Право на жизнь

- Всё началось с момента моего рождения, семнадцать лет назад. Мои родители, Изабель и Ян, молодая супружеская чета, очень радовались появлению второго ребёнка, ведь в вампирских семьях свои дети - редкость. Известно, что в мертвых зарождение новой жизни невозможно. Только если у этих мертвых нет предков - людей. Так получилось и в нашей семье. Моя бабушка со стороны матери была человеком, до того, как дедушка её обратил. Моя старшая сестра родилась человеком. Человеческие гены достаточно сильны и не могут быть полностью замещены вампирскими. Вот и мне передалась часть этих генов, я полукровка, и хорошо это осознаю. Это даёт свои преимущества и недостатки. Например, я могу быть на улице днём, хоть и с кремом от солнца на коже, но все таки могу, в отличие от других вампиров. Но я не обладаю всеми вампирскими способностями, например, не могу долго левитировать. Родители до последнего думали, что и я родился человеком, но в 5-ти летнем возрасте у меня прорезались клыки... .................................................................. - Мам, пап, смотрите, у Дориана клыки! - Радовалась девочка милой наружности, одетая в нежно-розовое платье с цветочным узором, она стояла, склонившись над своим братом и уперев руки в коленочки. На ее губах светилась счастливая детская улыбка. Она заправила русые волнистые пряди, падавшие ей на глаза, за ушки. Хорошенькое лицо ее сейчас выражало искреннюю радость: румяные щечки и большие серо-голубые глаза, цвет которых она взяла от папы, распахнутые, с длинными черными ресничками, как у куклы. И сама девочка больше напоминала куклу. Бледная, фарфоровая кожа, тонкий стан и мягкие волосы, русыми волнами струящиеся по её плечам. Она выглядела намного младше своих 12-ти лет. Элиза любила брата всей своей сестринской любовью. Они играли вместе, спали в одной комнате. Она всегда мечтала о брате. И всё было так хорошо, жизнь казалась сказкой, у которой мог быть только один конец - счастливый. Но у судьбы были свои планы. Одним холодным октябрьским вечером отец вернулся домой раньше, он был очень встревожен, его лицо побледнело еще больше обычного и выражало глубочайшие душевные переживания. "В последнее время он часто задерживался на своей работе, мама объясняла это тем, что папа делает всё ради нас. Так оно и было на самом деле. Тогда я не знал, что отец всё чаще обсуждал возможные пути к спасению с нашим местным кланом вампиров, к которому были привержены и мы. Я так отчётливо помню погоду в тот день: жуткие красные закатные всполохи заходящего холодного солнца как будто бы из последних сил врывались в наше окно, словно сами хотели предупредить нас о надвигающейся буре. Мы с Элизой в своей комнате построили домик из стульев и одеял. Уютно устроившись внутри, сами себе мы представлялись странниками, которые уже достаточно давно самостоятельно путешествуют по разным далёким загадочным странам. Это была моя мечта. Кто бы знал, что в скором времени Вселенная услышит меня, правда не совсем так, как я себе этого желал". Из комнаты родителей доносились тревожные нотки голосов. - Дорогой, ты уверен, что информация верна? - говорила мама, её всегда нежный, но сейчас очень быстрый, торопливый голос звучал как-то устрашающе. - Блэк, Варсов и Ценнели уже взяли.. - Он крепко сжал кулаки, костяшки ещё больше прежнего побледнели. Тогда Изабель обняла его, очень нежно, но в каждом её жесте отражалось какой-то новое чувство, доселе ей не ведомое, как казалось Дэшу тогда, - они загоняют всех в угол.. И нам ничего не остаётся, кроме.. Где-то за домом раздался мощный взрыв, от него в ушах раздавалась мелкая дрожь. Фоном были слышны громкие голоса, нёсшие в наш дом угрозу. Мама и папа быстро обменялись ещё парой фраз в своей комнате. Изабель выбежала оттуда со смертельно пугающим чувством, отражающимся в её пряно-карих глазах. "Тогда я понял, что это было за чувство. Глубокий, всепоглощающий страх. Страх возможной боли и страданий её детей... " Ян подбежал к детям, мимолётно, но крепко обнимая их. В этих объятиях чувствовалось родное тепло, которое грозились улетучиться с каждой потерянной секундой. - Доченька, сынок, собирайте самые нужные вещи как можно скорее и одевайтесь очень-очень тепло, мы с мамой потом все объясним, - он уже почти вышел в дверь, но торопливо замер на пороге, взгляд его холодных глаз застыл, но сейчас в нём словно появились проталины, - я люблю вас, мои малыши, знайте, что папа всегда вас защитит, - и он быстро вышел за дверь. Маленький мальчик застыл на месте, как вкопанный. Всё его маленькое тело будто наполнялось металлическим холодом и не хотело слушаться. Но вдруг его маленькую холодную ладошку окутало невероятное живое тепло: - Дори, ты слышал папочку, давай же! - Взгляд сестры был полон решимости, казалось, что она ничуть не сомневалась в своих действиях. И дети молнией кинулись исполнять наказ. Они не понимали происходящего, но прекрасно чувствовали надвигавшуюся страшную бурю. Элизабет уже оделась и собралась, накинув на себя тёплое осеннее пальто. Она помогала собирать сумку Дориана, когда дверь в их комнату резко распахнулась, и быстро забежала Изабель. - Дети, пожалуйста, внимательно послушайте, что я вам сейчас скажу, это неописуемо важно. За нами пришли очень плохие люди. Они узнали, что мы вампиры. А люди ненавидят подобных нам, они сразу же захотели избавиться от всех нас. Элиза, ты возьмёшь Дориана и убежишь с ним. Вы отправитесь в Лоустофт, там есть порт, его пока не контролируют наши враги, оттуда вы на корабле доплывете до Ренесса и уже из Ренесса отправитесь в Трансильванию, где живут наши родственники, там вампиры могут чувствовать себя в безопасности сейчас. Я дам тебе карту, Лиза, папа отметил там маршрут. Я знаю, ты у меня умная девочка. Будь сильной и не забудь мои наставления. - Изабель горько вздохнула, отводя взгляд, - мы не сможем отправиться с вами, - голос мамы дрожал, она то и дело прерывалась, - они уже здесь... Вам удастся сбежать, а мы задержим их. Если они поймают вас, то убьют Дориана, а твоя судьба может быть чем-то хуже смерти, Элиза, так что вам ни в коем случае нельзя попасться им, - на ее щеках заблестели соленые дорожки. Элиза слушала наставления, казалось, что ей снится кошмар. Она проснется, и снова все будет хорошо, как раньше. Но увы, это происходило наяву. - Заботьтесь друг о друге, что бы не случилось, не забывайте это, прошу вас! И Изабель прижала детей к своему небьющемуся, но изо всех сил любящему материнскому сердцу. Ян уже отбивался от охотников. - Мы с папой очень сильно любим вас, - она сняла с шеи золотую цепочку с открывающейся подвеской и надела ее на шею девочки. Только сейчас к Элизе пришло осознание ужаса от этого положения, - все эмоции, которые она так тщательно скрывала от младшего братика прорвались наружу, сестра начала громко рыдать, - Мамочка, я не хочу.. я не смогу...мамочка, - она горько всхлипывала, ей было очень страшно, ведь она тоже была ребенком... - Соберись, Лиза, я прошу тебя, ради всех нас. На улице раздался громкий хлопок - гром, за ним последовали крики множества людей. Они уже почти окружили дом. Медлить было нельзя. Изабель схватила за руки детей, и они все вместе побежали вниз, к тайному проходу, который вел в лес. Она вытолкнула в дверь детей. - Мы любим вас, и вы будете жить любой ценой, - она изо всех сил сдерживала подступавшие слёзы, они стали комом в горле, - А теперь бегите! Но дети испуганно застыли на месте, держась за руки. Дориан не понимал, что происходит и плакал, а Лиза смотрела на маму своими заплаканными глазами. - Я СКАЗАЛА, БЕГИТЕ!!! - она закричала так громко, насколько позволял ей голос. Элиза словно вышла из оцепенения и рванула прочь, с большим портфелем на плечах. В одной руке у нее была тяжелая сумка, другой рукой она крепко сжимала ладонь брата. - Вы будете жить, пускай даже и ценой наших собственных жизней, - это были последние слова, которые Изабель произнесла почти шёпотом, когда дети исчезли во тьме холодной ночи. Такими же были мысли и Яна, который изо всех сил отбивался от натиска захватчиков. Изабель уже храбро сражалась бок о бок со своим возлюбленным. Её глаза горели огнем материнского гнева, он жег ее изнутри, прибавляя сил, заставляя преодолевать боль и страх. Элиза и Дориан пробирались сквозь лес. Необычайно тёмным и страшным казался он в ту ночь. Небо затянули чёрные, как смоль тучи, тёмное полотно то и дело разверзали вспышки молний. Звёзды уже не могли служить ориентиром. Крупными каплями лицо хлестал холодный дождь. Сестра и брат когда-то облазали эти окрестности вдоль и поперёк, они знали их, как свои пять пальцев. Но все смешалось в голове, осталась только холодная пустота, а снаружи сырость, заставляющая дрожать, пробирающая до костей. Надо было искать укрытие. Сумки с каждым шагом становились всё тяжелее, будто наполнялись свинцом. Под ногами хлюпала земля. Хрупкая Элиза не выдержала такой нагрузки: она тяжело упала, чуть не подвернув ногу. Первая мысль была рвануть назад, к маме и папе, но вспомнив отчаянную мольбу в глазах мамы, Элиза заставила себя подняться и подумать о дальнейших действиях. От мыслей её то и дело отвлекало прилипающее к телу от грязи платье и боль в разодранной до крови коленочке. Но Элиза усилием воли заставила себя подумать. Вспомнилась их тайная пещерка в скалах на берегу, где она и Дориан играли в путешественников в беззаботные времена своей жизни. До неё должно быть не так далеко. А еще её очень сложно найти, если не знать, что ищешь. - Дори, мы пойдем в наше пиратское логово, ты сможешь помочь мне с сумками? - Лиза, а почему мама и папа остались там? Я хочу домой... - Нам нельзя туда возвращаться, - она крепко обняла брата, тяжело вздохнув. Эти объятия придавали детям сил идти дальше. В пещере было холодно, как никак она не была предназначена для постоянного проживания. Внутри она как бы состояла из одной довольно просторной комнаты, обустроенной только лишь шкафчиком с резными узорами и ярко-жёлтым креслом-пуфом со столиком. Завершал всю обстановку мягкий коврик посреди комнаты. Лиза поручила брату залезть в пещеру и найти валежник хвороста, который, к счастью, остался у них с прошедшего лета. Сама пошла собирать камни для костра. Разведя костер, Лиза наконец-то немного согрелась, Дориану хотя бы не страшен холод. Где-то в шкафчике должны были остаться спальные мешки. Девочка понимала, что им двоим следует отдохнуть, силы им точно еще пригодятся, она чувствовала, что грядут суровые времена. Но уснуть в такую минуту они точно не смогут. - Лиза, а мама и папа придут к нам завтра? - Наивно и жалобно смотря на сестру, спрашивал мальчик. - Я не знаю, Дориан, я не знаю... В глубине её души горела надежда, но холодный голос разума становился всё невыносимее. И тогда брат прижался к сестре, уткнувшись носиком в ее плечо: - Лиза, обещай, что ты никогда не бросишь меня, - детский голос дрожал, готовясь прорваться плачем. - Я обещаю, Дори! - Она сама силилась не заплакать сейчас, - я всегда буду рядом.