В поисках рифмы к слову «любовь»

Мишка стоял на кухне около раковины, когда-то покрытой белой эмалью, а теперь ржавой и отбитой, и набирал в гранёный стакан холодную воду. Она уже перелилась через край и, журча, стекала обратно, но Миха этого не замечал, он ссутулился и прижался лбом к металлической посудной сушке, то ли задумавшись, а то ли ещё толком не проснувшись. Только когда пальцы начали мёрзнуть от воды, Миша выпрямился, тряхнул головой и закрутил барашек крана. Бросив взгляд на свои брюки, он наконец застегнул болтавшийся до сих пор ремень и пошёл в комнату. Аня лежала на диване. Она уже пришла в себя, но не спешила открывать глаза, из-под полуопущенных век наблюдая за Михаилом. Он взял со спинки стула чёрную футболку и оделся. Вздохнув, аккуратно подвинул девушку, сел рядом на край и потряс за плечо. От прикосновения его холодной руки Анька непроизвольно вздрогнула и подумала, что дальше притворяться не стоит. — Слышь, на вот, воды выпей, — несколько смущенно сказал Горшок, видя, что Аня открыла глаза, и протянул стакан. Она взяла его, медленно сделала несколько глотков, поставила на пол и вцепилась в Мишину руку. — Миша, посиди со мной, — стараясь сделать голос ещё более слабым, чем он был на самом деле, прошептала Аня. — Нахера вот ты пришла? Надо было отлежаться, что ли. Ты вчера чуть не откинулась, ё-моё, — пытаясь осторожно высвободить руку, заметил Михаил. — Так я же говорю, спасибо тебе сказать хотела, — Анька не позволила ему отстраниться, а потом хитро улыбнулась и заглянула в глаза. — Я понял. Можешь не повторять, — Миха всё-таки выдернул руку и ушёл на кухню. Там он включил газ, поставил чайник, распахнул створку окна и закурил. Он прекрасно понимал, что Аня пришла совсем не для того, чтобы просто сказать спасибо. С одной стороны, такое внимание симпатичной девчонки льстило ему, но с другой… Она была ему не нужна. Мишка почти докурил сигарету и почувствовал, как Аня обнимает его сзади. — Уже встала? — не оборачиваясь, спросил он. — Если полегчало, уходи. — Миш… Ну что ты гонишь меня? Я хочу, чтобы ты принял мою благодарность. И ещё, — тихо сказала Аня. — нам же было хорошо вдвоём. — Так хорошо, что теперь нихуя не вспомнить? — резко повернулся Миха, столкнулся с нездоровым блеском Анькиных зелёных глаз и хмыкнул. — Что, хищница вышла на охоту? — Понял, наконец-то? — ещё тише сказала девушка. У Мишки никак не получалось отделаться от настойчивых Аниных рук, и она могла бы зайти ещё дальше, если бы дверь не распахнулась и в квартиру не вломился Князь. — Мих, у тебя опять не заперто? Тебя когда-нибудь стукнут по башке добрые… — Андрей вошёл на кухню и резко остановился. Со стороны Мишка и Аня были похожи на двух влюбленных, что вот-вот поцелуются. — Блин… Я, наверно… — Андрюха! Очень классно, что ты пришёл. Я ждал тебя, — воскликнул Миха, с облегчением стряхнул с себя руки растерявшейся Анны и потащил Андрея в комнату, на ходу выключив плиту со свистящим чайником. — Ты, блять, столько пропустил вчера! Аня чертыхнулась про себя и сказала с порога: — Я пойду, мальчики. Спасибо ещё раз, Мишка. Вот, — она указала на бутылку, которую оставила на полу, — это я тебе купила. — Подожди, чё ты, — внимательно посмотрел на Аню Андрей. — Мих, да останови ты её, смотри, она бледная как смерть. — Стой, ё-моё. Надо было сразу с пива начинать, — усмехнулся Мишка. — А вы с чего начали? — сгорая от любопытства, спросил Князь, тут же получив от Михи подзатыльник. — Чё дерешься-то? Это же та самая… — Заткнись, Андро, — придавил его к подушке Горшок. — Думай, что несёшь. Аня засмеялась и села на диван. — Наливайте, хорош тут бучу устраивать. Я, Андрей, со слова «спасибо» начала. А ты о чём подумал? — Именно об этом я и подумал, — кивнул Князь и заржал. Спустя пару выпитых стаканов Миха смог поймать за хвост мысль, которая беспокоила его. — Эй, Ань. Ты про Нинку что-то хотела мне сказать? — А что Нинка? — спросила девушка, уже слегка захмелевшая от крепкого пива. — Всё нормально с ней, спит у Яшки. — Чё?! — У Яши в квартире, а не с Яшей в одной постели, дурак, — засмеялась Аня. — Она из дома ушла. — Почему? — насторожился Горшок. — Да её мать какого-то хахаля себя нового завела, и он ей наговорил там всякого. А ещё Игорь её преследовал, — сказала Аня и подумала, что не будет пока никому говорить о том, что рассказал ей Игорь. Такой козырь всегда полезно держать в рукаве. Мишка тем временем встрепенулся и пошёл в прихожую. — Ну и куда ты? — окрикнул Князь. — К Яхе. Мне надо… — обрывисто сказал Миха, схватил гитару и хлопнул дверью. — Миша, подожди! — запоздало крикнула Аня. Её не очень прельщала перспектива остаться одной в компании почти незнакомого Андрея. Тот ободряюще улыбнулся, а потом спросил: — Слушай, а расскажи, что человек чувствует, когда тонет? — Что, блять?! — Так это, песню может напишу про утопленника, — засмеялся Князь. Аня покрутила пальцем у виска и тоже засмеялась.

***

Нина проснулась от мелодичных переливов дверного звонка. «Что за новая мелодия? У нас не такой звонок, — спросонья подумала Нина, огляделась и вспомнила, что она не у себя дома. — А Яшка где? Почему не откроет?» Звонок надрывался, и Нина пошла к двери. В квартире было тихо, наверное, все ушли. Девушка глянула в глазок и увидела Мишку. Она открыла дверь и улыбнулась. — Привет. Ты к Яше? А его нет. И Люда с Аней куда-то пропали. — Нет, я к тебе, — смущённо, но радостно сказал Миха. — Ну, заходи. Молча улыбаясь, Мишка протянул ей букет из ромашек, незабудок и бархатцев, явно сорванных с ближайшей клумбы. — Миш… — Нина хотела сказать, что не стоило, но потом вспомнила утреннего Игоря с дорогущим букетом роз. Мишкины цветы были в миллион раз лучше. — Спасибо! Пойдём на кухню, подожди меня там. Я только проснулась, надо немного себя в порядок привести. Мишка кивнул, снял с плеча чехол с гитарой и сел у окна. На душе, лишь только он увидел Нину, стало тепло и радостно. Она была такой искренней, настоящей, светлой, в отличие от той же Аньки, что сердце сжималось и билось будто бы через раз. — Перекусим что-нибудь? — спросила Нина, выйдя из ванной. — Миш, ну не смотри на меня так, я чувствую себя древнегреческой вазой на выставке в Лувре. — Где? — машинально спросил Горшок и отвёл взгляд, спохватившись, что и в самом деле слишком пристально смотрит на неё. — В музее во Франции, — засмеялась Нина, готовя бутерброды. — А, понял. Прости… Но… — Миха вдруг растерял весь свой словарный запас. — Ты такая… — Мишка, — продолжала смеяться Нина, — давай без комплиментов, ни к чему это. Ты по делу пришёл или просто так, поболтать? — Я соскучился, — неожиданно и для себя, и для Нины, сказал он и стал разглядывать дырку на клеёнке, которой был покрыт стол. После небольшой паузы, не дождавшись реакции Нины, он добавил: — А ещё, Аня сказала, что ты ушла из дома, и что опять объявился Игорь. Хочешь… — резко сказал он, — хочешь, я убью его? Мишка оторвался от клеёнки и посмотрел Нине прямо в глаза, потемневшие от испуга. — Что ты, не надо никого убивать! — воскликнула она. — Я пошутил, — Миха понял, что сморозил глупость, и перевёл её в шутку, состроив самую страшную гримасу, на которую был способен. — Круто! — сразу отвлеклась Нина. — А сделай завтра такую же рожу на концерте? — Специально для тебя, — согласился Горшок. — Ну так как ты? Всё в порядке? Где жить будешь? Он вдруг остро захотел позвать её к себе, но потом вспомнил про ужасное состояние квартиры и про то, что они знакомы всего сутки. «Нина, конечно, не согласится и будет права. Кто я для неё?» — решил Миша. — Я у Ани пока поживу, — сказала Нина и поставила на стол тарелку. — Чай будешь? Или кофе? — Чай, — ответил Мишка и осторожно накрыл Нинину ладонь своей, не сдержавшись. — Нин… — Давай, я налью, — поспешно встала Нина и отвернулась к шкафу. Миха глубоко вдохнул и медленно выдохнул: «Блять, что ж я с ума-то схожу. Сука… Я не хочу её пугать…» — Анька, значит, была у тебя? — спросила Нина и снова села за стол. — Была. Благодарила, — кивнул Мишка. Ему не хотелось говорить об Анне. — И всё? — загадочно улыбнулась Нина. — Да зря вы её отпустили, она у дверей в обморок грохнулась, — неохотно рассказал Миша. — Ох… Людка не доглядела, я вообще отрубилась… А сейчас она как и где? — забеспокоилась Нина. — У меня, с Андреем пиво пьют, всё нормально, — Мишка допил чай и предложил. — Пойдём погуляем? Смотри, какой вечер хороший. — А ключи? — засомневалась Нина. — Да вон они в прихожей висят. Закроем и бросим в почтовый ящик. Пошли! — схватил Мишка за руку Нину, широко улыбаясь. — Ну пошли! — улыбнулась и Нина. Они спустились вниз и встретили довольного Яшку. Оказалось, он провожал Люду на работу в травмпункт, а потом заходил к Балу, который репетировал с Леонтьевым. — Молодцы парни, — похвалил их Миха и стал задумчивым. Он закурил, снова взял Нину за руку и повёл, сам не зная куда, витая в своих мыслях. Нинка смотрела на него и почти неосознанно улыбалась. Мишка был… забавным, что ли. Вроде уже почти взрослый парень, восходящая звезда панк-рока, но в его лице, особенно в моменты задумчивости, да и в поступках было что-то от ребёнка, и Нине это казалось очень милым. — Мороженое хочешь? — спросил вдруг Мишка, вернувшись на землю и заметив киоск с холодным лакомством. — Хочу, — не стала отказаться Нина. — Не вздумай только мне снова деньги совать, как за сигареты. Я угощаю, — категорично сказал Миша, перебирая в кармане мелочь. Её хватило на два шоколадных стаканчика. Миха отлепил от верха мороженок круглые бумажки, прикрывавшие пломбир, и, улыбнувшись, прилепил на многострадальный низ киоска, хотя рядом стояла урна. — И куда пойдем? — спросила Нина, наслаждаясь шоколадным вкусом. — Давай в ЦПКиО? — предложил Миха. Они спустились в метро, в котором снова было многолюдно. Мишка исподлобья хмуро ловил взгляды, направленные на Нину, и злился. Бывало, он и сам пялился на девчонок, особенно летом, и вдруг только сейчас понял, что не всем это нравится. В вагоне он провел Нину на переднюю площадку и закрыл от настырных взглядов собой и гитарой, которую поставил между ними, чтобы ненароком не прижаться к девушке самому. Мишка за эти два дня понял, как Нина ценит личное пространство, и не хотел больше бесцеремонно в него вторгаться. Нинка оценила его старания и сказала: — Миш, всё нормально. Я привыкла, часто езжу в метро. В такой толкучке чего только не бывает. — Когда я рядом, я не позволю, чтоб кто-то, блять, тёрся около тебя и пялился, — сердито сказал Миха, потом смутился и улыбнулся. — Ты такой хороший. Жаль, раньше у меня не было такого друга, — доверчиво сказала Нина. В парке было весело. Миха мимоходом успел погонять пивную банку с какими-то подростками, ввязаться с ними же в небольшую потасовку и слазать на дерево за запутавшимся в ветках шариком, который упустил плачущий карапуз. — Мих, угомонись, — со смехом попросила его Нина. — Давай просто погуляем. Они пошли по аллеям и сели на скамейку в отдалении. Мишка достал гитару и задумчиво перебирал струны. Нина заметила, что он вообще довольно быстро переходил от веселья к созерцанию и наоборот. Они покатались на каких-то каруселях, успев на последние сеансы, а потом снова бродили по парку, болтали и смеялись, а когда он закрылся, просто ходили по городу. — Я надеюсь, во время сегодняшней прогулки никого спасать не придется, — засмеялась вдруг Нина. — Я тоже, — согласился Мишка. Время близилось к полуночи и Нина запереживала: — Миша, а у тебя домашний телефон есть? — Не-а. — А как нам Аню найти? — совсем обеспокоилась Нина. — Мне ночевать где-то надо. К Яше уже неудобно идти. Людка на дежурстве. — Пошли ко мне, может, она всё ещё там, — решил Михаил. — Пешком через полгорода? Не… У меня ноги отвалятся. — Хочешь, понесу? — на полном серьёзе спросил Горшок. — Не надо, давай лучше тачку поймаем. У меня есть деньги. Миха немного поспорил, но уступил. Тащиться пешком не хотелось. Они быстро доехали на убитом жигуленке и зашли в квартиру, всё так же не запертую. — Мишк, а почему открыто-то? — удивилась Нина. — Да нахуя запираться… Ты только не пугайся, тут это… Срач, короче. В квартире не было ни Ани, ни Андрея, только к пустым бутылкам добавилась ещё парочка. — Свалили куда-то, черти… — Блин… Может, Анька дома уже? — Оставайся здесь, — предложил Миша. — Вон на диван ложись. А я на кухне. Нина засомневалась. Мишка, конечно, был хорошим парнем, но… — Боишься? — догадался Горшок. — Ну, хочешь, я уйду на улицу? — Нет, что ты, это же твоё жилье. Я останусь, — немного подумав, сказала Нина. — Я обещаю, ничего такого… — Мишка обрадовался и кинулся к шкафу искать приличное постельное бельё. Он нашёл нераспечатанный комплект, который однажды всучила ему мама, и дал его Нине. — Постели вот. Пока она расстилалась, Мишка ушёл на кухню, чтоб навести там относительный порядок и бросить на пол старую зимнюю куртку, чтоб было помягче спать. Нина зашла, когда он мыл посуду. — Давай помогу. — Не надо. Садись, — головой указал Мишка на стул. — Вещи у Яши остались. Надо завтра забрать, и Аню найти, — рассуждала Нина. Мишка закончил с посудой и сел рядом. — Конечно. Ну что, ложимся спать? — Не хочу пока, и так до вечера дрыхла, — мотнула головой Нина. — Я б тоже дрых, если б не Анька. — Она разбудила, что ли, тебя? — Не то слово, — хмыкнул Миха. — А давай телек посмотрим? Может, фильм какой идёт. Они сели на диван, шёл какой-то боевик, но Михе было на него по барабану, он просто радовался, что Нинка сидит рядом с ним. Они весело комментировали происходящее на экране, но вскоре Нина задремала и во сне положила голову на его плечо. Миха забыл как дышать. Выбившаяся прядь волос щекотала ему щёку, но он не двигался, а всё смотрел на Нину, смотрел и уже знал наверняка, что влюбился по уши, безоговорочно, бесповоротно, и ему очень хотелось думать, что навсегда и взаимно. Мишка был молод и горяч, но старался быть честным и держать своё слово. Он усилием воли поднялся, уложил аккуратно Нинку, такую доверчивую и беззащитную во сне, выключил телевизор и ушёл на кухню. Миша хотел её душой и телом, но не мог себе позволить даже невинного поцелуя. Умывшись холодной водой, он встал у открытого окна и долго смотрел в него, уснув лишь под утро.