Тень сердца. Истории о ведьме

– Время рассказывать правду, ведьма, – с усмешкой произнёс наконец Лелуш, ставя фигуру на чёрную клетку доски. – Шах. Глаза бывшего дьявола-императора горели. С.С. поднимает руки и грустно качает головой. Тело девушки полностью обнажено – каждая чёрточка обозрима, легко дотронуться… Легко обвести всё взглядом… Хоть съешь. А в комнате холодновато сидеть без одежды, когда как сообщник почти полностью одет. – Когда я предлагала играть в шахматы сначала на раздевание, а когда кончится одежда – на желания, я предполагала немножко не это… – прошептала бессмертная. – Лелуш, почему ты такой… Лелуш? Слишком лелушный! Вот! – девушка недовольно забарабанила кулаками по столу. – Моё желание, дорогая, – подмигнул носитель Кода. – Ты была подругой моей мамы, оказалась позже рядом со мной, а в итоге – настолько, – парень сделал ударение и нежно провёл пальцем по кольцу на безымянном пальце, – близко. Простое достаточно тонкое золотое кольцо без гравировок, камней – лаконичное обручальное. «Вместе. В счастье и горестях. Покуда смерть не разлучит. Только вот мы не умрём. И не разлучит», – их клятва перед алтарём. – А ты на меня не обидишься? – со вздохом уточнила С.С. и встала из-за стола. Бесцеремонно отодвинув стул супруга, она примостилась ему на колени и обняла за плечи, затем коснулась губами тонких губ британца. Поцеловав девушку, Лелуш посмотрел ей в глаза с хитрецой и произнёс вкрадчиво: – Я знаю твои штучки, милая. Рассказывай. «Да что же это такое!» – подумала ведьма и поджала губы. Кивнув самой себе (долг платежом красен, а супружеский долг – супружеским платежом), она прокашлялась, готовясь рассказывать. Но всё же для собственной уверенности потёрлась бёдрами о Лелуша, что не могло не ослабить желание слушать, а желание действий – усилить. И всё же С.С. знала, что выхода нет: умей Лелуш отступать от задуманного, отключать разум и соблазняться женскими прелестями, не стал бы он Зеро, императором, покойным императором. – Всё верно, Лелуш. Всё верно, солнце моё. Я была подругой твоей мамы. И потом я решила последовать за тобой. У меня были свои цели. И, может быть, не самые лучшие. Да, безусловно, – она запрокинула голову, - эгоистичные и мстительные. С.С. заплетала волосы своей подруге – Марианне Британской. – Жаль, что ты бессмертна, а потому у тебя никогда не будет мужа и детей! – с печалью произнесла императрица, и тут же её настигла кара: ведьма слишком сильно потянула сжавшимися в кулаки руками волосы. – Ай! – Прости… – сглотнув слёзы, произнесла бессмертная. И так эти мысли – всю беременность подруги. А теперь ещё и слышать их. Нет. Это уж слишком. А потом Марианна показала колыбельку с новорожденным малюткой Лелушем. И обе умилялись, прикладывали пальцы к губами. Но всё же ведьма понимала, что это для неё недоступно: она не человек, она лишь серая тень. А то, что в груди разрывается от боли и зависти, – тень сердца. Но безжалостные колёса истории крутились, превращая то, что мешает их ходу, в фарш. И выразителем воли истории – эпопеи с попыткой убить бога – стал V.V. Он предал семью, он убил императрицу лично, расстрелял из автомата, оставил умирать на ступенях с ощущением своей ненужности. А Чарльз? Не спас, не предпринял ничего в ответ. Лишившись жены, он углубился в проект, как того и желал брат. Осмелившегося выразить своё недовольство Лелуша вместе с сестрой выслали из страны и направили в качестве политических заложников в Японию. И С.С. последовала за сыном Марианны, следила за его судьбой, надеясь наконец выйти из тени. И проложить его путь наверх. – Я ветер, несущий покой. Знай, я приду за тобой. Тень сердца взойдёт… Раненая тень всюду незаметно следовала за Лелушем. И что же? Священная Британская Империя напала на Японию вероломно, однако премьер-министр Куруруги не стал убивать заложников: честь самурая не позволяла убить детей врага, отданных на растерзание, одновременное с растерзанием его родной страны. – Я КЛЯНУСЬ! Я УНИЧТОЖУ БРИТАНИЮ! – выкрикнул в сердцах Лелуш, обращаясь к Сузаку и, наверное, всему миру. – Станет счастливей путь, отравленный целью, – прошептала С.С. и кивнула. – Я помогу тебе осуществить твою цель. Цель жизни, ради которой не жаль и умереть, и обратить всё вокруг в пепел. Я дам тебе проклятье, которое поможет тебе. А потом ты поможешь мне… Надеяться на любовь? Бессмысленно. Она не может разделить своё проклятье, свой непомерный груз с кем бы то ни было – только сбросить со своих плеч. Нехорошо обрекать сына подруги на такое, но… пусть это будет местью – ей, Британии, Чарльзу, V.V. – Вот что называется «уйти, громко хлопнув дверью». А как же: падение империи, смерть императора, не защитившего жену, смерть предателю и проклятье для отпрыска королевской крови. Катастрофа поистине библейского масштаба. Но разве планы могут быть идеальными, если в них участвуют люди, пусть даже и бессмертные? Лелуш нежно гладил волосы своей избранницы, укрывшейся его рубашкой. За окном разыгралась настоящая буря. Может быть, от него и осталась только тень. Лелуш Ламперуж, школьник, любивший Ширли Фенетт, умер вместе с ней. Чудотворец Зеро, террорист, столь любимый Карен, сгинул во время мятежа Ордена чёрных рыцарей. Лелуш Британский, император, любивший власть и разрушение, умер, сражённый мечом покойного друга – Сузаку Куруруги. L.L. целовал макушку С.С. Как закатилось солнце его жизни, так и зашло солнце этого дня. Будет ночь, и будет день, и из солнца будет тень…

Ночь заманит в сны собой, Станет тень тобой и мной. Тень покроет тишину, Я укроюсь и усну. Будет холод и тепло, Будет сладко и светло, Будет ночь, и будет день, И от солнца будет тень.