Нарушение Пепелицы...

Так незаметно прошло 2 недели. Крутобок как всегда, исполнял обязаности глашатая: помогал предводителю, следил за тренировками, отправлял патрули по просьбе Огнезвезда и т.д. Он был вообще в хорошем настроении и радовался от всего происходящего вокруг. А вот Пепелица напротив — была подавлена и грустна, ее самочуствие и здоровье будто с каждым днем понижалось. Это не скрылось от ее сестры… И однажды, проходя мимо палатки целительницы, Крутобок услышал ссору двух сестер: — Я ведь все знаю, Пепелица! — слышался строгий голос Яролики. — Ну и что ты знаешь?! — раздраженно спросила Пепелица. — или ты получила знамение, как целитель? Крутобок решил вмешаться в это дело, чувствуя, что имеет к этому связь. — И что это за распря по среди дня? Он вошел в палатку. — О! Крутобок, ты как раз мне и нужен… и не только мне. — еххидно начала с ним беседу Яролика. Пепелица была явно не рада приходу глашатая, а он сам не мог понять, на что намикает сестра целительницы — О чем это ты? — О том, что Огнезвезд будет рад услышать, что скрывает наш глашатай, а в первую очередь — его лучший друг. — с ехидностью, не свойственной ей она произнесла. — Я ничего не скрываю! — возмущенно возразил кот. — Расскажи мне еще! — прошипела бело-рыжая воительница, с откровенной ненавистью глядя своим одним глазом (второй был разорван очень давно). — я с самого начала заметила подавленность своей сестры, к тому-же от нее хорошо веяло твоим запахом. Я решила не подавать виду, что что-то знаю и хотела спокойно расспросить ее. Но к моему, и не только, сожалению она отказалась рассказывать. Потом ко мне подключился Белохвост, но и при нем ничего не сказала. Но она проговорилась, что «она с тобой ничего не делала, лишь гуляла и общялась…» Услышав это, Крутобок глянул подавленой Пепелице в ее синие, цвета морской глади, глаза, но она лишь понурила голову вниз. А тем временем подступная воительница продолжала. — А еще я заметила, как она что-то шепчет про себя… точнее не что-то, а о тебе Крутобок! — резко рявкнула она ему прямо в морду. «Когда она уже замолчит? мне и так ужасно от ее дерзких и наглых слов» — пронеслось в голове у Пепелицы и смущенно глянула на Крутобока. Тот же в, заметив ее взгляд, в свою очередь глянул на нее понимающе — он думал точно о том-же. — Она часто шептала про себя: «О! мой Крутобок, что же ты со мной натворил?». И не одна я это слышала, а еще Белохвост, Белочка, Листвичка и другие оруженосцы, Уголек, Медуница и Бурый… — Что?! — не выдержал Крутобок. — да что ты за чужь говоришь, которая и полевки не стоит?! Яролика приблизилась к коту и долго леденила его своим грозным, дерзким взглядом. — Тебе сейчас их всех привести сюда и расспросить? — спросила та. Но к еще большему горю из-зи палатки послышался голос Бурого. — Никого не надо звать — меня достаточно. — сказал бурый воитель. — я действительно это слышал от нее. — Но… но — запнулась Пепелица, которая до этого просто молчала. — Я слышал. — твердо, и в то же время спокойно ответил воитель и отошел от их палатки к куче с дичью, где сел усердно есть, поджав под себя хвост. — Ну и? — с лукавой радостью спросила его Яролика — что ты скажешь? — Уйди пожалуйста отсюда, потом поговорим — спокойно и твердо попросила Пепелица сестру. И тут же с сестринского лица изчезла былая лукавость и ехидность, и она стала прежней хрупкой и скромной Яроликой. У нее даже голос изменился! — Да сестра… Она спокойно вышла из палатки и пошла к воинской пещере. После этого послышался тихий плач — плакала серая целительница: — Ну что ты с моей жизнью сделал? — спросила плача она у Крутобока. — Я… я не хотел. — извинился он. — Ага роскажи мне тут еще. — продолжила она. Глашатаю ничего не пришлось, как выйти из палатки и оставить ее одну. А Пепелица уляглась возле трав и понурено склонила мордочку на лапы.