первым Юнхо.       — Привет, — ответил Сон, улыбнувшись. — Привет, папа-хон и папа-сон, — уже повернувшись к паре произнёс Минги.       Родители даже немного удивились такому приветствию от нового ребёнка, так как никогда прежде не слышали, чтобы кто-то, кроме Юнхо, их так называл. Это было даже мило, ведь он перенял это от старшего брата. Юнхо же, в свою очередь, от радости начал прыгать.       Старший прижался к младшему и закричал:       — Правильно! — после чего отстранился и показал пальцем сначала на Пака. — Папа-сон, — переведя указательный палец на Кима, Юнхо продолжил. — И папа-хон.       — Да, правильно, — Сонхва не мог не улыбаться всё это время.       Минги почувствовал облегчение. Он не боялся, что его новая семья будет плохой или жестокой к нему, он боялся непринятия, он боялся быть обузой, но на удивление в первые же секунды пребывания в их обществе, как их сын и брат, Минги почувствовал себя частью этой семьи.       Слёзы начали накатываться на глазах Сона. От усталости, от боли за погибших родителей и от благодарности новой семье. Минги пережил слишком много для своих шести лет и даже несмотря на то, что в детском доме он пробыл не так много, почувствовав то, что наконец-то мог на кого-то положиться, Сон заплакал.       — Что случилось? — сначала слёзы заметил Сонхва, после чего сразу трое людей подошли к мальчику, который уже протирал кулачками заплаканные глаза.       Хан же, в свою очередь, присел рядом с Соном и приобнял, дабы немного успокоить и выслушать причину такой эмоциональности.       — Я так рад, — произнёс тихо Минги. — Спасибо, — после чего он посмотрел на новых родителей.       — Это тебе спасибо, — после паузы Сонхва продолжил. — Мы же тебя искали, а не ты нас, так что мы единственные, кто должен сказать спасибо.       — Давай пойдём в ванную и умоемся, — предложил своему новому брату Юнхо. Минги только кивнул в ответ.       После того, как мальчики закрыли за собой дверь, молодые родители и Хан остались в кабинете. Первым заговорил Ким:       — Он ведь любил своих родителей?       — Очень. У них много совместных фото осталось, и Минги всё время закрытый после инцидента. У него могут быть проблемы после такого опыта, так что наблюдайте за ним, — с надеждой в голосе произнёс Джисон.       — Безусловно, — ответил Хонджун.       Дверь кабинета заскрипела и в проходе появились мальчики, которые вернулись с уборной. Братья держались за руки. На лице Минги уже красовалась милая улыбка, которая смогла осветить всю комнату.       — Ну что, мальчики, пойдём? — сказал Сонхва.       — Ага, — сказал Юнхо, не отпуская руку новоиспечённого родственника.       — Надеюсь, вы ещё вернётесь, — в шутку кинул Хан. — Пока, Минги, пока, Юнхо, — улыбаясь и маша рукой, сказал Джисон.       На улице уже на удивление было солнечно, несмотря на то, что на часах только шесть часов. Семья уже направилась к машине. По пути Юнхо и Сон всё время разговаривали о том, какие игрушки кому нравятся, что они хотели бы на день рождения и куда хотели бы поехать на эти выходные. Братья быстро нашли общий язык, что не могло не радовать молодых родителей.

***

      Когда они оказались дома, Юнхо первым же делом повёл Минги показывать комнаты в доме. Сначала Сонхва и Хонджун хотели освободить один из кабинетов, чтобы поселить Минги в отдельную комнату, на что Юнхо сразу же негативно отреагировал — хотел, чтобы его брат жил с ним в одной комнате.       — Это наша с тобой комната! — представляя очередную комнату, выкрикнул Юнхо, заходя внутрь спальни.       Они решили перетащить стол, который там находился, немного в сторону, так освободив место для кровати Сона, которая была укрыто таким же белым одеялом, что и кровать его брата.       — Круто! — ответил Минги, улыбаясь и рассматривая комнату.       Юнхо плюхнулся на пуфик, рядом с которым находился другой. На место рядом указал мальчик, приглашая Сона присесть туда, что второй с неуверенностью, но сделал.       — И вот ещё, — Юнхо достал со стола рисунок, который нарисовал вчера. — Это наша семья!       — Ты сам это нарисовал? — спросил Минги, рассматривая рисунок, на вопрос Юнхо горделиво кивнул. — Очень красиво!       — Спасибо, — мальчик немного смутился из-за похвалы.       Тут в комнату зашли Сонхва и Хонджун, который держал, как заметили дети, что-то завёрнутое в подарочную упаковку.       — Минги, у нас для тебя есть подарок, — произнёс Пак, и, взяв у Кима коробку, которую тот любезно отдал, протянул Сону.       — Это правда мне? — Минги удивлённо моргнул.       — Ну конечно! — счастливо сказал Юнхо, хлопая в ладоши от радости, так как он знал, что это за подарок, и знал, что он понравится его брату.       Сон взял коробку с рук Сонхва и аккуратно снял упаковку красного цвета. Тут он увидел, что на обложке нарисован игрушечный поезд.       — Ого, это правда мне? — ещё раз, будто не веря, спросил Минги, на что его родители улыбнулись, кивая. — Спасибо большое.       Сон смущённо улыбнулся, смотря на подарок.       — Хочешь поиграть с ним? — спросил Юнхо, на что мальчик рядом кивнул.       — Ну, тогда мы пойдём, — сказал Хонджун, смотря на Сонхва, который радостно кивнул ему. — Может, я даже успею заполнить некоторые документы, — шёпотом добавил Ким, на что Пак кивнул уже понимающе.

***

      — И… Готово! — выкрикнул Юнхо, когда железная дорога была закончена. — Теперь можно и поезд сюда поставить. Хочешь сам это сделать? — спросил мальчик, указывая на маленький поезд.       — Если ты не против, — ответил Минги, смотря на их постройку.       — Конечно я не против. Почему я должен? — Юнхо улыбнулся. — Ну давай, ставь.       Сон кивнул и, взяв железный поезд, поставил его на железную дорогу. Как только включили механизм, паровозик поехал сам по себе по дороге, издавая звуки, которые обычно этот транспорт издаёт, через колонки.       — Вау, — произнесли оба мальчика, после чего засмеялись.       Они оба тихо наблюдали за поездом, и тут на Минги вдруг нахлынули воспоминания. Он вспомнил, как часто, он путешествовал со своими родителями. Его родители хотели, чтобы их сын увидел весь мир и чтобы потом не жалел о том, что он просидел только в одном городе всю жизнь. Несмотря на его возраст, он успел объехать почти всю Корею. Чаще всего они ездили в разные места именно на поезде. Но сейчас… Сейчас их нет.       По щекам Сона покатились горькие слёзы, которые хотелось бы остановить прямо сейчас, чтобы остальные не увидели его слабость и беспомощность, но, к сожалению, это было не в его силах.       Юнхо повернулся к своему брату, услышав тихие всхлипывания. Не говоря ни слова, тот придвинулся ближе, очень крепко обнимая, чтобы успокоить. На что Минги уткнулся в его плечо, продолжая, кажется, ещё сильнее плакать.       — Наверное, я до конца не могу понять, как ты себя чувствуешь, так как до этого у меня не было таких любящих родителей, как у тебя, — проговорил Юнхо, обнимая Сона ещё крепче. — Но я всегда буду рядом, просто помни это.       Минги начал успокаиваться, обнимая своего брата в ответ. А звуки паровозика так и продолжали звучать на фоне.

***

      Снег всё никак не переставал падать перед рождественским вечером. Словно сияя, эти маленькие частички замороженной воды так и норовили осесть на уже мягкой из-за других снежинок земле. В вечер, когда от солнца не осталось ни следа, эта атмосфера усилилась вдвойне. Как будто, когда люди засыпают, самые магические существа выходят и колдуют. Мороз, снег, пар, который появляется вследствие дыхания — всё это будто проделки магических существ, уж слишком зима чарующая для реального мира. Вода превращалась в маленькие белые плоские кружочки с разными узорами. Где-то Юнхо прочёл, что каждая снежинка имела уникальный узор. После этого мальчик по-другому смотрел на снег. Юнхо всё никак не мог понять, как среди миллиард снежинок, которые хотя бы раз падали на землю, люди не нашли идентичных.       Двое малышей сидели около большого окна в гостиной комнате, пока родители готовили блюда на завтрашнее празднование.       — Что вы там такого интересного увидели? — Хонджун переносил посуду на кухню, проходя мимо ребят. Ким посмотрел в окно с таким же интересом, как будто должен был там увидеть что-то странное.       — Снег такой красивый, — положив подбородок на свои ладони и посмотрев в окно, ответил Юнхо.       — Особенно перед Рождеством, — дополнил Минги.       Мальчики продолжали насыщаться новогодней атмосферой, пока Ким продолжал свой путь на кухню в замешательстве от сыновей.       Во всём доме стоял приятный запах выпечки. Мальчики решили тоже помочь родителям с приготовлением печенья. После того как Юнхо и Минги надели фартуки, которые были им не по размеру, мальчики принялись с серьёзным видом делать лепёшки.       Песня, которая играла на колонках в гостинной, отдавала духом Рождества вперемешку с ароматом печенья — это напоминало фильмы. Любовь, тепло и уют, поселившиеся в сердцах каждого члена семьи, согревали в этот рождественский вечер.       Пока Юнхо и Минги делали печенья, мука смогла оказаться не только на их руках, но и на лице, что казалось забавным. Юнхо потёр свой носик, тем самым размазывая муку ещё больше.       — Идите умойтесь и… — сказал Хонджун, смотря на часы, он увидел, что сейчас шесть вечера, что было не так уж и поздно, — если хотите, можем ещё и погулять.       — Правда? — переспросил Минги, и они с Юнхо одновременно посмотрели на друг друга.       — Ага, только сначала умойтесь и переоденьтесь, — Сонхва улыбнулся, после чего мальчики поспешили в свою комнату, наспех сняв фартуки.

***

      — Как красиво! — первым делом сказал Юнхо, когда они оказались на улице. Сонхва и Хонджун ещё были дома и собирались.       Потом, с хитрой ухмылкой на лице, Юнхо легонько толкнул Минги, и тот упал в снег и засмеялся.       — Эй! Ты чего? — сквозь смех сказал Сон.       — Прости-прости, — Юнхо улыбнулся и протянул руку Минги, тот схватил её и потянул мальчика вниз тоже.       Юнхо вскрикнул от неожиданности, но когда оказался на снегу рядом с Соном, звонкий смех раздался с его уст.       — Эй, вы же простудитесь, — разнёсся голос Сонхва, который успел выйти на улицу в пальто кремового цвета, а за ним уже был и Хонджун, одетый в тёмную куртку.       — Мы же в куртках, мы не простудимся! — выкрикнул Юнхо, который уже не лежал в снегу, а сидел на нём. Минги сел так же, как и его брат.       — Вставайте, — проигнорировав слова своего сына, он протянул руку сначала Минги, которая помогла ему встать, а потом и Юнхо, который сначала протестовал, но потом всё-таки взял его руку тоже. — Играйте, но на снегу не сидите и не лежите. Договорились?       — Ладно, — произнесли оба мальчика одновременно.       — Давай снеговика, значит, слепим? У нас уже один есть, — Юнхо указал на снеговика, которого он успел слепить ещё в начале зимы. — Ему же нужен друг.       — Хорошо! — Минги и Юнхо побежали куда-то в сторону подальше от родителей.       Пак вздохнул с улыбкой на лице и сел на ступеньки, которые он обычно подметал, чтобы там не оставался снег.       — А говоришь им, что те простудятся, — Хонджун усмехнулся и сел рядом.       — Так я же не на снегу сижу, а на ступеньках, — проговорил Сонхва, прижав колени ближе к своей груди.       — Но ступеньки же тоже холодные, — Ким провёл рукой по чужим волосам, которые уже успели отрасти, из-за чего выглядывали чёрные пряди на верху головы.       — Давай я просто отвечу на это, что я больше переживаю за их здоровье, чем за своё, и мы закроем эту тему? — с надеждой в голосе сказал Пак и, чувствуя чужие поглаживания по своей голове, начал расслабляться. — Нужно будет опять покрасить волосы, а то я не помню, когда последний раз был в парикмахерской. Наверное, мои волосы выглядят ужасно.       — Ты никогда не будешь выглядеть ужасно, — сказал тихо Ким, немного уставшим голосом. — Особенно для меня.       Сонхва улыбнулся. Они, наверное, сидели так полчаса, слыша дуновение лёгкого ветерка и голоса их сыновей, которые что-то между собой обсуждали, наблюдая за тем, как белые снежинки падали вниз, сразу же сливаясь с покрывалом такого же белого снега.