Шелковые отмели

четверг, 8:26 Ночь прошла без происшествий. Утром в доме было, как всегда, тихо, и Джин был этому очень рад. Ему вспомнилось, как он недавно пошутил, что Юнги стоит начинать беспокоиться только когда его родственники начнут друг друга убивать. Что-ж, пророчество, похоже, сбылось. Он невесело усмехнулся. Юнги, правда, в последнее время стал гораздо спокойнее и терпимее, даже по отношению к своей тетке. То-ли лекарства хорошо действуют, то-ли еще что… Конечно, Джин понятия не имел, что столь волшебное влияние оказал на его друга Чимин — а если бы ему кто-то об этом сказал, он бы лишь рассмеялся в ответ. Юнги был этаким ежиком, который никогда не прятал свои иголки, и Джин был уверен, что он никогда не нуждается в общении с другими людьми, а наоборот, всячески старается избегать его. В общем, так и было — если не учитывать тот факт, что Юнги невероятным образом разучился спать в отсутствии младшего брата. Как так вышло, он и сам не понимал, но в ночь со вторника на среду он ни на секунду не сомкнул глаз. Чимин заснул в своей комнате, поэтому бедному хозяину дома пришлось всю ночь терпеть головную боль и наматывать круги по своей спальне в полном одиночестве. Собственно, поэтому он уже в пять утра спустился вниз и теперь сидел на террасе, завернувшись в плед с огромной кружкой кофе в руках. А вот кого было сложнее провести, так это Намджуна. Он вообще, казалось, успел проанализировать всех обитателей дома, исследовать каждое помещение и сделать какие-то свои выводы, хотя и приехал всего-то два дня назад. И от него, увы, не ускользнули необычайно странные взгляды, которыми его друг обменивался со старшим братом. Он, правда, списал все это на свою фантазию. А своими мыслями он с Джином вчера так и не поделился, вредный такой. Когда тот догнал его, Нам сказал лишь, что не хочет строить предположения на ровном месте, и вообще, мало ли кто может их услышать. И что чем меньше разговоров, тем лучше. Джин, конечно, тоже так считал — но нельзя же так в лоб говорить, что не доверяешь стоящему перед тобой человеку! Он ощутил прилив досады. На балкон спустилась Сохён и он вышел вслед за ней. - Итак? - спросила она, не оборачиваясь. - Извините, что вчера так и не объяснил ничего. Но, все таки, на кухне не очень безопасно было разговаривать. - - То есть, вы согласны с тем, что здесь происходит что-то не то? - она повернула голову и взглянула на него внимательнее. Джин кивнул. - Боюсь, с этим глупо спорить. - Женщина тяжело вздохнула. - Давайте попытаемся по порядку во всем разобраться. Что вы имели ввиду? - - Это все Намджун. Он, мягко говоря, в лоб спросил у Юнги, хранит ли он в кладовой свои продукты. И тот, совершенно не задумываясь, ответил, что нет. И что арахисовое масло он не покупал, потому что не ест такое. - - И вы пошли от обратного, - в ее глазах вспыхнуло понимание. - Да. Мы попытались выяснить, откуда оно вообще там взялось, если все твердят, что это не они его принесли. Результат сами видите — продукты в этом доме либо исчезают сами по себе, либо появляются из ниоткуда. - - Если чисто на минутку предположить… - неуверенно начала Сохён, - что такой исход был запланирован… конечно, недостаточно просто забрать одну банку, чтобы все прошло, как надо, нужно принести другую. Если бы я что-то такое попыталась сделать, я бы не полагалась на то, что в доме уже будет арахисовая паста, которую бабушка спокойно могла бы взять для рецепта. Нет, я бы проследила за тем, чтобы в кладовой не было других заменителей, убрала бы оттуда то, что могло бы мне помешать. Я бы забрала все ореховые пасты, которые могли послужить заменой для фундука, и принесла бы свою, которая станет причиной аллергической реакции. Но все равно, здесь слишком много косяков, - она покачала головой. - Во-первых, нужно было бы убедиться, что у других членов семьи нет аллергии на арахис, во-вторых, быть уверенной в том, что жертва действительно съест достаточно большую дозу, чтобы все закончилось летальным исходом, в-третьих, кто-нибудь мог вызвать врача, если бы Хаджун не ушел наверх в свою спальню умереть по-тихому… недочетов слишком много, - подвела итоги она. - Да уж… - протянул Джин. - Действительно, не похоже на хорошо продуманный план. Впрочем, если опустить ту часть с самим ужином, все это возможно провернуть. Узнать у всех о непереносимости разных продуктов, порыться в кладовой… А потом, похоже, положились на случай. - - Случай? - - Может быть, тот, кто все это затеял, решил оставить все на волю случая. Не получится — значит, будет банальное пищевое отравление, которое никого не заинтересует. А получится — значит, судьба так распорядилась. Что-то типа шанса на помилование. Передать решение в руки Фортуны. - - Попахивает фатализмом, - поморщилась Сохён. - И комплексом Бога. «Я, конечно, подтолкну тебя к гробу, но карма сама решит, умрешь ты или нет». - - Есть такое. Но разве это не частая проблема в современном обществе? - Она уставилась на него. - Мне откуда знать? - - Разве вы не были раньше врачом в психиатрической клинике? - Повисла тишина. Женщина медленно перевела взгляд на деревья в саду и погрузилась в свои мысли. Наконец, она достала из кармана электронную сигарету, закурила и спросила: - Кто вам сказал? - - Ваши друзья на Фейсбуке. - - Как? - - У вас их мало. Я пробил все имена, которые явно не имеют отношения к вашей семье в Гугле, и очень многие из этих людей работают в одной больнице. На сайте есть список сотрудников. - - Меня среди них нет. - - Но в интернете можно посмотреть и то, как этот сайт выглядел раньше. Тогда, когда ваше имя еще числилось в списке. - Сохён вздрогнула и немного нервно засмеялась. - Браво, Сокджин. Вы заслужили мое уважение. - - Мне просто стало интересно, кому я, собственно, доверяю. - - Не разочаровались в своем выборе? - - Нет. Я много всяких людей повидал за годы работы в отеле. Со временем начинаешь разбираться, кому можно доверять, а кому - нет. Вам, как мне кажется, можно. - - Спасибо, - усмехнулась она. - Но не поймите неправильно, я не могу по одному слову отличить невротика от психопата. Может, конечно, я и чувствую иногда, когда от кого-то исходит потенциальная опасность, или кто может быть склонен к насилию, - в мыслях у нее промелькнула картинка с мертвым телом в гостиной и ее разговор с бабушкой, - но я ни в коем случае не экстрасенс. - - Я вовсе ничего такого и не ждал. Никто не экстрасенс. Даже миссис Чхве, как бы много жизненного опыта у нее не было. - Они помолчали какое-то время. Затем Сохён спросила, выдыхая дым: - К слову, что же все таки с той банкой? Почему Намджун так на нее отреагировал? - - Не знаю, - пожал плечами Джин. - Он со мной ничем делиться не собирается. А что там за дата на крышке была? Срок годности истек, что-ли? - - Как раз нет. Наоборот, еще целый год можно хранить. - Целый год… - А какой средний срок хранения арахисового масла? - поинтересовался Джин невзначай. - Понятия не имею, - она достала телефон и в два счета набрала запрос в поисковике. - Хм. Тут пишут, что как раз примерно год и можно хранить. Если в холодном темном месте и в закрытой банке. - - Получается, что оно было совсем недавно произведено? Ну, если еще столько времени осталось, выходит, оно буквально только что попало на полки магазинов. Ну или по крайней мере не больше месяца назад. - - Не мешало бы узнать каким-нибудь образом точный срок хранения, - сказала Сохён. - Ведь, технически, получается, что эта банка не могла стоять там с прошлого Рождества. - - Не могла, - кивнул Джин. - Ее купили недавно. А значит, и подбросили недавно. И если гостей у Юнги за последние три-четыре недели помимо нас не было, выходит, подсунули ее туда прямо у всех под носом. - Прежде чем Сохён осознала до конца смысл этих слов, она успела уловить краем глаз быстрое движение справа. Они оба повернули головы — шторы, закрывавшие дверь на балкон изнутри дома, колыхались. Джин отреагировал быстрее. Ворвавшись в гостиную, от отодвинул их и осмотрелся по сторонам. Никого. Прежде чем он догадался посмотреть наверх, до его ушей долетел звук захлопнувшейся двери. Когда он поднял голову, на втором этаже уже снова было тихо — все спальни были заперты. Кто бы то ни был, сейчас им этого уже не узнать. - Нас подслушивали, - хмуро сообщил Джин, когда Сохён вышла с балкона.

***

четверг, 9:06 Чхве Дасом искренне считала, что нет более удобной возможности изучать своих родственников, чем совместные завтраки. Многие еще наполовину спят и не пытаются спрятаться под масками, которые обычно надевают в обществе. Все в первую очередь интересуются едой и не обращают ни на кого слишком много внимания. И самое главное — все за одним столом и можно слышать речь каждого. Она оглядела их по очереди. - Эй, Юнги, ты жив? На тебе лица нет, - помахал Джин перед носом друга. Тот молча поднял голову и посмотрел на него, но ничего не сказал. Под глазами у него залегли темные круги. Чимин кинул на него встревоженный взгляд, но промолчал. Джин заботливо налил полуживому Юнги кофе и щедро добавил туда три ложки сахара. - Пей, а то вид у тебя такой, будто скоро откинешься. - - А где Оливия? - поинтересовалась Сохён, садясь за стол. - Что-то ее не видно. - - Она немного приболела, - ответил Йесон. - Сказала, что останется в постели. - - Я то уж думал, она никогда не болеет, - пробормотал Хосок себе под нос, за что словил недовольный взгляд матери. Дасом попыталась мысленно охарактеризовать всех собравшихся людей. Мин Юнги, судя по всему, вообще не спит, страдая от частой боли в голове. Ким Сокджин, умен, осторожен, ни к кому особо кроме своего друга не привязан. Ким Тэхён… Она вздохнула. Тэхён как раз тянулся за чайником и одновременно Чонгук попытался взять кусок хлеба. Их руки коснулись друг друга, а затем, когда возвращались назад, будто бы случайно коснулись еще раз. И чуть-чуть помедлили, словно желая продлить это касание. Даже такая маленькая деталь отозвалась у обоих по всему телу, Тэхён отвел взгляд а Чонгук слегка покраснел. Это напоминало флирт двух влюбленных и нерешительных старшеклассников, первую любовь, которая только-только зарождалась между ними… Чхве Дасом нахмурилась. Этот момент не ускользнул от нее, но она почти хотела, чтобы он ускользнул. Конечно, она уже давно замечала, что эти двое ведут себя не совсем так, как обычно ведут себя двоюродные братья, но она всегда старалась убедить себя, что просто прочитала слишком много неправильной литературы. Под неправильной литературой миссис Чхве подразумевала учебники по психологии, конкретно семейной психологии, конкретно те, что исследовали сексуальное насилие в семье и влечение между родственниками. Сдуру в молодости она взялась изучать эту тему, да так и не смогла потом избавиться от дурных мыслей. И поэтому очень тщательно убеждала теперь саму себя, что ее старенький мозг ее подводит. О чем это она…? Ах да. Ким Тэхён. И в кого он пошел? Красивый мальчик, спору нет. Даже очень красивый. Вырос, повзрослел, вон, девятнадцать недавно исполнилось. Оставалось ждать, что его сестра через пару лет станет такой же красавицей. Но загадочный он прямо чересчур. Говорит мало и только по делу, лишних эмоций не проявляет, но вежлив и дружелюбен со всеми. Мда уж… Рядом. Малышка Сохён… ну с ней-то все понятно. Хотя, конечно, она уже немолодая, но для бабушки внучка всегда остается маленькой девочкой. Дальше по списку. Чон Хосок, человек, абсолютно независимый от чужого мнения. Тоже совсем молодой. Волосы покрашены в ярко зеленый… Вежливостью не отличается, но и не грубит. Наушники из ушей не достал ни разу за все время, судить о его интеллектуальных способностях невозможно… интересный молодой человек. Ли Йесон, муж Оливии. Этакий большой, добродушный дядька. С женой никогда не спорит, никогда ни на что не жалуется, большую часть дня проводит за газетой или сидит в гостиной на диване. Вряд ли от него можно было ожидать чего-нибудь особенного. Про Оливию все и так известно. Ее мать была такой же бойкой и властной, как и она сама. Все, что она думала, было у нее на лице написано — простодушная, прямолинейная, местами истеричная женщина. Зато почти наверняка без грязных секретов в шкафу. Ким Намджун. Профиль типичного бизнесмена — информацию схватывает на лету, слушает всех и все, а уже потом анализирует. Судя по всему, достаточно успешен, практический склад ума, а еще — напарник Чимина. Кстати про него… Его она знала плохо. Он в этом доме не рос, в отличие от всех остальных, поэтому видела она этого мальчика редко. Само очарование… В нем были какие-то детские черты, порой делавшие его похожим на маленького непослушного ребенка, однако он занимал высокую должность в своей компании, так что это впечатление было просто поверхностным. Надо сказать, хоть Чимин был образован и соображал хорошо, он явно не особо разбирался в людях. Ум у него был скорее заточен на анализ рынка и биржевые опционы, чем на исследование человеческой психологии. И Чон Чонгук, который, кажется, осознал наконец-то смерть своего отца и тоска вперемешку с болью все-таки легла на его душу. И лечить он ее решил с помощью двоюродного брата. Дасом снова вздохнула. Ей стоило бы заниматься вязанием, а не наблюдением за людьми. Или хотя бы попросить этих двоих немного лучше играть роли обычных родственников. Хорошо еще, что прабабушка не видела, как Юнги общается с Чимином, когда они наедине. Такое общение ей бы точно не понравилось. И еще хорошо, что Сохён все-таки решила не говорить ей, что именно она разузнала про отравление отца Чонгука. Это бы ей тоже не понравилось. Вообще, было бы неплохо, если бы бедной старушке не приходилось переживать из-за всего этого. Но, как говорится, инцест — дело семейное. И убийство, видимо, тоже.

***

четверг, 12:34 Намджун вместе с Чимином уехали в Лондон около полудня, сославшись на работу, но к вечеру обещали вернуться. Сокджин позвонил Марлин — узнать, все-ли идет гладко с отелем. Получив утвердительный ответ, он вернулся в гостиную и застал там миссис Мин, которая сидела на диване и отдавала распоряжения двум служанкам. Джин поморщился: кто вообще нанимает слуг в двадцать первом-то веке? Похоже, Оливия быстро оклемалась. По дому она не бегала, но, судя по голосу, чувствовала себя вполне хорошо. И впрямь баланс сам собой держится: один уехал — вторая встала с кровати… Человеком меньше, человеком больше. Кроме миссис Мин в гостиной сидел только Хосок. Он расположился в кресле, на коленях у него стоял Макбук, а в ушах — любимые наушники. Парень что-то быстро печатал, не обращая внимания на громкую тетю. И тут Джин, сам того не осознавая, стал свидетелем интереснейшего разговора. Оливия набрала чей-то номер и поднесла телефон к уху. Через минуту ей ответили и она бодро затрещала: - О, привет, дорогая! Как ты? Ну да, все путем. Ну, кроме одного печального происшествия, ну мы вам сообщали. Я, собственно, узнать хотела, как там внучка? Она в порядке? - На том конце провода ей что-то сказали и тетка нахмурилась: - Да? Интересно… Ей стало плохо, понимаешь, вот и подорвалась так внезапно. Что? Ну да, эта ее болезнь, что там у нее, я не помню. Что? Да что ты говоришь? - изумленно воскликнула она. Джин насторожился. - Хммм… Ну, если так… а я думала… ну ладно, главное, что все хорошо. Да да. Давай. О, не стоит. Привет мужу. - Она бросила трубку и покачала головой. - В чем дело? - спросил Джин. - И вовсе она не болеет! - возмущенно всплеснула руками женщина с таким видом, будто не болеть считалось преступлением. - И что это за спектакль они тут устроили? - - Кто — они? - он решил не напоминать Оливии, что она сама час назад якобы не могла встать с кровати. - Да Мина… взяла и уехала, как неприлично с ее стороны, пропустила праздник. Я звоню дочке… в смысле, ее матери, а та говорит, что нет у нее никаких осложнений, и вообще, болезнь у нее давным-давно прошла! И зачем, спрашивается, она уехала? - - Ну… - Джин мог бы ответить, что вряд ли девушка хотела проводить время в этой компании и просто придумала подходящее оправдание, но судя по всему, лучше было промолчать. Миссис Мин ушла на кухню, продолжая возмущаться, а Хосок так и продолжил сидеть в кресле, не поднимая головы. Джин огляделся по сторонам в поисках Сохён, но той нигде не было. Нашелся только Юнги, мирно посапывающий в гамаке на террасе. Бессонная ночь имела свои последствия и он вырубился прямо там, не дойдя даже до дивана в гостиной. Его мучили беспокойные сны. Он то и дело дергался, много раз просыпался и снова засыпал. Джин отвернулся, пересек гостиную, вышел в коридор и столкнулся нос к носу с Тэхёном. - Подожди, - окликнул он его. - Тэхён, твоя сестра полностью здорова. - - Больше походит на утверждение, чем на вопрос, - Тэхён умело избежал ответа и внимательно взглянул на него. - Почему вы так считаете? - А вот это уже прокол. - Ты прикрыл ее, чтобы она спокойно уехала, - заметил Сокджин. - Зачем? - Тэхён промолчал, явно раздумывая, что было бы правильнее ответить. Эта пауза, правда, уже в принципе о многом говорила. Наконец он решил, что порой искренность — лучший вариант. - Она не хотела здесь находиться. Если бы она заявила об этом прямо, другие члены семьи сочли бы это за оскорбление. И мы немножко подправили факты, чтобы избежать конфликтов. Мина вообще отказывалась сюда ехать изначально, но родители посчитали, что оставаться одной дома ей нельзя. Они были во Франции с воскресенья по вторник, поэтому квартира пустовала. А так они решили, что раз уж на самом празднике она присутствовала, то и пусть вернется раньше. - - Но ее не было на праздничном ужине. - - Но они же об этом не знают. - Джин понимающе кивнул. Девушка явно не питала любви к своим родственникам. Как и Юнги, впрочем. А самому Джину, наоборот, эта семья показалась очень интересной… - Можно попросить вас сохранить наш с сестрой маленький секрет? - улыбнулся Тэхён. - Конечно, - согласился он. - Только советую вам придумать оправдание получше для миссис Мин. Она, боюсь, не оценит этот рассказ. - - Да уж, явно не оценит, - послышался чей-то хмурый голос.