Золотой Снитч

      Возвращаясь в башню гриффиндорцев, Гермиона опасалась чрезмерного внимания к себе. Ей просто хотелось незаметно прошмыгнуть в спальню и немного поспать – как никак вечером ей потребуются силы и нервы, чтобы снова не заколдовать Малфоя. Однако стяжателем славы ей не суждено было стать в этот день. Гостиная гудела. У многих мальчишек был изрядно потрёпанный вид.       - О, Гермиона, с возвращением! – поприветствовал её Джордж, зажимая платок у носа.       Девушка направила на него палочку и залечила кровотечение.       - Ты пропустила всё самое интересное, уж извини, - подскочил Фред.       - Ну, не знаю. Кто-то устроил взрыв в кабинете Снегга. Догадайся, кому пришлось там прибираться без магии, - язвительно заметила Гермиона.       - Ты убиралась у Снегга?! – изумились близнецы.       Гермиона кивнула.       - Это ужасная оплошность! – воскликнул Джордж.       - Да, там всё должно было разлететься на куски, а ты отделалась всего парой часов – какой-то из зарядов не сработал! – причитал Фред.       - Сочувствую, - иронизировала Гермиона, шагая к креслу, где лежал Живоглот.       Кот с радостью уступил хозяйке место и устроился у неё на коленях.       - Как ты? – спросил подоспевший Гарри.       - Чудовищно! - громко выпалила Гермиона, поглядывая в сторону близнецов.       - Но ты так уделала Малфоя! – с восхищением заметил Рон, устраиваясь рядом на ковре, - Гермиона, я уверен, что ты знаешь и более отвратительные заклинания, но ты всё равно мой кумир!       - То есть чтобы стать твоим кумиром мне нужно было всего лишь заклеить рот Малфою? Сварить оборотное зелье - слишком просто, проверять твои домашние задания – слишком мелко, заниматься на двух уроках одновременно – чересчур бесполезно…       - Да ладно тебе! - смутился Рон.       - Нет, правда, я тронута, Рональд. Когда в следующий раз будешь мне переччить, не забудь, что я твой кумир.       Гарри закатил глаза, надеясь, что эти двое всё-таки не поссорятся, и ему не придётся опять неделями существовать в гнетущем молчании друзей.       - Как ты вытерпела наказание у Снегга? - спросил Гарри.       - На самом деле , - Гермиона наклонилась к друзьям и продолжила шёпотом, - в кабинете зельеварения камня на камне не осталось. Мне помог Малфой.       Повисшая пауза сменилась ещё одной паузой. Гарри и Рон просто не могли осознать эти слова.       - Малфой, который хорёк? – выдавил всё-таки Рон.       Гермиона кивнула.       - Но зачем? – спросил Гарри.       - Могу задать тот же вопрос.       Не углубляясь в суть общения с Малфоем, Гермиона рассказала, как Снегг ушёл за Филчем, после чего появился Малфой и, глумясь над ней, привёл в порядок кабинет Снегга.       - Это очень странно. Может, он был под империусом? – предположил Рон.       - Возможно. Это не вы постарались? - улыбнулась Гермиона.       - Гермиона, это непростительно! – передразнивая подругу, заявил Гарри.       Все трое рассмеялись. Гермионе стало даже не так обидно, что её наказание ещё не закончилось, растянувшись на сегодняшний вечер и первую половину дня воскресенья. Впрочем, Гарри и Рон восприняли это известие с должным состраданием.       Когда друзья обсудили все происшествия нынешнего дня, начиная с завтрака, и Гермиона, наконец, оказалась в кровати, сна не было ни в одном глазу. Она проворочалась около получаса, полистала несколько книг «для лёгкого чтения», но не могла сосредоточиться на тексте ни одной из них. Там не было ответа, почему Малфой помог ей, и какой очередной пакостью с его стороны ей это обернётся. ***       Слизереинцы кляли на чём свет стоит своих вечных противников в красно-золотых галстуках, Нотт пытался залечивать ссадины и синяки своим приятелям, но у него мало что получалось: ушибы всё больше опухали, а кожа на синяках лопалась и кровоточила. Впрочем, Блейз всё исправлял с обречённым видом уставшей няньки, поэтому Тэо ещё не вышвырнули из гостиной.       Поскольку всё внимание было приковано к Нотту, Драко улизнул незамеченным. В спортивной форме. С метлой.       Ему не удавалось ни на чём сосредоточиться с той самой минуты, когда он увидел обречённое выражение на лице Грейнджер, читавшей восьмой пункт списка Снегга.       Грейнджер, я разочарован не меньше твоего. У меня были планы покруче, чем собирать на закате призрачный мох с тобой. Придётся тебе потерпеть, вечерок у тебя будет тяжелый, гарантирую.       И всякий раз, когда в памяти всплывало это разочарование в её глазах, Драко накрывала новая волна злости. На неё, что она считает его настолько омерзительным. Но больше на себя, что ему это небезразлично.       Мороз крепчал. Но Драко знал, что ему сейчас поможет только полёт на метле. Поднявшись в воздух, парень осознал, как скучает по Квиддичу. И кому только пришло в голову отменять Квиддич из-за какого-то турнира, посвящённого восхвалению Поттера?! Поттер справился с хвосторогой! Поттер самый юный участник Турнирах Трёх Волшебников! Поттер на первой полосе «Ежедневного Пророка». Драко никогда не обыгрывал Поттера. Ни-ког-да.       От этих мыслей можно было просто взорваться. К счастью, холодный воздух остужал вулкан в груди Малфоя. Даже кончики пальцев в перчатках стали замерзать. Драко решил спуститься пониже, а вскоре и вообще вернуться в замок.       Много студентов гуляло, несмотря на холод. Правда безумия подниматься в воздух на метле хватило только Драко. И вдруг он услышал:       - Виктор, так нечестно: мы договаривались без магии!       Драко посмотрел вниз. Возле озера Грейнджер, уперев руки в бока, наблюдала, как Крам с помощью волшебства поправляет снеговика. Малфой подлетел чуть ближе, не снижаясь, чтобы ему было лучше слышно.       - Гермиона, сегодня очень холодно. Такой снег плохо лепится, - оправдывался Крам.       - Просто ему нужно чуть больше тепла, - ответила девушка, весьма ловко справляясь со снежным шаром.       Через какое-то время у неё получился снеговик-кот весьма пугающего вида.       По образу и подобию своего рыжего мяукающего чудовища! Грейнджер, а что сразу не Поттера вылепила?       Гермиона хвасталась своей работой, потирая руки в варежках друг от друга.       - Ты победила, это точно, - согласился Крам и вдруг его губы разъехались в такой робкой улыбке, какая совсем не шла его привычно серьёзному лицу звезды Квиддича.       - Это просто магловский опыт.       - Ты необыкновенная и в нашем мире, и в мире маглов.       Крам стянул варежки с её рук и обхватил окоченевшие ладошки своими большими пальцами.       - Спасибо, но ведь есть согревающее заклинание, - заметила Гермиона.       Да, Гренджер, и Крам точно его знает!       - Я больше не жульничаю. Мы же договорились без магии, - Виктор поднял её руки к своим губам и то ли поцеловал их, то ли подул в ладони, чтобы ей было теплее.       Какая честная сволочь! Да он просто слюни пускает, как хочет прикоснуться к твоим ледышкам. Сейчас ты и длинный нос отогреешь! Попроси ещё пощекотать его, тебе ведь так нравится водить кончиком пера по своему носу на уроках, что аж смотреть невозможно – хочется чихнуть… Салазар, почему я столько знаю о твоём грёбаном носе?!       Гермиона улыбалась и продолжала что-то говорить Виктору, но Драко уже ничего не слышал. Кровь стучала в висках с беспощадным бум-бум-бум. Крам наклонился к её лицу.       Ну, уж нет!       Драко направил метлу в сторону Грейнджер и Крама и пролетел практически над их головами, едва-едва не задев Виктора.       - Малфой! – яростный вопль Гермионы сразу раздался ему в спину.       - За тобой должок, Грейнджер! - ответил Драко, на секунду обернувшись, чтобы убедиться… чтобы его было лучше слышно.       Драко в ярости влетел в гостиную. Даже Нотт не успел сориентироваться, чтобы задать напрашивающийся вопрос – Малфой уже скрылся в спальне. Он завалился на свою кровать и закрыл лицо руками. Перед ним снова и снова, словно колдография, всплывало, как Крам тянется к Грейнджер. А потом воображение дорисовывало, как в болгарского ловца летит луч круциатуса.       Как бы тебе это понравилось, Грейнджер?! Надеюсь везучий святой Поттер уделает Крама на следующем испытании! Мерлинова борода! Я думаю о грязнокрове и желаю победы Поттеру…       Драко накинул на себя одеяло. От тепла его стало клонить в сон, и он быстро отключился с мыслью, что больше не будет думать о Грейнджер. Никогда. Ни в каком контексте.       Проснулся парень спустя час с приятным возбуждением, именем Грейнджер на губах и полным осознанием, что он будет думать о ней каждый чёртов день. Неплохо было бы обзавестись зельем сна без сновидений. ***       С наступлением сумерек Гермиона пошла к хижине Хагрида. За чаем она рассказывала новости последних дней, поглядывая в окно, не появился ли Малфой. Они толком не договорились о встрече. И Гермиона вообще полагала, что он не придёт – не зря же напомнил ей про должок. Она решила, что допьёт вторую чашку и пойдёт за мхом одна.       Поблагодарив Хагрида за наводку, где искать призрачный мох, и отказавшись от его помощи – она подозревала, что Снегг может поймать её на этом – Гермиона нацепила шапку и пошла в сторону леса, подсвечивая себе путь волшебной палочкой. Однако не успела она скрыться за первыми деревьями, как услышала хруст снега от чьих-то стремительных шагов.       Гермиона не стала останавливаться, но шаг замедлила. Малфой не окликнул её, также идя за ней по пятам.        - И что это значит, Малфой? – Гермиона не выдержала молчания, хотя и не сомневалась, что это он – она чувствовала спиной этот взгляд, не дававший ей покоя уже несколько дней.       - Ты о чём? – буркнул Драко, как будто не расположенный к разговорам.       - Ты ведёшь себя странно. Мог хотя бы крикнуть «эй, грязнокровка», а не шагать молча. Я уж подумала, тебе опять рот заклеили.       - Могла бы обернуться и сказать, как рада, что не придётся тащиться в чёртов Запретный лес одной, - ледяным тоном ответил слизеринец.       - Далеко идти не надо, - фыркнула Гермиона, - да и твоё присутствие не особо ободряет. Не помню, чтобы ты отличался храбростью - не ты ли чуть не погиб от клюва гиппогрифа?       - Да уж куда мне до Поттера и Уизли?! – Драко не удалось держаться холодно и отстранённо, потому что терпеть её насмешки с какого-то времени стало невыносимо.       Гермиона обернулась, немного удивившись резкой сменой его интонации, и слегка остолбенела: Драко был одет с иголочки: пальто с пепельным меховым воротником, шапка в комплект ему, кашемировый шарф, кожаные перчатки и классический ботинки. Это всё так шло ему, и подчёркивало, что по какой-то чудовищной несправедливости малодушному паршивцу досталось хорошее телосложение, да и в чертах лица уже сейчас прослеживается мужественность, а глаза совсем не бесцветные – в них настоящая буря.       Стоп, Гермиона! Ты подумала о глазах Малфоя! Этот придурок пальто в лес нацепил, при чём тут его глаза?!       - Что? – резко спросил Драко, не увидев в её взгляде издёвки, которую слышал в словах секундой ранее.       - Ты не в курсе, как в лес одеваются? – уточнила девушка.       - Аристократ остаётся аристократом всегда.       - У тебя аристократизм головного мозга, - усмехнулась Гермиона и пошла дальше.       - Грейнджер, а где же твои друзья с героизмом головного мозга? Почему тебе компанию не составили? - Драко не отставал, напоминая себе, что гриффиндорка должна запомнить этот вечерок.       - С чего бы им здесь быть? – Гермиона совершенно искренне не понимала, к чему клонит Малфой.       - Ну, как же, чтобы помочь тебе.       - Я в помощи по таким пустякам не нуждаюсь.       - И сегодня в кабинете Снегга тоже не нуждалась, только почему-то не твои друзья помогли тебе выкрасть свободное время на Крама.       - По-твоему, они должны были заявиться к Снеггу, чтобы разделить моё наказание?! – с вызовом спросила Гермиона, инстинктивно пустившаяся защищать Гарри и Рона.       - Почему нет? Ты же делаешь их домашнее задание. Нудишь, что они должны учиться сами, но делаешь, - Драко даже не сомневался, что Гермиона помогает с учёбой Поттеру и Уизли, и по реакции девушки понял, что попал в точку.       - Это другое.       - Но я-то смог прийти.       - И они бы смогли!       - Я нисколько не сомневаюсь! лезть в тайную комнату, гоняться за Блэком, защищать философский камень. Достойный список подвигов. Так разве для них проблема пробраться в кабинет зельеварения и выручить подругу? – Драко закончил свою патетичную речь и едва на наскочил на девушку, потому что та внезапно остановилась.       Гермиона ощутила горечь от его слов. Она не сомневалась в том, что их с мальчиками связывает настоящая дружба, но ей даже в голову не приходило, что они тоже могли бы ей помочь хоть в чём-то, касающемся учёбы.       - Они спасли меня от тролля, - отчеканила Гермиона, с вызовом глядя в глаза Малфою, ей даже пришлось задрать голову, потому что он по-прежнему стоял слишком близко.       - Так я тебе и говорю, что они ввязываются только в подвиги, которые их прославят. Твои проблемы мелочны для них, - произнёс Драко, наслаждаясь тем, что поселил в душе Гермионы сомнение.       Гермиона подошла к толстому дереву.        - Не тебе рассуждать о дружбе, - сказала она, растапливая снег на стволе заклятием, под ним ствол серебрился, отражая свет восходящей луны, - наивно считать друзьями двух амбалов, которые выбирают компанию в зависимости от влиятельности отцов.       - Я не говорил, что у меня есть друзья, - Драко пожал плечами, это была слабая попытка зацепить его.       - Нечем гордиться, если у тебя их нет, - сурово отрезала Гермиона.       - Лучше никаких, чем как такие, как у тебя. Они прекрасно знают, что отбывать наказание гриффиндорцам у Снегга не сказка.       - Они не знали, что я у Снегга.       - Да неужели?!       - А почему ты пришёл?       Гермиона снова обернулась к Драко, надеясь если не услышать ответ, то прочитать его по напряженному лицу.       - Собирай мох.       Какое-то время они в молчании собирали и раскладывали по коробкам призрачный мох. Гермиона не могла жить с осознанием, что чего-то не понимает, а потому странное поведение Малфоя не давало ей покоя. Ей было бы всё ясно, окажись на его месте нормальный парень – Эрни Макмиллан, да хоть кто угодно! Признать человечность в Малфое никак не удавалось: вечно брезгливое выражение лица, нескончаемая надменность в каждом его движении…       - Я думала, ты не собираешься этим заниматься, - выпалила девушка.       - Ты Снегга слышала? Это вроде как моё наказание.       - Да, но тебе бы всё сошло с рук. И ты сказал, что за мной должок.       - Грейнджер, неужели ты рассчитывала отделаться вечерней прогулкой? Я напомню тебе про этот должок, когда придёт время, и твоё гриффиндорское тошнотворное благородство не позволит тебе отказать мне, - Драко зловеще улыбнулся.       Гермиона закатила глаза.       - Вот уж чего ещё я в жизни не боялась! Малфой, ты ничто без своего отца. У моего отца связи в Министерстве, мой отец знает этого, мой отец не допустит, - девушка весьма утрированно спародировала его.       - А ты кто? Подружка Крама? Ты с ним встречаешься, только чтобы кичиться своим положением. Наконец-то, удалось обратить на себя внимание всей школы! Второе место по популярности после Поттера достаточно для тебя приемлемо, Грейнджер?       - У Виктора полно достоинств, и, кстати, его популярность только мешает! – Гермиона разозлилась так, что машинально начала грозить пальцем, произнося эти слова.       - Ты хочешь, чтобы я поверил, будто бы тебя, выскочку, устраивает находиться в тени Поттера?       Шоколад в глазах Гермионы закипел. Её взгляд обжигал. Но даже в это мгновение Драко не видел, что она искренне его ненавидит. Было в её глазах что-то другое.       - Это у тебя пунктик на популярности! Трудно жить, когда не можешь быть лучшим ни в чём, несмотря на чистоту своей крови, не так ли?       - А трудно жить, постоянно пытаясь заслужить похвалу, уважение, признание? Ты прилежная студентка, удобная подруга, девушка в самом красивом платье… А без всего этого, кому ты нужна? Кто-то знает, какая ты настоящая?       К своему большому изумлению Гермиона почувствовала боль. Ей не хотелось признавать, что Малфой прав хоть в чём-то, но её страхи, озвученные вслух, становились невыносимыми настолько, что слёзы наворачивались на глазах. Девушка сжала губы, чтобы сдержаться.       Грейнджер, только не зареви!       Драко поспешил отвернуться, бросив на неё ещё один взгляд свысока. Он ощущал свою победу, но не испытывал ни радости, ни удовлетворения. Ему не нужны были её слёзы, тогда что? Едва слизеринец поймал себя на мысли, что ему совсем не нравится расширять пропасть между ними, как почувствовал жгучий холод за шиворотом. Снег таял впитываясь в свитер.       - Приятно познакомиться, настоящая Гермиона Грейнджер, - язвительно раскланялась девушка и обогнала его, - что, аристократизм не согрел?       - У тебя фора секунда, - крикнул Драко, - и она уже прошла.       Малфой бросился её догонять. Гермиона попыталась бежать, но это была слишком никчёмная попытка. Драко схватил её за ногу и повалил в снег. Гермиона, не растерявшись, слепила снежок и запустила его прямо в голову Драко, сбив с него шапку. Воспользовавшись его замешательством, девушка вскочила на ноги. В ярости Малфой потянул за ветку ближайшего дерева. Снег с неё свалился им на головы, только Гермионе, в отличие от него самого, это практически не доставило неудобств: её шапка плотно сидела на голове, куртка хорошо защищала шею, а сапоги не давали снегу добираться до носков.       На этот раз Драко слепил комок из снега и запустил в Гермиону. Гриффиндорка доблестно давала отпор. Они кидались снежками и так увлеклись, что вдруг им стало весело. Гермиона улыбалась, когда ей удавалось попасть в Драко. Его веселили старания девушки не поскользнуться. В очередной раз он погнался за Гермионой, надеясь толкнуть её в сугроб, как вдруг гриффиндорка всё-таки поскользнулась и опрокинулась назад. Драко бессознательно протянул ей руку, чтобы она удержалась, но его ноги тоже поехали по предательской корочке льда, и они рухнули оба. Гермиона торопливо сползла с него в сторону, тревожно оценивая, как Драко распластался на тропинке.       - Да жив я, - пробормотал Драко, поднимаясь.       Гермиона отряхивалась и выпутывала снежные комочки, налипшие на выбившиеся волосы. Драко так и стоял весь в снегу, наблюдая за ней. И она казалась ему чертовски милой и мягкой в этой странной магловской одежде.       Когда девушка привела одежду и волосы в порядок, она продолжила путь в сторону замка, но через два шага обернулась м сказала:       - Пошли, мы исчерпали лимит отведённого времени. Мне надоели наказания сегодня.       - Не командуй, - с прежним высокомерием ответил Драко.       Они вернулись в школу, больше не проронив друг другу ни слова. Слишком много пугающих эмоций. Сегодня не было той дурманящей атмосферы бала и духа Рождества, и свечей на ёлках, красивой магии и кружащей музыки. Но общество друг друга им всё равно не было отвратительно, и казалось каким-то правильным и нужным.       Гермиона не знала, стоит ли попрощаться с Драко, но в итоге всё-таки произнесла:       - Спокойной ночи.       Драко, который весь оставшийся до замка путь старался на неё не смотреть, в итоге всё-таки подарил себе мгновение окунуться в чашки с горячим шоколадом. И Гермионе в этот момент показалось, что она впервые увидела его глаза – в них было что-то стихийное, загадочное и опасное, но такое сильное и искреннее.       - Спокойной ночи, Грейнджер, - ответил слизеринец, - про платье чушь, а про остальное подумай.       Щёки Гермионы вспыхнули, и она торопливо удалилась в сторону башни Гриффиндора.       Драко чувствовал себя окоченевшим, ощущая мокрый холод за пазухой, в ботинках, в волосах, но ещё никогда ему не было так тепло где-то глубоко внутри. И это тепло ласковыми волнами расходилось по всему телу, стоило представить мокрые от снега ресницы Грейнджер.