синтетическое сердце

      И прилепилась душа его в Дине, дочери Иакова,

и он полюбил девицу и говорил по сердцу девицы.

      (Бытие 34:3)

— Рой! — раздался крик из прихожей. Оттуда выбежала разгорячённая Дина, она даже не успела зашнуровать обувь. — Отправь сегодня все материалы мистеру Айзеку и не забудь разобрать кабинет. Рой отвлёкся от пыльного подоконника и обернулся к хозяйке. — И, чёрт возьми, найди мне эти перламутровые пуговицы! — сказала она и направилась к выходу. — Не скучай без меня, и приготовь тофу на ужин, а то испортится! — Куда ты? — По работе. — Куда именно по работе? — Рой, прекращай, я не обязана отчитываться. У меня встреча по поводу музыки, — Рой постоянно желал знать где Дина и с кем, что крайне раздражало девушку. Андроид кивнул и вернулся к уборке. В последнее время Дина лишь бегала туда-сюда, не обращая на компаньона никакого внимания. Возможно, из страха, что двух недель было недостаточно, а может и потому что глубоко внутри она стыдилась своего поступка. Дина старалась не думать о том, что сделала, потому что каждая мысль о стёртой памяти врезалась в душу девушки, снова напоминая ей о собственном лицемерии. Так никому и не сказав, она лишь отмахивалась от осознания своей ничтожности и пыталась с головой окунуться в работу. Кататься по Нью-Йорку, согласовывая своё шоу на неделе мод, было утомительно. Каждый день она виделась то с журналистами, то с модельными агентствами, то с рекламщиками, и никто не хотел оставить её в покое. Конечно, этот показ в первую очередь нужен самой Дине, но ей всё равно хотелось пожаловаться на свою жизнь. Коллекция была готова уже давно, но чем ближе была осень, тем больше хотелось всё поменять. Она хаотично шила новые костюмы и добавляла детали в старые, но всё было не то. Айрис говорила, что всё от нервов, и ей следовало бы встретиться с психотерапевтом и обсудить свою тревогу, но сама Дина считала, что ей просто нужно выпить чая. Желательно с ромашкой. — Всё в порядке? — спросил Рой, ловко управляясь с тофу бамбуковыми палочками. — Ты хорошо спишь? — Ты же сам знаешь, как я сплю, — Дина присела за стол. — Ага, никак ты не спишь, — фыркнул парень. — Да потому что… — она взялась за голову. — Много всего и сразу. Осталось три недели до показа, а я даже моделей не утвердила! — Ты справишься и снова порвёшь их, — улыбнулся Рой. — Тебе всего двадцать четыре, а ты уже второй раз на Нью-Йоркской неделе мод! Люди в твоём возрасте только на первую работу устраиваются. — Мне плевать, что делают другие. Если я провалюсь, то моей карьере конец, — промычала она. — Они и так меня не любят, я на коротком поводке. — Всё будет в порядке, — парень улыбнулся и накрыл руку Дины своей. — Никто не даст тебе провалиться, мы же твои друзья. Вся тревога ушла с лица девушки. Стеклянные глаза уставились на сухую руку Роя. Нет, она просто надумывает. Не мог же снова… Она же держала дистанцию. Они не болтали дольше сорока минут и не выходили вместе «в свет». И Дина, и Рой все эти недели работали, как заведённые, он просто не мог опять… Девушка тряхнула головой, избавляясь от нежелательных мыслей, и выдернула руку. — Ты же отправил все документы? — перевела она тему. Нельзя больше говорить о себе или о нём. Или вообще хоть о чём-то, не связанным с работой. Но зачем же так себя накручивать? Они могут быть просто друзьями, и необязательно постоянно выстраивать стену. А даже если и не смогут, Рой не станет требовать от Дины чего-то непосильного. Оба прекрасно понимают, что отношения между андроидом и человеком невозможны. Все его чувства синтетические, и сам он ненастоящий. Как она может быть с ним? Это как встречаться с голосовым помощником или персонажем компьютерной игры. Достаточно вспомнить, что было с теми, кто женился на резиновых куклах, далеко в жизни они не уходили, это можно сказать с уверенностью. Но андроид отличается от куклы, и девушка понимала это. Его чувства не запрограммированы, но они и не реальны. Как они вообще появились? Синтетические гормоны, синтетические нервы, синтетические нейроны. Это выдумка, фикция! Или, может, Дина просто не понимает? И на самом деле, Рой такой же, как она. Такой же настоящий, просто рождён по-другому. Дина не знает, но проверять точно не хочет.

***

Наконец-то выдался свободный день, и девушка могла вдохнуть полной грудью. Утро казалось невероятно… правильным. Встала поздно, теплый душ, вкусный завтрак и ароматный кофе. Она давно мечтала об этом. До показа остаётся всего ничего, но беспокоиться больше не о чем. Накинув вязаную жилетку, девушка направилась в прихожую. — Рой, я в библиотеку, — крикнула она на прощанье, но парень остановил её. — Погоди, мне нужно книги вернуть, — сказал он, забегая в комнату за свитером. Ему не нужна одежда, но Рой старался не выделяться из толпы, поэтому одевался по погоде. — Ты читаешь бумажные издания? — Ага, мне нравится шелест страниц, — улыбнулся андроид, натягивая кроссовки. В Нью-Йорке холодает поздно, но вот деревья желтеют уже в сентябре. Огненный ковёр из кленовых листьев мешался под ногами, но их шелест успокаивал. Уже в библиотеке Рой выудил из сумки стопку самых разных старых книг: от русской классики до японской лирики. — Мопассан? Чехов? Такэо? — прочитала Дина. — Зачем тебе всё это? — Хотелось почитать о человеческих чувствах, — ответил Рой, выходя из очереди. — Они о любви. О любви — это хорошо. Вот Дина ни черта о ней не знала. Может потому, что читала только о страданиях? Почему-то её всегда привлекали именно мучения человеческой души, раскрытые в литературе. Ещё в детстве она наткнулась на «Преступление и Наказание» в родительском кабинете. Наверное, читать Достоевского в десять лет — это не лучшее решение, но с тех пор Дина окунулась в этот омут с головой. «Исповедь неполноценного человека», «Цветы для Элджернона», «Заводной апельсин» — особенно она любила книги от первого лица. — А зачем тебе в библиотеку? — спросил андроид. Они уже двигались в сторону доверху забитых стеллажей. — Не знаю, — тихо сказала она. — Хотела взять что-то, но уже не помню что. Просто проснулась с мыслями о библиотеке. Рой усмехнулся: — Тогда давай поищем что-то вместе, — предложил он. — Какие книги тебе нравятся? — Не знаю, — протянула девушка. Она закрыла глаза и провела пальцами по корешкам, выбирая нужный, — Вот эту возьму, — посмотрела на обложку и прочитала: — «Тёмная история Библии», Майкл Керриган. Девушка прыснула и тихо рассмеялась, развеселив этим Роя. — Из всех книг в шкафу я выбрала эту? — Ну, придётся взять, — с улыбкой прошептал андроид. — Видимо придётся, — кивнула она и гордо зашагала оформлять книгу. Девушка хотела спросить, зачем Рою так много читать о любви, но боялась услышать ответ. Часть Дины была уверена, что она просто больно много из себя строит, и не мог робот со стёртой памятью снова влюбиться в неё. А другая часть считала все страхи полностью обоснованными, и от греха подальше лучше с Роем больше вообще не разговаривать. Но интерес был сильнее. Андроид хочет быть ближе к людям: он одевается, как люди, ест и пьёт, изучает чувства и их природу. Рой — особенный робот, робот, который хочет быть человеком. Мимо резво мчались машины и велосипеды, все куда-то спешили, но не Дина. Ей, к счастью, можно ходить медленно, не боясь опоздания. Солнце высоко, но оно уже совсем не яркое. Надо будет снова заглянуть в Центральный парк через недельку, а пока девушка, пожалуй, отдохнёт. Когда дойдёт домой. — А зачем тебе столько книг о любви? — спросила Дина, сворачивая на тихую улочку. — Я хотел разобраться в людях, — задумчиво ответил Рой. — И в себе… — В себе? — Мне никогда не объясняли, что я испытываю. Они просто кинули в меня все эти чувства «для личного ознакомления», — саркастично подметил он. — А как я должен знать, что со мной творится? Любовь, ненависть, дружба, симпатия, зависть, злость, грусть… Что все эти слова вообще значат? И что мне с ними делать? — Но тебя же обучали определять эмоции. — Эмоции — да. Но есть более сложные вещи. Оскал не значит гнев, а улыбка не значит милость. Люди… — он призадумался. — сложные. — Это правда, — тепло улыбнулась Дина. Ей даже стало жаль андроида, оставленного наедине с относительно новым собой. — И все эти оттенки чувств… И теперь сиди и думай, влюблён я или это просто дружба, — тихо добавил Рой. Дина напряглась. — О ком ты? — голос чуть дрогнул. — Да так, — он пожал плечами.

***

Нью-Йоркская неделя мод уже более ста лет является главной мечтой почти любого дизайнера, Дина не исключение. Открытие пройдёт уже завтра, и, конечно, девушка нервничала. Да, не в первый и не в последний раз у неё будет своё шоу, но тревожность никуда от этого не денется. В таком состоянии сидеть дома — самое опасное, нужно как можно скорее чем-то себя занять, чтобы не погрязнуть в собственных мыслях. Вытащив Роя из его каморки, усыпанной книгами, Дина направилась в Центральный парк. Жили они не то чтобы очень близко к нему, но другие зелёные зоны были значительно менее интересными. И вот уже час, а может и два, они устало бродили по тихим аллеям, медленно покрывающимся золотистой листвой. — Ты не устала? Выглядишь подавленной, — поинтересовался Рой. — Мне уже надоел этот парк, зачем мы сюда вообще пришли? — устало промычала Дина. — Это тебя спросить надо, — фыркнул андроид. — Ты жутко рассеянная в последнее время, ничего не помнишь. — Я бы на тебя посмотрела, когда будешь готовиться к настолько важному событию. — Мы не меня обсуждаем, Дин. К тому же я, в отличие от некоторых, всегда собран. — Ну извини, я всё же живое существо! — надулась девушка. — То, что ты живая, не оправдывает, — слегка обиженным голосом ответил Рой. — Люк и Айрис бестолочи, наверное, от них заразилась. — Давай не будем никого оскорблять? — Дина возмутилась. — Я просто говорю правду, — он пожал плечами. — Они совершенно неорганизованные люди с похабным отношением ко всему. Лезут к тебе, вот и ты такой же скоро станешь. Дина решила проигнорировать его замечания. — Надо выбраться из этой дыры, всегда тут теряюсь. — У меня навигатор встроен, — он взял её за руку и потащил в сторону выхода, где бы он ни был. — В смысле встроен? — возмутилась Дина. — И ты молчал? Всё это время я умирала в этом адском лесу просто так?! Она шутливо ударила его по спине, и Рой засмеялся, будто он специально молчал, чтобы наблюдать за забавной реакцией девушки. Парень куда-то шёл, и через несколько минут они оказались сбоку от Метрополитена. Ветер совсем не нежно сдувал волосы Дины, и она повернулась к нему лицом, чтобы ничего не лезло в глаза. — Хочешь в музей? — удивился Рой. — А почему бы и нет, — пожала плечами девушка и зашагала к величественному каменному зданию. Или оно не каменное? Дина не сильно разбиралась в архитектуре. Ван Гог и Вермеер, Дега и Поллок — друзья старательно изучали картины уже ушедших эпох. Дине больше нравились импрессионисты, а Рою почему-то эпоха Возрождения. В просторных залах было немного людей, но так даже лучше, больше воздуха и тишина. Совсем непонятно, почему же людям так нравится часами разглядывать какие-то мазки, но видеть красоту и создавать её — наверное, и есть отличительные черты человека. Может Рою так нравился Ренессанс из-за появления гуманизма? Как написал Микеланджело в «Рождении Адама», человек создан по подобию Божьему, но не столько телом, сколько сознанием, способностью к созиданию. Дина остановилась у одного полотна и присмотрелась к светящейся этикетке: «Пигмалион и Галатея. Жан-Леон Жером, 1890. Холст, масло». Девушка, обращённая к зрителю спиной, склонилась в неестественной позе. Её ноги высечены из холодного камня, но тело уже совсем человеческое. Мужчина, стоя на носках, тянется к своему творению, обнимает, и они сливаются в поцелуе. — Ты читала «Пигмалиона»? — тихо спросил Рой, заметивший интерес своей спутницы. — Пьесу или миф? — Что угодно. Я читал миф, довольно… — он чуть задумался. — романтично. Из того, что я понял. — Мне больше пьеса нравится. Наверное потому, что она от него ушла. Рой с лёгким удивлением взглянул на девушку. — Галатея осталась с Пигмалионом, потому что должна быть навсегда благодарна за подаренную жизнь. Но Элиза — живой человек, и она не обязана идти против своего счастья, чтобы отблагодарить Хиггинса. Она была личностью и до того, как встретила его. И интеллигентность ни сделала её более «настоящей», скажем так, — девушка договорила и, наконец, отвлеклась от полотна. — Мне нравится этот посыл. — Действительно, — тепло улыбнулся Рой, и они пошли в следующий зал.

***

Свобода. Радость. Удовлетворение. Чувство собственного превосходства. Всё это распирало Дину изнутри, ей хотелось просто кричать от счастья и ни на секунду не переставать улыбаться. Сегодня прошёл показ и прошёл довольно успешно. «Бренд Deakris не теряет позиций» — так писали журналы, чем приятно удивляли Якобсон и её команду. Конечно, «не терять позиций» — это не так хорошо, как «стать сенсацией в этом сезоне», но тоже довольно ничего. В честь удачного шоу девушка и её друзья отправились в излюбленный бар на той самой скучной авеню. Людей было немного, всё-таки не каждый готов выбраться за выпивкой в рабочий день. Дина уже на втором коктейле, а Люк совсем разошёлся и начал отнимать у танцоров на пилоне работу. Пока Айрис и Карла смеялись над какими-то только им понятными шутками, бармен принёс шесть разноцветных рюмок текилы, и глаза девушек загорелись. На счёт три они с нечеловеческой скоростью начали осушать рюмки, ведь победителя ждали пятьдесят долларов. Дина молча потягивала какой-то сладкий напиток, наблюдая за своими друзьями. Она очень любила проводить с ними время, правда, получалось это не очень часто. Дина либо готовила показы и съёмки и крутилась, как белка в колесе, либо становилась полным отшельником, когда её посещала муза. Но несмотря на то, что встречались не так часто, они безумно любили друг друга. Но лёгкое касание по плечу вывело девушку из её рассуждений. Она обернулась, ожидая увидеть очередного незнакомца чуть навеселе, но перед ней стоял вполне знакомый парень в чёрных брюках и водолазке. Светлые кудри слегка прикрывали лицо, а янтарные глаза спокойно смотрели на девушку. — Рой? — удивилась она. — Собирайся, мы уходим, — сухо произнёс андроид. — Это ещё почему? — Не надо сейчас сцену устраивать, — Рой закатил глаза, хотя вопрос девушки был задан совсем без агрессии. — Объясню дома, тебе тут делать нечего. — Что-то случилось? Скажи здесь. — Я сказал вставай. Не веди себя, как ребёнок. Дина окинула подруг удивлённым взглядом, и они ответили ей тем же. Быстро попрощавшись с девушками и крикнув Люку звонкое «пока», она вышла из клуба на пустую тихую улицу. Чуть за полночь, может, около часа? У бара припаркован чёрный автомобиль. Рой молча сел за руль, и всю поездку они молчали. — Может объяснишь, что произошло? — Дина подняла бровь, снимая пальто в прихожей квартиры. — Сколько раз я говорил тебе не общаться с этими идиотами? — андроид громко захлопнул входную дверь. — А сколько раз я говорила тебе, что буду? — Не дерзи мне, — с улыбкой пригрозил он. — Ты прекрасно знаешь, что они плохо влияют на тебя. — Они мои друзья! — крикнула девушка, двигаясь в сторону своей комнаты. — Я твой друг! — парень преградил ей путь, — Послушай меня, — жалобно попросил он. — Я желаю тебе лишь добра, пойми… — И поэтому ты выкрал меня с моей же вечеринки? Из-за добра? — она облокотилась спиной на стену. — Я люблю тебя, Дина. И должен тебя защищать. — Да кто ты такой, чтобы играть в рыцаря?! — Я твой друг, — тихо сказал он и подошёл ближе. — Единственный настоящий друг. Я лишь хочу, как лучше… — Ты испортил мне настроение, я пошла, — заявила Дина и начала уходить, но Рой перекрыл ей любые проходы своими руками. — Нет. — Рой, дай мне выйти… — Ты сделаешь себе лишь хуже. Поверь, я знаю, как сделать тебя счастливой, — он наклонился ещё ближе к девушке, — Я помогу, я люблю тебя, пойми, — прошептал андроид, убирая прядь тёмных волос с испуганного лица. — Не нужно… — умоляла Дина. — Ты прекрасна, Дина. Только я могу понять, что тебе нужно. Только я могу дать тебе любовь, — говорил Рой, наклоняясь всё ближе и ближе. Он едва коснулся губ девушки, как она увернулась и исчезла в комнате. — Дина! — крикнул он, ударяя кулаком по запертой двери. — Ты же знаешь, что я прав! В глубине души ты понимаешь, что это единственное правильное решение. — Нет, нет, нет, — повторяла девушка, взявшись за голову. Пьяные слёзы катились по её щекам. Ей казалось, что за этой дверью не её старый друг и компаньон, а какой-то неизвестный монстр. — Даа, и ты знаешь, что любишь меня. Они не нужны тебе, — сказал он. — Давай уедем отсюда, только ты и я. Мы будем вдвоём, будем счастливы… И никакой работы, никаких поганых друзей и гнилых ртов, обсуждающих тебя. — Нет! — Только ты и я, Дина, — тихо добавил он. — Тебя никто так сильно не полюбит. Голос затих и раздались приглушенные шаги, а затем и скрип двери. Слёзы ручьями катились по лицу испуганной Дины, её прозрачные радужки слились с покрасневшими от плача глазами. Слёзы иссякли уже давно, на за эти часы она так и не сдвинулась с места. Все опасения оказались правдивыми. Нет, реальность оказалась даже хуже, чем она могла представить. Все его расспросы, бессмысленный контроль, осуждение всех её решений, как можно было не замечать? Рой одержим, это не любовь ни черта. Нужно что-то сделать. Дина взглянула на часы — три часа ночи. Никакого шума давно нет, а значит, он перешёл в спящий режим. Она бы хотела поступить по-человечески, но выбора не было. Ждать до завтра тоже нельзя, никто не знает, на что Рой может быть способен. Действовать надо сейчас и действовать наверняка. Девушка поднялась на дрожащие ноги и неуклюже вытерла уже высохшие слёзы. Она тихо разблокировала дверь и направилась в комнату Роя. Парень тихо лежал на кровати, а на руке отображалось время оставшегося сна. Дина подошла к станции и вытащила шнур. Чуть приподняв голову андроида, она присоединила кабель к разъёму, спрятанному под копной волос. Она бесшумно подошла к станции. Синяя голограмма знакомо слепила глаза, и девушка начала листать меню, подбираясь к самому концу списка. «Перезагрузка» — было написано нижней строчке. Дина чуть замялась и посмотрела на спящего Роя. Такой красивый и спокойный. И почему всё должно закончиться так. Пальцы задрожали, отговаривая девушку от необратимого действия, но она всё же коснулась нужной кнопки. Теперь он точно не вспомнит.