Тень сердца. Истории о ведьме

С.С. не любила рассказывать о прошлом: зачем ворошить золу уже ушедшего? Ветер текущего и грядущего превосходно справляется с этим и сам – бросает прах в лицо, отчего становится трудно дышать, а на глаза наворачиваются слёзы. Сны и обрывки фраз всё равно причинят боль. Серая ведьма считает, что прошлое должно оставаться в прошлом. Таков её принцип, и в этом мире она живёт. Она пытается существовать в настоящем, не думая ни о чём, просто получая по возможности удовольствия: пицца, большой гардероб и сон. Нужно существовать в настоящем: прошлое – не больше, чем застывшие картины в галерее, а путь в будущее закрыт – он может быть только у тех, кто живёт и может… ну, хотя бы иметь детей от возлюбленного. А что она? Объект для экспериментов, издёвок и сообщница. Последнее наиболее ценно, потому что напоминает о той поре, когда девушка кружилась в людском потоке, была своей, была беззаветно счастлива. Тогда и она была совсем другой – цветущей, солнечной. Этого времени не вернуть, дверь захлопнулась перед носом, но всё же можно помечтать и вспомнить… Поскрестись в закрытую дверь. Девочка любила цветы. Даже чуть больше, чем когда ей приносили свежего, ароматного и так приятно хрустящего свежего хлеба. Её трепал по макушке мужчина и называл милашкой, дочкой. Совсем молодой, ещё не обзаведшийся своими ребятишками, он целовал бывшую рабыню в лобик и отпускал дальше по делам. А она смеялась и бежала по полю, сжимая под мышкой букет. Звонкий смех и солнечная улыбка сопровождали девчушку, светящуюся, как само солнце. Но время безжалостно. Оно меняет людей и снаружи, и изнутри. Чего-то становится просто мало, хотя раньше это приводило в просто неописуемый восторг. Девушка любила цветы. Она с улыбкой благосклонно принимала их от кавалеров и жеманно подносила к чуть вздёрнутому носику бутоны. И юная красавица вдыхала аромат, чуть краснея. Но румянец – скорее привычка, чем отражение реальных чувств: она знала, что вызывает в людях любовь, стоит ей взглянуть на них и пожелать этого. И всё же это внимание и подарки греют душу, заставляют поверить, что она нужна кому-то, что ради неё люди готовы на что-то по-настоящему стоящее. Девушка щурится и облизывает губы в предвкушении: сегодня она будет танцевать в замке барона. – Джен… – шипит крестьянин, он стал старше, у него редкая, но всё же борода рыжего цвета. – Как ты вертишь хвостом… – он не так уж и любит жену и своих малышей. Потому и бьёт. Мешочек со святой землёй кровоточит. Мечты имеют природу извращаться и приводить совсем не к тому, чего хотелось изначально. Единственное желание, которое когда-нибудь сможет исполниться… родится из отчаяния. Вернулась в монастырь она уже ночью – кралась на негнущихся ногах, размазывая слёзы по лицу. Слёзы по лицу и кровь по плечу. Она не могла сказать ни слова. Да и слова были бы излишни. Обнажённая, обесчещенная сразу после бала и выброшенная родственниками невесты барона в канаву. Странно даже, что не убили. Но, кажется, и здесь помогла проклятая сила: стоит встретиться глазами с чертовкой с зелёными волосами – и ты навеки пленный. А Томас всё понял по ней, грустно бредущей с потухшими глазами. И ненависть разгорелась ещё сильнее. Ненависть, причиной которой была давняя любовь. И мужчина ударил Джен ножом, тем, что взял с непонятной самому крестьянину целью перед тем, как отправиться к барону. Вскрик – и возлюбленная упала на холодную влажную траву. А затем мужчина перерезал себе горло. Время исправлять ошибки – грозные удары часов. По ком звонит колокол? Молодая женщина вернула подарки ухажёрам. Так, как велела «мама». И на душе сразу стало как-то легче, как будто эти подарки падали на плечи, пригибали к земле и пытались утащить в ад. Глаза С.С. сияли, причём не только от знаков проклятой силы вокруг обоих зрачков, но и от предвкушения новой, более правильной и счастливой жизни. Только вот всё вышло иначе. «Мама» решила передать бессмертие, превратив девушку в убийцу и куклу для накопления опыта. А в довершение этого просто чудесного дня отвергнутые ухажёры, избив, угрожали оружием. Подло и грубо, они взяли возлюбленную силой, оставляя на теле грязь и кровавые следы. А потом без зазрения совести отдали ведьму инквизиции. Тьма не простила ей сладкие ночи и бессмертье пророчит – пропала девица. Времени, когда С.С. была в людском потоке и была беззаветно счастлива, не вернуть: перед ней закрытая дверь. Но можно же что-то сделать и сейчас. Поскрестись в закрытую дверь. – Лелуш! Гадкий мальчишка! Открой дверь! У меня же нет ключей… И, кажется, дождь начинается… – кричала ведьма, стуча в окно и царапая стекло, раз на дверной звонок никто внимания не обращает.