Кому какое дело до твоей мечты?

Итан любит его безумно сильно и в той же степени теперь ненавидит, потому что именно этот человек становится для него самым важным и разбивает сердце. За очень короткий промежуток времени Торкио меняется кардинально. Он больше не тот милый парень, который готов сделать всё что угодно, лишь бы Дамиано было хорошо, он хочет найти его, заставить признаться в чувствах, которые явно есть, а потом бросить, как бросал его сам Давид несколько раз. Итану больно, он желает выплеснуть боль на кого-то. Почему от него сбежали?! Он же делал всё, выкладывался по полной, дарил заботу, любовь, нежность. Чёртова несправедливая жизнь. Торкио ищет Дамиано весь день, но в клубе его нет, а работодатель Давида говорит, что он уволился. Может стоит закончить искать? Начать жить своей жизнью, найти другого? Но Итан не способен на это. У него какая-то навязчивая больная идея, парень желает отомстить, хотя сначала хочет увидеть Дамиано ещё один раз, обнять, поцеловать, услышать признание в любви. В душе Торкио добрый, и он сам знает про себя это, но парень забивает эту часть в самый дальний угол и внушает себе, что Давида нужно проучить, показать ему, что он на самом деле теперь чувствует. Итан волнуется за парня, переживает, осознаёт, что, если когда-нибудь причинит ему боль, себя уже не простит, не сможет этого сделать. Барабанщик много времени уделяет музыке, а в остальное — он пьёт, шатается по клубам и барам, надеясь найти Давида. И однажды ему везёт. С их последней встречи проходит, наверное, недели полторы, и Торкио натыкается на Дамиано в другом конце Рима в одном из мест ночных развлечений. Итан не верит своим глазам: это его Давид, снова в чёртовом наряде шлюхи, флиртует с каким-то мужиком. И у барабанщика слетают тормоза. Опять. В присутствии Дамиано часто такое происходит. Он быстро направляется к ним, хватает собеседника парня за руку и резко отталкивает, прогоняя. Тот возмущён, хочет даже драться, но понимает, что подобное излишне, и просто покидает их, не совсем лестно выражаясь о Торкио. — Итан, — виновато тянет Давид. Он пытается забыть его всеми силами, пытается снова убедить себя, что он не достоин кого-то такого как Торкио: заботливого, любящего. Когда Дамиано сбегает, он желает исправиться, стать хорошим для Итана, чтобы быть с ним, но постепенно осознаёт, что это не в его силах, и просто продолжает свою старую жизнь в новой квартире, в новом клубе, в новом районе, только чтобы не пересекаться с Торкио. Барабанщик пьян и не немного, а явно перед приходом сюда опустошил не одну бутылку. Итан не хочет контролировать свой язык, не хочет быть хорошим по отношению к нему. Он ничего не говорит, просто достаёт деньги. Дамиано желает как-то оправдаться, что-то сказать, но Торкио затыкает его жестом. — Сделаем вид, что мы друг друга не знаем. — говорит Итан, давая парню понять, что всё в прошлом, все их недоотношения, встречи, разговоры. — Мне нужна разрядка. Дамиано задевает это, но он кивает. — Хорошо, — парень понимает, что сам виноват во всех своих бедах, и ему жаль, а ещё больно от чужих слов, но делать нечего. — Здесь есть какие-то комнаты? — интересуется Торкио, и Давид встаёт и ведёт его в одну из таких. В похожей всё начиналось, здесь, наверное, закончится. Итан превращается в мудака, которых ненавидит всем сердцем, от которых не раз сам спасал Дамиано, и которые умеют только причинять боль. — К стене, — приказывает Торкио, он не целует, не обнимает, не говорит ничего кроме приказов. Его пальцы, дрожа и заплетаясь, снимают с Дамиано шорты. — Каково это быть шлюхой? — издевается Итан. Он ужасен, позволяет себе такое. Да, он открылся Давиду, а тот просто ушёл, но это не даёт ему права совершать что-то подобное. — Нравится крутить задом перед другими мужиками? В Торкио говорит обида напополам с алкоголем, и эти фразы доводят Дамиано до слёз. Он никогда раньше не плакал из-за чего-то подобного, но слышать это от Итана — единственного человека, который его поддерживал и понимал, — перебор. Барабанщик продолжает издеваться над ним. Торкио спускается ладонью по чужой пояснице, обтянутой сетчатой майкой и проводит между ягодиц, толкаясь внутрь сразу двумя пальцами. Дамиано растянут, и Итан почему-то знает это заранее. Давид утыкается лбом в стену, пытаясь заглушить противные голоса в голове, повторяющие слова Торкио. Парню обидно и горько, но он всё равно возбуждён. Из-за этого человека, из-за всего, что бы он с ним не делал. Может пора уже смириться, что он просто шлюха? Но Дамиано каждый день пытается доказать себе, что это не так. Всё началось как раз со знакомства с Итаном, этот парень изменил его жизнь, а теперь, кажется, хочет разбить всё и уничтожить. Торкио больно тянет его за волосы, заставляя запрокинуть голову. Барабанщик вынимает из чужого тела пальцы, собираясь перейти к основной части, и на секунду отстраняется, раздеваясь и готовясь приступить к тому, ради чего он пришёл. Давид опять упирается лбом в стену, и Торкио обхватывает ладонью его лицо, нижнюю его часть, и тут вдруг осознаёт. — Ты плачешь? — рука становится мокрой, и парень пугается не на шутку, неужели он причинил физическую боль, — Тебе больно? Логичный вопрос. Итан быстро откидывает все свои ебаные планы, он же не монстр?! Он не может причинить вред этому парню, только немного поиздеваться над ним словами, мстя за причинённую побегом боль. — Очень, — говорит Дамиано, и Торкио паникует, разворачивает его к себе, смотрит в красные от слёз глаза. Сейчас нужно извиняться, успокаивать Давида, умолять простить его. Итан не готов больше страдать, но он также не может позволить страдать кому-то. Он думает, что причинил боль физическую. — Что у тебя болит? — обеспокоенно спрашивает Итан, и Давид грустно смотрит на него. — Сердце, — Дамиано закрывает глаза, запрокидывает голову. — Я знаю, Итан, что я просто шлюха, я не достоин тебя, и то твоё поведение, дававшее надежду, уже в прошлом, потому что я всё похерил. И я согласен сейчас переспать в последний раз. Сделай всё, я умоляю, мне тоже нужна эта разрядка, потому что я ни с кем полноценно в эти дни не был. Причини мне лучше физическую боль, она заставит меня забыть обо всей остальной. Можешь ненавидеть меня, презирать, пожалуйста, но мне правда жаль, и я надеюсь когда-нибудь мы начнём нормально общаться. — Дами, — Итан понимает каждое его слова, и ему становится так стыдно, так противно от себя. Он ужасный человек, раз хочет вот так вот воспользоваться и без того убитым горем и самобичеванием парнем. — Прости меня, — Торкио быстро стирает пальцами слёзы, — Я придурок, я хотел отомстить тебе, какой же я идиот. Итан прижимает Давида к себе, извиняясь и надеясь, что им удастся поговорить, установить контакт, решить всё вместе и больше не расставаться. Давид тихо говорит ему, что не стоит переживать и виноват во всём именно он. Это может продолжаться бесконечно, пока одни губы не нащупывают другие и они не начинают целоваться, сильнее хватаясь друг за друга, постепенно снимая оставшуюся одежду. Каждый из них ошибался. Каждый определённо ещё будет это делать, но в данный момент они довольны результатом. Только перед тем, как залезть в кровать, Дамиано протягивает Итану деньги обратно. — Забери, — просит парень. Он больше никогда не хочет иметь с этим человеком такие отношения. — Почему? — Торкио боится, что тот снова уйдёт, порвёт все связи. — Я не хочу заниматься этим за деньги. Это неправильно. Всё, что происходит между нами с тобой, для меня это не работа, а нечто большее, не хочу, чтобы деньги участвовали в этом, — объясняет Давид. И это радует Торкио. Это и правда уже начинает напоминать перемены к лучшему. А дальше все проблемы и мысли уходят, потому что парни погружаются друг в друга. В комнате душно, простыни смяты, а они лежат на кровати и, обнимаясь, как в старые добрые, относительно, времена и засыпают. Итану плевать, что это не в его квартире, главное, чтобы с Дамиано. Он верит в лучшее и надеется, что завтра всё наладится и станет идеальным.

***

Торкио открывает глаза и чувствует рядом чужое тепло, глупо улыбаясь и в то же время начиная переживать. Он злится на себя за вчерашнее поведение, хочется ещё раз извиниться и прояснить ситуацию. Парню немного страшно, что жизнь вновь начнёт с ним играть и заставит страдать. Дамиано тоже просыпается и сразу же утыкается Итану в шею, что-то ещё сонно шепча. Ему так хорошо. — Я люблю тебя, — наконец внятно произносит Давид, приподнимаясь, смотря в чужие глаза, — Прости, что бегал от тебя. Ты достоин лучшего, и я боюсь, что испорчу тебе всё, но я люблю тебя и не могу больше страдать. Итан моргает, кажется, что всё это ему ещё снится. — Я тоже люблю тебя, — наконец отвечает Торкио и разделяет с ним поцелуй, который вновь перерастает в нечто большее. Через пару часов они наконец выходят. Дамиано обещает Итану побыть с ним как можно дольше, а ещё Торкио очень просит парня переехать в его квартиру. Давид мнётся, всё-таки решение достаточно серьёзное, но потом соглашается, ведь живёт он один раз. Дамиано увольняется уже со второй работы и, быстро собрав вещи, едет вместе с Итаном, который весь день не может скрыть счастливую улыбку. На репетицию они идут вместе, Торкио приходится уговаривать парня, и тот соглашается. Вик с Томасом никак не комментируют появление Давида, просто Раджи протягивает ему микрофон и говорит: — Давай, приятель, будешь петь, — и Дамиано сначала мнётся, а потом с удовольствием принимает его, увидев поддерживающий взгляд Итана. С Томасом ему должно быть неловко, после прошлой встречи, а главное после её завершения, поцелуя, но тот нормально к нему относится, и Давид мечтает о хорошей дружбе с этим парнем. Виктория тоже неплохо на него реагирует. Не ругается, не орёт, а просто принимает, будто всё идёт в порядке вещей. Как только Давид начинает петь, все его замашки вылезают наружу, он гиперактивен, слишком воодушевлён, парень флиртует со всеми подряд, подходит к Итану, мешая ему играть, танцует, извивается, выкладывается по полной. И Торкио не может оторвать от него взгляд. Этот день они полностью проводят с группой. Друзья Итана получше узнают Дамиано, да и сам парень узнаёт. Они немного пьют, шутят, веселятся — это именно то место, о котором мечтает Давид. Его принимают словно своего, наверное, Итан постарался. Хотя в связи с предыдущим днём парень не уверен. Дамиано за несколько следующих недель обживается у Итана, идеально вливается в их группу и уже готов отыгрывать концерты. Как-то всё само получается и складывается просто идеально. Будто они попадают в какую-то сказку. Всё что происходит именно то, о чём Дамиано так долго мечтал, а главное — любимый человек рядом. Это ли не счастье?! Жизнь идёт слишком хорошо, и, по идее, должен быть подвох, но его пока что нет. Может ему наконец-то улыбнулась судьба и дала шанс выбраться из вечного кошмара под названием «его существование». Постепенно прошлая работа Дамиано забывается, и он становится известным вокалистом группы «Måneskin», только слегка экстравагантным и со своими замашками. А Итан — это тот человек, которому даже на сцене он поёт все песни, и улыбается, и подходит, и обнимает крепко сзади, а потом целует и делает ещё много-много всего.

***

Дамиано наносит на губы тёмно-красную помаду и смотрит на себя в зеркало. В свои двадцать три он может добиться небывалых высот, уже это делает. Их группа становится победителями многих конкурсов, а сейчас они отправляются на сцену «Евровидения» в Роттердаме, чтобы порвать зал, покорить сердца слушателей и исполнить свои тайные желания. Давид счастлив, потому что у него есть всё: группа — любящая семья, возможность проявить себя и Итан. И никто сейчас даже не скажет, как начиналась жизнь Дамиано. Потому что любой человек может добиться небывалых высот, стоит только не терять надежду и принимать сложное и самое прекрасное чувство под названием любовь.